The Difference One Man Can Make

      Спустя чуть больше часа после произошедшего во Дворце, Гарри сидел в одиночестве, уставившись на поверхность стола, с хмурым выражением на лице. Вель и дети вернулись домой, где Гарри с полной уверенностью знал, что ничто не может причинить им вреда. С этим нужно разобраться быстро, иначе, как он боялся, может быть предпринята еще одна попытка. У него были свои подозрения относительно того, кто может быть ответственен за нападение на его семью, но он не хотел предполагать и не суметь обнаружить и наказать виновного. Он повернулся к двери, когда услышал шаги.       Гарет ввел в комнату группу из семи человек, все они были мертвецки тихими. Группа состояла из пяти женщин и двух мужчин. Мунда стояла со своей матерью, Тильдой, чуть в стороне от остальных. Самая младшая из собравшихся казалась совершенно обезумевшей прямо и на грани срыва. Мунда с Джилли всегда были привязаны к близнецам. Гарри был уверен, что она не сделала ничего, что непосредственно причинило бы вред Тристану, но надеялся, что она сможет сообщить ему, кто дал ей кувшин лимонной сладости. Он знал, что остальные вряд ли что-то знают, но вполне возможно, что они видели что-то полезное.       Прочистив горло, все присутствующие посмотрели на него, в глазах каждого был намек на страх. Норфолки, конечно, уважали его, и он доказал, что сделает все возможное, чтобы улучшить их жизни, но они также знали, что нужно опасаться его гнева, если что-то будет сделано, чтобы навредить или даже угрожать его семье. Истории о том, как он расправился с вождем каннибалов, который угрожал сожрать его детей и изнасиловать Вель, все еще рассказывались тихим шепотом в тавернах по ночам.       Пытаясь успокоить их, что он не будет делать с ними ужасных, болезненных вещей с помощью магии, он коротко улыбнулся им всем, прежде чем сказать: - Я уверен, что вы все слышали, что произошло сегодня, - все они робко кивнули, даже мужчины, - было установлено, что яд, называемый Душителем, был добавлен в лимонную сладость, которую пил Тристан, но и Вель, Эмер и я намеревались выпить.       Он шагнул вперед, вглядываясь в их лица в поисках любого намека на вину: - Хочу, чтобы каждый из вас понял, что я не виню вас в том, что произошло. - Он многозначительно посмотрел на Мунду, которая шмыгала носом, сдерживая слезы. Тильда благодарно улыбнулась ему, когда он продолжил: - Но если кто-нибудь из вас знает что-нибудь, что может помочь мне выяснить, кто это сделал, я хочу, чтобы вы сказали мне это сейчас.       Поняв, что их не обвиняют ни в чем, связанном с предсмертным опытом Тристана, они все, казалось, немного расслабились. Один из мужчин, Хауд, нерешительно заговорил: - Большая часть лимонной сладости в наших складах была недавно куплена у торговца из Браавоса, который прибыл в Ньюпорт на прошлой неделе. Вполне вероятно, что кувшин, данный вам во время полуденной трапезы, из этих запасов. - Гарри ожидал этого, но очень сомневался, что его продали им, когда яд уже был в нём. Невозможно было бы сказать, попадет ли напиток когда-нибудь в чашки его семьи, если бы это было так. И они бы выбросили все это, если бы обнаружили, что кто-то из них был отравлен. Хотя даже Гарри вынужден был признать, что в тот день Тернезио уехал с большой поспешностью. Если нет другой темы, за которой можно было бы следовать, она может заслуживать некоторого изучения.       - Безусловно, стоит это отметить, - ответил Гарри, - однако мне больше любопытно, не видел ли кто-нибудь из вас случайно нечто подозрительное возле складов, чего вы обычно не видели.       Каждый обдумывал это в течение короткого мгновения, прежде чем все как один покачали головой. Гарри вздохнул, разочарованный отсутствием информации, которую они смогли предоставить, но не был при этом удивлён. Было кое-что, что он мог сделать, чтобы точно выяснить, видел ли кто-нибудь из них что-нибудь подозрительное, но он не хотел использовать легилименцию, когда они явно были уверены, что никто необычный ничего не делал на складах. Они подумают, что он им не доверяет, и сколько времени потребуется, чтобы это распространилось по городам. В поисках одного тайного врага Гарри мог бы создать себе еще десятки, если бы решил, что необходимо покопаться в умах тех, кто ему доверяет, и кому он, в свою очередь, должен доверять.       Волшебник слегка покачал головой и повернулся, чтобы посмотреть на Мунду: - Кто-то действительно дал тебе кувшин, который ты принесла к столу? Была ли причина, по которой ты выбрала именно этот кувшин?       Она пыталась собраться, даже когда ее мать шептала тихое ободрение, наконец, после долгого молчания она заговорила, хотя и не смотрела ему в глаза: - … мне очень жаль, Гарри. Я действительно не могу вспомнить. Все произошло так быстро, что я просто помню, как схватила кувшин, а потом все. Это... - Она подавила рыдание, - это просто размытое пятно. Я хочу вспомнить, но просто не могу. - В какой-то степени Гарри было трудно в это поверить. Но травматические события может оставить у людей фрагменты воспоминаний. И все же где-то в глубине разума она помнит. И Гарри верил, что она будет готова помочь ему любым необходимым способом, если это гарантирует, что они найдут человека, ответственного за покушение.       - Все в порядке, Мунда, - сказал ей Гарри так мягко, как только мог, учитывая его нынешнее настроение, прежде чем посмотреть на остальных, - я благодарю вас за ту информацию, которую вы смогли предоставить. Но теперь должен попросить вас покинуть нас. - Пятеро казалось, почувствовали облегчение, когда их отпустили из его присутствия. Несмотря на заверения, они все еще боялись того, что он может сделать.       - Гарет, будь добр, подожди снаружи. - Мужчина кивнул и вышел вместе с остальными, оставив Гарри наедине с Тильдой и Мундой.       Он шагнул ближе к девочке, пронзая ее взглядом, - это не твоя вина, Мунда, не больше, чем вина Тристана. Ты принесла напиток на стол, и он выпил его, но ты не добавляла яд, который чуть не лишил его жизни. - Он положил руки ей на плечи, и она, наконец, посмотрела на него со страхом и сожалением, бурлящими в ее глазах, - но нужно что-то сделать, что-то, что позволит мне заглянуть в твою память, в то, за что ты не можешь ухватиться. - Он не хотел форсировать этот вопрос, но был готов, если это окажется необходимым.       Но ему не нужно было беспокоиться об этом. Она мягко отстранилась от матери и без каких-либо колебаний сказала ему: - Делай то, что тебе нужно. - Ее мать попыталась возразить, но Мунда повернулась и посмотрела на нее со стальной решимостью во взгляде: - Если это поможет найти виновного, то я согласна.       Тильда кивнула, смирившись, прежде чем поцеловать дочь в висок.       Мунда улыбнулась, когда ее мать оставила их, прежде чем снова обратить свое внимание на Гарри: - Что мне нужно сделать? - Она настороженно посмотрела на палочку в его руке, когда он вытащил ее из рукава. Норфолки видели, как он делал ужасные, чудесные и невозможные вещи с этим тонким куском дерева, и у него не было никаких сомнений, что она задавалась вопросом, что именно с ней произойдёт.       Он попытался ободряюще улыбнуться, но глаза выдавали его настроение: - Мне нужно, чтобы ты вспомнила, как забрала кувшин. Возможно, ты не сможешь вспомнить все, что произошло, но это приведет меня к тому, что я ищу, и облегчит поиск. - Он поморщился: - Заранее приношу извинения за любые случайные мысли или воспоминания, с которыми я могу столкнуться, находясь в твоём сознании. Я должен был бы избежать таких вещей, но нет никакой гарантии. - Хотя Гарри гораздо лучше разбирался в такого рода вещах, чем в свои молодые годы, но он не претендовал на то, чтобы быть величайшим в искусстве магии разума.       - Я понимаю,- ответила Мунда с наигранным спокойствием. Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох, прежде чем открыть их, чтобы снова посмотреть на Гарри. - Волшебник слабо улыбнулся этому проявлению храбрости, прежде чем поднять палочку и прошептать Легилименс.       Его тут же атаковали ее мысли и воспоминания. Он видел, как она хихикала, когда Тормунд подбрасывал ее в воздух, как Тильда учила ее, как освежевать оленя, которого ее брат принес из Сумеречного Леса, когда ей было чуть больше пяти, как они с Джилли писали заметки о рунах и их использовании, как обе девочки помогали близнецам научиться писать те же самые руны, даже когда она чувствовала намек на ревность из-за своей неспособности использовать их так, как могли бы дети Гарри. Но во время этих коротких вспышек он мог преимущественно чувствовать ее радость, ее счастье, но затем оно, казалось, умерло, когда она зациклилась на близнецах в своем собственном сознании, и другая сцена заняла её место.       