Глава 13
6 апреля 2021 г., 08:03
Гарри приближался к Кулаку Первых Людей с юга, Карси, Тормунд и Манс следовали за ним. Высокий холм, служивший оплотом в Эпоху Рассвета, возвышался над Сумеречным Лесом. Склоны к западу и северу были отвесными, а к востоку-чуть менее отвесными. Неподалеку протекал ручей, и когда они поднялись выше, Гарри заметил старую кольцевую стену высотой примерно по грудь, которая охраняла вершину каменистого холма.
Когда четверка прошла мимо стены, Гарри заметил два меча и большой топор, прислоненные к старой оборонительной конструкции. И тут стало ясно, что они прибыли вслед за Теннами, поскольку неуклюжая фигура Мега Могучего возвышалась примерно на тринадцать футов над всеми, пока он ухаживал за своим гигантским ездовым животным. Великан был выше Хагрида, но ниже, чем все великаны его собственного мира. Борода Мега была серебристо-серой с белыми крапинками; мамонт, за которым он ухаживал, был похожего цвета. Ближе к центру холма стояли трое мужчин, все в рубахах, расшитых бронзовыми дисками, и со шлемами из того же металла за плечами. Они грелись у костра, двое разговаривали между собой, а третий молчал.
Все трое были по меньшей мере шести футов ростом, но самым высоким и молчаливым человеком, которого Гарри мог предположить по описанию, был сам Магнар. Стиру на вид было лет тридцать пять, и он был на целую голову выше Гарри, с широкими плечами и видом превосходства. Он был лысым, со странными отметинами на лице и макушке. Глаза у него были бледно-серые, нос прямой и узкий, спускающийся к нахмуренным тонким губам. Его глаза метнулись к Гарри и его спутникам, когда они приблизились, и жестом подозвали остальных, одновременно окликая великана, хотя Гарри не мог точно разобрать, что было сказано.
С тех пор как Гарри столкнулся с каннибалами, он стал учиться у Вель Древнему языку, чему она безмерно радовалась. Теперь он был рад этим урокам, так как знал, что Тенны и великаны почти исключительно говорят на Древнем языке.
Когда четверо норфолков подошли ближе, они расположились так, что трое мужчин оказались впереди, а великан-позади. Хотя Гарри не держал при себе меч для этого разговора, он не был настолько глуп, чтобы отказать себе в какой-либо защите, учитывая, что у них был великан, поэтому его палочка лежала в кобуре на запястье. Долгое мгновение они просто смотрели друг на друга, ожидая, когда другой сделает первый шаг, пока Стир наконец не заговорил, его голос был таким глубоким, как и ожидал Гарри: - Так зачем ты позвал меня сюда?
Гарри на мгновение взглянул на Мега, прежде чем обратиться к лидеру Теннов, - Ты и твой народ-старейший из Вольного Народа. - Он решил, что игра на их чувстве гордости была хорошим местом для начала: - Вы последние из Первых Людей, насколько я понимаю.
- Ты говоришь правду, - согласился Стир, - но это не имеет никакого отношения к тому, зачем ты позвал меня сюда.
Гарри помолчал, собираясь с мыслями: - Вы были самым сильным кланом из Вольного Народа, самым продвинутым и самым ужасающим, - Тормунд подавил фырканье в ответ на это замечание, поскольку он никогда особо не заботился о Теннах и их, по его мнению, чрезмерно раздутом чувстве собственного достоинства. Гарри даже не удостоил его взглядом, когда продолжил: - Теперь эта честь принадлежит нам, - Гарри указал на своих товарищей и на себя.
Это заявление повисло в воздухе на короткое мгновение, прежде чем Стир начал смеяться, это был не издевательский смех, но и не особенно приятный, более насмешливый. Двое других теннов присоединились к нему, а великан продолжал разглядывать Гарри глубоко посаженными глазами. Магнар резко остановился и спокойно сказал: - Может быть и так, я никогда не видел этого вашего города, чтобы сказать наверняка. Самый продвинутый, определенно, если стальная броня, которую ты носишь, столь крепка. Но это не твоего народа бояться Гарри Поттер, - Стир посмотрел ему прямо в глаза, - это ты и только ты, я слышал истории о том, как ты уничтожил одного из вождей каннибалов возле своего города, - он улыбнулся, обнажив слегка пожелтевшие зубы, - и ты даже заставил его умолять о смерти. И тебе это удалось, даже пальцем его не тронув. - Он закончил свою короткую речь и подождал, пока Гарри продолжит.
- Если они боятся меня одного, то их страх неуместен, - сказал Гарри почти пренебрежительно, - не я один убивал Альфина Убийцу Воронов и не приводил его людей в лоно своего клана. Не я один заботился о строительстве нашего города, и о процветании нашего народа. И не я один убил Плакальщика, Харму и Гремучую Рубашку. - Он понимал, что был самым важным винтиком в машине, которая стала Норфолком, но их достижения как народа должны быть отданы всем тем, кто помог в этом начинании.
- Но я позвал тебя сюда не для этого, - отвлекся Гарри, - почти половина Вольного Народа сейчас живет в Первой Кузнице и Ньюпорте. Из тех, кто остается снаружи, вы, Тенны, представляете самую большую часть. - Гарри хотел продолжить, но его прервало фырканье Стира.
- Так вот почему ты позвал меня сюда? Хвастаться многочисленностью своего клана и силой твоего народа. Неужели ты рассчитывал запугать меня своими скрытыми угрозами? - Он усмехнулся: - Ты увидишь, что я мало забочусь о твоих угрозах, и если ты нападешь ваша численность уменьшится гораздо быстрее, чем в любом из твоих предыдущих сражений.
- Я не угрожаю тебе, Стир. - Гарри чуть не зарычал: - Я просто констатирую факты. - Когда наступит зима, у нас, Норфолков, будет достаточно еды и тепла, можешь ли ты сказать то же самое о своем народе? - Стир хотел было ответить, но что-то остановило его. Этот человек мог править своим народом железной рукой, но это не делало его менее чутким к их бедственному положению, живущему в самых отдаленных частях нанесенного на карту севера. Он видел смерть, которую приносила зима, и ожидал, что это случится снова.
Гарри позволил ему немного подумать и посмотрел на Мега позади себя: - А великаны, сколько их осталось Мег Мар Тун Дох Вег? Переживет ли твой народ следующую зиму? - Насколько Манс успел заметить и проинформировать Гарри, великанов осталось не больше сотни, и по крайней мере некоторые из них были вегетарианцами. И Гарри полагал, что любая зима будет означать конец всему их виду, если они останутся рядом с Теннами. Великан уставился на Гарри, прежде чем его громкий голос нарушил тишину.
- Правда, теперь нас мало. - Это, казалось, было все, что мог сказать великан по этому поводу, по крайней мере на данный момент, поэтому Гарри снова обратил свое внимание на троих мужчин перед ним.
- Если ты здесь не для того, чтобы угрожать нам, запугивать нас или что-то в этом роде, тогда зачем мы здесь? - Стир заметно успокоился после своей предыдущей вспышки, теперь гораздо более любопытной, чем воинственной.
- Сообщить, что в интересах тебя и твоих людей будет покинуть Тенн, - Гарри решил, что в данном случае он должен быть откровенен.
Глаза Стира опасно сузились: - Мы покидали Тенн, лишь для того чтобы совершить набег на юг, и в редких случаях следовали за Королем-За-Стеной, чтобы напасть на южан.
- Кто-то может называть тебя королем, но ты не намерен нападать на Стену или на людей, живущих за ней, так зачем нам приходить?
