Глава 21
7 мая 2021 г., 09:29
Безжизненное тело лежало перед королем и остальными придворными а также Верховным септоном и четырьмя безмолвными сестрами. Никто не видел старика после полудня, и когда прибежала служанка, причитая по коридорам о его смерти стало понятно почему. Теперь же, два дня спустя, старика торжественно хоронили.
Серсея смотрела на Великого мейстера Пицеля с почти полной апатией. Хотя ей не нравился этот человек, она могла, по крайней мере, оценить, что он был одним из самых полезных подхалимов ее отца за долгие годы службы. Роберт, возможно, никогда бы не сел на трон, если бы не его "дельный" совет Эйерису.
Положительно или отрицательно она выиграла от этой конкретной услуги Пицеля. Серсея хотела быть королевой. В конце концов, это то место, где она всегда должна была быть, даже если вышла за оленя а не дракона. И то, что Роберт невольный рогоносец, у которого нет истинно рождённых детей, делало её брак более терпимым.
Она не будет оплакивать смерть Пицеля из-за него самого, но она понимала, что это оставит ее семью без ценной информации в те дни, когда новый Великий мейстер не будет выбран и попадёт под влияние Ланнистеров.
- Так как же он умер? - коротко спросил Роберт. Она взглянула в его сторону и неохотно признаваясь себе, что после встречи с Королем-За-Стеной к нему вернулись прежний напор и сила, присущие ему в молодости. Его живот немного уменьшился, а руки снова стали мускулистыми, так как с каждым днем он всё больше времени проводил во дворе с одним из королевских гвардейцев, и принялся возвращать свою форму. По крайней мере, пару раз с ним в постели не было так уж противно.
Их окружал весь Малый Совет, несколько королевских гвардейцев, включая ее любимого брата. Джейме заботился о Пицеле ещё меньше, чем она, и даже не мог притвориться, что интересуется вопросами короля.
Верховный септон не был мейстером, но не было никого, кто был бы лучше подготовлен или достаточно важен, чтобы взвесить такие вопросы со смертью Пицеля. Ему определенно не хватало необходимых знаний, чтобы по-настоящему диагностировать смерть старика. И, вероятно, именно поэтому он посмотрел на короля и ответил ему: - Его возраст, наконец, взял верх, ваша светлость. Он хорошо служил королевству, но Неведомый решил, что пришло его время.
Серсея подавила желание усмехнуться над этим. Пицель был далеко не так слаб, как притворялся. Он играл эту роль просто потому, что она служила его целям. В конце концов, люди с гораздо большей вероятностью проигнорируют сломленного старика.
Варис повернулся к Роберту, его приторно сладкий голос действовал ей на нервы: - Ваша светлость, в ночь его смерти у Великого мейстера был один из его постоянных посетителей. - Паук посмотрел на Мизинца: - Она была одной из ваших работниц, если я не ошибаюсь. - Верховный септон выглядел оскорбленным подобным намеком. Лицемер. У него, наверное, была та же девушка, пока его трахал один из парней в борделе.
Ничуть не смущенный завуалированным обвинением, Мизинец просто ответил Пауку улыбкой: - Это правда, ваша светлость, но Великий мейстер часто баловал себя одной из дам моего заведения. Она уверяет меня, что он был жив и здоров, и так... полон энтузиазма, как никогда за все время их встреч. И ничего в этих обстоятельствах не изменилось до ее ухода.
- Конечно. - Варис просто продолжал улыбаться, его улыбка, которая, казалось, никогда не отражалась в глазах.
- Мужчины в возрасте Великого мейстера умирают каждый день. - Станнис раздраженно вмешался: - То ли его сердце отказало, то ли легкие, то ли мозг. Он мертв, и нельзя точно сказать почему. - Все согласились с этим утверждением, хотя загадочная улыбка на мгновение тронула губы Мизинца. Ему очень нравилось играть в эту игру.
- Тоже верно. - Роберт согласился с братом. - Хватит об этом! Проследите, чтобы Цитадель узнала об этом и прислала нам нового Великого мейстера. Надеюсь, следующий будет помоложе. - Он проворчал последнее, когда начал выходить из Большого зала. Собравшиеся начали расходиться, Станнис и Джон Аррен быстрее всех, вероятно, чтобы отправить ворона, как было приказано.
Серсея тоже быстро ушла. Отец захочет узнать об этих событиях.
Джейме последовал за ней, когда она возвращалась в свои покои. - Значит, жаба наконец умерла? Не могу сказать, что я буду скучать по его непрерывному бубнению? Поразительно как долго протянул старый говнюк.
- Это правда, но он был полезен, особенно отцу. - рассеянно ответила Серсея. Не говоря уже о самой Серсее. Джон Аррен роется в вещах, в которых ему не следовало рыться, и Пицель лучше всех мог держать её в курсе. Тем не менее, были и другие способы справиться с такими вещами, и у нее было много собственных шпионов.
Джейме промурлыкал свое согласие: - Отец захочет знать, чтобы он мог повлиять на выбор следующего Великого мейстера, немного золота Ланнистеров могло бы заставить следующего быть таким же лизоблюдом, как и предыдущий.
Серсея удивленно повернулась к брату. Он редко проявлял интерес к таким вещам. Он всегда предпочитал тренироваться во дворе, а не играть в Игру.
- Что? Я лучше, чем кто-либо другой, знаю, насколько ценной может быть преданность Пицеля. - В его голосе звучала горечь, а в глазах вспыхнул гнев. Ему никогда не нравилось то, что сделал их отец в конце Восстания, и этого никогда бы не случилось, если бы не слова Пицеля на ухо Эйерису. Конечно, драконы должны были умереть, даже если они были всего лишь детьми. Единственное, о чем стоит сожалеть, - это жестокость исполнителей. Григор Клиган и Эмори Лорч сработали грязно.
Их разговор прервал стук в дверь. Одна из ее служанок просунула голову, Мирра или как там ее звали, Серсея не потрудилась вспомнить: - Ваша светлость, лорд Бейлиш здесь, чтобы увидеть вас.
Серсея раздраженно сморщила нос, но жестом пригласила девушку войти. Интересно, какую песню сегодня должен петь пересмешник? Когда он вошел, она налила себе бокал вина.
Мизинец перевел взгляд с Серсеи на Джейме, когда он подошел, чтобы встать в ее палатах: - Ваша светлость, сир Джейме. - Он слегка поклонился, всегда помня о вежливости. Перед теми, кто выше его по статусу.
- Чего ты хочешь? - прямо спросила Серсея, у нее не было терпения на вежливые слова.
- Просто проверить, как вы, ваша светлость. - Он ответил, даже если они понимали что это ложь. - Вы знали Великого мейстера с детства и, должно быть, ужасно огорчены его кончиной. В конце концов, это было так неожиданно. - Джейме даже не смог скрыть смеха от этого нелепого заявления.
- Я почти прикована к постели своим горем, - тупо съязвила Серсея, - и если это все, то ты можешь уйти.
Мизинец не пошевелил ни единым мускулом, просто улыбнулся в ответ на явное раздражение королевы: - Конечно, странно, что он так умер, вы не согласны? Он был вполне здоровым стариканом, несмотря на свой возраст.
- Даже кажущиеся здоровыми старики могут упасть замертво быстрее, чем подброшенная монета, - вставил Джейме.
- Верно, но у Великого мейстера действительно была изрядная доля врагов, о некоторых он, возможно, даже не знал.
Это вызвало у Серсеи интерес, хотя и незначительный: - И какие это могут быть враги?
- Ну, это, конечно, лишь предположения, но две недели назад один из моих шпионов сообщил мне, что Норфолкское судно причалило в Браавосе на день, прежде чем отправиться на юг. Два дня назад тот же самый корабль отплыл с Драконьего камня и снова направлялся на юг.
- Ну и что из этого? У дикарей есть свои торговые суда, путешествующие вверх и вниз по Узкому морю от Дорна до Браавоса.
- Верно, ваша светлость, но это показалось странным временем и маршрутом с безвременной смертью Великого мейстера. И ни одного норфолкского корабля не видели в течение недели, прежде чем они снова отправились по своему обычному расписанию. Не говоря уже о недавней переписке, которую старик отправил в Браавос. - Серсея бросила на него взгляд, требующий пояснений. Он поднял руки, словно сдаваясь, - о чем я, к сожалению, больше ничего не знаю, возможно, Варис лучше информирован. В конце концов, у него так много маленьких птичек.