Гарри наблюдал с точки зрения Мунды, как жизнь вырывалась из маленьких легких Тристана. Но он держал ее там, фиксируя на этом моменте и отталкивая назад в памяти. Он последовал за воспоминанием, когда Мунда вернулась на склад, расположенный рядом с кухнями. Разум Мунды, казалось, не хотел продолжать, но Гарри оттолкнул его назад, и когда образ вернулся на склад, он нашел то, что искал. Там, среди множества бочонков с вином, сидром и кувшинами с лимонной сладостью, стоял кто-то, кого он не ожидал увидеть. Хотя бы по той причине, что ее не было рядом, когда Гарет привел тех, кто помогал в тот день на кухне. Он наблюдал, как Мунда не выбрала кувшин с лимонной сладостью, а ей протянули его, прежде чем исчезнуть из ее мыслей.       Мунда глубоко вздохнула, почувствовав его внезапный уход, и скрестила руки на груди. Вместо этого Гарри уделил ей немного внимания, обдумывая то, что он видел. Когда Мунда пришла в себя, она посмотрела на Гарри так же озадаченно, как и он: - Ферни дала мне лимонную сладость?       - Похоже на то, - напряженно ответил Гарри. Он не мог представить себе сценарий, при котором Ферни захотела бы причинить вред его семье. Конечно, не по своей воле. Он лучше других знал, что людей можно заставить делать то, чего они не хотят, с помощью манипуляций или магии, результаты могут быть одинаковыми. Или, что еще хуже, это была не Ферни, а кто-то, кто воспользовался ее внешность. Он знал, что в этом мире тоже есть те, кто может делать такие вещи, читая о чарах, используемых красным жрецом Рглора. Или, что еще хуже, Безликие, единственный способ, которым они могут принять лицо, - это смерть другого. Он не знал, что было более неприятной мыслью… что Ферни была вынуждена участвовать в покушении на его семью или что она уже мертва, и кто-то взял ее облик, чтобы сделать это самостоятельно.       Он положил руку ей на плечо, выводя из Дворца: - Спасибо за помощь, Мунда. Я верю, что информация, которую ты предоставила, поможет мне найти человека, ответственного за отравление.       Ее прежние страдания, казалось, оставили девочку, нахмурившись, когда она смотрела прямо перед собой. - Тристан и Эмер мне как младшие брат с сестрой, - серьезно сказала она ему, - было ужасно наблюдать, как он проходит через это, и я была опустошена, думая, что каким-то образом вызвала это. - Она нахмурилась еще сильнее: - Когда ты найдешь человека или людей, ответственных за это, я надеюсь, ты подаришь им медленную и мучительную смерть. - Несмотря на то, что она обычно была довольно милой девочкой, он не был удивлен ее довольно жёстоким желанием. Даже если они живут в городе и являются тем, что южане могут считать цивилизованным, они все равно оставались Вольным Народом. Гарри лишь кивнул в ответ на ее слова, когда они вышли из здания. Тильда и Гарет ждали их вместе, тихо разговаривая.       Тильда немедленно подошла к дочери и начала уводить ее, когда Гарет подошел к Гарри: - Скажи мне, - мягко начал он, - почему Ферни не было среди тех, кого ты привел ко мне? Она часто принимала участие в приготовлении пищи для тех, кто выполнял другую работу.       Гарет в замешательстве нахмурился, не ожидая такого вопроса: - По словам тех, кто помогал в приготовлении полуденной трапезы, ее сегодня не было среди них. Почему ты спрашиваешь?       Направляясь по дороге к дому Ферни, Гарри ответил: - Потому что Ферни была той, кто дал Мунде кувшин с отравленной лимонной сладостью.       Гарет не знал, как реагировать на это откровение, идя рядом с Гарри в ошеломленном молчании. Наконец, когда они приблизились к ее дому, он тихо заметил: - Мне трудно поверить, что эта женщина способна на такое. За все время, что я здесь, она всегда казал мне доброй и верной.       - Именно так и было и до твоего приезда, - ответил Гарри, когда они подошли к двери, - но это не значит, что она не была вовлечена, хотя полагаю, что в этой истории есть что-то еще. - Он постучал в дверь дома, и вместо обычной суеты, которую он ожидал всякий раз, когда навещал женщину, там была просто тишина: - И боюсь, что тут не будет счастливого конца. - Палочка упала в его руку, и с простым заклинанием Алохомора замок открылся.       Маленький дом Ферни всегда был довольно захламлен, учитывая множество вещей, с которыми она помогала городу, но в вещах в ее доме была какая-то беспорядочность, которая была совершенно не характерна для старой женщины. Несколько банок были быстро просеяны, и те, которые были выброшены, лежали на боку, их содержимое сыпалось на пол, собираясь там и смешиваясь, чтобы вызвать резкий запах. Различные отрезы ткани и шелка, которые обычно лежали аккуратными стопками по всей комнате, вместо этого были разбросаны по полу. Но, несмотря на все, что было явно не так, крови он не видел.       - Здесь была борьба, - серьезно сказал Гарет, проходя дальше в комнату, проводя пальцами по упавшим банкам.       - Логично, - лаконично согласился Гарри, углубляясь в дом. Он подошел к спальне Ферни, бледные лучи света освещали почти безупречную комнату. Между двумя окнами был камин, в котором остались пепел и обугленные дрова. Единственным очевидным пятном в комнате было пятно крови на мехах, которые лежали поверх ее перины. Возможно, это кровь нападавшего, но Гарри сильно в этом сомневался.       Все еще держа палочку наготове, он искал любые другие признаки борьбы, но ничего не было видно. Он молча бросил Акцио на тело Ферни в надежде, что это ускорит их поиски, совершенно уверенный, что она встретила неприятный конец. Чего он не ожидал, так это того, что вся кровать придвинется к нему ближе. Он нажал на мягкую поверхность только для того, чтобы почувствовать внутри комок, которого там не должно было быть.       Разрезав ткань, он просеял начинку только для того, чтобы найти тело Ферни лицом вниз. Он вытащил ее и положил лицом вверх на пол спальни. Глядя на ее труп, его страх подтвердился. Ее морщинистое лицо, обветренное годами мучительных и радостных переживаний, исчезло, остались только мускулатура, глаза и кости.       - Я не смог найти ничего... - Гарет остановился на полуслове, глядя на тело на полу. Он сразу же побледнел, а затем слегка позеленел. Его опыт в Цитадели, изучающей медицину, был единственным, что помешало ему блевануть прямо сейчас: - Похоже, твои опасения были обоснованными.       - Да,- согласился Гарри со сталью в голосе. Он злился не на Гарета, а на события, которые произошли. По крайней мере, один убитый, и почти наверняка их больше. Его собственный сын почти погиб. Гарри намеревался убедиться, что этот исполнитель испытал всю боль, которую может причинить его магия: - По твоему профессиональному опыту, сколько времени прошло с момента ее смерти?       Гарет потратил несколько минут, детально изучая останки Ферни: - Два дня, может быть, три. - В конце концов он заключил: - Ты знаешь, что ответственный за это человек, вероятно, чрезвычайно опасный и опытный убийца?       - Я знаю, что мы почти наверняка имеем дело с Безликим, способным использовать чужую внешность, - он указал на отсутствующее лицо Ферни, - и что, учитывая характер их контрактов, этот человек все еще где-то в наших городах. - Было несколько книг, в которых содержалась информация об ордене убийц, но он не мог представить, чтобы кто-то из них ушел, не убедившись, что их цель достигнута. И, учитывая их неудачу, Гарри мог только предположить, что будет предпринята еще одна попытка, если он в ближайшее время не найдёт виновного.       - Что же ты будешь делать? - спросил Гарет.       - Каждый должен быть проинформирован о том, что в одном из городов есть кто-то, кто носит лицо того, кому они доверяют. Я предполагаю, что убийца, должно быть, носил лицо кого-то, кому Ферни доверяла, поскольку не было никаких признаков того, что этот человек проник внутрь, - задумчиво объяснил он, - И хотя я не хочу, чтобы кто-то еще пострадал, у меня нет желания, чтобы убийца покинул наш дом живым. Поэтому я позабочусь о том, чтобы никто не покинул наши стены, пока я не буду уверен, что за этим нападением стоят не они. - Он подавил желание стиснуть зубы: - И лично позабочусь о том, чтобы мои дети и жена были в безопасности. Поскольку они будут в наибольшей опасности, учитывая, что моя семья явно была мишенью.       - Будет недовольство по поводу твоих ограничений в отношении охотников и моряков, - предупредил Гарет, - не говоря уже о возможности недоверия и паники, если люди будут ожидать, угрозы от знакомых.       - Я знаю, - Гарри не хотел, чтобы это прозвучало так раздраженно, но он пытался обеспечить безопасность своих людей и своей семьи, - но я бы предпочел, чтобы они были бдительными, чем держали их в неведении. Я могу только представить себе реакцию, если они узнают, что я намеренно утаил информацию, которая может повлиять на их благополучие. К счастью, большинство из них должно быть в безопасности. Говорят, что Безликие приносят свой "Дар" только тем, на кого они заключили контракт. - Он посмотрел на тело Ферни. - Ему нужен был кто-то, кому все могли бы доверять.       