На Гарри, казалось, не повлиял резкий рост напряжения: - По единственной причине, которая действительно имеет значение а именно выживание. Ты сможешь выжить на юге, если согласишься принять мое предложение поселиться за нашими стенами.
- И чего мне будет стоить твоя доброта? - Стир шагнул вперед и теперь навис над Гарри с рычанием на лице, - мне нужно преклонить колено, и всем остальным Теннам? Буду отдавать дань уважения тебе и твоим близким и стану одним из коленопреклоненных как на юге?
Карси вмешалась в разговор, прежде чем Гарри успел ответить: - Никто не преклоняет колени перед Гарри, мы следуем за ним по собственному выбору.
- И сколько из вас все еще контролируют своих людей? - возразил Стир, глядя прямо на каждого из трех спутников Гарри по очереди.
Тормунд пожал плечами: - Я был первым, кто присоединился к Гарри, или, скорее, оказался на заднице и был вынужден следовать за ним. - Он слегка рассмеялся, прежде чем продолжить: - Мой клан стал его, потому что он победил меня, Стир, вот так просто. - Стир, казалось, принял это достаточно легко, он хорошо знал, что они последуют за сильнейшим без особого соперничества.
- Он убил гребаного предводителя каннибалов, который преследовал мой клан в течение многих лет, - даже после стольких лет Карси говорила об этом с облегчением, - вот почему это привело меня к нему, но это не причина по которой я добровольно отказалась от своего лидерства. Я сделала это ради моего клана. Это не значит, что те, кто когда-то следовал за мной, не слушают моих слов или советов. Это просто означает, что они так же слышат слова Гарри.
Только тогда Манс, наконец, заговорил в первый раз за время встречи: - Среди людей Хармы, Гремучей Рубашки и войск Плакальщика были те, кто слышал многое из того, что происходило в стенах норфолкских городов. Даже если большая часть этого была только слухами, они были готовы рискнуть, чтобы быть свободными от голода и смерти, которые всегда следовали за ними по пятам. - Бывший Ворон слегка наклонил голову, - мужчины и женщины, которые пришли ко мне, доверяли и уважали меня и мое слово, и все еще делают это, если на то пошло, но они поняли, что именно Гарри будет их новым лидером. Я ничего не потерял и много приобрел, больше мне нечего сказать по этому поводу.
Стир на мгновение задумался, прежде чем сделать шаг к бывшему ворону: - Скажи мне, ты бы хотел, чтобы я шел сломя голову в ту бойню вместе с другими, тайно пытаясь завоевать лояльность моего народа?
Манс жестом остановил Гарри, когда тот сделал шаг в его защиту: - Даю тебе слово, Стир, Магнар Теннов, что ты никогда не был бы частью этой бойни. - Стир сжал и разжал кулаки, и Манс продолжил: - Ты никогда не хотел нападать на Норфолков, я просто надеялся, что ты окажешься в той же ситуации, в которой сейчас находимся мы, - разговор между тобой и Гарри, чтобы что-то решить. Только тогда у тебя был бы весь твой народ, готовый остаться там, на юге. - Была веская причина, по которой именно Манс отправился к Мегу, в то время как Далла подошла к Стиру, когда они на самом деле отправились в Теннам. Они действительно не знали, как этот человек отреагирует, когда узнает, что Манс, похоже, пытался подстроить смерть Стира. Хорошо, что ему не понадобилось оружие.
Стир пристально посмотрел в глаза Манса, прежде чем спокойно отступить: - Я верю тебе, хотя бы потому, что сомневаюсь, что ты настолько глуп, чтобы попытаться сделать это, когда мой клан действительно предан мне, в отличие от говнюков, попавших в твою ловушку.
Стир в последний раз взглянул на Манса, прежде чем снова повернуться к Гарри: - Но это совсем другое дело. Мы говорили о том, во что мне обойдется разрешение переехать на юг?
- Ты можешь ехать дальше на юг, когда захочешь, - немного резко возразил Гарри, - но если ты приедешь мирно по моей просьбе, тебе будет позволено жить за нашими стенами и извлекать выгоду из отношений с нами. Все, что от тебя требуется, - это чтобы ты и твои люди уважали наши обычаи, как мы будем уважать ваши, и чтобы в случае необходимости мы вместе сражались с любыми общими врагами.
Стир на мгновение задумался: - Ты думаешь, я поверю, что ты хочешь так мало? Что ты не захочешь повиновения от моего клана, как ты добился этого от тех, кто присоединился к тебе? - Он кивнул головой в сторону тех, кто стоял рядом с Гарри.
Гарри почувствовал, как его гнев постепенно нарастает, и он шагнул вперед, глядя каменным взглядом на более высокого мужчину: - Я ожидаю, что ты поверишь мне на слово, поскольку у тебя нет причин сомневаться в моих словах, даже если прошу довольно много. - Стир снова шагнул вперед, пытаясь надавить на Гарри своим превосходящим ростом, но тот невозмутимо продолжил: - Но если ты решишь отказаться от моего предложения, прекрасно. Это не разозлит и не побеспокоит никого из норфолков. - Гарри позволил своим глазам на мгновение вспыхнуть магией и заметил, как по лицу Магнара пробежала легкая дрожь, - но когда твои люди начнут мёрзнуть в своих домах, после того как холод зимы лишит их ушей и пальцев, и всеохватывающий голод достигнет такой степени, что у них не будет другого выбора, кроме как пировать на тех, кто пал перед ними, ты пожалеешь, что не принял мое предложение.
Голос Гарри упал до жуткого шепота, когда он продолжил: - Если ты придешь ко мне в этот момент отчаяния с надеждой на убежище, тебя выгонят за ворота, чтобы ты лег в могилу, которую сам себе и вырыл. И все мужчины и женщины теннов, какими бы верными они ни были, умрут, удивляясь, как они могли подумать, что их Магнар был чем-то большим, чем просто человек. - Он даже не был уверен, сможет ли проявить такое хладнокровие, но Гарри пытался доказать свою точку зрения и быстро понял, что Стир не из тех людей, которые прислушиваются к логичным фактам. Страх был один из лучших мотиваторов, и если это то, что требуется, чтобы ускорить этот разговор, то так тому и быть.
Стир, который до этого момента казался не кем иным, как отважным лидером самого опасного клана Вольного Народа, запнулся, и Гарри увидел в его серых глазах две вещи: страх и уважение. Гарри не нуждался в любви Теннов, ему нужны были уважение и страх, которые он видел в глазах Стира, чтобы они могли сосуществовать и когда-нибудь вместе сражаться против общего врага. Гарри продолжал удерживать взгляд высокого мужчины, пока тот не отвернулся и не посмотрел на двух других мужчин по обе стороны от него.
Только тогда Гарри сделал то же самое и заметил, что они смотрят на него в шоке, явно не привыкшие к тому, чтобы кто-то разговаривал со Стиром таким тоном. Глубокий голос Мега нарушил тишину и привлек внимание Гарри: - Великаны придут на юг, сражаются с твоим народом, помогают, когда могут, но мы останемся великанами, как и с Теннами.
Впервые за всю встречу Гарри по-настоящему улыбнулся: - Мы будем рады принять тебя и других великанов, Мег, и мы будем рады любой помощи, которую вы можете оказать.
Стир отступил на шаг от Гарри и скрестил руки на груди: - Я сохраняю контроль над своим кланом.