- Итак, ты предполагаешь, что "Норфолки" приложили руку к смерти Пицеля, потому что один корабль остановился в Браавосе и Драконьем Камне? В лучшем случае это кажется сомнительным. - Джейме звучал далеко не убежденно: - Зачем им понадобилось бы убивать старика?
- О, я бы не хотел делать никаких предположений такого рода, - невинно ответил Мизинец, - просто мои случайные мысли о некоторых странных событиях.
- Мне пришла в голову и другая мысль. Имущество Великого мейстера должно быть возвращено, чтобы его преемник мог вести надлежащий учет вещей. По-моему, в последнее время он одалживал книги. Я знаю, что видел одну из них на столе лорда Десницы, когда говорил с ним в последний раз. - Вкрадчивый ублюдок встал: - Я оставлю вас наедине с вашим горем, ваша светлость.
Серсея имела некоторое представление о том, что именно расследует Джон Аррен, в немалой степени из-за Пицеля. Она отказалась реагировать на комментарий, неуверенная в том, как много на самом деле знал Бейлиш.
- Благодарю вас за визит, лорд Бейлиш. - Серсея смотрела, как он уходит, прежде чем почувствовала, как ее брат скользнул ей за спину.
- Наконец-то один. - прошептал Джейме ей на ухо, подтягивая к кровати. Она позволила своим заботам о Джоне Аррене на мгновение исчезнуть, когда упала в его объятия.
***
Корабль пришел в док поздно ночью. Гарри с глухим стуком приземлился на доски из железного дерева еще до того, как они полностью пришвартовались, оставив Догона и его команду позади. В общей сложности они провели на корабле более трех месяцев и наконец вернулись. Три месяца на корабле это чертовски долго. Путешествие в Дорн из Драконьего Камня было трудным в Узком Море, и это не говоря о его личной прогулке в Старомест. Прохладный ветер поднял сугробы снега, когда он шел через Ньюпорт к порталу, который должен был привести его обратно в Первую Кузницу. Бодрствовали только охранники, на приветственные крики которых он рассеянно отвечал. По правде говоря, в данный момент Гарри это мало волновало. Гнев был утолен, по крайней мере, на какое-то время, он чувствовал усталость глубоко в своих костях и не желал ничего, кроме теплых объятий своей постели и Вель. Но, похоже, как и много раз в его жизни, у судьбы были другие планы. - Милорд. - прозвучал женский голос с акцентом, который он не узнал. Хотя она не кричала, ее голос отчетливо слышался сквозь порывы ветра. Гарри подавил желание спрятать лицо в ладонях. Ради всего святого, неужели у него не будет ни минуты покоя? - Ваше благополучное возвращение отрадное зрелище. - Он отметил, что незнакомка была высокой и на удивление скудно одетой, учитывая прохладный ночной воздух. Она стояла в дверях одного из небольших домов. Внутри он увидел единственное пламя в центре комнаты. Его свет мерцал и лизал воздух, его лучи вырисовывали силуэт незнакомой женщины. - Я не лорд. А так как ты меня не знаешь, у тебя нет причин заботиться о моём возвращении. - Он ответил кратко. Незнакомка выглядела несколько озадаченной. Становится утомительно постоянно указывать на это людям. У него не хватило терпения на вежливость: - Кто ты такая? - Меня зовут Мелисандра. - Прелестно… и зачем ты здесь, Мелисандра? - Теперь народ Норфолка не может прожить больше месяца без какого-нибудь нового гостя извне. Этого действительно достаточно, чтобы вывести Гарри из себя. - Чтобы помочь в войне против истинного врага. Гарри удивленно приподнял бровь. Он, конечно, не ожидал такого ответа. Чаще всего ему приходилось бороться изо всех сил, чтобы заставить людей поверить в угрозу, с которой они столкнулись, и вот кто-то охотно предлагал помощь. - Ну, хорошо. Если ты попала в город, Вель, должно быть, разрешила это, чего для меня достаточно… по крайней мере, сейчас. Он повернулся и снова направился к своему дому, крикнув через плечо Мелисандре: - Уверен, что мы скоро обсудим все более подробно, но сейчас я просто хочу лечь спать. И тебе стоит сделать то же самое. - Конечно, - спокойно ответила она, - отдыхайте спокойно, милорд. - Он подавил желание обернуться и снова поправить ее. Некоторые люди просто отказываются слушать. Наконец, оказавшись в своем собственном доме, он сбросил плащ, рубашку и сапоги и почувствовал тепло мехов под ногами. Он тихо подошел к кровати, стараясь не разбудить детей. Забравшись в постель, он прижал Вель к груди и вдохнул приятный аромат ее волос. Она бессознательно придвинулась ближе, и он быстро заснул. На следующее утро он проснулся от двух давящих на грудь тяжестей. Близнецы тараторили слишком быстро, чтобы он мог разобрать, что именно они говорят. Вель улыбалась позади них, прижимая Лили к груди: - Значит ли это, что все, что тебе нужно было сделать, сделано? - спросила она, перекрывая голоса детей. Гарри потянулся после хорошего ночного отдыха. Действительно здорово проснуться в собственной постели с человеком, которого любишь. - Ну да! - Он добродушно ответил: - И я счастлив вернуться. - - Гарри взъерошил волосы близнецов и встал, чтобы поцеловать Вель. Она поцеловала его в ответ, прежде чем кивнуть в сторону их гостиной. Он услышал потрескивание мяса над костром и, оглянувшись, увидел, что Далла и Манс ждут там, тихо переговариваясь между собой. Тристан и Эмер пробежали мимо него и выскочили за дверь, уже поев и предвкушая утренние уроки. Их энтузиазм вызвал легкую улыбку на лице Волшебника. Манс заметил его и встал, чтобы пожать ему руку: - Хорошо, что ты вернулся. Все прошло удачно? - С Чёрно-белым домом достигнуто понимание, Великий мейстер мертв, и Марвин дал свои рекомендации по его замене. - - Путешествие могло бы быть закончено быстрее на месяц, но поездка с Дагоном казалась лучшим способом убедиться, что ничего необычного не произойдет. Гарри даже послал вперед другие торговые суда, чтобы восстановить расписание. - Он не хотел занять эту должность? Гарри покачал головой: - Вовсе нет. Его интересы лежат только в мистических тайнах, а не в интригах в Королевской гавани. - Далла подавила смех, подавая еду с огня, чтобы они все могли перекусить. - И кто же тогда будет новым Великим мейстером? - Нимос займет место Пицеля. Он дорниец по рождению и мало заботится о мнении других архимейстеров. Он также один из немногих, кто согласен с Марвином насчёт нас. Когда Норрен будет избран, из Цитадели больше не будет исходить угроза, если только кто-нибудь из других архимейстеров не возьмет это на себя. - И Марвин почти заверил его, что остальные слишком озабочены своей жизнью и занятиями, чтобы беспокоиться о Гарри и Норфолках. Это более чем удовлетворило его компанию, которая принялась за еду. - Что удалось узнать на Стылом Берегу? - спросил Гарри, соскребая с тарелки остатки яйца. Манс нахмурился: - Иные забрали их всех. Мы не нашли ни одного живого человека ни в одной из деревень, которые посетили… и, похоже, они надеялись, на наш приход. Они оставили мертвецов, прячущихся в снегу, чтобы напасть на нас во второй деревне. Гарри не мог сказать, что был удивлен. Он ожидал худшего, когда посылал своих людей: - Вы кого-нибудь потеряли? - Григг, Брогг и Дэн, - печально ответил Манс, - Но Мормонты и Вороны потеряли больше. Куорен сказал, что одним из них был Уэ́ймар Ройс, сын Бронзового Джона. Там, к югу от Стены, ты можешь найти себе еще одного друга. Лорд-командующий должен быть готов послать ворона, чтобы рассказать своему отцу, как он умер. - Об этом стоило подумать. Он не хотел исключать Джона Аррена если бы мог избежать этого, но чем больше у них будет союзников против мертвых, тем лучше. - Что заставило их напасть сейчас? - Гарри размышлял: - Они могли сделать свой ход гораздо раньше. - Как по мне, то дело было в ловушке, - Манс звучал вполне уверенно, - нас ждали не только твари.