The Difference One Man Can Make

      Оша регулярно докладывала о передвижениях противника в течение следующего месяца. Было три факта, которые Гарри нашел особенно интересными. Все женщины и дети собравшихся кланов путешествовали вместе с воинами. Харма, Гремучая Рубашка и Плакса сохраняли контроль над отдельными фракциями в целом, в то время как большая их часть тяготела к Мансу. Наконец, их численность оказалось больше, чем первоначально предполагалось. Включая женщин и детей, людей Манса насчитывалось около 29 000 человек, поскольку он убедил почти каждого человека вдоль реки Молочной к югу от Теннов присоединиться к нему.       По правде говоря, несмотря на численное превосходство почти в 6000 бойцов, Гарри не беспокоился об их перспективах в предстоящей битве. У них была более удачная позиция, воины и снаряжение. Кроме того, у Вольного народа не было опыта нападения на укрепленный город масштабов Первой Кузницы. Они гораздо больше привыкли к маленьким, слабо защищенным деревушкам к югу от Стены.       Гарри только что закончил надевать последние доспехи, стальные поножи поблескивали в слабом свете раннего утреннего солнца, проникающего через окно их дома. Он на мгновение остановился, схватив свой новый меч. Его бывшие кузнечные подмастерья действительно превзошли самих себя. Само лезвие, очевидно, было его творением, с одним долом на лезвии, чтобы уменьшить вес. Клинок все еще имел красный оттенок и был украшен рунами чуть выше того места, где он встречался с крестовиной, и слева от фуллера с каждой стороны. Рукоять была красива и изящна. Крестовина, окрашенная в черный цвет, имела в поперечнике четыре дюйма шириной, а посередине было инкрустировано золотом изображение совы. Гарри не был уверен, где они взяли золото, но не чувствовал необходимости задавать вопросы. Рукоять была одноручной, обтянутой черной кожей. Навершие было сделано в том же образе, что и сова на поперечном щитке; сова с распростертыми крыльями, хотя и не настолько, чтобы доставлять неудобства.       Дверь открылась, оторвав Гарри от изучения меча в его руке. Он поднял глаза и увидел Вель, подходящую от двери. В руке у нее было копье, на бедре-кинжал, за спиной лук. По его настоянию она стала носить не только свои любимые белые меха, добавив пару поножей и наручи, хотя это было все, что она позволила. Он остановился на мгновение, просто глядя на нее. Гарри мог честно сказать, что, несмотря на ситуацию, ему все еще нравилось видеть ее такой. Он стряхнул с себя короткий взгляд, который она заметила, если легкая ухмылка на ее губах была каким-либо признаком, прежде чем вложить клинок в ножны и сказать: - Все готовы?       - Да, Гарри, - ответила она, - последние люди из шахты вернулись меньше часа назад и вместе с остальными гражданскими были переведены в Ньюпорт. - Гарри сначала хотел отправить с ними Вель, но передумал, прежде чем даже затронуть эту тему. Она воительница, и не была бы его супругой, если бы не сражалась, чтобы защитить этих людей вместе с ним.       - Хорошо, - ответил Гарри, - Значит, близнецы с твоей сестрой?       - Да, она будет защищать их до последнего. - Вель сделала короткую паузу, - хотя, должна признаться, что не вижу, в этом необходимости.       Гарри наклонился и прижал ее к груди: - Я тоже, Вель. Мы покончим с этим и, надеюсь, в процессе станем намного ближе к прекращению междоусобицы среди Вольного народа.       - Здесь никогда не будет места для таких, как Плакса, Харма или даже Гремучая Рубашка. Если они выживут в этой битве, - спокойно объяснила Вель, - то будут стараться и дальше найти способ уничтожить это место.       - Я заметил, что ты не упомянула Манса в этом списке. - лениво заметил Гарри.       - Это потому, что я не знаю бывшего Ворона и вполовину так хорошо, как знаю ублюдков, которых он собрал вместе, но, - нерешительно продолжила она, - я думаю, что с этим человеком можно было бы договориться. Он провёл большую часть своей жизни под командованием стариков из Дозора. Не говоря уже о том, что у него не было разрешения, - это слово сочилось презрением, - потрахатся во время. Так что мы, безусловно, будем на ступеньку выше.       - Значит, ты считаешь, что он будет гораздо охотнее жить здесь, где от людей требуется только одно не убивать своих собратьев. - Гарри оборвал Вель, прежде чем она успела прокомментировать, насколько глупо было давать обет безбрачия. Хотя Волшебник не мог не согласиться с ней, он наслаждался своей супругой в постели более чем регулярно, чтобы когда-либо думать о чем-то подобном. Учитывая, что, по словам Бенджена, на Стене обитают в основном преступники, приговоренные к смертной казни, то Гарри точно был не одинок в своём отношении.       - Таково мое мнение. Хотя к тому времени, когда всё кончиться, он вполне может быть мертв, и не будет никакой возможности узнать, насколько хорошо он вписался бы к жизни в городе. - Гарри кивнул, прежде чем схватить ее за руку и мгновенно трансгрессировать. Когда они приземлились, Вель на мгновение растерялась но затем взяла себя в руки, сердито посмотрев на него, а затем ударила его по плечу.… сильно.       - Ублюдок, ты же знаешь, что я не люблю телепортироваться , особенно без предупреждения, - сердито заявила она. Гарри только ухмыльнулся, заставив ее улыбнуться, несмотря на гнев. Она наклонилась, чтобы быстро поцеловать его, прежде чем подняться по ступеням к стене, где она будет стоять с другими лучниками у ворот, как бы ему это ни не нравилось. Вдоль длинного участка стены вокруг Первой Кузницы стояло 500 лучников, но еще больше было сосредоточено вокруг мест возле ворот. Рядом с каждым лучником лежал колчан со стрелами.       Остальные бойцы стояли за стенами, толпясь в нервном ожидании предстоящей битвы, хотя Гарри искренне полагал, что им работы будет сегодня не много. Между лучниками и некоторыми маленькими сюрпризами, которые он оставил у стен, противнику будет трудно даже добраться до нас.       Пока Гарри шел вдоль стены, воины приветствовали его. Мужчины и женщины, которые раньше участвовали в битвах, делали это небрежно, а в некоторых случаях даже c воодушевлением. Молодые бойцы, те, что были немногим старше подростков, и убивали лишь зверей на охоте, явно нервничали, в лучшем случае выдавая ему слабые улыбки и большинство из них делали ему болезненные гримасы.       Когда он шел среди тысяч людей у западных ворот, одетых в сталь и меха, по привычке затачивая свои клинки, Гарри обнаружил Оберина, одетого в легкобронированные поножи, наручи и горжетку вместе с мягкой кожей и странным куском шелка. Он был весь красный и оранжевый цвета его фамильного герба. В руке он держал восьмифутовое копье из ясеня со стальным наконечником и шипом. Возможно, мне стоит сделать ему новое копье, прежде чем он покинет нас.       Дорниец заметил приближение Гарри и улыбнулся: - Известно когда придет враг?       - Последнее, что я слышал от Оши, они приближались к нашей сторожевой башне в лесу к западу отсюда. Они будут здесь через час, самое большее полтора. - Гарри легко ответил, остановившись, чтобы поговорить с Мартеллом.       - А, значит, они либо умрут, либо сдадутся часа через три. - легко пошутил Оберин. Гарри привык к самоуверенному поведению Оберина. В этом отношении он был очень похож на Тормунда. И все же Мартелл был хорош, никто из норфолков не мог этого отрицать. Он победил всех, с кем сталкивался на поле боя, но ни один из его противников не получил серьезных травм.       - Будем надеяться, что так и будет. - Хотя Гарри был абсолютно уверен, что норфолки быстро расправятся со своим приближающимся врагом, он знал, что все может пойти наперекосяк. Битва никогда не идёт целиком по плану.       - О, так и будет, - уверенно ответил Оберин, - У вас есть все преимущества, единственная забота обеспечить как можно меньше потерь.       - Даже если бы у нас не было всех преимуществ, я бы планировал минимизировать потери в меру своих возможностей.       - Действительно, - Оберин приподнял темную бровь, - тогда у меня есть к тебе вопрос. - Гарри с любопытством посмотрел на него, ожидая продолжения, - Почему ты просто не проник во вражескую армию и не посеял раздор в их рядах с помощью своей магии? Я видел, как ты мгновенно перемещаешься с места на место, и твои люди говорят, что ты можешь передвигаться незаметно, если захочешь. Они, вероятно, даже не приблизились бы в этот момент, если бы вы воспользовались этими способностями.       Гарри должен был признать, что это был справедливый вопрос, и он подумывал сделать именно это: - Подобное приходило мне в голову, на самом деле, не раз. - Он сделал паузу, чтобы собраться с мыслями, пока Оберин терпеливо ждал, - причина заключается в нынешних лидерах противостоящих нам кланов. У них есть тысячи людей, которые боятся их и следуют за ними. Если я убью кого-нибудь из них, то очень легко открою дверь для какого-нибудь неизвестного, который займется тем же самым делом.       Оберин пожал плечами: - Верно, но ты мог бы продолжать устранять угрозу.       - Правда, но это просто посеяло бы больше недоверия ко мне и моему народу среди других Вольных Людей, - вздохнул Гарри. - Я не хочу сражаться и тем более убивать всю армию, которая идет против нас. Я признаю, что среди них есть такие, которые никогда не смогут вжиться в нашем обществе… их жажда крови и насилия слишком велика, чтобы справиться с этим, не говоря уже о каннибалах.       - Но это не меняет того факта, что многие из них могли бы процветать здесь. Если я убью их лидеров, это приведет к междоусобицам, в которых погибнет столько же, если не больше, и, конечно, не приведет к тому, что кто-то из них присоединится к Первой Кузнице.       Оберин, казалось, понял: - Таким образом, ты чувствуешь уверенность в победе, и надеешься, ограничить общее количество жертв, позволяя тебе предложить мир любому, кто сдастся.       Гарри решительно кивнул: - Мне это не по душе, и это трудный выбор. - Гарри посмотрел туда, где он все еще мог видеть Вель у стены, разговаривающую с Нимерией, - Мне не нравится, что эта ситуация подвергает мою жену опасности. Мне не нравится, что это подвергает опасности любого из Норфолков. Но я верю, что мои люди выиграют эту битву без серьезных потерь, и надеюсь, что это приведет к лучшему для всех.       Принц Дорна скрестил руки на груди и внимательно посмотрел на него прищуренными глазами. - Есть кое-что ещё что влияет на твое решение.       - О чём ты? - спросил Гарри ровным голосом, хотя и был удивлен, что Оберин сумел прийти к такому выводу.       - Тебе не всё равно, - заявил Оберин, как будто это было очевидно, - у тебя нет причин беспокоиться о людях, не находящихся под твоим влиянием.… и тем не менее ты это делаешь. Единственная причина, по которой ты не закончил с ними еще до того, как это началось, - потому что ты хочешь чтобы выжившие, присоединились к вам.       - Очень проницательное наблюдение, - заметил Гарри, - возможно, когда все это закончится, я расскажу тебе о своих более глубоких мотивах. Ведь ты доказал что являешься другом. - Оберин, казалось, был удовлетворен таким ответом, и Гарри ушел, снова проходя мимо своих бойцов.       Тормунд командовал войсками у северных ворот, а Торегг у южных. Там было меньше людей, так как из донесений Оши было совершенно ясными, что они идут прямо с запада, но Гарри не хотел быть застигнутым врасплох.       Гарри с Тилль на плече стоял вдоль стен со своими лучниками в течение следующего часа, ожидая с палочкой в руке появления врага. Он мог бы выпустить поток огня, который, несомненно, замедлит его врагов, но он не хотел рисковать, поджигая Сумеречный Лес, когда они были более чем готовы к встрече врага.       Пока они ждали, Гарри заметил над головой кружащего орла. Значит, среди них есть по крайней мере один варг. Он тут же вошел в разум Тилль и поднялся в воздух, ветер шумел под его крыльями. Через несколько мгновений он уже был рядом с орлом, который, очевидно, не заметил его приближения. Гарри атаковал орла, впиваясь в его крылья острым клювом, и пустил когти в ход, вонзая их в перья по бокам.       Орел закричал от боли и гнева, прежде чем попытался вонзить свои острые когти в мягкую плоть на животе Гарри. Гарри изо всех сил взмахнул крыльями, отталкивая летящую птицу, с клюва которой капала кровь, окрашивая белоснежные перья. Гарри быстро набрал высоту, прежде чем нырнуть в следующую атаку, бросившись на орла, разрывая его плоть и заставляя отступить.       Мгновение спустя Гарри вышел из сознания Тилль, и птица скользнула вниз, уселась ему на плечо и ласково клюнув ему в ухо. Мысленным толчком он отослал Тилль обратно в совятню, прежде чем повернулся к Вель, стоявшей рядом: - Они уже здесь.       Вель с каменным лицом посмотрела в сторону леса: - Нам есть чем их встретить.       И действительно, не прошло и двадцати минут, как на опушке леса показались тени нескольких тысяч. Один человек вышел из тени. Это был плотный светловолосый мужчина это Гарри мог сказать даже с небольшого расстояния. В руках он держал большую изогнутую косу. Оружие было синонимом только одного из вражеских лидеров. Значит, это и есть Плакса. И все же Гарри не мог не заметить еще одного важного факта. Их слишком мало. Гарри расширил свое восприятие и обнаружил, что большой контингент наступающей армии, по крайней мере 20 000 человек, ждал в глубине леса.       Гарри почувствовал вибрацию в кармане от зеркала. Он быстро ответил, чтобы увидеть лицо Тормунда: - Они разбиты на фракции, как и сказала Оша, - он повернул зеркало, чтобы показать человека, стоящего на краю леса в доспехах из костей, - как ты можешь видеть, Гремучая Рубашка находится здесь с ним около 2000 воинов.       - Тогда ты сможешь справиться с ними достаточно легко. - прокомментировал Гарри, прежде чем зеркало снова завибрировало. - Дай мне знать, когда ситуация там разрешится. - Тормунд кивнул, прежде чем одна рыжая голова сменилась другой, и в поле зрения появился Торегг.       Гарри оборвал его прежде, чем он успел заговорить: - Дай угадаю, ты видишь группу прямо возле Оленьего Рога во главе с Хармой Собачьей Головой?       Глаза Торегга на мгновение расширились от удивления, прежде чем он кивнул: - Похоже, она ведет за собой две или три тысячи.       Гарри долго не отвечал: - Думаю, ты сможешь прекрасно справиться. - Торегг ответил утвердительно:- Если все закончится здесь до того, как я получу от вас известие, я приду, чтобы помочь.       - Понятно, - ухмыльнулся Торегг, - хотя, думаю, мы закончим задолго до того, как у тебя появится возможность прийти помочь.       Гарри на самом деле усмехнулся, заставив несколько человек стоящих рядом с удивлением посмотреть на него: - Я бы поспорил с тобой, но боюсь, что ты будешь смущен.       