- Насколько я понимаю, их преданность абсолютна. И сомневаюсь, что смогу что-то сделать, чтобы изменить это, не то, чтобы хотел возражать тебе, - добавил он в основном для себя, - я предлагаю тебе союз, а не подчинение. - Это, казалось, понравилось Стиру, и он протянул Гарри руку в знак признания этого нового союза. Он быстро ответил тем же жестом и схватил Магнара за предплечье.
- Мы придем в твои земли, Гарри Поттер. - спокойно сказал Стир, хотя Гарри сомневался, что этот человек полностью уверен в своем решении.
- Следуйте за Оленьим Рогом к его устью в море, вы найдете стены Первой Кузницы примерно в пяти милях к северу оттуда. Мы переправим вас в Ньюпорт, где вы устроите себе новый дом. И ты не пожалеешь об этом решении, - объяснил Гарри, не зная наверняка, знают ли тенны, где находится их город.
Магнар, казалось, не был уверен в этом заявлении, по крайней мере на данный момент, когда он указал на двух других теннов: - Нам потребуется по крайней мере два месяца, чтобы вернуться в Тенн, подготовить моих людей и отправиться в ваш город. - Гарри прекрасно осознавал этот факт и представлял, что это, вероятно, займет еще больше времени, давая им время начать строить постоянные дома для вновь прибывших. Конечно, это произойдет только после того, как мы покончим с теми, кто присоединился к нам после битвы, хотя мы уже добились большого прогресса на этом фронте.
Когда Магнар отвернулся от него, Гарри сказал на прощание: - Мы будем ждать вашего прибытия.
Понимая, что Стир вряд ли продолжит разговор, Гарри подошел к Мегу: - Ты и другие великаны сможете поселиться рядом с Теннами, как и сейчас. Как я понимаю, среди вас есть, по крайней мере, некоторые, кто не ест мяса, - Мег медленно кивнул своей большой головой, - это не будет проблемой, осмелюсь сказать, что еды будет гораздо больше, чем вы привыкли. - Гарри боялся, что может случиться, если он протянет свою руку великану, будучи подвергнутым сильной хватке Хагрида не один раз и не доверяя великану, чтобы показать такую же сдержанность, поэтому вместо этого он просто поднес руку к груди и склонил голову. Великан, стоявший перед ним, казалось, понял этот жест и потянулся, чтобы похлопать Гарри по плечу, чуть не сбив его с ног и вызвав смешок Тормунда.
- Рад познакомиться с Потром, - произнес великан, прежде чем отвернуться от Гарри и направиться к мамонту.
Гарри начал пробираться обратно к южному склону холма с тремя другими на буксире. Когда они приблизились к подножию склона, Тормунд заговорил: - Ну, в Ньюпорте дела пойдут гораздо хуже, когда прибудут эти ублюдки.
- Тебе повезло, что ты почти никогда не бываешь в Ньюпорте, - пожал Гарри плечами, - кроме того, сомневаюсь, что даже те кто живут в Ньюпорте, будут с ними общаться.. С другой стороны, великаны, похоже, были бы гораздо более готовы помогать.
Карси, казалось, согласилась: - Я очень мало общалась как с Теннами, так и великанами, но те несколько раз, когда сталкивалась с великанами в прошлом, они были приятными и даже пассивными по своей природе, хотя однажды лицезрела одного в ярости, когда на него напал снежный медведь. - Она коротко вздрогнула, - Великан разорвал его на части, прежде чем размозжить ему голову одним ударом дубины.
- Мы должны посмотреть, на что они способны с дубинками и кувалдами, сделанными из чего-то более опасного, чем дерево и камень. - Они разговаривали между собой, углубляясь в лес минут на пятнадцать. Только после того, как Гарри убедился, что они прошли достаточно далеко, он велел каждому из них взять его за руку и трансгрессировал обратно в Первую Кузницу.
***
День клонился к вечеру, и жара в столице немного спала с заходом солнца. Серсея Ланнистер сидела в своих покоях в Красной Замке, расчесывая золотистые волосы своей маленькой дочери Мирцеллы. Ее зеленые глаза рассеянно смотрели в никуда, когда она игнорировала болтовню молодых служанок в комнате. Ее взгляд метнулся к двери, когда она услышала легкий стук, она надеялась, что это может быть Джейми, хотя сомневалась в этом. Роберт, без сомнения, выставил его за дверь своих покоев, пока он трахает все больше своих шлюх. Одна из девушек вскочила и быстро ответила только для того, чтобы показать болезненно сладкое лицо Мастера над Шептунами Роберта. Не полноценный мужчина, но в два раза хитрее, потому что у него нет члена между ног, чтобы тянуть его во все стороны. Трудно поверить, что когда-то Серсея считала его своим лучшим другом здесь, в столице, но он всегда давал ей достаточно информации, чтобы заставить её думать о таких вещах. "Интересно, какими сладкими словами он хочет угостить меня сегодня?" Королева осталась сидеть, хотя ее дочь пробежала мимо, легонько похлопав ее по спине, и отпустила служанок легким взмахом руки. Только когда все покинули комнату, она обратилась к Пауку: - Лорд Варис, чем я обязана такому удовольствию? - Ее тон не оставлял сомнений в том, что она видит в этом нечто гораздо меньшее, чем удовольствие. - Интересно, ваша светлость слышали о необычном клане одичалых за Стеной? - спросил Варис, подходя к ней и останавливаясь в трех футах. Серсея подавила желание фыркнуть в ответ на вопрос Вариса. Как будто он не знает, что эти Норфолки были предметом разговоров при дворе в последнее время, с тех пор как Ренли обсуждал их на одном из многочисленных пиршеств Роберта. Джон Аррен, Станнис Баратеон и даже Роберт в свое время могли бы держать язык за зубами по поводу, казалось бы, важных дел, но Ренли человек из народа и не может не потчевать других хорошей историей. Ей не нужны были шпионы, чтобы узнать об их существовании, если не сказать больше. - Да, я знаю о Норфолках, как их называют, - нетерпеливо протянула Серсея.- Что с ними? Что вы можете рассказать мне о каких-то диких людях в бесплодной стране, что могло бы меня заинтересовать? - Дикари? Они торгуют, как и все остальные, и, насколько я слышал, их город впечатляет своими размерами, а ему всего пять лет. Но я здесь не для того, чтобы спорить с вами об их достоинствах, ваша светлость. У меня есть новости от моих маленьких птичек на Севере. - И что же они нашептали вам на ухо? - спросила она, наполняя бокал вином. - Лорд Старк совершил путешествие к Стене и за неё, - объяснил Варис, - и он и его люди узнали интересную информацию, о которой я еще не слышал. У Гарри Поттера есть жена и дети, а именно близнецы, мальчик и девочка. - Очень рада за него, - ответила Серсея чересчур приторно, - у мужика есть член, и в отличие от некоторых, и он знает, куда его засунуть. Если это все, что вы можете мне поведать, то вы зря потратили время. - Она указала на дверь и нахмурилась, когда он не двинулся с места. Вариса, казалось, не беспокоила ее насмешка, и он продолжил: - Интересно, знаете ли вы, что ваш муж хочет собрать армию и напасть на этих одичалых. - Серсея не позволила своему удивлению проявиться, поскольку, очевидно, этот маленький лакомый кусочек информации держался в полном секрете. - Интересно, как отреагировал бы на это ваш лорд-отец, когда ваш муж уже задолжал и Утёсу Кастерли, и Железному банку. Войны стоят денег, ваша светлость. - Я знаю это лорда Варис, но мой муж, - она выплюнула последнее слово, - будет делать все, что ему заблагорассудится, если лорд Аррен не сможет убедить его в обратном. И учитывая, что знамена еще не подняты, могу только