Десять минут спустя двое мужчин вышли из дома с трупом Ферни, завернутым в одеяло и левитирующим позади них, когда они проходили через странно тихий город, они собрали большую толпу людей. Сотни последовали за ним, когда он прошел через ворота в Ньюпорт.       К тому времени, когда он достиг главных ворот Последнего Убежища, тысячи людей следовали за ним по пятам, любопытный ропот был слышен по всей собравшейся толпе, когда он остановился там и осторожно опустил тело на слегка заснеженную землю. Он надеялся, что известие о ситуации разойдется быстрее, и его прогулка по обоим городам с телом, следующими за ним, привлекла более чем достаточно внимания. Многие из них, вероятно, думают, что он нашел человека, ответственного за то, что случилось с Тристаном. Гарри прекрасно знал, что именно эта новость уже разошлась по всем трем городам.       Он снял покрывало, закрывавшую лицо трупа, и в передней части собравшейся толпы были широко раскрыты удивленные глаза, в то время как многие другие сзади пытались оглядеться, чтобы увидеть, что вызвало общий вздох. Гарри заметил, что Арья и Джон стоят рядом с Браярой, без сомнения, получив урок по смене шкуры, прежде чем собрать толпу. Вель говорила, что Арья привязалась к Ферни с тех пор, как приехала. Гарри думал что это ударит по ней сильнее, чем по тем, кто знал женщину много лет. Джон положил руку на плечо Арьи, когда она попыталась подойти ближе.       Дальше в толпе людей Визерис стоял рядом с Дейенерис. Молодой человек, казалось, испытывал возбужденную тревогу, что-то невидимое в нем с момента его прибытия, особенно в присутствии детей Старков. Обычно он не мог не смотреть на них в тех редких случаях, когда сталкивался с ними. По крайней мере, так ему сказал Торегг. В то время как Визерис, казалось, сопротивлялся желанию широко улыбнуться текущей ситуации, что крайне раздражало Гарри, Дейенерис слегка нахмурилась, как будто пыталась определить, кому именно принадлежало безликое тело.       Произнеся тихое заклинание, Гарри успокоил толпу: - Для тех, кто не знает о событиях, которые произошли сегодня, в то время как во Дворце для нашей полуденной трапезы было совершено покушение на мою жизнь и моей семьи с помощью отравленной лимонной сладости. - Он сделал паузу, с трудом сглотнув, вспомнив, как тяжело дышал его сын: - Мой сын выпил немного отравленного напитка, но, к счастью, мне удалось противостоять яду, прежде чем он погиб.       Раздался небольшой удивленный шепот, хотя почти все уже, казалось, знали эту историю, как он и ожидал: - Я потратил несколько часов на поиски ответственного за это человека. - Многие посмотрели на тело у его ног, явно предполагая, что он привлек преступника к ответственности: - К сожалению, хотя я узнал некоторые важные детали о человеке, ответственном за это, я всё еще не нашел его. - Его глаза ожесточились, когда он посмотрел поверх множества глаз перед собой, задаваясь вопросом, был ли Безликий в настоящее время среди них, - и что еще хуже, я нашел мертвое тело Ферни в ее доме, когда стало известно, что она предоставила лимонную сладость, выпитую Тристаном. - Он указал на ее тело, - как вы можете видеть, её лицо было забрано у нее после смерти.       Ферни, возможно, была бы польщена, если бы она была там, чтобы своими глазами увидеть вопли по поводу ее смерти и вреда, причиненного ее телу посмертно. Гарри увидел, как на юном лице Арьи появились слезы, и Джон обнял ее за плечи, успокаивающе прижимая к себе.       - Для тех, кто слышал о них или читал о них, считаю очевидным, что ответственным за это является один из Безликих, а это означает, что в настоящее время он, вероятно, принял другое лицо или вернулся к тому, которое они уже использовали в надежде или оставались незамеченными. - Он еще раз оглядел лица перед собой: - Будьте бдительны с теми, кто вас окружает. Не будьте застигнуты врасплох.       - И до тех пор, пока убийца не будет пойман, никому не будет позволено покидать город без моего прямого разрешения. - Это было встречено гневным ревом. Ведь они Вольный Народ, и Гарри посягал на их свободу. - Потому что, - прокричал он, перекрикивая толпу, - если эта мера не будет принята, очень возможно, что человек, убивший Ферни, женщину, которая в течение многих лет помогала нашему народу, а возможно, и многих других, сможет избежать правосудия, которое я намерен на него обрушить. - Дрожь пробежала по позвоночникам многих зрителей при мысли о том, насколько болезненным будет правосудие Гарри. Это имело дополнительный эффект, положив конец любой дискуссии относительно его приказа.       - Это будет временная мера, - твердо сказал им Гарри, - и к тому же недолгая, если я добьюсь своего. - С этими словами он направил свою палочку на завернутый в одеяло труп Ферни, и из кончика вырвалась вспышка пламени, поглотив ее останки. В толпе воцарилась тишина, когда пламя взметнулось вверх, поднялся столб дыма. Через несколько минут от женщины не осталось ничего, кроме пепла. Только тогда Гарри спустился вниз и пошел прочь от замка. Толпа разошлась, когда он уходил, хотя некоторые последовали за ним, Визерис довольно шустро пытался добраться до него первым, но Тормунд дошёл быстрее, а Сигорн прямо за ним.       Гарри посмотрел на сына Магнара: - Я понимаю, что твой отец будет недоволен моим решением, но оно должно относиться ко всем трем городам, иначе ответственному за это человеку будет намного легче сбежать. Если мне понадобится, я на время оборву связь с Теннами, если он не согласится.       Сигорн фыркнул: - Ну доволен он точно не будет, он редко бывает доволен, когда дело касается тебя. Но думаю, что он все равно согласиться.       Гарри похлопал молодого человека по плечу: - Я ценю твою помощь. Уточни, что это будет временно, и я сам от этого не в восторге. - Молодой человек понимающе кивнул, когда они подошли к воротам, прежде чем отправиться в город Теннов. Гарри и Тормунд прошли в Первую Кузницу.       - У тебя есть идея, как именно ты собираешься найти убийцу, который может быть кем угодно в городе? - спросил Тормунд.       - Парочка есть, - неопределенно ответил Гарри, его тон ясно давал понять, что он не намерен излагать свои планы.       - Будем надеяться, что людям в городе удастся набраться терпения, когда эти идеи обретут форму. - Они остановились, когда Гарри заметил толпу, собравшуюся у его дома. Увидев среди них Дал, Гарри решил, что это та самая группа, которую она выбрала для расследования событий на Стылом Берегу. Тормунд бросил на Гарри последний взгляд, прежде чем уйти, не сказав больше ни слова.       Подойдя к собравшейся группе, он увидел среди них Ошу и Манса, и на самом деле был несколько удивлен, не заметив среди них Игритт. Но опять же, в последнее время она была довольно занята. Дал встала с того места, где она прислонилась к стене его дома, и вышел вперед группы: - Я сделала, как ты просил.       - Вижу, - сказал он с благодарностью, - ты предупредила их о том, что потребуется, прежде чем им разрешат отправиться?       - Более чем, - ответила Оша рядом с другой женщиной, - но тебе лучше не искать ничего.… личного, пока ты копаешься в наших головах.       - Даже и не собирался, - сказал Гарри с легкой ухмылкой, не удивляясь, что именно Оша из всех людей сказала это, - буду краток, только подтвержу, что вы те, кем вы должны быть. - Было несколько нервных взглядов, но ничего необычного, и один за другим он входил в сознание каждого из них. Манс был довольно юмористичен, когда он довольно хрипло пел песенку в уме про жену дорнийца.       Тем не менее, все они оказались сами собой, и когда он, наконец, вырвался из разума Дал, он обратился к ним уже спокойнее: - Дал уже сообщила вам, что вы отправитесь на Стылый Берег, чтобы определить, что там произошло, но вы встретите группу Воронов и солдат Мормонта в Сумеречной Башне. - Манс, казалось, был немного раздражен этой новостью: - Хочу совершенно ясно дать вам всем понять, что вы должны лишь выяснить, что там произошло, и если это будет то, что я подозреваю, и Иные добавили местные кланы к своим рядам, вы вернетесь как можно быстрее. Если вы столкнетесь с кем-нибудь из мертвецов или, что еще хуже, с одним из них, и сочтете невозможным отбиться, тогда эвакуируйтесь. Никто не должен умирать ради того, чтобы узнать, что там произошло. - С этими словами все десять человек удалились, держа портключи при себе, и направились к западным воротам.       Гарри смотрел, как они уходят, прежде чем войти в свой дом. Было странно тихо, учитывая, что внутри находилась вся его семья. Далла сидела рядом с Вель, пока та кормила Лили, хотя каждые пять секунд или около того глаза его жены скользили туда, где близнецы сидели прижавшись друг к другу, тихо читая книгу. Она не хотела отводить взгляд ни от одного из них, учитывая то, что произошло всего несколько часов назад.       