… там были и Белые Ходоки, и я не думаю, что они ждали именно нас. Думаю, что на самом деле они поджидали тебя. Брови Гарри нахмурились: - Были ли с тех пор еще какие-нибудь нападения? - Нет, но холод, кажется, усилился за пределами Ледяных Гор и спустился к Стылому Берегу. - Таким образом, они расширяют свой ареал и, возможно, даже преследуют его напрямую. Что ж, в конце концов это должно было случиться. Они хотят полностью стереть нас с лица земли, и Гарри должен чувствовать себя привилегированным, раз уж находится на самом верху их списка. - Все охотники и те, кто на сторожевых башнях, были предупреждены? - Да, - подтвердил Манс, - и в последнее время никто не сообщал о чем-либо странном. Но это может измениться в любой момент. Гарри просто кивнул, прежде чем повернуться к Вель: - Мне вот любопытно, как в городе оказалась Красная Жрица? Я явно многое пропустил, пока был в отъезде. Вель тут же нахмурилась: - Она пришла к воротам, утверждая, что хочет помочь против Иных. Я знаю, что они фанатики, но помощь есть помощь, в конце концов. Я подумала, что ты должен, по крайней мере, встретиться с ней, прежде чем прогонять ее. - Что она делала в моё отсутствие? - Гарри не мог себе представить, что Вольный народ будет мириться с проповедями, которыми славились самые набожные Красные жрецы. - Она в основном держится особняком, глядя в огонь, в предоставленным ей доме. - ответила ему Вель: - Она иногда разговаривает с некоторыми людьми и, кажется, проявляет некоторый интерес к Таргариенам. Она даже немного поговорила с близнецами о магии. - До тех пор, пока она не сжигает людей во имя своего красного бога, то может остаться, по крайней мере, сейчас. Волшебник провел рукой по волосам. А ведь он только вернулся. Иногда Гарри задавался вопросом, как он во всё это вляпался. Эх! Ну да его привычка спасать людей. Он усмехнулся про себя, что привлекло странные взгляды остальных. Он проигнорировал это, не желая объяснять: - Что-нибудь еще, о чем я должен знать? - Карси хотела поговорить с тобой, но, кроме этого, больше ничего не приходит в голову. - Манс лениво почесал свою седеющую бороду. - Никаких проблем с Таргариенами, пока меня не было. - Визерис вел себя на удивление хорошо... даже держался подальше от своей сестры. Единственное, что он сделал, это поговорил с Красной Жрицей и провел немного больше времени с Теннами. - Манс фыркнул от смеха: - Учитывая, что за ним почти всегда наблюдают, его хорошее поведение не совсем удивительно. - Дейенерис проводит большую часть своего времени в библиотеке и периодически ее утаскивают с собой Арья и близнецы. - сообщила ему Далла . Вель слегка улыбнулась на это: - И, говоря об Арье, она делает большие успехи беря уроки у Сирио Фореля, водные танцы подходят ей лучше, чем все, чему мы могли бы ее научить. Она больше не выходит со двора с таким количеством синяков. Гарри усмехнулся: - Ну хорошо, это должно означать, что ей не понадобится так много мазей. - Затем все четверо разошлись, каждый по своим делам на сегодня. Гарри вышел из дома, и его встретило прохладное свежее утро, солнце только-только поднялось над горизонтом. Он направился по тропинке к Дворцу в поисках Карси. По пути он миновал тренировочный двор и не удивился, обнаружив там Арью. Судя по каплям пота, стекавшим с ее лба, молодая леди была там уже некоторое время. Она, казалось, пыталась сохранить равновесие, стоя на одной ноге на коротком деревянном постаменте. Он заметил, что к ней присоединилось еще несколько человек, только что прибывших во двор. Похоже, у Сирио был не один ученик. Он не мог не заметить, что все остальные, собравшиеся с ней, были молодыми моряками, которые обычно находились в море на одном из торговых судов. Должно быть, они заинтересовались уроками браавосца. Гарри подошел к молодой Старк и печально покачал головой, когда увидел, что она наконец убедила Мунду или Джилли сделать ей одну из своих татуировок. Это был сотканный, воющий лютоволк, который шел от ее подбородка до линии волос. Ее родители, вероятно, придут в ярость, если увидят это, но что-то подсказывает ему что ей будет всё равно. Ну, ладно. Он всегда мог скрыть это с помощью магии, если хотел избежать раздражения лорда Старка или, что более вероятно, леди Старк из-за ее нового сувенира о времени, проведенном с Норфолками. - Как давно ты здесь? - спросил Гарри. Она пожала плечами, но сохранила равновесие, медленно переминаясь с ноги на ногу. - Ты спать то ложилась? - Да. - коротко ответила она. - Достаточно? - Для меня достаточно. - Он усмехнулся. Конечно, нельзя винить ее за решительность. - Нужна еще мазь? Ее лицо расплылось в широкой торжествующей улыбке: - Нет. - Затем из левого бока Гарри появился тренировочный меч и ткнул Арью в ребра. Она ловко уклонилась от удара и перешла на другую ногу на постамент. - Девушка становится лучше. - Сирио сказал Гарри: - И тебе не о чем беспокоиться. Эта упрямая маленькая ученица усвоила урок о переутомлении, когда потеряла сознание в снегу в середине пятого дня тренировок. - Арья не могла остановить румянец, вспыхнувший на ее щеках. Гарри с трудом удержался, чтобы не рассмеяться над ней, как ради себя, так и ради нее: - Что ж, я оставлю тебя наедине с этим, - Арья спрыгнула с постамента и последовала за ним. Он вопросительно посмотрел на нее сверху вниз. - Я была здесь так рано только потому, что Браяра планирует сегодня взять нас с Джоном в Сумеречный лес. - Она не собирается просто использовать одного из животных в городе? - спросил Гарри. - Она говорит, что эти животные уже знают людей и... доверяют им, я так думаю. Мы бы не узнаем из этого то что нужно. Затем они вместе добрались до Дворца, и Арья направилась туда, где Джон сидел с Игритт: - Ну, удачи. - Гарри сказал ей, уходя. Девушка только помахала в ответ. Гарри направился к концу стола, где сидели Карси и Торегг. Они заметили его, когда он подошел, и освободили для него место вдоль скамейки: - Манс сказал, что вы хотели меня видеть. - У нас проблемы с кланами Ледяной реки. - Это было удивительно. Каннибалы в основном оставляли их в покое. Их было меньше тысячи в общей сложности. - В последнюю луну они похитили двух охотников. Даже предприняли атаку на одну из сторожевых башен, - вмешался Торегг. За неделю там не было ни одного охотника. - Мы думаем, то что, что произошло на Стылом берегу, напугало их... заставило найти новый источник пищи. - Она закончила зарычав. - Что ты хочешь сделать? - Мы должны уничтожить их. Нам не нужно, чтобы хорошие люди были съедены этими ублюдками только потому, что мы не хотим что-то с этим делать. И они станут еще большим пушечным мясом для Иных и их армии, если сделают еще один шаг. Гарри хмыкнул в знак согласия: - Ну моё разрешение у вас есть. - Он собрался уходить, но ему пришла в голову мысль: - А как же Варамир? - Несмотря на все его хвастовство за эти годы, он почти ничего не сделал. Просто оставил нас в покое. Хотя у нас были сообщения, что он переехал дальше на восток. Кажется, он хочет быть подальше от Стылого берега. - Торегг сделал глоток эля и рыгнул: - Большинство людей, которых Варамир заставил платить ему дань, бежали в Первую Кузницу. Он просто довольствуется тем немногим, что у него осталось. Гарри кивнул и встал: - Просто присматривай за ним, вот мой приказ. Карси поднялась вместе с ним: - Я выясню, кто хочет помочь разобраться с каннибалами, и подготовлю их к концу недели. Пусть лучше их первая схватка будет с ублюдками у реки Молочной, чем с Иными. - Гарри от всего сердца согласился с этим мнением.***