предположить, что ему удалось отговорить Роберта, так что вопрос спорный. - Пока, по крайней мере, так кажется, - согласился Варис, - но есть лучшие способы решить подобные проблемы, чем война. - Евнух повернулся к двери, очевидно, дойдя до того, что он действительно хотел сказать: - Лорд Десница желает союза, если это возможно; хотя он еще не знает о детях Гарри Поттера. - Но, учитывая его личные связи, если он узнает об этих близнецах, то, скорее всего, покинет Штормовые Земли, Долину или Север, связанные с растущей силой с тысячами солдат под их знаменами, даже десятками тысяч; если, конечно, он не попытается убедить Роберта, что его собственные дети должны быть предложены в качестве способа формирования связей с короной. - Это заставило Серсею нахмуриться еще сильнее. Она не отошлет никого из своих детей и уж точно не отправит в какой-нибудь холодный город за Стеной. Варис остановился в дверях и оглянулся на нее: - Я подумал, что вам будет интересно узнать об этом, ваша светлость. И будьте уверены, король не услышит об этом от меня, но я не могу контролировать то, что лорд Старк мог бы передать в письме, которое, вероятно, прибудет в течение следующей недели. - Серсея не попрощалась с ним, просто смотрела ему вслед, когда дверь закрылась. Всегда давая достаточно, чтобы заставить её думать, что он друг, Паук никогда не изменится в этом отношении. - И все же именно об этих вещах следует проинформировать отца,- сказала Серсея вслух. И королева была уверенна, что он уже слышал от Пицеля о предстоящей войне Роберта. Но она не сомневалась, что он хотел бы услышать об этих событиях в любом случае. С этой мыслью она быстро встала, подошла к письменному столу и написала письмо. Давай посмотрим, что лорд Тайвин Ланнистер скажет об этой ситуации.***
Станнис Баратеон сидел в слишком хорошо знакомых покоях Малого Совета, его младший брат сидел слева от него, а Джон Аррен справа. Они ждали Роберта. Поскольку они получили ответ от старого друга короля, эта встреча заслуживала его внимания. Печально, что единственное, что приводит его брата на эти встречи, - это новости о далеком городе, лидер которого, вероятно, тратит вполовину меньше времени, думая о нас, благородных лордах здесь, на юге, когда есть более важные вещи, которые он мог бы решить в своих собственных владениях. Станнис не знал, каким будет его решение, если Роберт решит, что по мнению Станниса, неразумно, напасть на Норфолков. Он был верным своему брату, сражаясь в войнах Роберта, и не получил от него ничего, кроме оскорблений. Эддард заслужил похвалу за то, что прорвал осаду в Штормовом Пределе после того, как Станнис держал его против Тиреллов в течение года. Затем он захватил Драконий Камень только для того, чтобы быть осмеянным за то, что позволил сбежать детям Таргариенов. Но, учитывая мнение Роберта о том, что случилось с детьми Рейегара, Станнис понимал что это и к лучшему. И в довершение всего, хотя его брат носил корону последние двенадцать лет, именно Станнис управлял этим королевством вместе с Джоном Арреном. Несмотря на излишества Роберта, и что он мог показать, кроме пустынного острова, где нет ничего ценного, кроме камня, из которого он сделан. Станнис не мог не чувствовать, что его краткие отношения с Гарри Поттером принесли ему гораздо больше, чем его многолетняя преданность брату. В конце концов испуганный Станнис Баратеон, переживший две войны, но наблюдавший, как его дочь беспомощно чахнет, справился именно с этим. Волшебник спас его единственную дочь, не только спас ее, но и убрал все уродства, чего не смог бы сделать ни один другой целитель. Он не мог отблагодарить этого человека в достаточной мере. Это не только спасло жизнь его дочери, но и значительно улучшило его переговоры с другими лордами относительно ее помолвки. И единственное, что он просил взамен, было единственной доступной вещью на всем Драконьем Камне. И Станнис сдержит свое слово, когда его люди придут, они найдут моего кастеляна готовым вести переговоры о торговле большим количеством обсидиана. Несмотря на свои сомнения, в глубине души Станнис знал, что, если его брат будет настаивать на войне, он призовет свои знамена, пусть и неохотно, и поплывет на север, но это будет билет в один конец. Потому что Станнис всегда выполнял свой долг, и независимо от того, спас ли Гарри Поттер его дочь или нет, заслуживает ли его народ нападения или нет, он выполнит свой долг. Роберт неуклюже вошел с бокалом вина в руке и занял свое место во главе стола. Станнису было трудно поверить, что его брат превратился в толстяка, каким был сейчас. В его юности в королевствах было мало людей, которые могли бы сравниться с ним в росте и силе. По крайней мере, было время, когда он выглядел Королем, даже если он никогда не вёл себя как король. Станнис полагал, что теперь его внешность соответствует его поведению, даже если люди все равно любят его. - Я могу только предположить, что вы получили известие от Неда, - обратился он к Джону Аррену, который кивнул в ответ. Джон протянул Роберту листок пергамента и дал ему прочесть его самому. Меньше чем через минуту пергамент упал на стол, когда король закончил читать то, что, как знал Станнис, он сочтет разочаровывающим ответом. - Как видите, ваша светлость, Нед придерживается в этом вопросе того же мнения, что и я и ваши братья. - Это совершенно очевидно, - усмехнулся Роберт. - Он не собирается призывать свои знамена за Стену в этот новый город. - И не должен, - начал Станнис, - Эддард не выбирает бездействие, чтобы досадить тебе, Роберт, - Эддард Старк не был другом Станниса, но он никогда не усомнился бы в честности этого человека, особенно когда тот нашел время лично расследовать это дело. - Он слегка наклонился вперед и продолжил: - Он выбирает бездействие после посещения их города с явной целью оценить как характер человека, который их ведет, так и людей, которые составляют их население. Его оценка ситуации привела его к мысли, что работать с норфолками было бы гораздо выгоднее, чем идти против них. Я думаю, ты доверяешь мнению своего старого друга. - Но можем ли мы быть уверены, что мнение лорда Старка не продиктовано волей магии этого человека, - вмешался Пицель с другого конца стола, - мейстеры в Цитадели считают, что у них есть по крайней мере один достоверный факт о Гарри Поттере, использующем свою магию, чтобы изменить мнение людей. - Это было новостью для всех за столом, - насколько мог понять мейстер из Кархолда, только один человек из группы, предназначенной для поиска браконьеров на земле лорда Карстарка, был в состоянии вспомнить события, которые произошли вдоль побережья, когда они столкнулись с судном одичалых, пришедшим туда во время шторма. Пицель сделал короткую паузу, прежде чем продолжил своим скрипучим голосом: - Даже его память была изменена в отношении этой встречи, но северянин отчетливо помнил столкновение, произошедшее, когда одичалые оказались браконьерами. После того, как вопрос был решен в пользу одичалых, темноволосый мужчина сбил всех присутствующих с ног, даже не прикоснувшись к ним, после чего они проснулись, не помня об этих событиях; вместо этого они вспомнили что-то совершенно другое. Северянин считал себя сумасшедшим, когда никто из его товарищей не мог вспомнить такого события. Поэтому он обратился к самому знающему