Они повернулись, чтобы посмотреть на него, когда Гарри вошел, близнецы подскочили и обняли его. Объятия Тристана казались более отчаянными, чем обычно. Гарри заставил себя улыбнуться им, несмотря на абсолютную ярость, которую он чувствовал по причине этого отчаяния. До этого момента на его детей не влияли угрозы, которые их окружали. Его приводило в ярость то, что они пережили такой мучительный опыт в столь юном возрасте.       И Тристан, и Эмер улыбнулись ему, когда он погладил их по головам, мягко подталкивая их к тому, что они делали, когда он сам подошел к Вель и Далле.       Сестра жены встала, одарив Гарри грустной улыбкой, и направилась к двери: - Ну я пойду у меня ещё много дел. - Он просто сел рядом с Вель, и она быстро прижалась к нему. Близнецы попрощались со своей тетей, когда она вышла за дверь.       Тихо, чтобы ее не услышали дети, она спросила его: - Так что же случилось?       - Ферни мертва, - Вель невольно выдохнула, - и... Безликий, используя ее облик, дал Мунде отравленный напиток.       - Безликий? - насмешливо спросила Вель. Должно быть, она никогда не читала ни одной из тех немногих книг, в которых говорится об их ордене.       - Наёмный убийца, который может брать лица мертвых и носить их как свои собственные, - она поморщилась от этого. Он мог понять ее реакцию, это был не самый элегантный способ принять чужую внешность, но, безусловно, он казался одним из самых эффективных. В отличие от Оборотного Зелья не было ограничений по времени, и он не мог быть рассеян, и ему не нужен драгоценный камень, чтобы убедиться, что он остается нетронутым.       - Тогда это может быть кто угодно, - сказала она с намеком на панику, - кто-то еще, кому мы доверяем, кто мог бы приблизиться к детям.       Он притянул ее ближе, предлагая утешение, - я не буду лгать, убийца мог бы принять другое лицо сейчас, даже того, кому мы доверяем. - Он провел рукой вверх и вниз по ее спине, когда увидел, что в ее глазах появились слезы, больше от гнева, чем от страха, - но Тристан и Эмер все равно будут жить как обычно. - Когда она резко повернула голову, чтобы посмотреть на него, он успокоил ее: - Я позабочусь о том, чтобы окружающие были теми, кем они должны быть. - Среди прочего.       Она неохотно кивнула, прекрасно понимая, что так будет лучше.       - Что ты будешь делать? - наконец спросила она, положив Лили в колыбель рядом.       - Для начала, я планирую использовать Воскрешающий Камень сегодня вечером, - признался ей Гарри. Он не был уверен, как Камень будет работать с мертвыми этого мира, поскольку Вель никогда не принимала его предложение попробовать такое со своей матерью. И он не знал, что может произойти после того, как он сжёг тело Ферни.       Вель слегка ухмыльнулась: - Она тебя отчитает.       Гарри тихо усмехнулся и слегка сжал ее бедро. Это был первый раз, когда он улыбнулся за несколько часов: - Скорее всего. - Вель подвинулась так, что ее голова легла ему на плечо, - я также планирую изучить карту в надежде, что смогу найти незнакомое имя.       - И что мы будем делать, если оба эти пути подведут тебя? - неуверенно спросила она.       - Мы будем терпеливы и бдительны.

***

      Прошла неделя с момента покушения на Гарри и его семью. Хотя, конечно, сочувствуя тому, через что прошел маленький мальчик, была эгоистичная часть Дейенерис, немного довольная результатами нападения на Гарри и его семью. Это дало ей возможность подольше оставаться в месте, которое ей быстро начинало нравиться. Что-то, чего она не могла честно сказать ни об одном из их домов, с тех пор как они жили в доме с красными дверями в Браавосе.       Дейенерис сидела со своим братом во Дворце, где он снова пытался поговорить с Гарри. С тех пор, как новости о покушении достигли его ушей, он проявил целеустремленное желание поговорить с Королём-Чародеем. Понимая, что у Гарри явно было больше терпения к Дейенерис, чем к нему, и Визерис начал таскать ее за собой, пытаясь сделать более вероятным, что Гарри уделит ему время. С этого момента Волшебник довольно легко ускользал от ее брата, но, похоже, сегодня ему повезло.       Гарри разговаривал с девушкой постарше, рыжеволосой с косой на спине, и Джоном Сноу, незаконнорожденным сыном Эддарда Старка, темноволосым и симпатичным, с редкой бородкой, которую молодые люди часто пытались отрастить. До недавнего времени она считала, что Эддард Старк был не более чем цепным псом Роберта Баратеона, и что эти двое вместе оклеветали память ее отца. Последний узурпировал положение короля. Визерис никогда не изливал ничего, кроме сарказма и ненависти в адрес лордов, совершивших измену по отношению к их дому.       Но за две недели, проведенные у Норфолков, она мало чем занималась, кроме чтения, и зациклилась на истории своей семьи. И что касается мейстеров, то именно Визерис пытался сделать так, чтобы их отец выглядел лучше, чем то, что на самом деле рассказывала история. И не только их отец, но и вся династия Таргариенов.       И это было без учета Рейегара. Не было четкого ответа на вопрос, что на самом деле сделал ее старший брат с девушкой Старк. Одни утверждали, что он похитил ее, другие что она пошла с ним добровольно. Но что было ясно, так это то, что он оставил свою жену Элию из-за другой, что вызвало восстание Роберта. Со всем, что она узнала, Дейенерис не могла не пересмотреть свою точку зрения... или, точнее, точку зрения, которую Визерис уже давно навязывал ей.       Она отвлеклась от своих мыслей, когда почувствовала, что Визерис двигается рядом с ней. Она подняла глаза, когда Гарри встал и попрощался с Джоном. Как волк на свежее мясо, Визерис немедленно встал и потянул ее за собой. Она подавила желание поморщиться, когда его тонкий костлявый палец впился в ее руку. Она резко остановилась, когда они встали прямо на пути Гарри. Он посмотрел между ними, в его глазах мелькнуло раздражение, и хотя она была в его присутствии всего несколько раз, она не могла не почувствовать, что он выглядит более изможденным, чем в любой из ее предыдущих встреч с ним.       - Гарри, - сказал Визерис, узнав от других в городе, что его мало волнуют титулы, которые использовали для него южане и Эссосцы, - я надеялся поговорить с тобой.       - Конечно, - спокойно ответил он, - приношу извинения за ваше длительное пребывание здесь, но до тех пор, пока человек, ответственный за покушение на мою семью, не будет пойман, корабли не покинут наши города. - Он явно надеялся, что на этом разговор закончится, но ее брат продолжал:       - Это понятно, - согласился Визерис с тонкой улыбкой, - именно покушение, я и надеялся обсудить с тобой. - Он указал на пустой стол, который они занимали.       Гарри посмотрел на него, слегка покачав головой: - Ладно. - Все трое уселись за стол: - Что ты хотел обсудить?       - Хорошо известно, что Безликие преподносят свой "дар" только тем, на кого они заключили контракт, - уверенно начал Визерис. - Интересно, задумывался ли ты о том, кто именно мог быть тем кто заказал покушение на твою семью?       Гарри хмуро посмотрел на молодого человека, испытывая меньше терпения к гордости ее брата, чем обычно, - есть люди, которые, по моему мнению, могут быть ответственны, но это всего лишь предположения.       - Но, конечно, очевидно, кто больше всего выиграет от смерти твоей семьи? - сказал Визерис, то ли не подозревая, то ли не обращая внимания на раздражение Гарри.       - Таких не мало,- последовал ответ сквозь зубы.       - Но мало у кого есть такие деньги, чтобы позволить себе убийцу, который, вероятно, все еще бродит по твоему городу. - настаивал Визерис.       - Пожалуй, - огрызнулся Гарри, - и да у меня есть враги, о которых ты ничего не знаешь, Визерис Таргариен, и о некоторых из них я и сам, возможно, еще не знаю. - Его изумрудные глаза впились в ее брата, и Дейенерис подавила желание хихикнуть, когда он вздрогнул от дискомфорта, - плата может быть не только в золоте и предложена Безликим в обмен на их услуги.       - Да, это вполне может быть правдой, - сказал Визерис, немного восстановив самообладание, - но ты можешь допустить, что Узурпатор многое выиграет от твоей кончины и имеет средства на подобное злодеяние. И если бы ты захотел, я уверен, что на юге найдутся те, кто поднимет свои знамена, чтобы помочь ему, если ты поддержишь мои притязания на трон. И вместе мы могли бы заставить его и ему подобных заплатить за их предательство.       Лицо Гарри дернулось, когда он, казалось, боролся с желанием зарычать или даже ударить ее брата, когда он заговорил, его голос был заметно громче: - Если я узнаю, что Роберт Баратеон каким-либо образом ответственен за покушение на мою семью, он за это заплатит. - Волшебник наклонился вперед, так что оказался очень близко к Визерису, который нервно откинулся назад, - но это будет не ради тебя. Твоя семья сидела на Железном троне почти 300 лет. И потеряла его не потому, что Роберт узурпировал твое положение, а потому, что твой отец был сумасшедшим, а брат дураком. - Затем он резко встал, властно уставившись на них обоих, - вбей это себе в голову, мальчик, - он выплюнул это слово, стол слегка загрохотал, когда его магия отреагировала на его гнев, - Вольный Народ никогда не окажет тебе никакой помощи в возвращении Железного Трона. - Дейенерис просто смотрела, не удивленная ответом, а тем более его раздражением. У него есть более важные дела, чем желания её брата, сейчас более важные, чем когда-либо, и Дейнерис понимала, учитывая опасность, с которой сталкивается его семья сейчас.       