Нед и Кейтилин наблюдали сверху, как Робб и Теон обучали Брана стрельбе из лука, а маленький Рикон смеялся над неудачными попытками своего брата. Потребовались недели, чтобы между Эддардом и его супругой снова воцарился мир, она была в ярости на него, когда узнала, что произошло в Первой Кузнице с Арьей и девочкой Таргариен. Она взбесилась и потребовала, чтобы их дочь вернулась домой, но он даже и не подумал сделать это. То, что в последнее время в душе Брана росло недовольство, нисколько не улучшило ее настроения. С каждым письмом и рассказом, которые он слышал об Арье и Джоне, Нед ждал, что его сын попросит его посетить Норфолк. Еще одна стрела просвистела мимо цели и воткнулась в землю в нескольких ярдах от нее. Нед мог слышать, как старшие мальчики не могли сдержать своего веселья, и Бран опустил голову в поражении: - Кто из вас был хорошим стрелком в семь лет? - Все трое мальчиков посмотрели на него снизу вверх: - Продолжай тренироваться, Бран. Продолжай, - его средний сын слегка улыбнулся и кивнул ему. Пока Робб шептал ему на ухо советы, Бран наложил на тетиву еще одну стрелу и выпустил ее. На этот раз он нашел цель как раз на краю тканевой мишени. Ни в коем случае не в яблочко, но уже лучше. - Лорд Старк,- позвал Родрик из-за их спин, он кивнул Кэт, когда подошел, чтобы встать перед ними, - Миледи. Гвардеец только что приехал с холмов. Они поймали дезертира из Ночного Дозора. Нед на мгновение заколебался. - Пусть ребята седлают лошадей. - Это обязательно? - спросила его жена. Нед не мог сказать, что это было то, что он хотел сделать, даже если это стало более распространенным в последний месяц. Он знал, с чем столкнулся Ночной Дозор, и теперь многие из них делали то же самое: - Он дал клятву. - Закон есть закон, миледи. - Родрик попытался рассуждать здраво. Но дело уже не только в этом, не так ли? Дело еще и в трусости. - И скажи Брану, что он пойдёт со мной, - проинструктировал Нед своего мастера над оружием, который лишь покорно кивнул. Его жена, с другой стороны, возмутилась: - Нед, Брану всего семь не слишком ли рано ему это видеть. - Он не навсегда останется мальчиком, - легко возразил он, - и зима близко. И мы с тобой знаем, что Иные придут. - Кейтилин выглядела далеко не довольной, но подумала, что лучше не спорить. Они отправились в путь в полдень, всего двадцать человек, Бран был самым молодым из них. Нед видел, что его сын то нервничает, то радуется что его взяли с собой. Черный брат был схвачен у одного из небольших укреплений на холмах к северо-востоку от Винтерфелла. Он был связан по рукам и ногам у стены, ожидая прибытия Эддарда. Он был невысок для взрослого мужчины, примерно одного роста с Роббом, и у него не хватало обоих ушей и пальца от обморожения. Нед лениво узнал его по последней поездке в Черный замок. Он был одним из рейнджеров Бенджена. - Освободите его и приведите сюда. - скомандовал Нед. Он спрыгнул с лошади. Джори Кассель следовал за ним с огромным мечом, Льдом, в руках. Они подошли и остановились перед блоком из железного дерева, который уже был установлен. Оборванца тащили и тот даже не сопротивлялся. Это было потому, что в нем не осталось ни капли сил для борьбы: - Как тебя зовут? - спросил Нед. Если ты собираешься лишить человека жизни, то должен услышать его имя, и причину и посмотреть ему в глаза, прежде чем взмахнуть мечом. Нед вспомнил слова своего отца. - Гаред,- ответил ему пленник. Человек был сломлен: - Я был рейнджером Ночного дозора. - В его глазах было безумие и страх. - Я помню. Но теперь ты дезертир. - Да, дезертир. У меня хватило смелости больше половины своей жизни противостоять одичалым, каннибалам, варгам и тому подобному. - Он невольно вздрогнул, - но то, что я видел на Стылом Берегу. Мертвая роза... и эти бледно-голубые глаза. В глазах Гареда стояли слезы: - У меня не хватит смелости на это, милорд… поэтому я сбежал, стараясь как можно дальше скрыться от этих... монстров. Алисанна Мормонт рассказала Неду обо всем, что произошло на Стылом Берегу. Это был далеко не первый человек, сбежавший со Стены с тех пор, как это случилось. Четверо за последний месяц. Он был удивлен, что их не было больше. Хотя Нед испытывал симпатию к бывшему рейнджеру, факт оставался фактом: - Ты нарушил свою клятву из трусости. - Он сделал паузу и сделал предложение, которое, как он видел по лицу мужчины, не будет принято: - Я предлагаю тебе шанс вернуться к Стене. Чтобы ты мог исполнить свою клятву и защитить царства людей. Гаред судорожно вздохнул и посмотрел на Лёд: - Я не могу этого сделать, милорд. Просто дай мне чистую смерть. - Охранникам даже не нужно было прижимать его голову к пню, - и сожгите мое тело. Нед повернулся к Джори, который протянул ему рукоять большого меча. Звон металла зазвенел над холмом, и одна из лошадей встревожилась. Держа Лед перед собой, Нед произнес: - Я, Эддард из Дома Старков, лорд Винтерфелла и Хранитель Севера, приговариваю тебя к смерти. - Одним плавным движением огромный меч поднялся и опустился, рассекая шею Гареда. Одна из лошадей испугалась. Но Нед гордился тем, что это был не Бран. И он не отвел взгляда. На снег брызнула красная кровь. Когда она иссякла и слабо капала с обезглавленного тела, блок железного дерева жадно выпил темно-красную жидкость. Нед услышал смех Теона, когда тот пнул голову. Он быстро заткнулся, когда увидел взгляд, направленный на него старшим мужчиной. Нед приказал гвардейцу развести костер, чтобы сжечь тело. Они принялись за дело, пока люди из Винтерфелла седлали лошадей для обратного путешествия. Сидя верхом на лошади, Нед был погружен в свои мысли, он лишь лениво прислушивался к разговору между мальчиками, когда Теон и Робб пронеслись мимо него, мчась к мосту впереди. Бран остался позади, задумчиво глядя на своего пони. Нед подтолкнул своего коня так, чтобы он ехал рядом со своим младшим сыном: - Ты в порядке, Бран? - спросил он. Первый раз, когда ты видишь, как у человека отнимают жизнь, может быть тяжелым. - Да, отец, - Бран повернулся, чтобы посмотреть на него, в его голубых глазах застыло замешательство, - Робб говорит, что этот человек умер храбро, но мне он не показался храбрым. Нет, для этого человека смерть не была храбростью. Некоторые вещи хуже смерти, и его страх намного перевесил его мужество. Несмотря на это, его сыну все еще предстояло усвоить урок: - А ты что думаешь? Его сын задумался: - Может ли человек все еще быть храбрым, если он боится? - Это единственный раз, когда мужчина должен быть храбрым, - сказал он мальчику. - Ты понимаешь, почему я это сделал? - Он нарушил свою клятву. Нед улыбнулся: - Да, он был клятвопреступником. Нет человека опаснее. Он знал, что его жизнь была потеряна задолго до того, как наши охранники нашли его. Этот дезертир не отступил бы ни перед каким преступлением, каким бы гнусным оно ни было. Но ты меня неправильно понял, - Бран выглядел смущенным, - ты понимаешь, почему именно я должен был это сделать? Сначала Бран ничего не говорил, прежде чем неуверенно ответить: - У короля Роберта есть палач. - Верно,- согласился Нед, - как и у Таргариенов до него. И все же наш путь более древний. Мы от крови Первых Людей, и мы придерживаемся убеждения, что человек, выносящий приговор, должен опустить меч. Если тебе суждено лишить человека жизни, ты обязан посмотреть ему в глаза и услышать его последние слова. И если ты не можешь этого вынести, то, возможно, этот человек не заслуживает смерти. Бран молча переваривал слова отца. Нед продолжал: - Однажды ты станешь знаменосцем Робба и будешь держать собственную крепость для своего брата. Когда этот день настанет, ты не должен получать никакого удовольствия от этого долга, но и не должен отводить взгляд. Правитель, который прячется за палачами, вскоре забывает, что такое смерть. - Бран хранил молчание, взвешивая слова отца, пока они медленной рысью приближались к мосту. Когда они поравнялись с Роббом и Теоном, мальчики сидели верхом на своих лошадях, уставившись на разлагающийся труп когда-то здорового молодого оленя, преграждавшего путь. В воздухе витал слабый запах смерти. Его плоть была оторвана от тела десятками, если не сотнями следов зубов. В его ранах и слепых глазах ползали личинки. Его темные волосы резко контрастировали с белыми снежными сугробами вдоль тропинки. Это был действительно огромный олень, почти такой же большой, как его собственный боевой конь. Робб повернул голову к отцу: - Похоже, стая выгнала его из Волчьего леса. Нед