человеку, которого знал, и поделился информацией с мейстером замка. - Между мной и архимейстерами было решено, что эти действия, скорее всего, совершил чародей, известный как Гарри Поттер, - Пицель провел рукой по своей длинной белой бороде, - поэтому легко представить, что нечто подобное могло произойти с лордом Старком. Роберт, казалось, был потрясен этой новостью: - Лучше бы этот ублюдок не копался в голове Неда. - Роберт, - спокойно начал Джон, - эти две ситуации совершенно разные. Хотя я не могу говорить об обоснованности заявлений архимейстеров, я должен представить, что если это был курс действий Гарри Поттера, удаление их памяти было альтернативой большему насилию. Скорее всего, он вторгся на землю лорда Карстарка, непреднамеренно или нет, и они плохо среагировали на присутствие одичалых, которые исторически совершали набеги на их земли. Станнис уважал контроль Джона над ситуацией, когда он продолжил: - С другой стороны, Нед пришёл к ним как гость. Законы гостеприимства стары, как Стена, и даже люди, которых мы могли бы считать дикарями, не нападут, будь то меч или магия, на кого-то, считающимся их гостем. Роберт на мгновение задумался над словами Джона, прежде чем покачать головой, его густая борода затряслась: - Я все еще думаю, что этот человек и его люди представляют угрозу, и склонен согласиться с Пицелем. - Затем со всех сторон разразилась дискуссия, Мизинец, Варис и Ренли наконец высказали свое мнение по данной теме, препираясь между собой, но Станнис молчал в раздумье. Между временем, прошедшим с момента его создания, и сильным желанием Станниса сказать что-нибудь, что могло бы окончательно отговорить Роберта от желаемого курса действий, Заклинание Принуждения, которое Гарри наложил на Лорда Драконьего Камня, дрогнуло и сломалось. Станнис посмотрел брату прямо в глаза, голубые глаза встретились с голубыми глазами, когда его голос прервал разговор: - Пицель видит в магии лишь зло, размышляя о ее возможном использовании, но я не согласен. - Его магия спасла жизнь моей дочери, твоей племяннице. Я предложил награду целителю который справился бы с этой задачей, все, что они могли попросить у меня, пока это было в моей власти. И что Волшебник попросил взамен? - Никто не высказал предположения: - Обсидиан, единственный ресурс на всем Драконьем камне, который не имеет ценности для меня. - С тех пор ты с ним связывался? - В голосе Джона Аррена не было упрека, лишь любопытство. Станнис натянуто покачал головой: - Нет, но он ясно дал понять, что его люди, скорее всего, снова прибудут на Драконий Камень, чтобы купить ещё обсидиана. Роберт откинулся на спинку стула и осушил бокал вина, прежде чем протянуть его сквайру, чтобы тот снова наполнил его. Он обратился к Джону Аррену: - Я прислушаюсь к совету Хранителя Севера по этому вопросу. - Он на мгновение замолчал и коротко взглянул на Станниса, - но я все равно хочу, чтобы ситуация контролировалась, эти люди хорошо вооружены и связаны, по крайней мере, с одним из Вольных Городов. Если верить Неду, у них больше и лучше вооруженных солдат, чем у северян, если бы он собрал их под свои знамена. Роберт всегда был склонен скорее к войне, чем к политике: - Учитывая историю одичалых, пытавшихся напасть на юг, я не вполне удовлетворен убеждением Неда, что они хотят остаться за Стеной. Может быть, в отличие от любого другого в прошлом у Гарри Поттера просто есть здравый смысл собрать союзников, прежде чем попытаться сделать что-то подобное. Этот дорниец, якобы присутствующий в их городе, раздражает меня, ведь в этом королевстве все еще есть те, кто называет меня узурпатором. Я отказываюсь игнорировать их только для того, чтобы получить клинок в спину, когда меньше всего этого жду. С этими словами король встал и покинул собрание. Станнис смотрел вслед брату, размышляя, может быть, он был ближе к цели, чем думал.***
Было уже далеко за полдень, когда Тайвин Ланнистер еще раз прочитал послание дочери, прежде чем положить его на стол перед собой и сложить руки. Конечно, лорду Утеса Кастерли многое было известно о городе Вольного Народа за Стеной. Тайвин усмехнулся при мысли о народе, называющем себя Вольным. Он знал, что эти люди теперь называют себя Норфолками, но они все еще были одичалыми, которые все равно считали себя вольными. Ни один человек не свободен по-настоящему, только дети и дураки думают иначе. Он говорил Тириону почти то же самое, когда тому было шестнадцать. Все еще дураки или нет, Тайвин хорошо знал, что они начали торговать с браавосцами, и что их вооружение было предположительно так же хорошо, как и любое из южных королевств. Серсея была права, думая, что Пицель позаботится об этом. Но наиболее тревожная информация, по мнению Тайвина, пришла в форме недавней битвы. Дорнийцы, по-видимому, первыми вступили в контакт с этими людьми, и поэтому они являются первым королевством, которое также может извлечь выгоду из союза с ними. Мысль о том, что Роберт хочет войны с этими людьми, показалась Тайвину смехотворной. Он хочет вести войска, вероятно, против их воли на незнакомую территорию, на которой противник жил и охотился в течение многих поколений; только для того, чтобы напасть на хорошо обеспеченный и укрепленный город, где ему пришлось бы перевозить свои собственные запасы перед лицом длительной осады, все ради потребности Роберта в борьбе и желания "объединить" свое королевство. Его люди отправятся домой в течение месяца, несмотря на холод, предполагая, что они когда-нибудь захотят отправиться в поход. И Тайвин даже не принимал во внимание предполагаемые способности норфолкского лидера, к которым он, по общему признанию, относился неоднозначно. Были гораздо лучшие способы справиться с такими ситуациями, нужно только предложить правильный стимул. Этот Гарри женат, это было ясно. Но его дети это совсем другое дело, Тайвин сделает предложение руки и сердца одной из младших кузин младшей ветви, или, возможно, родной дочери Гериона, Джой. Она не одного возраста с мальчиком, но это не имеет большого значения. Может быть, даже предложить взять на воспитание одного из детей на Утёсе. Хотя Тайвин сомневался, что простого брака будет достаточно, чтобы поколебать преданность Гарри Поттера. Есть земли, которые он мог бы отдать одному из его подчиненных в Западных землях, Тарбек-Холл и Кастамер стоят пустыми и обветшалыми уже более трех десятилетий. Он прекрасно знал, что Гарри, скорее всего, не откажется от того, что построил на Севере, но подарить их кому-нибудь из других Норфолков, скорее всего, расположит его. - Брак и земли на Западе, - тихо проговорил Тайвин, - люди всю жизнь мечтают о таких подарках, и все, что я попрошу взамен, - это союз и, если возникнет необходимость. - Он предложил бы больше, но титул и возвышение дома Гарри не принадлежали ему. Конечно, кто бы ни претендовал на земли, которые он предлагал, он получал право на них. Не то чтобы Король-Чародей-За-Стеной нуждался в каком-то другом титуле. Оставалось только решить, как сделать ему предложение. Обычно он послал бы ворона и покончил с этим делом, но в Утесе Кастерли не было ворона, который знал бы дорогу. Он не мог посвятить брата в это дело, но мог припомнить одного человека, который был бы более чем готов отправиться в долгое путешествие на север. И хотя Тайвин не желал этого признавать, его