Уверенность Торегга поколебалась, хотя и немного: - Вероятно, лучше, если мы этого не будем делать.       Вель наклонилась и выхватила зеркало из рук Гарри: - У нас есть более важные вещи, о которых вы оба должны беспокоиться. - Она отключила их связь, прежде чем вернуть зеркало Гарри. Затем она указала на приближающиеся из леса противника.       Гарри должен был отдать им должное. Очевидно, они последовали совету Манса, когда делали приставные лестницы, чтобы взобраться на стены, и импровизированный таран, чтобы колотить в ворота. Несмотря на это, они не были реальной боевой силой, о чем свидетельствовало то, что они приближались неровными рядами. Многие держали в руках костяное оружие, и среди них были лучники.       Когда они оказались в сотне футов от стен, ловушка, которую для них приготовил Гарри, сработала. Те, кто шел впереди, внезапно остановились, словно застряв ногами в снегу и льду. И пытаясь вырваться, они лишь глубже погружались. Гарри был не так талантлив, как Фред и Джордж, когда дело доходило до такого рода вещей, но ему удалось вдохновиться переносными болотами и включить эту ловушку в оборону города. Те, кто находился за линией фронта, остановились, настороженно глядя на местность впереди.       Неожиданно высокий голос Плакальщика прозвенел сквозь суматоху, когда его воины были остановлены ловушкой: - Продолжайте двигаться, ублюдки! Наступайте на тех кто перед вами, если это то, что нужно. А вы, гребаные лучники, лучше начинайте стрелять. Именно так они и поступили: каменные, бронзовые, железные, а в редких случаях и стальные наконечники стрел покидали луки нескольких сотен лучников, служивших под началом Плакальщика, но потом случилось то, чего никто из них не ожидал. Они растворялись при соприкосновении с каким-то невидимым барьером, вызывая отчетливое чувство беспокойства, проходящее через вражеские ряды. Тем не менее, остальные ряды сделали то, что им было приказано, и двинулись вперед, перешагивая через вершины своих в основном затонувших товарищей, чтобы обойти заклинание, которое Гарри поместил туда.       Гарри бросил взгляд на стены, и наконец крикнул: - Открыть огонь! - одновременно было натянуто более сотни луков. Напряжение, с которым натягивались тетивы, было слышно уху Гарри. Вель рядом с ним сделала то же самое, а затем, как один, несмотря на отсутствие команды, они выпустили свои стрелы.       Залп стальной смерти пробивал кости, кожу и бронзовые доспехи их врагов, глубоко погружаясь в плоть и во многих случаях убивая мужчину или женщину, которым не повезло попасть под удар. Раздались крики агонии, легко разносящиеся в утреннем воздухе. Кровь запятнала снег там, где падали вражеские воины. Те, кто остался, сгрудились вместе, используя свои деревянные щиты для защиты от следующего залпа. Гарри видел, что Плакальщик ревёт от ярости, и казалось, что его гнев был единственным, что продолжало их гнать на убой. Они упрямы, нужно отдать им должное, но они должны знать, что в этот момент они просто несутся сломя голову навстречу своей смерти.       Следующие полчаса Гарри смотрел, как они приближаются, неся лестницы. Должно быть, это самые трудные сто футов, которые им когда-либо приходилось преодолевать. 3000 человек, вышедших из леса, потеряли по меньшей мере шестую часть от общего количества своих войск из-за его ловушек и лучников. Еще больше падало под дождем стрел, рассекавших воздух. Когда они были примерно в двадцати пяти футах от стен, Гарри поднял руку с волшебной палочкой и выпустил огонь. Он не был настолько глуп, чтобы использовать Адское пламя, так как, покрывая такую широкую полосу проклятым огнем, было бы довольно легко потерять контроль.       Горячие огни врезались в ряды под командованием Плакальщика. Мгновение спустя воздух наполнился запахом горящей плоти. Он держал заклинание в течение пяти минут, купая сотни врагов в пламени. Их крики смерти и боли были гораздо сильнее, чем у тех, кому посчастливилось получить стрелу в сердце.       Наконец, еще через десять минут после того, как он начал бить магией, около 1500 оставшихся людей под командованием Плакальщика достигли стен и подняли свои лестницы, хотя многие погибли, когда они соскользнули в траншею перед стеной, только чтобы быть растоптанными своими товарищами или пронзенными пиками, помещенными там.       Как только первый человек достиг вершины одной из лестниц, Гарри отреагировал на их подъем. Сражаясь с Убийцей Воронов, Гарри был ограничен возможностью дружественного огня. Теперь все его люди были либо рядом с ним, либо за стенами.       Гарри поднял палочку и соткал быстрый, но сложный узор. Раздался скрежещущий звук, и битва, казалось, на мгновение прекратилась, прежде чем внезапно стены накренились, шипастые выступы в мгновение ока пронзили людей на лестницах через пятисотфутовое пространство стен. Этого было достаточно, чтобы уничтожить все пятьдесят вражеских лестниц. Не один из шипов пронзил сердце их врагов. Им повезло, многие были пронзены болезненными, но не жизненно важными частями тела. Не то чтобы это имело значение, они тоже скоро умрут. Не одному воину придется прожить то короткое время, что им осталось, с пронзенным мужским достоинством. Эта конкретная часть трансфигурации была особенно утомительной, но Гарри не обращал на нее особого внимания.       Он снова поднял палочку. На этот раз сама земля сильно затряслась, когда Гарри заставил новую стену, намного короче городских и далеко не такую крепкую, подняться из земли. Плакальщик и его отряд оказались в ловушке, а молот опустился на наковальню.       Однако, как и ожидалось, враг не сдавался. Они снова попытались взобраться по лестницам, некоторые из них были не так сильно сломаны, как другие. Они избегали шипов, как могли. Некоторые даже сделали хороший прогресс, хотя лучники остановили их от достижения вершины.       Вель повернулась к Гарри: - У нас кончаются стрелы. - Гарри посмотрел вдоль стен на множество колчанов и заметил, что многие из них пусты или почти пусты. Он посмотрел на поле боя и заметил, что Плакальщик приказывает оставшимся в живых своим войскам разрушить ворота их импровизированным тараном. Как будто что-то подобное могло сломать их ворота.       Сейчас их было не больше 900, но это были 900 мужчин и женщин, сражавшихся в абсолютном отчаянии. Гарри повернулся к Вель: - Думаю, пора заканчивать. - Она кивнула, и он схватил ее за руку, Вель, в свою очередь, схватила Нимерию рядом с ней, и все трое трансгрессировали вниз, чтобы присоединиться к терпеливо ожидающим там солдатам.       Оберин заметил их первым: - Значит, мы наконец-то поучаствуем в драке. - Гарри просто кивнул и повернулся к Карси.       - Я открою стены на сто футов в каждую сторону от ворот, ты поведешь группу на юг, а я сделаю то же самое на север. Чтобы враг не заметил этой перемены, я наложу густой туман. Сейчас они атакуют ворота, - это вызвало смешок у Карси, - мы встретимся посередине.       - Поняла, Гарри, - быстро ответила она, прежде чем двинуться на юг, выкрикивая на ходу приказы. Оберин, Нимерия и Вель последовали за Гарри на север. Остановившись, он выхватил меч из другой руки и начал двигать палочкой. Более 5000 норфолков ждали, когда Гарри пробьет брешь в стенах, которая позволит им выйти и сокрушить то, что осталось от сил Плакальщика.       