нахмурился: - Похоже на то. - Халлен и Харвин спешились позади него, чтобы передвинуть могучего оленя. В конце концов потребовалось еще два человека, чтобы отодвинуть его от дороги. Несмотря на разложение, он все еще весил очень много. Олень нашел свой последний приют на северном берегу маленькой речки, где со временем он превратится в кость. Не прошло и двух часов, как они въехали в ворота Винтерфелла, Нед спешился и оставил свою лошадь у хозяина конюшни. Не сказав никому ни слова, он взял Лед и направился к богороще. Он шел по древнему лесу, пока не оказался у пруда рядом с деревом. Ему всегда нравилась богороща. В юности он слышал много мудрости от своего отца, сидящего у чардрева. Но сейчас были моменты, когда ему казалось, что он слышит шепот голоса Лианны в шелесте листьев или смех Брандона в скрипе деревьев, напрягающихся против ветра. И даже в те дни, когда глубокая тишина этого места заставляла его размышлять о собственных ошибках, она все равно приносила ему покой. Красные глаза чардрева следили за ним, пока он сидел на покрытом мхом камне на краю бассейна и вынимал Лед из ножен. В темной воде он начал чистить лезвие. Он потерял счет времени, когда дымная рябь валирийского клинка очистилась от крови, а темные воды становились только темнее с каждой каплей. - Нед,- услышал он, как Кэт окликнула его. - Кейтилин,- ответил он. Его голос был далеким даже для его собственных ушей, когда его оторвали от собственных мыслей: - Где дети? - Робб отправился в Винтертаун, - она села у бассейна, ее плащ развевался вокруг нее. Он видел ее смущение, когда глаза чардрева наблюдали за ней. Она никогда не чувствовала себя комфортно среди безымянных старых богов, - Рикон пристает к Брану, хотя он молчит с тех пор, как вернулся. - Сегодня он впервые увидел, как человек предстает перед судом. Это оставляет мальчику пищу для размышлений. - Нед рассуждал так: - Клятвопреступник умер чисто. - Он провел промасленной кожей по всей длине Льда, полируя дымчатый металл темным сиянием. - Я был рад за Брана. Ты должна гордиться им. - Я всегда горжусь Браном. - Его супруга ответила беззлобно. - Уже четвертый в этом году. - Он вздохнул: - Я должен быть просто рад, что их не было больше. Теперь когда они знают, что их ждет. Нед увидел ужас на ее лице, когда ее мысли обратились к Иным: - Мы знаем, что они придут, и мы делаем все возможное, чтобы подготовиться. Ночной дозор оснащен и укомплектован лучше, чем за последние годы, по крайней мере, так говорит Бен. И у нас есть союзники за Стеной. - Они оба знали, что потребуется гораздо больше, если Стена подведет их, но сейчас не было необходимости говорить о таких вещах. - Слава старым и новым богам за Гарри и его Норфолков, по крайней мере, за это. - Хотя Гарри Поттер, возможно, и не был любимым человеком Кейтилин, она была рада его помощи в борьбе с темными тварями, которые скрывались в Стране Вечной Зимы. Нед мягко улыбнулся и убрал Лед обратно в ножны: - Ты пришла сюда не для того, чтобы сказать мне о своем уважении к Норфолкам, - это вызвало у нее кривую улыбку. - Я знаю, как мало тебе нравится это место. В чем дело, Кэт? Кейтилин нежно взяла его за руку: - Сегодня пришли ужасные новости, милорд. - Я не хотела беспокоить тебя, пока ты тут. - Она собралась с духом и прямо сказала ему: - Мне так жаль, любовь моя. Джон Аррен мертв. - Эти слова ударили его, как молот в грудь. Его глаза встретились с глазами жены, и он увидел в них лишь сострадание. - Новости достоверны? - На письме была королевская печать, и написано оно рукой Роберта. Я сохранила его для тебя. Он сказал, что лорд Аррен умёр быстро. Новый Великий мейстер дал ему макового молока. Мало что можно было сделать, кроме как устроить его поудобнее. Он недолго мучился от боли. - По крайней мере, он ушёл без мучений, - сказал он, зная, что горе ясно читается на его лице. - Твоя сестра, - спросил он, тоже заботясь о жене, - и сын Джона. Что с ними? - Они здоровы и вернулись в Гнездо, - ответила Кейтилин. - Жаль, что они не поехали в Риверран. Моя сестра нуждается в утешении семьи и друзей. - Едь к ней, - уговаривал он жену, - захвати и детей. Им было бы полезно повидать мир. И ее сыну не помешала бы компания. Твоя сестра не должна быть одинока в своем горе. - Если бы я могла, - сказала Кейтилин, - король едет в Винтерфелл.… чтобы навестить тебя. В его письме говорилось, что они прибудут в течение месяца. - Роберт приедет сюда? - Много лет назад эта новость принесла бы Неду огромную радость, и даже сейчас он испытывал некое подобие счастье, снова увидеть своего приемного брата. Но более того, это наполнило его и ужасом. - Арья должна быть здесь. И Бен тоже. - Он не упомянул о Джоне, зная, как отнесется к этому его жена. - В его послании говорилось, сколько человек было в его отряде? - Какой бы гнев он ни испытывал ко мне в последние годы из-за Норфолков, он, должно быть, оставил его после смерти Джона. Она покачала головой: - Я думаю, что по меньшей мере сотня рыцарей со всеми их слугами. Серсея и дети тоже прибудут. - Роберт будет ехать в легком темпе ради них, что лучше для нас. - Братья королевы тоже приедут. - заметила Кэт. Фантастика, мы будем окружены Ланнистерами. - Звучит так, будто Роберт приведёт с собой половину своего двора. - Куда идет король, за ним следует королевство, - сказала она. Нед ободряюще сжал ее руку, хотя больше ради себя, чем ради нее. Будь проклята его королевская шкура.***
Джон тащился по снегу так тихо, как только мог. Он оглядел деревья и землю в поисках каких-либо признаков жизни в этом районе. За плечами у него висел лук, за спиной колчан со стрелами, а на бедре висел меч, но он был в лесу не для охоты. Позади него Браяра прислонилась спиной к дереву. Ее глаза были белыми, ее разум был не с ее сумеречным котом, а с птицей над головой, наблюдающей за Арьей больше, чем за ним. Это был пятый раз, когда они втроем отправились в Сумеречный лес вместе. Арья начала терять терпение из-за своей неспособности проникнуть в разум животного, но Браяра только продолжала успокаивать их. - Иногда это может быть легко, иногда нет. С собаками было проще всего, но Браяра не хотела, чтобы это было легко. Арья хотела просто пойти в совятню, проникнуть в разум одной из сов, как это делается, но это было бы слишком просто. Они привыкли к людям, и это означало, что они достаточно доверяли человеку, чтобы впустить их без борьбы. Это объясняло, почему не собаки, полагал Джон. Джон же сумел проникнуть в разум ворона, но не смог его покорить. Внезапно он почувствовал покалывание в спине и не мог избавиться от ощущения, что за ним наблюдают. Оглядевшись, он увидел орла, глядящего на него с ветки ясеня. Выпрямившись, Джон уставился прямо на него, когда подошел ближе. Он заметил, что пронзительные глаза следили за ним. Джон сосредоточился, как учила его Браяра. Но затем, когда он начал мысленно протягивать руку, птица поднялась в воздух. Выругавшись себе под нос, Джон мог только разочарованно покачать головой. Ну, на следующий раз получиться. И тут вдалеке он услышал могучий рев. Это было на юге, там, где он оставил Браяру и Арью. Над ним парили птицы, которые ускользали от него последние часы. Но Джона это не волновало. Он уже бежал между деревьями. Он подошел к дереву, где оставил Браяру. Ее сумеречный кот больше не сидел рядом с ней. Он увидел отпечатки его лап на снегу, направляющиеся на запад. Он продолжал бежать, его тяжелое дыхание туманилось в холодном воздухе. Его ноги горели, когда под ногами хрустел снег. Он не знал, как долго бежал, но, наконец, замедлился, когда обнаружил, что его младшая сестра прячется за большим железным деревом, выходящим на небольшую поляну. Джон уже бывал на этой поляне раньше, на охоте с Игритт. С поляны донеслась какофония рычания и щелканья зубов. Внутри сражались два огромных зверя. Одним из них был снежный медведь, который был более чем в два раза выше его. Его