сын, скорее всего, справится с этой задачей. Тирион всегда хотел путешествовать. Теперь это, по крайней мере, послужит определенной цели. Тайвин обдумал эту мысль и не нашел веских аргументов против. Городской канализации и водосточным трубам придется работать и в его отсутствие. И конечно, если что-нибудь случится с Тирионом по прибытии в северный город… это тоже можно было использовать в пользу Тайвина. - Караул, - крикнул Тайвин человеку за дверью. Вскоре она открылась, и в дверях застыл охранник Ланнистеров в красных доспехах: - Приведите моего сына, мне нужно кое-что с ним обсудить. - Учитывая время суток, Тайвин мог предположить, что Тирион, скорее всего, находится в Ланниспорте со шлюхой, которая делает все возможное, чтобы запятнать имя его семьи. Тайвин занялся другими делами, прождав чуть больше часа, пока его сын, наконец, вразвалку вошел в комнату. Великий Лев Утёса в это время писал письмо и поначалу не удосужился поднять глаза: - Твой охранник оторвал меня от довольно приятного времяпрепровождения, между ног одной блондинки, - пожаловался Тирион, садясь в кресло напротив отца и собираясь схватить кувшин с вином и налить себе бокал. Рука Тайвина быстро метнулась вперед и остановила его, вместо этого он сам схватил кувшин, налил немного в бокал и пододвинул его к сыну, прежде чем поднести вино поближе. - Я позвал тебя сюда не для того, чтобы слушать твою глупую болтовню о какой-то шлюхе. - Он закончил письмо своей подписью, прежде чем, наконец, поднять глаза на своего сына карлика. Тайвин наклонился вперед, когда его сын выпил небольшое количество вина, которое он налил ему: - У меня есть задание для тебя, Тирион. - В самом деле? - Тирион спросил с притворным удивлением: - Будет ли это так же занимательно, как управление трубами и цистернами города? Тайвина это нисколько не позабавило: - Полагаю, это будет зависеть от тебя, но, по крайней мере, ты прокатишься с ветерком. Тирион казался заинтригованным, и раздражающая улыбка исчезла с его лица, - И куда же я отправлюсь, отец? - За Стену, - в глазах Тириона мелькнуло понимание, поскольку он, без сомнения, слышал о Норфолках от некоторых торговцев в Ланниспорте, - у меня есть предложение для Гарри Поттера, лидера Норфолков, я не могу просто послать ворона, а человек такой важности заслуживает благородного эмиссара. - Со стороны Тайвина это было несколько натянуто, но достаточно близко к истине. Тирион обдумал слова отца: - И все же ты считаешь, что лучше всего отправить с твоим посланием того, кто оскверняет фамилию на каждом шагу? - спросил он так же легко, как и отец, прежде чем слегка усмехнуться. Эта мысль явно не беспокоила его, когда он улыбнулся мгновение спустя и продолжил, не дожидаясь ответа Тайвина: - Очень хорошо, отец, я с радостью совершу путешествие в северный город с твоим предложением. Хотя что ты собираешься предложить этому человеку? - Жениться на одной из твоих кузин, - начал было Тайвин, но сын оборвал его. - Насколько я знаю, Гарри Поттеру за тридцать, и он женат, предложение руки и сердца останется без внимания. - спокойно заявил Тирион. Тайвин пренебрежительно махнул рукой: - Я осведомлен о семейном положении этого человека, Тирион, но только что узнал от Серсеи, что у него есть дети-близнецы, девочка и мальчик. Я предложу ему земли по его выбору, либо Тарбек-Холл, либо Кастамер, и дам этому человеку титул, который идет вместе с землёй. Тирион кивнул: - Неплохое предложение, отец, но кого конкретно я должен предложить за его сына? Одна из кузин или Джой? - спросил он. Тайвин нахмурился: - Перечисли их всех и предоставьте ему выбор, то же самое с Тарбеком и Кастамером. Я пытаюсь заключить союз с этим человеком прежде, чем это удастся кому-либо из других Великих Домов, я не могу позволить себе никаких оговорок. - Он встал и обошел стол так, чтобы оказаться рядом со стулом сына. Во время твоего путешествия ты будешь избегать внимания в меру своих возможностей, особенно со стороны Талли или Старков. Когда прибудешь в Первую Кузницу, то будешь вести себя так, как подобает твоему положению. Я доверяю тебе Тирион, не разочаровывай меня, - с этими словами он отпустил сына и вернулся на свое место, сосредоточившись на других вещах.***
Доран Мартелл сидел в своем кресле на балконе на вершине Солнечной Башни, откуда он смотрел вниз на Солнечное Копье. Он пил из серебряного кубка, наполненного не вином, а водой, чтобы бороться с жарой Дорна. Его темные волосы заметно поседели, когда он приблизился к пятидесяти, и казалось, что подагра все чаще подавляла его способность ходить. Примерно за пятнадцать минут до этого капитан стражи Арео Хотах сообщил ему, что корабль Оберина приближается к городу. Ему не терпелось узнать, к чему привело путешествие брата. Хотя его брат в юности часто уезжал из Дорна, после убийства их сестры Элии его гораздо чаще можно было встретить в Солнечном Копье. Он редко покидал город в публичном качестве, вместо этого приходя и уходя тайно, так как ему приходилось посещать этот новый город на Севере. Они согласились, что важно определить, что за люди эти Норфолки после того, как услышали от старого друга Оберина, Марвина, о его разговоре с их лидером. Будем надеяться, что Оберину удалось выяснить, станет ли этот Гарри Поттер еще одним игроком в Большой Игре. Он слишком долго ждал возможности увидеть, как страдают те, кто причинил боль его семье. Он не потерпел бы какого-то неизвестного игрока со своими врагами, если бы мог избежать этого. Ему не пришлось долго ждать, прежде чем Оберин вошел в комнату в сопровождении Арео Хотаха. Оберин был одет в ярко-желтый шелк и, несмотря на отсутствие доспехов, держал в руке копье. Подойдя к брату, он прислонил оружие к стене и небрежно облокотился на перила балкона. Доран склонил голову в знак приветствия: - Я бы встал, чтобы поприветствовать тебя, Оберин, но моя подагра была особенно болезненной в последние недели. Оберин улыбнулся своему старшему брату: - Рад видеть тебя, Доран, я бы вернулся на неделю раньше, но провел некоторое время в Пентосе, когда брал воду. Доран с любопытством посмотрел на брата: - Я тоже рад видеть тебя, брат, и полагаю, что Эллария и Нимерия здоровы, - по кивку брата Доран резко сменил тему, - должен ли я понимать, что ты провел более шести месяцев, путешествуя в Первую Кузницу, только чтобы провести там несколько скудных дней до своего возвращения? Или тебя просто прогнали у ворот, так сказать? - Я провел в Первой Кузнице больше месяца, брат, - ухмыльнулся Оберин, заставив Дорана приподнять бровь. - Обратный путь занял на месяц меньше, чем поездка туда. - И как именно это возможно? - спокойно спросил Доран. Улыбка Оберина быстро исчезла: - Потому что то, о чем Марвин сообщал мне в своих письмах, даже и близко не передало возможностей Гарри Поттера. Он обновил корабль, в меньшей степени, чем его собственный, но достаточно, чтобы он был быстрее любого другого судна, на котором я путешествовал. Доран кивнул скорее самому себе, чем брату: - Интересно, значит, у тебя были переговоры с Норфолками? - Именно так, - ответил Оберин, беря оливку из миски на столе рядом, - интересный народ, мягко говоря, уникальный из всех других, с которыми я сталкивался, что говорит о многом, учитывая, как далеко я путешествовал. Они свирепые бойцы, что я узнал это