С туманом было легко справиться, и через несколько мгновений все пространство за стенами было покрыто им. С другой стороны послышались колдовские крики, которые только заставили Гарри усмехнуться. Из всего, что я сделал сегодня, это вызывает крик колдовства. Ему потребовалось всего мгновение, прежде чем в стене образовалась дыра, позволившая десятерым в ряд перебраться на другую сторону. Они двигались как единое целое, с поднятыми щитами и оружием в руках. Гарри молча направил их вперед. Как только почти тысяча человек оказались за стенами с его стороны, Гарри двинулся к воротам.       Они убивали отставших, все еще пытавшихся взобраться на стены, пока не достигли основной массы того, что осталось от сил Плакальщика. По звуку оружия, встретившегося с оружием, стало ясно, что Карси не была такой терпеливой, но это дало группе Гарри явное преимущество, поскольку люди Плакальщика были сосредоточены на противнике на юге. Туман только помог в этом отношении.       Гарри и его бойцы бесшумно подошли к врагу сзади. Он нанес своим новым мечом сильный удар. Человек, стоявший перед ним, был одним из немногих, у кого были настоящие бронзовые доспехи, и, вероятно, это была единственная причина, по которой он продержался так долго. Лезвие "драконьей стали" рассекло бронзу так же легко, как нож теплое масло. Она глубоко вошла в наплечник, лопатку и спустилась к легким. Мужчина даже не успел закричать, когда умер. Гарри выдернул его с удивительной легкостью и брызгами крови.       Его удар послужил сигналом для остальных. Они двинулись вперед и окружили то, что осталось от людей Плакальщика, срезая их, как колоски пшеницы косой.       Говоря о косах, Гарри заметил, что Вель неподалеку сражается с самим Плакальщиком. Она ныряла и ныряла вокруг его длинных дугообразных атак, выпуская наружу лезвие своего копья.       Тем не менее, как и следовало ожидать от любого из лидеров Вольного Народа, этот человек знал, как сражаться. Он увернулся и избежал ее атак, даже когда силы Гарри окружили его. Плакальщик бросился на Вель и схватил ее за руку, вызвав болезненный крик с ее губ и сердитое рычание где-то глубоко внутри Гарри, даже когда он перерезал горло другому воину.       Но Вель не выронила копья. На самом деле это только разозлило ее. Прежде чем Гарри успел трансгрессировать и обеспечить ее безопасность и смерть Плакальщика, Вель успела покончить с противником самостоятельно. Плакальщик подошел, чтобы нанести ей еще один удар. Этот удар пришелся бы ей в грудь, но Вель шагнула ближе, подняла свободную руку и быстрым движением ухитрилась сломать древко косы противника. Мгновение спустя она протянула руку к бедру и вонзила кинжал в глаз ублюдка.       Единственный оставшийся глаз Плакальщика в шоке уставился на Вель, а его рот открылся в беззвучном крике боли. Он сделал последний предсмертный рывок, прежде чем упасть с кинжалом Вель, все еще торчащим у него в черепе.       Нимерия сражающаяся рядом с ними превратилась в настоящую бурю из кинжалов, когда грациозно двигалась по полю боя. Она, казалось, легко находила слабые места в броне своего противника с врожденным инстинктом, рожденным большой практикой. Гарри заметил, как ещё двое упали под ее клинками всего за несколько секунд.       Оберин был ближе к Гарри. Волшебник не мог не оценить ловкость этого человека во владении копьем. Гарри подумал, что это не самая удобная позиция для стиля боя Оберина, но нужно отдать должное, не один из людей Плакальщика не уцелел под ударами его копья.       При всех своих размышлениях Гарри не переставал двигаться, его палочка и меч рассекали воздух в стремительном движении. Режущее проклятие покинуло его палочку, отсекая голову человеку перед ним, в то время как он ударил своим клинком противника справа. Мужчина попытался заблокировать меч щитом, но тот не смог остановить остроту драконьей стали Гарри. Красноватый клинок пронзил щит насквозь и продолжал двигаться, пока не достиг живота человека, стоявшего за ним. Гарри разбил щит, и освободил свой клинок, с быстрым Редукто, прежде чем перейти на другой.       Сражение продолжалось, хотя оно длилось всего десять минут, прежде чем последние люди Плакальщика оказались прижатыми к стенам. Они отказались сдаться и умерли с мечами в руках.       Когда все наконец закончилось, Гарри оглядел поле боя. Кое-кому удалось добраться до вершины, но с ними расправились те, кто остался за стенами.       Пока Гарри рассматривал кровь и тела, одна вещь стала совершенно ясной. Эта битва обернулась настоящей бойней. Мужчины и женщины, которых он сжег своим огнём, все еще тлели; те, кому выпала участь попасть в его ловушку, уже давно задохнулись; и стоны тех, кто, вероятно, скоро умрет, были единственным, что нарушало хруст сапог по снегу. Из почти 3000 воинов, которыми командовал Плакальщик, не выжил никто.       Карси похлопала Гарри по плечу, привлекая его внимание: - Я потеряла семерых, когда мы зачищали оставшихся.       - А я пятерых, - кивнул Гарри. - Он повернулся к стенам, где мертвецы все еще висели на шипах. Он взмахнул палочкой, и стена быстро вернулась в гладкую поверхность. Тела упали на землю, громоздясь вдоль стены.       - Соберите мертвых, они будут сожжены. Но будьте осторожны, там все еще ждут тысячи людей, и я не хочу, чтобы они застали нас врасплох.       Карси кивнула: - Возможно, это была их уловка с самого начала, она все-таки выманили нас.       Гарри медленно покачал головой: - Нет... нет, я так не думаю. Не думаю, что их лидеры возглавили бы эти группы, если бы это было так.       Карси нахмурилась: - Наверное, ты прав. - Она повернулась, чтобы сделать, как приказал Гарри, - но мы скоро узнаем наверняка.       Гарри обнаружил, что Оберин разговаривает с Вель, и быстро обратился к ним: - Я пойду проверю остальных, не хотите пойти со мной?       Они кивнули, и Оберин сказал: - Только позволь мне забрать Ниму, она тоже захочет пойти.       Гарри посмотрел на Вель и поднял руки, чтобы проверить рану на ее руке. Это был глубокий порез, все еще сочащаяся кровью и горизонтально пересекающая ее трицепс. Она слегка поморщилась, хотя не выказала никаких других признаков дискомфорта, когда Гарри поднял палочку, чтобы исцелить повреждённую плоть. Он наклонился и прошептал ей на ухо: - Тебе не обязательно идти со мной.       - Гарри, ты меня знаешь. Я иду. И нечего переживать из-за небольшой раны, которую ты уже излечил. - Ее взгляд смягчился: - Но я ценю твою заботу.       - Ага, я знал, что ты так ответишь, но решил, что все равно стоит спросить.       Она улыбнулась: - Ну конечно, - Ее глаза обратились к нему с беспокойством, - но как у тебя дела? Кое-что из того, что ты только что сделал со своей магией, - она посмотрела на тлеющие тела, - должно быть, было утомительным.       - Адреналин битвы позволяет мне не обращать внимания на усталость. - Вель, казалось, не особенно обрадовалась такому ответу, но приняла его. В этот момент появились Нимерия и Оберин.       - Ладно, - сказал Гарри, - пошли. - Они быстро схватились за Гарри, когда он повернулся и переместился к южным воротам под звуки битвы. Без помощи Гарри Харме и ее людям удалось поставить на место не одну лестницу, хотя они все еще явно проигрывали битву.       