белый мех был в красных пятнах от дюжины следов когтей. Один его глаз был разорван, а на шее виднелся глубокий след от укуса. Его пасть была мокрой и красной от крови. Напротив медведя был лютоволк, которого он узнал, хотя тот выглядел раненным и потрёпанным с тех пор, как он видел его в последний раз несколько месяцев назад. Он был выше пони, и его серая шерсть казалась почти черной в тех местах, где кровь лилась из глубоких ран. Его правое ухо полностью отсутствовало, и, когда он двигался взад и вперед по поляне со снежным медведем, он хромал на переднюю правую ногу. Казалось, что оба зверя затаили дыхание для новой атаки. Тогда Арья почувствовала его присутствие. Она повернулась к нему и жестом пригласила подойти ближе. Когда два зверя снова бросились друг на друга, его сестра наклонилась к нему, чтобы прошептать: - Лютоволк… она защищает своих щенков. - Она указала на скопление камней на краю поляны. Там Джон увидел, как одна маленькая мордочка высунулась в сторону того, что происходило на поляне. И внимательно прислушиваясь, сквозь весь остальной шум можно было услышать тихое тявканье испуганных щенков. Затем раздался громкий глухой удар, когда двое дерущихся снова сошлись вместе и тяжело упали в снег. Их веса было достаточно, чтобы стряхнуть снег с ближайших деревьев. Он упал на его и Арью спины, но они были слишком сосредоточены на сцене перед ними, чтобы обращать на это внимание. Лютоволк оказался прижат к земле одной из лап снежного медведя. Кровь пузырилась вокруг него, когда когти тянулись вниз по грудной клетке. Раздался низкий, гулкий вой боли. Огромные размеры медведя должны были положить этому конец, но лютоволк не сдавался. Каждый инстинкт в его ломающемся теле был направлен на защиту своих щенков. Острые зубы глубоко вонзились в лапу снежного медведя, заставляя его отшатнуться назад. Быстрее, чем можно было ожидать, учитывая его травмы, лютоволк снова встал на ноги, прижимая снежного медведя все дальше, пока, наконец, он не зашатался слишком далеко и тяжело упал. Острый камень под медведем глубоко вонзился ему в спину, пригвоздив к месту. Вот так все и закончилось. Снежный медведь беспомощно боролся, когда лютоволк обошел его неуклюжее тело со скрежещущими зубами. Эти длинные клыки нашли мягкие ткани шеи медведя и укусили глубоко. Когда эти зубы потянули, звук рвущихся сухожилий достиг их ушей. Брызнув кровью лютоволк разорвал кусок горла противника. Снежному медведю удалось отбросить лютоволка из последних сил, прежде чем он задергался в предсмертной агонии. Опасность, наконец, миновала для матери-волчицы. Она медленно подошла к тому месту, где были спрятаны ее щенки, и тяжело упала в снег, ее дыхание было быстрым и затрудненным. Она умирала. Ран было слишком много. Щенки были бы мертвы к следующему утру, если бы за ними не ухаживали. Этот орел вернется и унесет их одного за другим или двух за двумя. Арья быстро вышла из-за дерева, но Джон успел схватить ее за руку. - Осторожнее, сестренка, умирающий волк все еще опасен. - Мы должны помочь щенкам, - возразила она, твердо убежденная в этом. Всегда такая своевольная. Ему действительно нравилось в ней именно это. Она высвободилась из его руки, но хорошо прислушалась к его словам. На этот раз она осторожно приблизилась к лютоволку, лежащему на снегу. Джон последовал за ними, заметив, что сумеречный кот внимательно следит за ними с линии деревьев на другой стороне поляны. Когда Арья приблизилась к зверю на два метра, он, наконец, обратил на них внимание. Он стоял, пошатываясь, не в силах больше переносить вес на переднюю лапу. Несмотря на это, он все еще издавал глубокое предупреждающее рычание, когда его шерсть поднялась. Они резко остановились, и Арья просто уставилась в пронзительные желтые глаза, которые оценивали ее. Волчица пролаяла громкое предупреждение один раз, а затем второй, прежде чем внезапно огромный зверь замолчал и замер. Джон в замешательстве склонил голову набок, но воспользовался возможностью встать перед Арьей, намереваясь встать между ней и опасностью. Но он заметил, что ее глаза были белыми. Кажется, она наконец-то сделала это. Он смотрел на нее в течение нескольких секунд, со смесью гордости и беспокойства, прежде чем глаза Арьи вернулись к своему нормальному цвету. Яркая улыбка озарила ее лицо. Позади Джона волчица снова легла на снег, слегка повернувшись на бок, когда ее щенки подошли, чтобы поужинать холодным молоком, их страх оставил их со смертью снежного медведя. Молоко, которое они пили, было окрашено кровью, которая стекала по шкуре их матери к ее соскам. Улыбка исчезла с губ Арьи так же быстро, как и появилась: - Она боится. Она знает, что умирает. Это было… трудно ... получить больше, чем это. - Волк был сложнее, чем собака, сказала им Браяра. Можно подружиться с волком, но никогда по-настоящему не приручить его, как собаку. - Я думаю, она понимает, что мы защитим ее щенков. - Она подняла на него умоляющие глаза. - Мы сохраним их, не так ли? Даже если бы Джон захотел, он сомневался, что сможет отказать Арье с таким взглядом в ее глазах: - Конечно, мы их защитим. Всего было пять маленьких щенков, две девочки и три мальчика. Как и детей Старков. Джон не знал, верит ли он в приметы, но это казалось подходящим. Конечно, он никогда не включал себя в их число. В конце концов, он был бастардом. Но эта простая истина его жизни беспокоила его все меньше и меньше с каждым днем, проведенным среди Вольного народа. И поэтому не было никакого негодования, когда он увидел радость в глазах Арьи. Каждый из щенков был темным, серым или черным. Они недавно родились. Они еще даже не открыли глаза. Арья и Джон ждали, пока щенки насытятся материнским молоком. Они продолжали забирать у нее, даже когда она полностью успокоилась и последние остатки ее жизни покинули ее. Нужно вернуться за телами, как волчицы, так и снежного медведя. Он не знал всего о Иных, но из историй, которые он слышал от Вольного народа, они не просто воскрешали мертвецов. Они вдвоем собрали пятерых щенков. Арья взяла двоих на руки, а еще одного завернула в меха. Серый щенок то и дело высовывал голову изнутри и лизал Арью в нос. Двух других Джон нес на одной руке, стараясь не слишком их расшевелить. Вскоре подошли к Браяре. Они были уже на краю поляны, когда шум заставил Джона остановиться. - Джон? - Арья растерянно посмотрела на него - Разве ты не слышишь? - спросил он, но был встречен только замешательством. Он огляделся в снегу и кустах и увидел маленький белый шарик, который не был снегом. - Вон там. Он вернулся к мертвой волчице, а затем прошел мимо нее на другую сторону скал. Там он нашел шестого маленького лютоволка. Последний щенок был альбиносом, и только у него были открыты глаза. Они были красными, пронзительно-гранатовыми, напомнившими ему о слезах деревьев чардрева. Арья улыбнулась, увидев, что это был еще один щенок. - Должно быть, он отполз от остальных, - сказал Джон. Маленький щенок не издавал ни звука, не скулил, как другие. Но он лизнул руку Джона. - Думаю, ты ему нравишься, - заметила Арья. Джон не смог сдержать улыбку, появившуюся на его лице: - Значит, так оно и есть. Этот принадлежит мне.***