Гарри встал и направился к двери, в то время как лицо ее брата стало почти фиолетовым от кипящего гнева: - Как ты смеешь! - Его голос был хриплым, и его ярость только росла, когда Гарри проигнорировал его, не обращая внимания, когда он вышел из Дворца, не оборачиваясь. Визерис вскочил со стула и направился вслед за Волшебником, его рука потянулась к рукояти меча, так как Гарри больше не было видно. И тут Дейнерис поняла что Гарри просто убьет его.       Что бы Дейенерис ни думала о Визерисе, он все еще был ее братом, и она не хотела видеть, как он умирает. Глаза Дейенерис расширились от ужаса, она бросилась за ним и схватила Визериса за запястье, прежде чем он успел выхватить меч и броситься вслед за Волшебником. Его сиреневые глаза, в которых горела явная ненависть к человеку, который так упрекнул его, обратились к ней. Ну Дейнерис точно "разбудила дракона". Но это не вызвало в ней того страха, который был в прошлом.       Она быстро отпустила его запястье, уже зная, что, отвратив его гнев от Гарри, она, скорее всего, перетянула его на себя. Когда Визерис прорычал что-то неразборчивое, привлекая внимание всех, кто находился поблизости, она собралась с духом, более чем готовая принять наказание, если это обеспечит не только сохранение Визерису жизни, но и то, что их пока не выгонят из городов Норфолков. Рука Визериса слетела с рукояти меча и вместо этого качнулась назад, когда он попытался ударить ее. Она закрыла глаза, ожидая жара на щеке, но его так и не последовало. Она прищурилась одним глазом и обнаружила, что ее брат замер неестественно неподвижно, на его губах все еще сохранилось мерзкое рычание, а его рука зависла всего в нескольких дюймах от ее лица. Она сразу поняла почему "Магия".       Посмотрев в сторону двери, она ожидала увидеть Гарри, стоящего там с тонкой палочкой в руке. Но вместо этого по обе стороны от Арьи Старк стояли его дети-близнецы. У молодой северянки был заметный порез на щеке. Рядом с Эмер были еще две девочки, дочери Карси. Она лишь дважды встречалась с Карси, но находила ее довольно доброй.       Сразу за ними она увидела, как девушка, которую она не раз видела в библиотеке, повернулась и выбежала из Дворца. Дейенерис просто смотрела на детей перед ней, только в состоянии предположить, что это был один из детей Гарри, которому удалось избавить ее от гнева Визериса.       Только когда она повернулась, чтобы оглядеть остальную часть помещения, она поняла, что большинство других обитателей Дворца стояли, и многие из них смотрели на Визериса. У рыжеволосой девушки рядом с Джоном даже была вытащена стрела, нацеленная ему прямо в грудь. Они собирались защитить её. Она не могла сдержать вспышки жара, из-за который тот поднялся по ее щеках при этом откровении. В ее короткой жизни было очень мало людей, которые были готовы на подобное, многие закрывали глаза всякий раз, когда ей случалось "разбудить дракона" рядом с другими.       Внимание переключилось на Гарри, появившегося в дверях. Он на мгновение остановился, чтобы поговорить с собравшимися детьми. Все пятеро жестикулировали в ее направлении, он понимающе кивнул, ласково взъерошил волосы близнецов и залечил порез на щеке Арьи, прежде чем выпрямиться и приблизиться к ней.       Он оглядел Визериса с ног до головы, он казался сердитым, но в его глазах также был намек на веселье. Когда он заговорил, в его голосе не было той резкости, которая была во время ее разговора с братом: - Мне сказали, что твой брат намеревался ударить тебя? - В безмолвном здании послышался ропот согласия, поскольку все, кто был свидетелем ссоры, подтвердили то, что сказали ему его дети.       Дейенерис перевела взгляд со своего брата на Гарри на мгновение, прежде чем слегка кивнуть, - он сделал да, - Она посмотрела на близнецов, которые оба внимательно следили за разговором, - я думаю, твои дети остановили его.       - Да, - небрежно ответил Гарри, - но что заставило его ударить тебя? Конечно, его разочарование было направлено на меня.       - Это правда,- медленно произнесла Дейенерис. Ей не хотелось говорить больше, но и лгать Гарри тоже не хотелось.       Он махнул рукой, чтобы она продолжала: - Так что же заставило его выместить свое разочарование на тебе, а не на мне?       Она вздохнула, зная, что это не закончится хорошо для ее брата, - он планировал напасть на тебя… с мечом... потому что ты "разбудил дракона". - Гарри насмешливо фыркнул на это, но она продолжила: - Я не хотела, чтобы он причинил тебе вред, и не хотела, чтобы он столкнулся с наказанием, которое последует за такое нападение, поэтому я схватила его за запястье, чтобы остановить его. За мою дерзость, - она не раз слышала эту фразу от Визериса, - он хотел причинить мне вред, но вмешались Тристан и Эмер.       - Как я понимаю, это не первый раз, когда он предпринимает насильственные действия против тебя, не так ли? - Его голос был удивительно нежным. Это напомнило ей о том времени на каналах Браавоса. Она кротко кивнула в знак согласия с его вопросом.       Гарри пробормотал себе под нос: - Спасибо, что позаботилась о моей безопасности, даже зная, что это может нанести ущерб тебе. - Дейенерис не ожидала от него такой благодарности. Она сомневалась, что ему вообще угрожала какая-то реальная опасность.       Он вытащил свою палочку и взмахнул ею над Визерисом, тот снова начал двигаться, отступая, явно напуганный собравшейся толпой разгневанных Норфолков.       - Визерис, - Гарри резко привлек его внимание, - ты должен поблагодарить свою сестру, если бы тебе удалось вытащить меч, чтобы напасть на меня.… ты был бы мертв. - Молодой человек, о котором шла речь, испуганно сглотнул, отчаянно кивая головой в знак понимания. Когда стало ясно, что он на самом деле не будет говорить, Гарри жестом указал на нее, глубоко нахмурившись: - Я жду.       Его сиреневые глаза перебегали с Гарри на собравшуюся толпу, а затем, наконец, на нее. Она видела в нем пылающий гнев, но он все равно согласился с требованием: - Спасибо, сестра. - Он выговаривал каждое слово так, словно ему было физически больно произносить его.       - Не за что, Визерис. - тихо ответила она, чувствуя себя неловко от внимания, которое было сосредоточено на них.       Визерис, казалось, думал, что это конец, но Дейенерис не была так оптимистична. Когда он собрался уходить, схватив ее за руку, Гарри снова заговорил: - Мы еще не закончили. - Голос Гарри остановил его на месте, как будто это был физический удар: - Есть вопрос о твоей попытке ударить свою сестру.       - Ну и что из этого? - рявкнул Визерис, хотя тут же пожалел об этом и заговорил более спокойно.       За пределами двора насилие было крайне неодобрительно, особенно когда оно не было спровоцировано. Более всего против молодой женщины, у которой не было опыта, чтобы защитить себя, - я не согласен с этим, - прорычал Гарри сквозь стиснутые зубы, - твои покои будут еще больше разделены на время твоего дальнейшего пребывания здесь. Если бы ты был мудр, то держался бы от нее подальше, если бы не мог контролировать себя. А если я узнаю что ты ударил ее… - он позволил угрозе повиснуть в воздухе: - Ты понял? - Визерис усмехнулся, но кивнул в знак признания. Гарри жестом велел ему уйти, прежде чем Визерис вылетел из Дворца, грубо оттолкнув Арью и Джилли.       Все, казалось, вернулись к своим делам, Дейенерис просто нервно переминалась с ноги на ногу, когда Гарри повернулся, чтобы посмотреть на нее, вопросительно подняв бровь. - Я ценю твою помощь, как и всегда, - искренне сказала она, прежде чем поморщиться, - но что произойдет, когда я буду вынуждена покинуть это место с моим братом? Он ведь просто выместит на мне все, чего не может сейчас?       Гарри одарил ее легкой грустной улыбкой: - Пока ты остаешься здесь, даже если это будет означать страдания твоего брата. - Она знала, что это было гораздо больше связано с его заботой о Безликом, вероятно, все еще находящемся среди них, чем с ее безопасностью, но это чувство было оценено, - а что касается остального, - она ненавидела саму мысль об этом, что-то, что он, казалось, заметил, - ты должна верить, в мою гарантию что он не сможет причинить тебя вреда. И я обещаю именно это, даже если для этого придется отправить его через полмира от того места, куда я отправлю тебя. - Дейенерис была несколько озадачена этой идеей. Она никогда не была где-то без Визериса. Если бы не он, они умерли бы много лет назад... или, по крайней мере, он всегда заставлял её в это верить.       