достаточно легко, когда проводил время в их боевом дворе и даже участвовал в кулачных боях во время их ночных развлечений. - Оберин лениво сунул в рот еще одну оливку. - Эти люди ведут свою жизнь примерно так же, как ты ожидаешь от кого-то в городе, - он указал на Солнечное Копье внизу, - единственное истинное отличие - их лидер. - Да, - перебил его Доран, - Гарри Поттер, человек, с которым ты там познакомился, что ты о нем думаешь? - Марвин оценил его совершенно точно. Он умен и честен, хотя, кажется, знает, когда необходимо утаить информацию. Стоит также отметить, что он более чем готов сделать то, что необходимо для защиты своего народа, и... некоторые вещи, которые я видел, как он делал, - Оберин закрыл глаза и медленно покачал головой, - ты действительно не можешь себе представить Доран. Я видел Красных Жрецов с их огнями, теневую магию Асшая и даже видел, как маг крови однажды совершил ужасный ритуал. Простая истина заключается в том, что я подобного не ожидал, он может создавать вещи из ничего, перемещаться с места на место в одно мгновение и… - Оберин потянулся за копьем, которое он оставил у стены, - создал его. - Похоже, это копье Оберин, пусть и прекрасно сделанное. Ну и что из этого? - спросил Доран, не понимая, к чему клонит его младший брат. Оберин повернулся к Арео Хотаху и, держа древко копья обеими руками параллельно земле, сказал: - Если ты будешь так добр, Арео, возьми этот длинный топор, которым ты так смертоносно владеешь, и ударь им по древку этого копья. - Арео посмотрел на Дорана, который слегка кивнул, а затем одним быстрым движением темнокожий Норвосец опустил свой длинный топор вниз по широкой дуге, соприкоснувшись с бледно-белым деревом и ожидая, что разрубит прекрасное произведение искусства. Но щелчка так и не последовало, вместо этого огромный воин был вынужден кряхтеть от дискомфорта, так как копьё не поддавалось. Удар не оставил ничего, кроме царапины на дереве. Доран и Арео завороженно уставились на него, прежде чем Оберин отвернул копье и снова прислонил его к стене. - Прощальный подарок от Гарри, знак нашей дружбы, если не дружбы наших народов. - Оберин прокомментировал копье, прежде чем обратиться к кажущейся невозможности, которая только что произошла, - этот удар Арео убил бы человека, разрубив его от ключицы до пупка, и он почти ничего не сделал с куском дерева. - Ты высказал свою точку зрения, Оберин, - сказал Доран немного раздраженно, - у этого человека есть таланты, и ты явно завоевал его доверие до такой степени, что чувствуешь себя комфортно, разговаривая о нём. А теперь не хочешь ли рассказать мне о результатах твоего визита? Мы оба знаем, что ты отправился за Стену не только для того, чтобы посмотреть, какие чудеса там могут твориться. Оберин слегка наклонился вперед - Ты боялся, что его убедят вступить в союз с нашими врагами. Что ж, ему могут предложить золото, драгоценности, титул, земли на юге или брак по расчету, и ничто из этого не сможет поколебать его. Он заботится только о своем народе и его благополучии. - Значит, он будет полностью нейтральной стороной? - Доран был доволен этой информацией. Кто знает, какие перемены может внести в игру человек с такими способностями. Оберин погладил свою козлиную бородку, прежде чем ответить на вопрос Дорана, - Он, конечно, хотел бы сохранить нейтралитет своего народа в отношении дел Королевства, но он готов помочь нам. - Я сомневаюсь, что он захочет помочь нам в наших начинаниях исключительно по доброте душевной, - Доран не мог представить себе человека, который, казалось бы, заслужил уважение Оберина, настолько глупым, - так что же он требует взамен? - Солдат, - коротко ответил Оберин, - поддержку, если его народ столкнется с угрозой. - Я мог бы догадаться, - невесело рассмеялся Доран, - что этот человек предлагает только себя, но захочет получить все дорнийские копья и мечи, если его собственный народ окажется под угрозой. - У него есть свои причины, брат, и первая из них заключается в том, что он может быть их лидером, но он не их король или лорд. Он не считает себя вправе просить норфолков сражаться за южные земли. - Оберин объяснил. - И какую угрозу он предвидит в будущем своего народа, если ему понадобятся дорнийцы, чтобы плыть за тысячи миль к нему на помощь? Разве это не чисто северный вопрос? - спокойно спросил Доран. Оберин слегка покачал головой: - Не мне это обьяснять. Я мог бы поверить утверждениям Гарри но…не думаю, что смогу объяснить их хоть как-то справедливо. Скорее всего, это кончится тем, что ты подумаешь, что холод или их водка свели меня с ума. Именно в этот момент Красный Змей раскрыл последний из подарков Гарри, прежде чем покинуть Первую Кузницу: - Если ты согласишься с этой идеей, мне нужно только связаться с ним с помощью этого зеркала, и если он не занят чем-то другим, он прибудет в течение следующих двух дней. Доран с любопытством смотрел на простой кусок отражающего стекла, размышляя над словами брата: - Как он сможет добраться до Дорна из земель за Стеной за такое короткое время? - Магия, - спокойно ответил Оберин, - и поверь мне, это единственный честный ответ, который я могу тебе дать, потому что сам не понимаю. Доран замолчал, обдумывая ситуацию. Какова бы ни была эта возможная угроза, Оберин, кажется, верит заявлениям этого человека, даже если он не полностью их понимает, но это не повод бросаться сломя голову на встречу с этим человеком. Доран возьмёт время, чтобы обдумать ситуацию, зная, что, по крайней мере, Норфолки и их лидер не заинтересованы в том, чтобы вмешиваться в дела юга, если только на это не будет оказано давление. Доран сделал большой глоток из чашки, которую держал в руках, опустошил ее, прежде чем опустить и провести большим пальцем по ободку. - Я подумаю о встрече с ним, Оберин, - он указал на зеркало свободной рукой, - если тебе понадобится сообщить Гарри Поттеру об этом развитии событий, не стесняйся. Оберин понимающе кивнул: - Честно говоря, я другого и не ожидал, Доран. Ты всегда взвешиваешь варианты, прежде чем принять решение. Но, как бы там ни было, встреча с ним не повредит. Он разумный человек, и если ты решишь отказаться от союза, он не обидится. - Ты видел этого человека в лучшем свете, Оберин, но если я отвергну его предложение, он может отреагировать совершенно иначе, чем ты ожидаешь. Люди совершают глупости из-за уязвленной гордости. А с человеком его способностей такое дело могло обернуться плохо. Если я просто откажусь от встречи с ним, я никогда не подвергну себя опасности, но создам большую вероятность того, что он заключит еще один союз, возможно, даже с нашими врагами, хотя бы по одной причине, кроме как назло нам. - На этом разговор закончился, так как Оберин остался снаружи, бездумно поедая оливку и обдумывая слова Дорана.***