Время от времени перелистывание страниц и шепот слов были единственным шумом в библиотеке Последнего Убежища. Дейенерис сидела за столом в одиночестве. Ее фиалковые глаза изучали слова книги, лежащей перед ней. "Жизнь четырех королей" мейстера Каэта. С тех пор как ее пребывание среди Норфолков стало более безопасным, юная Таргариен начала поглощать все, что могла, о своей семье и валирийцах, которые были раньше. Освободившись от субъективных взглядов брата на ее семью, она узнала о Таргариенах, великих и ужасных, об их амбициях и заблуждениях. И об ужасном безумии её отца. Если и было что-то, с чем сходились все истории, которые она нашла о своем отце, так это то, что он заслужил свое прозвище. Она верила Гарри, когда он говорил почти то же самое, но видеть это чернилами, знать, что история запомнит это, было совсем другое дело. В другой части комнаты Моринт шлепнула Нэрна по затылку, отвлекая ее внимание от книги. Дейенерис издала легкий смешок. Он любил отвлекаться, когда Моринт учила детей. Дени никогда не принимала участия в уроках, ни для того, чтобы помочь другой девочке, ни для того, чтобы учиться самой, хотя она разговаривала с Моринт, когда та не учила детей. Дейенерис ценила глубокую страсть Моринт к книгам и знаниям. Она была довольно опытным наставником и невероятно терпеливой. Дейенерис так и не узнала много о одичалых, пока росла в Вольных Городах, но то немногое, что ей рассказали, было далеко от того, что она узнала о них. Они не были насильниками, грабителями, пьющими кровь и пожирателями человеческой плоти, в которые рассказы заставляли ее верить. Но и они не так уж далеки от этого. Для здешних людей все еще существует эта опасная грань. Для нее было удивительно, как быстро некоторые вещи могут измениться при правильных обстоятельствах. Послышался скрип скамеек, когда детей отпустили на весь день. Уходя, они подняли большой шум. Дейенерис просто встряхнулась, чтобы отвлечься, и почти не обратила на них внимания, когда ее глаза вернулись к книге перед ней. Ей удалось сосредоточиться, пока на страницы не упала тень. Скрывая свое разочарование, Дени посмотрела на препятствие, чтобы найти Арью, стоящую перед ней. Ей было странно, что она действительно была рада видеть младшую девочку. О, как быстро все может измениться. Она прожила большую часть своей жизни, ненавидя Старков из-за их участия в падении династии Таргариенов. Тем не менее, теперь она с удовольствием проводила время, когда ее таскала за собой предприимчивая младшая девочка Старк. Арья улыбнулась ей, борясь со своим новым лютоволком. Маленькую волчицу назвали Нимерией в честь королевы-воительницы, которая неохотно вступила в союз с принцем Гарином Великим в его войне против драконов старой Валирии. Но затем она спасла свой народ от огня дракона на 10 000 кораблях. Или меньше, в зависимости от того, какого мейстера вы читаете. Она была той женщиной, которая объединила Дорн задолго до того, как Эйегон пришел в Семь Королевств. Она была героиней Арьи, и Дейенерис подумала, что это подходящее имя для маленького щенка. Прошло всего три дня с тех пор, как у нее открылись глаза, и она оказалась, мягко говоря, своенравной. - Брось, мы оба провели достаточно времени в этой библиотеке, - настаивала Арья, наконец заставив Нимерию подчиниться. Темно - золотистые глаза волка теперь были устремлены на Дейенерис. - Я кое-что ищу, Арья. - Книгу, да, я понимаю. Книгой можешь заняться позже. - Она потянулась через стол, чтобы закрыть её, но Дейенерис удалось отодвинуть книгу. Несмотря на быстроту младшей девочки, у нее все еще были короткие руки. - И что ты хочешь сделать такого, чего нельзя сделать позже? - бросила вызов Дейенерис. Это заставило молодую Старк замолчать. Но она быстро пришла в себя: - Сегодня сильный мороз. Так что... я подумала, что мы могли бы сходить к горячему источнику. - Увидев, как Дейенерис нахмурилась, она уточнила: - Те, что в пещере у шахты. Дейенерис знала о горячем источнике, который согревал Первую Кузницу, но ничего не слышала о другом в шахте. Она должна была согласиться с этим. Несмотря на яркое солнце, сияющее в небе и через окна библиотеки, она была снаружи достаточно долго, чтобы знать, что даже с магией, которая делала город более комфортным, было холодно. Дени тоже любила хорошую ванну. Чем жарче, тем лучше. Нимерия тихонько тявкнула на нее. Дейенерис фыркнула носом, изображая некоторое раздражение, прежде чем закрыть книгу. Это только вызвало торжествующий блеск в глазах Арьи. Однако у нее хватило здравого смысла ничего не говорить. Дени оставила книгу на столе, зная, что Моринт оставит ее там, чтобы она могла вернуться к ней, когда сможет. Почесывая шею щенка, стоя рядом со своей юной подругой, Дени махнула рукой в сторону двери: - Ну что идём? Арья взволнованно закричала, прежде чем побежать. Они быстро пересекли Ньюпорт почти незамеченными, лишь несколько моряков прошли мимо них, когда они направлялись к докам. Ей всегда нравились моряки. Однажды она даже зашла так далеко, что сказала брату, что хотела бы когда-нибудь жить на корабле, когда они в последний раз ездили в Браавос. Он так сильно дёрнул ее за волосы, что даже она заплакала. Несмотря на то, что она жила в том же городе, что и Визерис, она видела его лишь изредка и совсем не разговаривала с ним. Она все еще любила его или, по крайней мере, думала, что любит. Она оплакивала те дни, когда он тихо разговаривал с ней и рассказывал ей всевозможные истории, от Семи Королевств до Валирии и их семьи. Так много из этого было ложью, намеренной или нет. Трудно вспоминать те дни с такой же нежностью. Но она все еще скучала по доброму мальчику, который уступил место ожесточенному молодому человеку. Следуя за Арьей, она поймала один из тех редких проблесков своего брата. Он стоял на одной из дорог и разговаривал с красной жрицей. Оба Таргариена привыкли к жрецам Рглора со времен их пребывания в Вольных Городах, особенно в Волантисе. Хотя не все последователи так набожны, как эта женщина. И в отличие от многих, кого она встречала в Первой Дочери Валерии, у Мелисандры не было пылающей татуировки на лице. Так что, может, она и не рабыня, но все равно служанка. Она редко разговаривала с красной жрицей. Их немногочисленные разговоры обычно касались драконов и крови Старой Валирии. Дейенерис однажды спросила ее, как она справляется с холодом в одном шелковом платье. Холод беспокоил Дени меньше, чем большинство тех, кто жил на юге, и ей бы и в голову не пришло носить столь малое одеяние на таком холоде. Мелисандра загадочно улыбнулась ей и ответила: - Огни Единственного Истинного Бога дают мне все тепло, в котором я нуждаюсь. К тому времени, когда девочки достигли ворот, ведущих из Ньюпорта в шахты, они обе задыхались от пробежки. Проходя мимо, они встретили несколько странных взглядов. Площадь на другом конце ворот была пуста, когда они прибыли, за исключением самодостаточных тележек, которые увозили руду из шахты дальше на запад. Вдалеке послышался слабый звук ударов кирки о камень. - Пойдем, - сказала ей Арья во второй раз за день. Она последовала в противоположном направлении от продолжающейся добычи. Они подошли к старой шахте, которая вела еще дальше на восток, на самый нижний уровень старой секции шахты. - Далла рассказала мне об этом месте. Она сказала, что они перестали копать в этом районе после того, как произошёл обвал. Арья положила Нимерию на землю и взяла факел, который остался лежать у камня. Она явно бывала здесь раньше. Дейенерис и щенок лютоволка последовали за молодой Старк в темную шахту. Это была долгая прогулка в темноте. По мере того, как они приближались к месту назначения, воздух становился приятно теплым, и влага бисеринками покрывала лоб от влажности. Наконец они услышали звук бурлящей воды. - Мы на месте. - Там было четыре бассейна с горячей водой, три из которых были соединены, а один находился отдельно. От каждого из них исходил слабый свет. Свет только-только подобрался к краям пещеры, оставив стены в тени. - Игритт сказала мне, что недалеко от Стены есть еще одна пещера, похожая на эту. Легенды Вольного народа говорят, что это те же самые пещеры, которые Гендель и Горн использовали для нападения на Север три тысячи лет назад. - Дейенерис знала, что Арья восхищалась дерзкой рыжеволосой охотницей. - Предположительно, когда Гендель отступил обратно в туннели, они не смогли найти дорогу обратно, и их потомки все еще живут там в темноте, вечно голодные. - Прелестно, - многозначительно ответила Дейенерис. Судя по всему, это была просто необычная пещера, уединенная и комфортная. Конечно, не дом какого-то голодающего кротового