Это была не совсем неприятная идея, но она подозревала, что у Гарри есть другие способы обеспечить подобное, если он того пожелает. И Гарри вероятно, даст ей выбор, когда дело дойдет до этого.       - Хорошо, - наконец сказала Дейенерис, - я верю тебе. - он больше ничего не сказал, прежде чем выйти из Дворца. С глухим стуком упав в кресло, она закрыла глаза и долго терла виски. Открыв глаза, она с удивлением обнаружила, что вокруг нее сидят другие. В то время как некоторые были довольно очарованы ее внешностью, очень немногие подходили к ней с момента их прибытия. Хотя Моринт в библиотеке была очень добра, как и Карси и Вель, когда у неё была возможность поговорить с ними.       Тристан и Эмер сидели вместе с другими, даже Арья, что было странно, поскольку Старки, как правило, избегали её и Визериса. Слегка ерзая, пока все они доставали книги, рисунки и всевозможные другие вещи, Дейенерис размышляла, стоит ли ей уйти. Она наблюдала, как Джонна и Вилла, дочери Карси, готовили ингредиенты с помощью ступки и пестика, когда заметила, что серые глаза Арьи пристально смотрят на нее. Она пыталась не обращать на это внимания, когда Арья довольно громко выпалила: - Ты не то, чего я ожидала от дочери Безумного Короля.       - Спасибо? - Дейенерис ответила неуверенно, в то время как остальные смеялись над прямотой Арьи, хотя она заметила, что Тристан казался подавленным. Понятно, учитывая, что с ним случилось. По-видимому, они вполне привыкли к таким вещам со стороны молодой девушки Старк.       - Хотя твой брат…- Арья пробормотала это про себя, но Дейенерис все равно услышала. Она решила, что лучше не комментировать.       - На что похожи Вольные Города? - застенчиво спросила ее Вилла, младшая из дочерей Карси, смотревшая на нее невинными голубыми глазами, когда Дейенерис посмотрела на девушку, склонив голову набок, она слегка покраснела, - торговцы бывали только в Браавосе и Пентосе. Я слышала, что ты побывала во всех.       Дейенерис понимающе улыбнулась: - Ну да... - и с этими словами она обнаружила, что проводит часы среди других, делясь историями. Было довольно приятно и... странно так беззаботно разговаривать с людьми примерно ее возраста.       Она не заметила, как прошло время, и в конце концов пришла Вель, чтобы забрать близнецов, а Карси своих девочек. Джилли тоже ушла, чтобы присоединиться к Мунде. Тем не менее, Арья и Дейенерис оставались вместе, разговаривая друг с другом. Дейенерис становилось все более комфортно с дерзкой натурой младшей девочки, что делало разговор с ней еще проще.       Однако в Дени было что-то любопытное. Она ожидала, что разговор с Джоном или Арьей приведет к какой-то конфронтации, но ничего подобного не произошло. Арья, казалось, не считала ее ответственной за то, что сделал ее отец, и, кроме ее первоначального комментария, она даже не упоминала об этом.       У младшей девочки не было никакого желания возвращаться в свой временный дом, так как солнце садилось на западе. Вместо этого Арья предложила прогуляться по берегу недалеко от Ньюпорта. Дейенерис с готовностью согласилась, предпочитая компанию младшей девочки одиночеству в крепости. Арья и Дейенерис шли вместе вдоль берега к югу от Последнего Убежища, хотя все еще оставались в стенах города.       - Так каково это быть способной менять шкуру? - с любопытством спросила Дейенерис младшую девочку.       - Хм, - она задумалась над вопросом, - ну, не могу сказать наверняка. Браяра только подготовила нас с Джоном к тому, чтобы сделать это в первый раз. Она описала все опасности, присущие каждому животному, и то, что мы можем ожидать, когда впервые войдем в их разум.       - Ты знаешь, с каким животным хочешь соприкоснуться? - Прямо перед ними было большое скальное образование, а с другой стороны был участок побережья, где корабелы Ньюпорта занимались своим ремеслом.       Арья на мгновение заколебалась, когда они обе услышали шум впереди, хотя и не придали этому значения, кто-то просто работал позже остальных - вероятно, волк для начала, это только кажется подходящим в конце концов. - Дени усмехнулась, - но, может быть, и сова тоже. Мне очень нравятся совы Гарри. - Она задумалась, прежде чем широкая улыбка озарила ее лицо, - ты могла бы представить, если бы драконы все еще существовали? Возможно, удалось бы слиться с один из них. - Арья, казалось, пришла в восторг от этой мысли, но быстро успокоилась: - Но для этого, вероятно, потребуется поистине потрясающий талант и сила воли. Говорили, что драконы так же умны, как и люди.       Огонь стал плотью. Драконы позволили валирийцам создать свою империю, а Таргариенам свою династию. Дейенерис хотела ответить, прежде чем остановиться, когда они обогнули валун. Корабельщики работали на открытой площадке, покрытой деревянной крышей, и больше ничего, чтобы снег не падал на их работу. Но что-то было не так, шум, который они слышали раньше, был не тем, кто усердно работал над переделкой дерева, чтобы построить одну из длинных лодок Норфолков, а кем-то, кто в одиночку пытался столкнуть маленькую лодку в Студёное Море. Невысокий, но хорошо сложенный мужчина не был кем-то, кого Арья или Дейенерис узнали, но он тихо бормотал себе под нос, пытаясь довольно безуспешно спустить лодку на воду.       Арья отодвинулась от Дени, хотя та безуспешно пыталась остановить ее. Этот человек явно делал что-то, чего не должен был делать, и, если их обнаружат, Дени почти не сомневалась, что он сделает то, что, по его мнению, было необходимо, чтобы они никому не рассказали. В лучшем случае, это кто-то, кто нарушает приказ Гарри. В худшем случае это Безликий, пытающийся сбежать. Ее первой реакцией было пойти и найти кого-нибудь, кто лучше справится с ситуацией, но, не желая оставлять младшую девочку одну, Дени последовала за Арьей.       Дейенерис рассеянно заметила, что у Арьи была почти жуткая способность молчать, когда они приближались к большим недостроенным кораблям, которые резко контрастировали с меньшим, медленно приближающимся к воде. Они тесно спрятались между одним из кораблей и рабочим столом рядом с ним.       Оставаясь вне поля зрения, они теперь были достаточно близко, чтобы услышать его бормотание: - ... единственная возможность, и после этого ничего, кроме невозможности объяснить бдительность. Похоже, мы недооценили его магию. - Из его горла вырвалось рычание: - И три человека мертвы, которым просто не следовало подходить достаточно близко.       Глаза Арьи и Дейенерис были широко раскрыты, когда они посмотрели друг на друга, Арья сделала движение, вытаскивая маленький кинжал из своего бедра. Дейенерис положила руку ей на плечо, слегка отбросив маленькую девочку назад и на рабочий стол. Когда она толкнулась в него, деревянный молоток с громким стуком упал на землю.       Дейенерис чувствовала, как ее сердце колотится в груди, достаточно громко, чтобы заглушить все остальные звуки. Она оглянулась на мужчину только для того, чтобы увидеть, как он приближается к их укрытию. Увидев то же самое, Арья бросилась назад тем же путем, которым они пришли, когда Дейенерис пошла в другом направлении. Она не хотела разделяться. Дени оглянулась и обнаружила, что за ней никто не следует. Возможно, он нас не видел. Надежда была недолгой, когда она услышала пронзительный крик, от которого дрожь пробежала по ее крови.       Хотя Дени только сегодня по-настоящему познакомилась с девочкой Старк, она знала, что не бросит ее на произвол судьбы. Дейенерис побежала так быстро, как только ее ноги могли нести ее в том направлении, в котором она пришла, подняв молоток, который упал на землю, когда она проходила мимо рабочего стола.       Поспешив в ту сторону, где она услышала крик Арьи, Дени остановилась, обнаружив ее прислонившейся к зазубренному валуну. Она смотрела широко раскрытыми испуганными глазами, когда мужчина приблизился к ней, нож, который когда-то принадлежал Арье, теперь лежал в руках убийцы. Зная, что колебание может быть разницей между жизнью и смертью, так тихо, как только могла, все еще торопясь, она приблизилась к его спине, когда он наклонился к Арье.       Когда она подняла деревянный молоток в своей руке, она услышала, как он ясно сказал своей потенциальной жертве с искренним раскаянием в голосе: - Как бы то ни было, я сожалею. - Изо всех сил, что были в ее, по общему признанию, слабых руках, она ударила молотом по голове убийцы. Он явно не ожидал этого, так как рухнул на землю.       Быстрее, чем она ожидала, мужчина повернулся к ней, пытаясь оторвать свое тело от земли, но нога Арьи внезапно мелькнула и ударила его прямо в лицо, заставив кровь хлынуть из его носа, и он снова упал лицом на камень береговой линии. На этот раз он не шевелился, Дейенерис на мгновение застыла в шоке, когда Арья поднялась на ноги.       Младшая девочка показала наличие волчьей крови в жилах, когда нанесла быстрый удар в живот мужчины, прежде чем тяжело вздохнуть и посмотреть Дени в глаза: - Нам нужно связать его.