Гарри отпустил остальных, прежде чем снова трансгрессировать за стены. Нападавших осталось всего около 700 человек, и многие из них уже находились внутри стен. Гарри решил, что позаботится о тех, кто остался снаружи. Он поднял палочку и произнес заклинание, которому научился в Норвегии. Из его волшебной палочки вырвался луч света и коснулся одного из налетчиков у стены. Гарри держал заклинание, желая, чтобы оно продолжало течь из его палочки, и электричество начало искриться.       Заклинание было утомительным и обычно требовало сотрудничества нескольких магов, чтобы выполнить его на этом уровне, но Гарри просто продолжал давить. Крики вырвались из сотен или около того глоток мужчин и женщин, все еще находившихся за стенами, поскольку попали под заклинание Гарри. Когда Волшебник наконец снял заклинание, он тяжело дышал. То, что осталось от его первой жертвы, было не более чем дымящейся оболочкой, покрытой фурункулами и волдырями.       Гарри взял себя в руки, осматривая стены и лестницу, чтобы убедиться, что там никого не осталось, прежде чем переместиться обратно в битву на другой стороне. Теперь все было почти кончено. Гарри видел, как Торегг на стене сражается с приземистой женщиной с собачьей шкурой на плечах. Для него было совершенно очевидно, что это Харма. Гарри присоединился к толпе бойцов, когда Торрег покончил со своей противницей.       Рыжеволосый мужчина стремительно двигался, уворачиваясь от топора и кинжала Хармы. Она была быстрым бойцом, несмотря на свою внешность, но она недооценила молодого человека. Торегг прыгнул вперед, уклоняясь от очередного удара Хармы. Она потеряла равновесие и оказалась совсем рядом с краем стены. Он пнул ее по ногам и попал в правую. Её откинуло назад со стены и, пролетев пятнадцать футов, упала вниз. Торегг спрыгнул и грациозно приземлился рядом с теперь уже безоружной и ошеломленной Хармой. Он заставил ее встать на колени, а затем поднял клинок и снёс ей голову с плеч.       Гарри перерезал горло еще одному из людей Хармы, кровь хлынула наружу и попала как на него так и на землю. Последние воины под командованием Хармы были добиты, и так же, как и люди Плакальщика, они отказались сдаться. Когда все было кончено, Торегг подошел, слегка прихрамывая от раны на бедре.       Молодой человек уныло посмотрел на Гарри: - Ну, похоже, я бы проиграл это пари.       Гарри усмехнулся, помогая раненным, - как будто в этом были какие-то сомнения, - Он повернулся к Тореггу, исцеляя сломанный нос одной из воительниц быстрым Эписки, - но ты справился достаточно хорошо, несмотря на мое отсутствие.       Торегг огляделся: - Совершенно верно, но как обстоят дела у главных ворот?       Затем вмешалась Вель, позволив Гарри продолжать свою работу без перерыва, - битва была чрезвычайно успешной. Мы потеряли не более двадцати человек, уничтожив при этом 3000 последователей Плакальщика.       Гарри ухмыльнулся: - И Вель имела честь лично убить этого заплаканного ублюдка.       Торегг рассмеялся во весь голос, глядя на Вель: - Ну, этот слизняк, вероятно, недооценил тебя.       Вель пожала плечами: - Он действительно успел зацепить меня, но мне удалось вонзить кинжал ему в глаз в качестве компенсации.       - Ничего удивительного, - ответил Торегг, прежде чем снова повернуться к Гарри. - Есть новости от отца?       Гарри покачал головой, ставя на место левый указательный палец раненного воина, - нет, но Гремучая Рубашка напал там. - Он внезапно выпрямился и повернулся, чтобы полностью сосредоточиться на рыжеволосом мужчине.       Торегг кивнул и обратился к одному из своих подчиненных: - Соберите все тела для сожжения, в том числе и те, что за стенами.       Гарри повернулся к Вель, Оберину и Нимерии, которые на этот раз отклонили предложение отправиться с ним, полагая, что на этом сражение почти закончится. Так что Гарри, с одним только Тореггом, переместился к северным воротам Первой Кузницы, когда оказалось, что остальные трое были правы—битва, по сути, была закончена. Единственное, что происходило, - Тормунд несколько раз ударил по черепу человека, облаченного в доспехи из переплетенных костей. Гремучая Рубашка был единственным оставшимся в живых, и если брызги мозгового вещества были каким-то признаком, он тоже пал смертью храбрых.       Торегг быстро подошел к отцу, когда Тормунд отбросил дубинку, которую, по-видимому, вырвал из рук бывшего Костяного Лорда. - Повернувшись, он коротко хлопнул сына по плечу: - Я так понимаю, у южных ворот все кончилось удачно?       Торегг улыбнулся: - Мы потеряли несколько хороших мужчин и женщин, но Харма и ее силы были полностью уничтожены.       Тормунд повернулся к Гарри с кривой улыбкой: - Полагаю, мне даже не нужно спрашивать о том, как ты справился.       Гарри пожал плечами: - Ты мог бы, но мы оба уже знаем ответ. Я хотел спросить, сработали ли ловушки?       Оба кивнули, а Тормунд ответил: - Они сработали отлично, как и твои подопечные, и они, безусловно, облегчили нам бой.       - И хорошо. - беспечно ответил Гарри, начав лечить раненных.       Час спустя Гарри стоял у западных ворот вместе с Вель и Оберином. Потери с их стороны были подсчитаны, и из 16 219 бойцов лишь 589 погибли почти все они у северных и южных ворот и еще 276 были ранены. Гарри сделал все, что мог, чтобы залечить эти раны, но некоторые из них потребовали бы длительного лечения. С другой стороны, их враг был полностью уничтожен; по крайней мере, те, кто выступил против них. Из людей, которые прошли через Сумеречный Лес, больше 8000 человек погибло, и все их тела были сожжены.       Оберин повернулся к Гарри с ухмылкой на лице: - Ну что же я был не прав, вместо трёх часов на это потребовалось почти четыре. - Они обменялись смешками, прежде чем снова обратить внимание на лес перед ними, где Гарри все еще мог чувствовать более 20 000 других Вольных людей во главе с Мансом Налетчиком.

***

      Наступил полдень, и падал легкий снег, когда три фигуры вышли из леса размахивали чем-то, чего Гарри действительно не ожидал… это был белый флаг. Гарри посмотрел на Тормунда и Вель: - Полагаю, нам следует узнать, чего они хотят. - Двое других кивнули, и затем они спустились со стен, вышли за ворота и направились к трем чужакам, стоявшим на открытом пространстве за пределами Сумеречного Леса.       Мужчина стоящий посередине, который, как Гарри предполагал, был Мансом Налётчиком, не был ни красивым, ни уродливым, а самым обыкновенным. Он был немного ниже Гарри, но длинноногий и худощавый. Грудь и плечи у него были широкие. У него было скуластое лицо и проницательные карие глаза. Его каштановые волосы начали седеть. Шлем который он держал в руках был сделан из бронзы, с вороновыми крыльями по бокам. Его плащ был тем самым, который Вель описала Гарри годы назад, черным с красными полосками.       Рядом с ним стояла гибкая девушка, одетая в белые меха, такие же, как у Вель, только с коричневыми и черными вкраплениями. Ей было не больше пятнадцати-шестнадцати. У нее были огненно - рыжие волосы, чистая кожа, серо-голубые глаза и слегка вытянутое лицо. В руках у нее был лук со сбитой стрелой, хотя она и не была натянута. Девушка была довольно миловидной, насколько Гарри мог судить, но, похоже, была из тех, к кому без разрешения подходить опасно.       Молодому человеку с белым флагом было лет двадцать-двадцать пять. У него были короткие волосы, почти такие же темные, как у Гарри. Глаза у него были почти такие же темные, как и волосы, а на подбородке начинала расти борода. Он был немного выше Гарри и толще.       