народа. - Кажется, это хорошее место, если хочется побыть в одиночестве. - прокомментировала Дейенерис. Арья уже подошла к краю одного из бассейнов и начала скидывать свои меха: - Так и есть. - Она посмотрела на нее немного застенчиво. - Вода помогает успокоить синяки. И это то тихое место, куда я ухожу, когда скучаю по своей семье. Не совсем ожидая такого признания, Дейенерис ободряюще положила руку на плечо Арьи: - Спасибо, что привела меня. Арья просто кивнула ей, освобождаясь от последней одежды. Выросшая в Вольных Городах вдали от влияния Веры Семерых, Дейенерис не обладала ханжеством, которое развилось в Вестеросе. Хотя и Арья тоже, но Старки поклоняются старым богам, не говоря уже о ее времени со Вольным Народом. Мягкое шипение вернуло внимание Дейенерис к Арье: - Осторожно, здесь действительно жарко. - Нимерия в защиту тявкнула на дискомфорт своей новой подруги, заставив обеих девушек рассмеяться. Арье наконец удалось спуститься в воду и удовлетворенно замурлыкать. Освободившись от одежды, Дейенерис опустила палец ноги в воду и обнаружила, что она приятно горячая. Но не то обжигающе. Арья посмотрела в ее сторону, когда она прыгнула в воду. Она выглядела удивленной: - Тебе не горячо? - Я дракон. - ответила Дейенерис. - Огонь не может навредить дракону. С чего ты взяла, что горячая вода может? - Задавака, - пробормотала Арья, хотя и забавляясь. Дейенерис лишь рассмеялась в ответ и плеснула немного воды на девушку. Арья фыркнула в знак протеста, но быстро отплыла назад. Какое-то время они просто вели себя как пара детей, а Нимерия стояла на краю бассейна и пыталась укусить волны из бассейна. Когда они устроились в бассейне, Дейенерис рассеянно погладила мех маленькой волчицы, а Арья почесала подбородок. Хотя Нимерия склонялась к прикосновению своей хозяйке больше, чем Дейенерис: - Она уже любит тебя. Арья слегка улыбнулась: - Браяра говорит, что у нас есть связь... своего рода. Я еще не совсем понимаю, что это значит... но она сказала, что со временем пойму. То же самое для Джона с Призраком, сказала она. Гарри собирается поговорить с моим отцом о других щенках… они думают, что могут их связать с моими братьями и сестрой. - Тогда в сердце Дени вспыхнул небольшой источник ревности, но она подавила его. Арья не виновата, что у нее дар не больше, чем у Гарри, Тристана или Эмер. Что-то привлекло внимание Нимерии у дальней стены пещеры, и она бросилась исследовать это. Арья попыталась подозвать щенка, но безрезультатно. - Упрямая, - раздраженно пробормотала она себе под нос, когда до них донесся слабый звук маленьких когтей, царапающих стену. Но Дейенерис все равно услышала ее: - В кого же она такая. - Это вызвало у молодой Старк сердитый взгляд, даже если Арья знала, что Дени права. На какое-то время они погрузились в дружеское молчание, каждая из них просто наслаждался успокаивающим теплом воды горячего источника. Единственным звуком были погребальные хлопки пузырящейся воды и царапанье маленького волка. Спокойствие момента рухнуло, когда большая часть стены позади них внезапно развалилась, заполнив пространство толстым комком пыли и заставив обеих девушек сильно закашляться. После нескольких напряженных мгновений разрушающаяся стена пещеры, наконец, успокоилась. Пока это происходило, Нимерия бросилась обратно к девочкам,прячась за ними. Маленький лютоволк был покрыт толстым слоем грязи, пыли и мусора от обрушения. Арья выпрыгнула из воды и подняла щенка, убедившись, что с ней все в порядке. Не видя никаких ран, Арья опустила ее на землю и нашла полотенце, которое, очевидно, оставила там после одного из своих предыдущих визитов. Когда пыль осела, молодая Старк поднесла факел к дальней стене и нашла отверстие, открывавшее новое пространство пещеры. Арья уже вытиралась и одевалась. В ее глазах был этот возбужденный блеск, она чувствовала новое приключение: - Давай посмотрим, куда проход ведёт! Дейенерис шла медленнее ибо была неуверенна: - Может, не стоит. Там ведь может быть что угодно. - Я думала, ты дракон, - поддразнила её Арья. Дейенерис нахмурилась и закончила одеваться. Арья точно знала, что ей нужно сказать, чтобы подразнить ее. К тому времени, как Дени закончила одеваться, Арья уже расширила отверстие более чем достаточно, чтобы они вдвоем могли пролезть. Новый выход открывался в большую пещеру, где было много горячих бассейнов. Всего Дени насчитала пятнадцать. Девочки осторожно пробрались в то, что оказалось большой системой пещер. Нимерия почти растворилась в тени, когда она обнюхивала груду камней дальше в новом пространстве. Она присоединилась к ним при свете факелов, когда они покинули мягкий свет источников. Пещера спустилась вниз через несколько сотен ярдов, а затем снова поднялась. Они были окружены скалистыми сталагмитами со всех сторон и сталагмитами над головой. Когда они начали подниматься, они увидели слабый дневной свет в том, что казалось входом в пещеру: - Похоже, мы нашли другой выход. Нимерия выбежала перед ними, когда они приблизились ко входу в пещеру. Там громко лаяло небольшое стадо морских львов. Лютоволчица попыталась ответить тем же, но у неё еще не было достаточно громкого голоса для этого. Они старались не подходить слишком близко, и морские львы не обратили на них особого внимания, когда они подошли к берегу. Дени повернулась, чтобы посмотреть в пещеру, и тихо высказала свои мысли: - Эта пещера была самой дальней к востоку от всей шахты. Ясно, что она находится совсем рядом с побережьем. Арья не ответила. Она стояла у кромки воды и смотрела вверх. Дени быстро подошла к ней и тоже посмотрела вверх, чтобы увидеть, что привлекло внимание младшей девочки. Над ними был отвесный утес: - О, я понимаю, почему никто не замечал этого раньше. - Я надеялась, что мы найдем что-то более захватывающее, чем просто вход в пещеру и несколько морских львов. - Арья задумалась, не обращая на нее внимания. - Это что, например? Пещерных каннибалов, которые не видели дневного света в течение многих поколений и с удовольствием съели бы твой костный мозг? Арья выглядела так, словно проглотила неприятное лекарство: - Тоже верно. - Глядя на Студёное море, в лучах заходящего солнца виднелись оранжевые и красные оттенки. - Мы должны вернуться, - сказала Дейенерис, и Арья легко согласилась. С тем, что они все знали о Иных, никто не хотел быть пойманным в темноте ночи. Они вернулись через пещеру к шахте. Когда они достигли большой пещеры, Нимерия нашла ту самую кучу камней, в которой копалась ранее. Арья начала терять терпение: - Нимерия, иди сюда! - скомандовала она, топнув ногой на своего щенка. Когда Арья направилась к выходу из новооткрытой пещеры, свет факелов отразился от груды камней, и на мгновение вспыхнуло серебром. - Подожди! - Дени резко забрала факел у Арьи. Опустившись на колени рядом с волчицей, она подняла факел и посмотрела на то, что нашел щенок. В камне пещеры было небольшое углубление, края которого потемнели, словно опаленные огнем. В этой небольшой впадине находилось то, что казалось несколькими округлыми камнями. Их было пять, размером с дыню, с углублениями и приподнятыми пластинами по бокам... как чешуя. Они были покрыты пылью и обломками, кто знает, сколько лет прошло с тех пор, как эта пещера была запечатана. Появилась Арья и взяла факел, пока Дени вытирала его. Серебро, которое привлекло ее внимание, исходило от одного цвета ясного дневного неба. Рядом с ним был один из чисто черный, который, казалось, почти поглощал свет. Третий был ярко-оранжевым с прожилками темно-красного цвета. Четвертый был белым с золотыми и зелеными завитками. И последнее выглядело как потускневшая медь. Она взяла в руки серебристо-голубой и провела большим пальцем по его поверхности. Широко раскрыв глаза, она едва смогла прошептать два слова, которые эхом отразились от стен пещеры со всем благоговением, удивлением которые она почувствовала: -...Драконьи...яйца.