***

      Гарри сидел в своем доме, глядя на Сирио Фореля и вполуха слушая, как лысый мужчина объясняет довольно туманную причину, по которой он прибыл в Первую Кузницу. Было две причины , по которым он прибыл к ним: давно обещанный поединок и надежда на новые открытия. По правде говоря, бывшему Первому Мечу понравилось то, что он видел в Норфолках за эти годы, и он хотел поделиться своими довольно впечатляющими знаниями во владении мечом и другими боевыми навыками.       А вот Гарри было все равно. Это не означало, что он не оценил намерения этого человека, или что он был против его присутствия, но, учитывая его недавние разочарования, этот разговор не особенно интересовал его.       Неделя поисков не дала никаких новых зацепок. С помощью Камня ему удалось связаться с Ферни, но узнал Гарри очень мало. Ее тень испытывала сильную боль, когда это произошло, раздраженная на него не только за ее смерть, но и за то, что он вернул ее. Единственное, что ему удалось узнать от мертвой женщины, это то, что она не узнала человека, который пришел к ней, но что он был одним из докеров. Его рука была ранена и сильно кровоточила.       Что касается карты, то она оказалась бесполезной. Он перебирал имена, выискивая среди десятков тысяч одно неуместное. Было ли это потому, что он ошибся в её создании, потому что метод, который использовали Безликие, чтобы принять чужую личность, обманул его, или просто потому, что имя человека не выглядело неуместным, Гарри не знал. Все, что он знал наверняка, это то, что за последнюю неделю он не нашел ничего, что могло бы привести его к убийце. И люди начинают ворчать по поводу ограничений, которые он ввел.       Его взгляд нашел жену там, где она сидела, между близнецами, когда они прислонились по бокам от неё. Она выглядела худее, чем обычно, постоянная вероятность того, что их дети могут быть в опасности, невероятно действовала ей на нервы.       Сирио заметил его рассеянность: - Гарри?       - Хм, - голова Гарри резко повернулась в сторону собеседника, - о, у меня нет проблем с тем, чтобы ты остался здесь. И любая помощь, которую ты мог бы нам предложить, будет очень полезна.       Мечник всё понял и улыбнулся: - Я с радостью принимаю твоё гостеприимство. - Он встал и направился к двери, - и я буду ждать тебя во дворе, как только ты разберешься с другим неприятным делом. - Гарри фыркнул от смеха, когда мужчина открыл дверь.       Уставший до мозга костей после нескольких дней недосыпа и постоянно растущего беспокойства, Гарри больше всего на свете хотел плюхнуться в постель, но, почувствовав, как вибрирует зеркало в кармане, он понял, что это вряд ли произойдет. Он ответил на звонок только для того, чтобы увидеть потное бородатое лицо Торегга: - Гарри, - он говорил достаточно громко, чтобы Гарри поморщился, - тебе нужно сейчас же прийти в Последнее Убежище! - Не дожидаясь ответа, звонок закончился. Вместо того, чтобы паниковать, Гарри мог думать только об одной вещи, которая вызвала бы такую реакцию у обычно контролирующего себя человека.       Гарри подошел к Вель, которая уже начала клевать носом, когда близнецы прижались к ней. Он поцеловал ее в висок, заставив ее глаза распахнуться и посмотреть на него: - Я нужен в Ньюпорте... немедленно.       Это заставило ее сонливость пройти, ее глаза широко раскрылись и насторожились: - Ты думаешь…- он кивнул: - Тогда я иду с тобой. - Она попыталась осторожно отодвинуть детей, но он остановил ее легким прикосновением к плечу. Она посмотрела на него с вызовом в прекрасных глазах, но вздохнула, когда поняла, что он не сдвинется с места.       - Ты должна остаться здесь, - мягко сказал он ей, - никто не знает, как долго я могу отсутствовать, и дети не должны просыпаться, когда рядом никого нет. - Она закрыла глаза и дала свое согласие. Он еще раз поцеловал ее в лоб, прежде чем трансгрессировать.       Он прибыл во внутренний двор крепости, где его ждал Торегг. Он жестом пригласил Гарри следовать за ним, и они прошли внутрь, по дюжине коридоров, пока не достигли практически неиспользуемой части крепости глубоко внутри. Это было как раз над областью, доступной только с помощью магии, и, учитывая камеры внутри, это было совершенно очевидно подземелье.       Сидя бок о бок у одной из дальних стен, Арья и Дейенерис обе слегка блестели от пота и были совершенно явно измучены тем, что произошло. В центре одной из камер, прикованный за запястья к потолку, висел человек, которого Гарри не знал. Он был темноволосым, но с легкой сединой на висках. Его нос был явно сломан, и засохшая кровь запятнала его лицо и рубашку. Сбоку от камеры валялись оборванные остатки того, что казалось парусом. Он посмотрел на Торегга: - Почему Дейенерис и Арья здесь?       - Они были теми, кто нашли злоумышленника, вырубили его и потащил обратно в город, - Дейенерис на самом деле слегка посмотрела на Арью, заставив Гарри слегка усмехнуться. Торегг указал на все еще лежащего без сознания мужчину, - и они согласились остаться и присмотреть за ним, пока я пойду за тобой.       Гарри повернулся к двум девушкам: - Где вы на него наткнулись?       Они обменялись быстрым взглядом, прежде чем Дейенерис заговорила: - Мы шли вдоль берега и нашли его там, где работают корабельщики. Он пытался столкнуть лодку в море.       - Он что-то бормотал себе под нос, когда мы подошли к нему поближе, - громко сказала Арья, - он выражал некоторое личное разочарование из-за своей неспособности причинить тебе вред или даже найти возможность сделать это на прошлой неделе. - Гарри переводил взгляд с одной девочки на другую, не зная, что сказать. Как отец, он чувствовал необходимость упрекнуть их за то, что они подвергли себя такой явной опасности, но он был бы лицемером, учитывая его собственные юношеские приключения. И если бы они решили искать помощи у других, этот человек, возможно, исчез бы в море до того, как они вернулись. Он доверял способности своих моряков найти этого человека, если бы это было так, но признавался себе, что это, безусловно, лучший конечный результат.       Вместо того, чтобы ругаться, он просто раздраженно покачал головой, хотя и не мог скрыть, как слегка приподнялись его губы: - Вы не должны были подвергать себя такой опасности, - он присел на корточки, чтобы быть на уровне глаз с обеими девушками, - но я искренне благодарен за то, что вы сделали сегодня вечером. - Следующие слова вырвались прежде, чем он успел подумать о том, что говорит: - Если кто-то из вас хочет от меня чего-то, что в моих силах сделать, вам нужно лишь спросить.       Он наблюдал, как загорелись глаза Дейенерис, - я хочу, чтобы ты позволил мне и моему брату остаться здесь.       На самом деле он мог отказать. Учитывая предыдущие обещания, это было не совсем в его власти, но надежда в ее аметистовых глазах делала еще более маловероятным, что он это сделает. Черт бы побрал его чертову совесть и привычку со спасением людей. Закрыв глаза, он сделал успокаивающий вдох, прежде чем ответить: - Очень хорошо, но ты должна понимать, что если твой брат сделает что-то еще против наших обычаев, с ним поступят соответствующим образом. - Судя по ее реакции, она уже знала об этом факте.       - Я понимаю, - ее голос был твердым и более уверенным, чем он когда-либо слышал от нее, - но если он будет вынужден покинуть это место или решит это сделать, мне все равно позволят остаться. - Он кивнул в знак согласия и повернулся к Арье.       