Был поздний вечер, когда Гарри сидел, прислонившись спиной к стене, когда он сидел на своей кровати, его трехлетняя дочь сидела рядом с ним, рассказывая ему о своем дне высокими взволнованным голосом, который кажется врожденным для детей. Вель была в другой комнате, разбираясь с Тристаном после того, как он устроил беспорядок во время их вечерней трапезы, Гарри предложил разобраться с беспорядком магически, но она отказалась, так как иногда предпочитала делать вещи более мирским способом. - Значит, сегодня утром ты помогала тете Далле собирать ягоды? - спросил Гарри, когда Эмер наконец перевела дыхание от ее постоянных разговоров. Девочка с энтузиазмом закивала головой: - Да, и яблоки мы тоже собирали. Гарри улыбнулся своей дочери и наклонился, чтобы слегка пощекотать ее, вызвав хихиканье у дочери: - Ну, я уверен, что она была рада твоей помощи, - сказал он, когда она наклонилась ближе, - и Джилли с Мундой учили тебя сегодня рунам? - Ага, - ответила Эмер, - они показали мне и Тристану те, что для огня и постанства. - Постоянства, - любезно поправил Гарри, на что его дочь кивнула, слегка нахмурившись, - когда-нибудь вы с Тристаном сможете делать гораздо больше, чем просто писать эти руны. Вы станете такими же, как я, и сможешь управлять силой с помощью своей магии. - Моей магией? Ты имеешь в виду, как тогда, когда я превратила кожу Джилли в синий цвет, такое волшебство? - медленно спросила она. - Именно это и есть магия, - он легонько ткнул ее пальцем в грудь, - твоя магия исходит изнутри тебя, и когда ты станешь старше, я научу тебя управлять ею, чтобы она делала то, что ты хочешь, когда хочешь. Эмер широко улыбнулась: - Было бы здорово. Прежде чем Гарри успел ответить, вошла Вель с Тристаном на буксире, выглядя немного раздраженной, хотя и улыбалась. - Теперь все чисто, - она посмотрела на Эмер, - вам двоим пора спать. Эмер кивнула и обняла отца так крепко, как только позволяли ее крошечные ручки, прошептав ему спокойной ночи, прежде чем спрыгнуть с кровати и направиться к двери. Она пожелала матери спокойной ночи, а Тристан подошел к отцу и повторил предыдущие действия сестры. Родители с улыбкой смотрели, как они уходят и входят в свои комнаты. Вель повернулась к Гарри, ее животик была едва заметен под одеждой. Она подошла к кровати и начала раздеваться, обращаясь к Гарри: - Я удивлена, что они не попросили еще одну твою сказку перед сном. Гарри пожал плечами: - Они знают, что могут попросить в любое время, но сегодня они выглядели очень усталыми. Так что же делал Тристан, когда Эмер помогала тебе и Далле? Вель закончила снимать одежду и скользнула в постель рядом с ним, положив голову на плечо Гарри: - Он провел некоторое время с Мансом, ему нравится игра на лютне, наверное, больше, чем кому-либо другому. - Это правда, маленький мальчик больше, чем кто-либо из знакомых Гарри, любил послушать песни и игру бывшего Ворона, и когда тот не был занят чем-то другим, был рад услужить. - Возможно, когда-нибудь он захочет поучиться у него. Пока Вель теснее прижималась к нему, Гарри размышлял о том, чтобы обсудить свое намерение найти кого-нибудь из Иных. Этот вопрос пока не поднимался из-за того, что он был сосредоточен на других делах, а именно на подготовке к прибытию Теннов. Но они добились значительного прогресса на этом фронте, и теперь его мысли часто переключались на поиск необходимых доказательств, чтобы заручиться помощью Неда Старка. - Вель, - она повернула голову так, чтобы ее серо-голубые глаза могли смотреть на него, в то время как ее спутанные медово-светлые волосы веером рассыпались по его груди, - есть кое-что, что я собираюсь сделать... и тебе это не понравится. Она нахмурилась, выпрямилась и повернулась, чтобы посмотреть на него: - Что ты собираешься делать? - Я собираюсь найти и захватить одного из Белых Ходоков, чтобы доказать их существование лорду Старку и заручиться его поддержкой против них, - спокойно объяснил Гарри, наблюдая, как лицо его жены заметно побледнело. - Дагон вернулся с новым запасом обсидиана, и я буду ковать комплект цепей и кандалов, которые использую, чтобы связать их. - Почему ты не сказал мне об этом раньше? - выпалила она сквозь стиснутые зубы. - Потому что были и другие причины для беспокойства Вель, - спокойно ответил Гарри, - но я не собирался делать этого, не поставив тебя в известность, обещаю. - В том-то и дело, что ты не спрашиваешь меня, а просто рассказываешь, что будет дальше, - нахмурилась Вель, - ты говоришь, как собираешься в одиночку отправиться в неизведанные земли. Ты говоришь мне, что вполне можешь умереть в одном из холодных, темных уголков мира, в то время как я сижу здесь и жду, затаив дыхание, чтобы узнать, увидишь ли ты когда-нибудь своих детей снова. Гарри почувствовал укол вины от ее слов: - Это не то, что я хочу сделать, Вель, но то, что нужно сделать. - По-твоим словам Гарри, - огрызнулась на него Вель, - но только потому, что ты думаешь, что нам нужна помощь южан против Белых Ходоков. - Да, я думаю, что нам понадобятся южане против Белых Ходоков, но не потому, что мы слабы. - Он схватил ее за руку и был рад, что она не сопротивлялась. - Я не знаю, сколько нежити у них в распоряжении, но сколько бы их ни было, я уверен, что мы сможем удержать наши города. Я буду готовиться к худшему, но верю, что мы сможем выстоять. - Он помолчал, проводя большим пальцем по тыльной стороне ее ладони, - но пока мы сидим здесь, в наших теплых домах, наступит холод. Потом, когда они поймут, что не могут взять нас, они обратят свое внимание на юг. Он грустно улыбнулся ей: - Южане не сжигают своих мертвых Вель, даже те что с Севера; хоронят их. И как только Иные проломят Стену, а учитывая слабость Ночного Дозора, я не сомневаюсь, что они это сделают, они добавят тысячи к своему числу с каждым городом, который разрушат. И за каждого раба, которого они потеряют в этих битвах, они добавят еще пять, и пока остальная часть Вестероса умрет, мы останемся здесь в безопасности. - Ты ничего не знаешь наверняка, - настаивала Вель гораздо менее сердито, чем вначале. - Может, и нет, но я в это верю. Когда они закончат с Семью Королевствами, они вернутся сюда с миллионами мертвецов в их распоряжении, и, несмотря на всю мою веру в наш народ, они в конце концов одолеют нас, и мы будем вынуждены жить в качестве нежити, и смотреть на мир сияющими голубыми глазами. - Итак, мы бежим в земли на востоке, - возразила Вель, хотя он мог сказать, что её это не обрадывало. - И они придут, и весь процесс повторится, - вздохнул Гарри. - Не думаю, что у наших людей хватит духу бежать Вель, они скорее будут сражаться и умрут. - Он положил руку ей на живот, - если поимка Белого Ходока может помочь нашим детям и детям наших детей жить полноценной жизнью, свободной от угрозы со стороны Иных, то именно это я и собираюсь сделать, Вель. - Ты хотя бы захватишь кого-нибудь еще для поисков? - Вель знала, что выиграла спор, и просто хотела убедиться, что он сделает что-нибудь, чтобы обезопасить себя. - Я склоняюсь к тому, чтобы попросить Манса о помощи в этом начинании, поскольку он единственный, кто действительно знает об угрозе. - Гарри слегка улыбнулся ей, - но я даже не буду спрашивать, пока не признаю, что мне абсолютно необходимо отправиться в Земли Вечной Зимы. Я знаю, что было время, когда Иные отправлялись на восток от Ледяных Клыков, чтобы принять жертвы сыновей Крастера; я поговорю с Детьми Леса и узнаю, можно ли захватить Ходоков здесь. - Но если этого не произойдет, ты собираешься отправиться в Земли Вечной Зимы? - запинаясь, спросила Вель. Гарри кивнул в ответ. Вель ничего не ответила, вместо этого снова положила голову ему на плечо и крепко обняла за талию. Гарри слегка улыбнулся, радуясь, что обсудил эту ситуацию со своей женой, прежде чем схватить палочку с подставки рядом, погасить свет в комнате и заснуть.