Шестеро долго смотрели друг на друга. Вель вытащила свой собственный лук, чтобы соответствовать младшей девушке напротив них, хотя Гарри поднял руку в успокаивающем жесте, прежде чем вернуть свое внимание к тем, кто стоял напротив них: - Вы пришли поговорить?       - Да мы пришли поговорить. - голос Манса Налетчика не был ни грубым, ни мягким а таким же непримечательным, как и его внешний вид. Он сделал паузу, пристально глядя на Гарри: - Я много слышал о тебе за последние несколько лет. Король-Чародей-За-Стеной так называли тебя несколько моих бывших братьев, когда я шпионил за ними в лагере. Такие, как Убийца Воронов, Харма, Плакса и Костяной Лорд, презирали тебя за то, что ты сделал здесь. Правда заключалась в том, что они просто хотели разграбить твой город и взять все, что можно, чтобы стать сильнее. Тенны… что ж, Тенны это совсем другая история. Они слышали о тебе, - Это было новостью для Гарри, - и, кажется, уважают, если не больше.       - Все это очень интересно, Манс, - заговорил Тормунд, - но, насколько мы понимаем, именно ты собрал эти кланы, чтобы завоевать наш дом.       Манс слабо улыбнулся и повернулся к молодому человеку стоящему рядом с ним: - Ярл, за кем ты следовал до того, как я объединил кланы?       - Плакальщик,- быстро ответил он.       - А что он был за человек?       Ярл, казалось, теперь взвешивал свои слова более осторожно, - он был настоящим ублюдком, но хорошо знал своё дело. Но как бы хорошо он ни разбирался в набегах и грабежах, на самом деле их никогда не хватало, и когда он услышал об этом месте, ему захотелось забрать все и оставить тут лишь дымящиеся развалины, как в Суровом Доме сотни лет назад.       Манс кивнул, очевидно, много раз слышал эту историю в прошлом. Он повернулся к девушке, стоявшей рядом с ним: - А ты, Игритт?       - Костяной Лорд, и прежде, чем ты успеешь спросить, был тем ещё гнидой. Он позволил бы любому из тех, кто сражался за него, умереть, если бы думал, что это поможет засунуть его маленький член внутрь Хармы. - Никто из троих Норфолков не смог удержаться от легкого смешка. Что ж, эта девушка определенно говорит то, что думает. Не то чтобы Гарри ожидал чего-то иного от вольной женщины.       Вель решила уточнить: - Так в чем же смысл этих историй?       Манс не сводил глаз с Гарри, но все равно ответил на вопрос Вель: - На самом деле все очень просто, каждый из тех, кто сегодня выступал против тебя был одержим. Все они в какой-то момент пришли бы за тобой, и гораздо больше погибло бы, чем нужно. Большинство, - он указал на двух своих спутников, - не разделяли убеждений своего лидера. Вместо этого, как и я, они увидели возможность, которую вы предоставили. - Теперь Гарри понял, почему они сражались лишь с небольшой частью воинов, которых он ожидал. Он собрал тех, кто хотел мира с Первой Кузницей, даже присоединиться к ней, и позволил инакомыслящим атаковать, полагая, что у них будет подкрепление. Хитро, даже жестоко, но эффективно. У Гарри зародилось маленькое зернышко уважения по отношению к Мансу Налётчику.       Человек, о котором шла речь, продолжал, не подозревая о мыслях Гарри: - Я искренне сожалею о гибели столь многих. - Гарри услышал в его голосе легкое презрение, но было ли оно направлено на него самого или на Гарри, он не знал. - Но если бы это был выбор между худшими из Вольных Людей, теми, кто живет ради кровопролития и ничего больше, и теми, кто просто хочет жить безопасно и свободно, я бы каждый раз выбирал последнее.       - Особенно когда первые хотят убить остальных, если это будет соответствовать их целям, - закончил за него Гарри.       - Совершенно верно, - мрачно кивнул Манс, - но, что не менее важно, вы предоставляете наилучшие шансы против того, что надвигается.       Глаза Гарри на мгновение расширились. Он должен каким-то образом узнать об Иных, либо так, или он считает, что надвигается какая-то другая угроза: - Итак, чтобы прояснить, ты послал более 8000 человек на смерть в надежде, что это спасет другие 20 000.       Если Манс и испытывал какие-то угрызения совести, то не показывал этого: - Именно так, и никто из других лидеров даже не подозревал о том, что я планировал. Каждый из них верил, что я намерен помочь им, как только ты и твои люди покинете городские стены. Они доверяли мне, потому что я давал им советы.       - Я так и подумал, - прокомментировал Гарри. - Полагаю, это была твоя идея использовать лестницы и самодельный таран.       - Это так.       Гарри долго обдумывал ситуацию, мельком взглянув на Вель, но она не высказала своего мнения по этому поводу, просто уставившись на людей напротив них. - Скажи мне, - Гарри наконец нарушил жуткую тишину, воцарившуюся над собравшимися, - действительно ли те, кто следует за тобой, желают присоединиться к нам здесь?       Прежде чем Манс успел ответить, Игритт заговорила: - Вольный народ всегда выбирал, за кем ему следовать. Ты не найдешь ни одного человека, который предал бы Манса, и он верит в тебя… значит и мы тоже. Хотя, если ты попытаешься заставить кого-нибудь из нас встать на колени, я засуну стрелу тебе в задницу.       Вель усмехнулась, и Гарри повернулся, чтобы посмотреть на нее без особого энтузиазма. Очевидно, Гарри никогда не сделал бы ничего подобного, он уважал Вольный Народ таким, какой он есть, и никогда не заставил бы их встать на колени. Он не был уверен, насколько комфортно ему было с преданностью стольких людей, сосредоточенных на одном человеке. Но с этим объединением более двух пятых Вольного народа станет частью Норфолков.       Гарри сделал единственное, что он мог сделать, чтобы попытаться облегчить его беспокойство. Он встретился взглядом с Мансом и вошел в его сознание так тонко, как только мог. Он не мог слишком глубоко проникнуть в сознание этого человека, чтобы не выдать себя, но он чувствовал одну всепроникающую эмоцию страх за людей, которые стали доверять ему, страх, что Гарри отвергнет его предложение, и там, в самой глубине его сознания, страх перед ледяными голубыми глазами, которые сияли в темноте.       Волшебник медленно отстранился, и теперь Гарри рассматривал Манса в новом свете. Этот человек очень похож на него самого, почти родственная душа. Он просто делает все возможное, чтобы защитить Вольный Народ, и Гарри не мог отрицать, что они знают этот простой факт.       Гарри коротко откашлялся: - У нас здесь, в Первой Кузнице, нет столько места, чтобы разместить так много новичков, - на лице Манса мелькнуло беспокойство, но он остановил себя, когда Гарри продолжил, - но в Последнем Убежище в Ньюпорте есть более чем достаточно помещений, чтобы разместить вас. Норфолкские дети ходят туда ежедневно. Гарет, южанин, и Моринт, одна из наших и его лучшая ученица, учат их читать и писать. Это, казалось, ничуть не обеспокоило Манса, хотя на лице Ярла мелькнуло отвращение.       - Полагаю, никого не заставляют присутствовать. - прокомментировал Манс.       - Конечно, нет, многие из них просто наслаждаются этим и испытывают жажду знаний, которые они могут получить там. Многие другие будут помогать ухаживать за полями и домашним скотом, работать в кузнице, помогать плотникам и корабельным мастерам или учиться сражаться.       - Каждый находит себе место в той или иной части общества. Как и в обычае Вольного народа, здесь нет денег, поэтому во многих случаях совершается бартер. Кузнецы часто договариваются с плотниками о некоторых деталях, но чаще всего именно руководители каждой рабочей группы сообщают о потребностях указанной группы, и они обеспечиваются оперативно. - Гарри еще не затронул тему признания каждой рабочей группы гильдией и назначения лидеров, но в этом не было необходимости, учитывая, как все развивалось естественным образом: - За эти годы нам удалось обеспечить избыток продовольствия, поэтому мы не нуждаемся в этом.       Очевидно, не будучи полностью осведомленным о том, чем на самом деле была Первая Кузница, Манс слегка кивнул: - У нас есть много хороших бойцов, а также опытные охотники. Я уверен, что некоторые пожилые женщины будут рады помочь в лечении больных. Что касается других профессий, доступных нам, я не могу сказать наверняка, но уверен, что многие из них возьмутся за них.       - Именно этого я и ожидал благодаря своему опыту… хотя это будет гораздо большая интеграция людей, чем когда-либо в прошлом.       - Значит, мы договорились? - спокойно спросил Манс.       Гарри твердо кивнул: - Договорились.       Норфолки, отступившие в Ньюпорт на время сражения, вернулись, и через два часа после полудня жители города наблюдали, как вновь прибывшие входят в город.       По мере того как прибывшие входили внутрь, возникало напряжение, и ни у одной из кланов не было причин доверять друг другу. Но , несмотря на это, Манс и его люди, проходя через город, испытывали заметное чувство удивления. Они восхищались банями, кузницей, белокаменными домами и больше всего Дворцом.       Гарри стоял рядом с Мансом, Вель и Оберином, наблюдая, как множество мужчин и женщин направляются к докам и садятся на корабли. А Гарри точно нужно придумать более постоянный и непосредственный способ доставки людей в Ньюпорт, который не требует ни портключей, ни кораблей. Возможно, какой-то портал... которым не должно было слишком сложно управлять.       - Это что, замок? - Гарри понял, что вопрос адресован ему, и, обернувшись, увидел, что на него выжидающе смотрит та же молодая рыжеволосая девушка, присутствующая при первой встрече с Мансом. Гарри оглянулся на Дворец и слегка улыбнулся.       И Гарри, и Манс, и стоявшие рядом с ним, находили этот вопрос забавным. - Нет, боюсь, что это не замок, - она удивилась, - но когда вы доберетесь до Ньюпорта, то остановитесь в крепости. Это даст тебе гораздо лучшее представление о том, на что похожи южные замки. - Этот ответ, казалось, удовлетворил молодую женщину, и она повернулась, продолжая идти к лодкам.       - Она проворна, - заметил Манс, - и с луком в руках смертоноснее всех, кого я когда-либо встречал. Вложи в них один из ваших длинных луков, и она станет лучшей лучницей в городе.       - Полагаю, это объясняет, почему ты взял ее с собой на наши мирные переговоры. - с улыбкой заметил Гарри.       Манс усмехнулся: - Да, правда. - Бывший Ворон наклонился ближе к Гарри и прошептал: - Есть кое-что важное, что я хотел бы обсудить с тобой.       Гарри был совершенно уверен, что понял, что имел в виду Манс, - очень хорошо, ты присоединишься к нам с Вель сегодня вечером за ужином. - Манс выпрямился и смотрел, как его люди медленно идут по городу. Весь процесс занял около часа, а затем еще час, чтобы корабли добрались до Ньюпорта. Если бывшие последователи Манса были впечатлены зданиями Первой Кузницы, то Последнее Убежище внушало им благоговейный трепет.       Торегг много сделал, чтобы помочь Гарри разобраться, где будут жить новички, и к закату у каждого из вновь прибывших было место для ночлега. Гарет подошел к Гарри, пока тот слонялся по крепости, помогая, где мог. - Итак, - начал мужчина средних лет, - я вижу, битва прошла успешно.       - Все вышло гораздо лучше, чем я мог даже надеяться. У Манса острый ум, - откровенно ответил Гарри. - Я не ожидал, что он захочет присоединиться к нам, основываясь на отчетах Оши.       Гарет нахмурился: - Думаю, я напишу об этой битве. На самом деле, думаю, что начну записывать все твои подвиги до этого момента. Что-то подсказывает мне, что когда-нибудь люди захотят узнать о том, что ты сделал и как ты это сделал.       Гарри слегка поморщился. Даже сейчас он не особенно любил, когда его хвалили, но он понимал, что имеет ввиду Гарет: - Пиши только правду Гарет, без прикрас. Я всего лишь человек, делающий все, что в моих силах, чтобы сделать жизнь других лучше.       - Это правда, но ты гораздо больше. Возможно, ты слишком близок к происходящему, чтобы заметить это, - мейстер слегка улыбнулся Гарри, прежде чем уйти.       - Мне трудно в это поверить, но я полностью согласен с этим человеком, - прокомментировал Торегг, подходя к Гарри. - Большинство наших новых членов собрались в Большом зале. Я думаю, что есть некоторые вещи, которые ты хотел бы им сказать.       Гарри направился к Большому залу. Когда он прибыл, то услышал тихое бормотание сотен, даже тысяч. С громким стуком палочки он привлек всеобщее внимание: - Я полагаю, что Манс уже много рассказывал вам о том, как мы здесь живём. - В толпе было много голов, качающихся вверх и вниз: - Очень хорошо, это сэкономит мне много времени. - Он оглядел Большой зал: - Это место может служить вам домом и домом для многих других, но я думаю, что большинство из вас хотели бы иметь свое собственное пространство. С завтрашнего дня начнется строительство новых домов. У нас очень много каменщиков, и с ними и мной мы можем строить довольно быстро. Тем не менее, любой, кто захочет помочь в этом начинании, будет встречен с распростертыми объятиями. - Казалось, это интересовало многих.       - Важная информация, - твердо заявил Гарри, - Вы можете разрешать споры так, как считаете нужным... в разумных пределах. Большинство склонны улаживать вопросы поединком во дворе, нелетальной, конечно, а после того, как они зайдут в одну из таверн и разделят выпивку. Вещи более экстремального характера доводятся до сведения самых высокопоставленных членов нашего общества. Обычно они решают этот вопрос оттуда. Если они почувствуют необходимость, они доведут этот вопрос до моего сведения.       - Значит, мы больше не вольны, - прокомментировал один из присутствующих мужчин постарше.       Гарри медленно покачал головой: - Ты все еще очень свободен, но убийство и воровство не допускаются среди нашего народа. - По правде говоря, подобные вещи случались самое большее раз в год, норфолки были вежливы между собой, но жестоки к тем, кто им угрожал. - Это ничем не отличается от твоей прошлой жизни, ты не крадешь у своих и не вредишь своим. - Послышалось понимающее бормотание. Это было не так уж далеко от их прежнего образа жизни. Наверное, это главная причина того, что многие уже приспособились к здешней жизни.       Гарри прекратил все разговоры, когда продолжил: - Я планирую работать над средством, позволяющим мгновенно перемещаться отсюда до Первой Кузницы, чтобы те, кто хочет заняться торговлей, сосредоточенной там, могли сделать это легче. - Без необходимости в портключах. На самом деле у него уже был план—рунные арки, соединенные друг с другом. Они не будут работать на расстоянии более двухсот миль, но этого достаточно, чтобы добраться от Первой Кузницы и обратно. Честно говоря, он действительно должен был подумать о чем-то подобном раньше, портключи в одну сторону, а затем корабли обратно действительно не лучший способ перемещения.       