Девочка Старк встряхнулась, когда заметила, что внимание вернулось к ней. Она обдумала, что она могла бы попросить: - Пожалуйста, снабди меня зельями, чтобы залечить любые раны, которые я могу получить во дворе. Ферни обычно это делала… - Она умолкла, прежде чем ее полные злобы глаза уставились на мужчину, висящего в цепях.       Гарри улыбнулся девочке: - Это не будет проблемой. Я обеспечу тебя личным запасом необходимых зелий и бальзамов. - Он выпрямился и посмотрел на нее сверху вниз, - хотя, судя по тому, что сказала мне Вель, скоро они будут тебе не нужны. - Арья покраснела от похвалы, хотя была явно рада услышать, что его жена думает так.       Когда Гарри сосредоточил свое внимание на заключенном перед ним, его глаза посуровели, и свет в комнате слегка потускнел: - А теперь, если вы все оставите меня, я должен кое-что сделать. - Все трое быстро вышли, понимая, что Гарри собирается заставить этого человека страдать. Когда дверь за Тореггом закрылась, он вытащил палочку из рукава и наложил чары звуконепроницаемости. Хотя с тем, как сильно он ожидал заставить его кричать, они все еще могут услышать это по всей крепости.       Направив палочку на висящего перед ним без сознания человека, он безмолвно подстегнул его, и тот, задыхаясь, проснулся, отчаянно озираясь по сторонам. Заметив сначала свои путы, он быстро стал искать способ сбежать, прежде чем его глаза упали на Гарри, и они расширились почти комично, ужас запечатлелся на его лице.       - Ты человек ответственный за покушение на мою жизнь, - начал Гарри, его голос был едко холоден, - но что более важно, ты покушался на жизнь Вель и моих детей. Не говоря уже о том, что ты убил не менее двух человек только для того, чтобы попытаться подобраться достаточно близко, чтобы сделать эти попытки. Одна из этих людей мне была дорога. - мужчина не пытался отрицать это, вместо этого решив промолчать.       - Однако,- он начал расхаживать перед подвешенным заключенным, - я также знаю, что ты являешься членом Безликим, а это означает, что ты сделал это по приказу кого-то ещё. - Он остановился и шагнул так, чтобы оказаться прямо перед убийцей: - Итак, меня гораздо больше интересует рука, держащая оружие, чем само оружие.       Голос Гарри стал почти дружелюбным, когда он поправил сломанный нос человека взмахом палочки: - Если ты честно ответишь на мои вопросы, это может быть довольно безболезненно для тебя. - Он властно ткнул пальцем в старшую палочку, - но если ты будешь сопротивляться, я причиню тебе больше боли, чем ты можешь себе представить после того, как обшарю твой разум в поисках каждой доли информации, которую он может содержать. - Слова Гарри просто повисли в воздухе, когда мужчина сглотнул достаточно громко, чтобы эхо разнеслось по маленькой камере.       - Что ты хочешь знать? - спросил убийца удивительно ясным голосом.       - Ты прибыл на корабле из Браавоса? - спросил Гарри, желая узнать некоторые детали, прежде чем он доберется до действительно важного вопроса.       - Потребовались месяцы, чтобы найти способ даже добраться до твоего города, где у меня было бы прикрытие среди большой группы людей. Замаскировавшись под одного из палубных матросов, я помог погрузить их товары на ваш склад и убил одного из докеров. - Он уточнил без каких-либо подсказок: - Я взял его лицо, прежде чем вернуться на корабль. И убедился, что Браавосцы видели человека, который путешествовал с ними, прежде чем покинуть корабль с лицом портового рабочего. Никто не задавал вопросов, когда он помогал грузить корабль, прежде чем я забрал его.       - Портовый рабочий, Ферни и корабельный плотник,- перечислил Гарри, - это были все, чьи жизни ты забрал?       - Да, - коротко ответил он.       - Яд? - спросил Гарри, предполагая, что подразумеваемый вопрос очевиден.       - Я надеялся, что ты выпьешь первым, - признался он, - с твоей смертью и лицом женщины, которой доверяла твоя семья, было бы легко добиться того, чего от меня ожидали.       - Выглядит довольно небрежно, учитывая все обстоятельства. - непринужденно сказал Гарри.       - К тебе трудно приблизиться, - сказал он с ноткой раздражения в голосе, - и твои дети и жена редко бывают одни, поэтому почти невозможно представить это как несчастный случай. Поэтому я рискнул. Этот риск лишь предупредил тебя о моем присутствии и сделал совершенно невозможным приблизиться к тебе.       - Очень хорошо, - Гарри покрутил палочку в пальцах, - кто заказал мою жизнь и жизнь моей семьи? - Было не так уж много людей, способных позволить себе подобное, хотя Гарри мог назвать несколько имён.       Мужчина заколебался, услышав вопрос, который задал Гарри, что он должен знать: - Я могу просто выудить у тебя имя, если ты откажешься. - Потенциальный убийца промолчал, и Гарри злобно ухмыльнулся, поднимая палочку. Зонд не был нежным, даже отдаленно. Словно нож он ворвался в сознание человека и заставило его закричать, издав глубокий гортанный звук, который можно было бы ожидать от умирающего животного. Гарри безжалостно врывался в мысли этого человека, хотя тот тщетно пытался думать о чем угодно, кроме человека, который его нанял. Терзая его разум каждой унцией ненависти, которую он мог собрать, он нашел имя всего за несколько мгновений, но для его жертвы это было похоже на часы.       Он вышел из разума Безликого и обнаружил, что тот вспотел от напряжения и слегка подергивается. Но не обращал на это внимания, тихо говоря сам с собой: - Итак, Великий мейстер устал от отсутствия успеха у Гарета.       - Скажи мне, - Гарри приподнял голову мужчины, чтобы посмотреть ему в глаза, - когда твой орден узнает о твоей неудаче здесь, они пришлют другого? - Он устало кивнул головой.       - Хм, - Гарри сомневался, что этот человек будет лгать после того, что с ним только что сделали, - а если человек, заключивший контракт, умрет, они перестанут угрожать моей семье.       - Да,- сдавленно прохрипел он. - Он не завершит оплату до тех пор, пока мы не добьемся успеха. Если он умрет, мы никогда не получим полной оплаты, и контракт аннулируется.       - Очень хорошо,- сказал Гарри плотоядно улыбнувшись, - благодарю за сотрудничество. - Мужчина вздохнул с облегчением, когда Гарри направился к двери, по-видимому, готовый уйти. Волшебник хотел дать ему эту надежду, эту веру в то, что он прошел через это испытание почти невредимым.       Дойдя до двери, Гарри резко обернулся, и алое проклятие Круцио вылетело из его палочки и ударило ничего не подозревающего пленника прямо в грудь. Все его тело напряглось, мышцы на шее напряглись, каждый нерв в его теле, казалось загорелся. Его крики были единственным, что можно было услышать в комнате, и Гарри наблюдал за этим со спокойным удовлетворением.       После почти минуты под проклятием Гарри освободил его от боли. Когда их глаза встретились, на этом украденном лице появилось выражение предательства. Он слегка ухмыльнулся: - Я думаю, ты согласишься, что допрос был довольно безболезненным, но ты всё равно должны предстать перед правосудием за то, что сделал. - Гарри вновь проклял его, хотя это длилось всего несколько секунд, - и боюсь, что я обещал своей жене, что ты будешь страдать так же, как заставил страдать моего сына. - Глаза мужчины наполнились слезами, когда он осознал ужас того, что на самом деле происходило: - Это будет самая длинная ночь в твоей жизни.       К полуночи в Последнем Убежище послышались крики. И они продолжались еще много часов.