С этими словами он повернулся, чтобы уйти. Люди в Большом зале быстро разошлись, чтобы сообщить своим товарищам то, что хотел сказать Гарри. Он быстро трансгрессировал обратно в свой дом, и когда он приземлился, его атаковал случайный диссонанс от неправильно сорванной струны того, что он мог только предположить, было лютней или мандолиной. Гарри повернулся к источнику шума.       В комнате сидел Манс Налётчик, потрясенно смотрящий на него: - К этому определенно нужно привыкнуть. - Мужчина отложил свой инструмент в сторону и посмотрел на Гарри.       - Полагаю, в Ньюпорте все прошло хорошо? - В его голосе отчетливо слышалась тревога.       - Все прошло великолепно, - ответил Гарри, направляясь поприветствовать Вель и двух его детей, которые, если судить по их счастливому хихиканью, наслаждались игрой Манса, - Спасибо, что подождал.       - Я был их лидером, они могут доверять мне, но теперь эту должность должен занять ты. Правда в том, что я взял на себя эту роль только по необходимости. Ты, кажется, гораздо больше подходишь для этого.       Гарри усмехнулся: - Не знаю, по поводу роли, но я справляюсь.       - Иногда ты слишком скромничаешь, - хихикнула Вель за его спиной. - То, что ты сделал, величайшее достижение за всю историю Вольного Народа. - Гарри повернулся к ней, и они обменялись легкой улыбкой, но Манс вернул их к разговору.       - Она права, но боюсь, что все это будет напрасно, - глаза Манса ожесточились, и в его голосе послышалась серьезность. - Я боюсь, что все, что вы здесь сделали, будет поглощено льдом и смертью.       - Почему ты так говоришь? - спросил Гарри.       - То, что я видел, и вскоре придёт из холодных уголков этого мира. Скажи мне, Гарри, что ты знаешь о Иных или о Белых Ходоках?       - Мифические чудовища, говорят, чем-то похожие на людей. Считалось, что они могущественные некроманты и способны управлять погодой. Они пытались завоевать весь Вестерос около 8000 лет назад, но были отброшены объединенными силами Первых Людей и Детей Леса. С тех пор их никто не видел и не слышал. Мейстеры утверждают, что они не более чем миф, - Гарри выпалил общепринятую историю Белых Ходоков.       - Мейстеры ошибаются, - Манс судорожно вздохнул, - когда я покинул Сумеречную Башню, я был вынужден отправиться на север от Стыльного Берега в Страну Вечной Зимы.… Это ужасное место, холодное, очень холодное. Воздух там впивается в кожу глубже, чем любая сталь. Я думал, что там ничто не может жить, и был совершенно уверен, что умру.       - Я пробыл там две недели, почти не выходя за пределы неизведанной земли. Я умирал с голоду, когда наткнулся на него. Он был облачен в доспехи, отражающие свет, как лед, его кожа была бледной, как свежевыпавший снег, а глаза-ярко-синими, сияющими сквозь снег и темноту. - Манс невольно вздрогнул. - Я бежал от него со всем, что у меня было. Он... должно быть, не последовал за мной, иначе я, без сомнения, давно был бы мертв. - Он покачал головой: - Два дня спустя мне удалось найти проход через Ледяные Клыки, который в конце концов встретились с Извилистым Проходом.       - Значит, ты видел одного из них? Почему ты никому не сказал? - вмешалась Вель.       - Я отказался идти к кланам с пустыми руками. Я не мог дать им лишь страх и никакой возможности спастись. - защищался Манс.       - Значит, ты пытался найти способ избежать этой угрозы. Так вот почему ты приходил в Суровый Дом несколько лет назад?       Глаза Манса расширились от легкого удивления, но он нерешительно кивнул: - Да, я думал, что смогу найти легендарный Рог Джорамуна. Он якобы может сломать Стену и дать нам возможность бежать на юг.       - И дать Иным возможность беспрепятственно вторгнуться в Вестерос. - прокомментировал Гарри. Возможно, у него и не было никаких корыстных интересов в Семи Королевствах, но он никогда не любил подвергать опасности невинные жизни.       - Я искренне сомневаюсь, что Стена будет хотя бы наполовину тем препятствием, на которое вы надеетесь, и если бы я нашел его, у нас были бы годы, чтобы отправиться на юг.       - Но ты этого не сделал и прекратил поиски. - прокомментировала Вель.       - Совершенно верно, и к тому моменту появился этот город. - Он посмотрел на Гарри, - ты явил собой возможность, которая никогда бы не появилась без тебя.       - И что это за возможность? - серьезно спросил Гарри.       - Возможность сразиться с ними здесь, на наших землях, на наших собственных условиях. Если они придут, а я в этом не сомневаюсь, бегство на Юг только добавит нам еще несколько лет жизни. Вольный народ хочет жить, и многие предпочли бы умереть с мечом в руке, чем с клинком в спине.       - К твоему сведению, тебе не нужно меня ни в чем убеждать, - Манс выглядел озадаченным, - многое из того, что я здесь делал, было подготовкой к приходу Белых Ходоков.       - Ты знаешь, что они придут, и все же ничего не сделал? - сердито спросил Манс. - С твоей магией ты должен был остановить их задолго до того, как они решат прийти!       - Твой упрек неуместен и думаю, что ты несколько переоцениваешь меня. Я могуществен, это правда, но ничего не знаю о своем враге. Если бы я ушел сразу же после того, как узнал об угрозе, то очень легко мог бы погибнуть в Стране Вечной Зимы и оставить свой народ и весь Вольный Народ не подготовленными к надвигающейся угрозе. Лишь недавно мне удалось приобрести материалы, которые, как утверждает история, могут нанести им вред. - Гарри внезапно обнажил меч. - это драконья сталь, и наши кузнецы уже работают над тем, чтобы изготовить больше подобного оружия. И не говори так, как будто ты полностью осознаешь все, что я сделал с тех пор, как прибыл сюда.       У Манса хватило порядочности выглядеть, по крайней мере, слегка пристыженным за то, что он поспешил с несправедливыми выводами. - Если честно я просто рад что ты уже давно в курсе ситуации и сделал все, что мог, чтобы подготовиться.       Гарри кивнул, делая глубокий вдох, чтобы успокоиться, убирая меч в ножны, прежде чем продолжить разговор.       - Осталось лишь два клана Вольного Народа, и многие из тех, кто слышал о нас, сюда и стекаются.       - Варамир не присоединится к тебе по собственной воле, этот человек слишком самоуверен. Но Тенны…признаюсь, я пытался убедить их присоединиться к моему ложному крестовому походу против тебя. Они, мягко говоря, не хотели этого делать, а так как у них слух великанов, то и мне не повезло. Я думаю, что ты найдешь их вполне договороспособными, особенно если ты подчеркнешь, что они будут первой целью на пути Белых Ходоков. Кажется, они тебя уважают.       - Конечно, тут есть над чем подумать, - заметил Гарри. Манс встал и схватил лютню, лежавшую рядом со стулом.       - Ну уже поздно и я вас оставлю. Полагаю, вы двое совершенно измучены произошедшим сегодня. - Они слабо улыбнулись ему, когда он направился к двери.       Гарри и Вель переглянулись. Они все еще были одеты в свои окровавленные доспехи и выглядели совершенно измученными.       - Это был длинный день, - прокомментировал Гарри, прежде чем схватить Вель за руку и потащить ее к кровати. Дети спали, и у них было время для быстрой передышки. Он скинул с себя одежду, пока они шли к кровати, и Вель сделала то же самое. - Супруги упали на кровать, и Вель положила голову на обнаженную грудь Гарри.       Они довольно быстро заснули, но мысли Гарри были заняты странным поворотом событий и тем, что ждет их в будущем, когда Вольный Народ так близок к полному объединению.