Только время принадлежит нам.

Загляни в мой мозг, И ты узнаешь, чего я хочу до того, как я это скажу. Подскажи мне слова, чтобы произнести, Этого достаточно. Мне не нужна твоя несчастная судьба, Ты солнце, а я полная луна. Не теряй меня напрасно, Я могу быть тем, кто тебе нужен. Я не хочу тебя отпускать, Но и не могу на это смотреть. Я не хочу, чтобы ты узнала, Но ты можешь прочитать мои мысли, Я чувствую это постоянно, Чувствовал это в тебе. Ты околдовала меня с самого начала, Но мое сердце не телепатическое. (Телепатическое) Ослепленный, я ведусь на уловки В ожидании заполучить тебя, Но я не имею понятия, кого мы из себя представляем, Ведь мое сердце не телепатическое. (Телепатическое) Starset – Telepathic

Вроде как никогда за собой подобного не наблюдала, но, кажется, количество моих падений в обморок возросло раза в два. Шипя и чертыхаясь, потерла место удара. Ни стыда, ни сострадания у людей! Разве можно слабую девушку так бить? Тоже мне... Благородные рыцари «Норна». Оглядевшись по сторонам, чуть не завыла в голос. Оставалось лишь схватиться за голову и посетовать: почему?.. Ну почему я снова оказалась в комнате Рона? Дефицит у них что ли?.. Или это, своего рода, тюремное заключение? Видимо, так оно и есть. Пригладив растрепанные волосы рукой, спустила ноги на пол. Но когда ступни коснулись прохладной поверхности, по телу побежали мурашки, и я поспешила вновь забраться под одеяло, хорошенько укутав свои лапки. Оглядевшись, невольно округлила глаза. Моя одежда! Кажется, никогда еще в своей жизни я не испытывала такого прилива счастья. А то мне уже порядком надоело ходить в мужских шмотках да без нижнего белья. Живо облачившись в свои родные шорты и майку, всё-таки накинула на плечи рубашку... Помнится мне, что Тоя давал мне белую рубашку, а это новая черная. Хм, и всё же чья она? Конечно, логичнее всего будет предположить, что она принадлежит Рону, раз я вновь оказалась в его комнате, но... Как говорят: а вдруг! В конце концов, я тоже человек и тоже могу ошибаться. Кстати, а вот здесь бы нормальные люди поспорили, ибо назвать меня "нормальной" можно было бы лишь с очень большой натяжкой. Не став слишком уж сильно грузиться по этому поводу, все-таки соскочила с кровати. Итак, что же мне теперь делать? Было бы неплохо сперва определиться с тем, что я ничего не помню. Возможно, если я попаду на Землю, то смогу разобраться откуда я и почему оказалась на улице лютой зимой. Вот только… Идти к Какеру почему-то не хотелось. Нет, я не считала молодого человека плохим, отнюдь он вызывал чувство спокойствия и защищенности. Но мне почему-то было не по себе. В общем, пора бы сматываться отсюда! «Норн» висит в воздухе, но как-то же члены экипажа спускаются на Землю, верно? А значит, здесь должен быть самолет или еще какая-нибудь летающая техника. Кстати, а не слишком ли неразумно с их стороны было запирать меня в той же комнате? Ведь выпрыгнув из окна, я упаду в бассейн, а там уже надо будет постараться. — У тебя всегда такой долгий мыслительный процесс, или сегодня особый случай? Перепугавшись до одури, я завизжала, едва не оглушив Муробоши. Схватившись за, бешено колотящееся, сердце хрипло вздохнула: — Ты чего тут забыл? – надо же, голосовые связки даже целы. Мужчина усмехнулся и, выйдя из тени шкафа, из-за которого я его сперва и не заметила, зевая, увалился на кровать. Удивительно, как он тихо ходит… Аж дрожь берет. Закинув руки за голову, Рон произнес: — Это моя комната, – и вроде просто факт констатировал, но его, будто он пытается объяснить что-то маленькому ребенку, мне не понравился. — Так говоришь, будто это я к тебе в комнату напросилась, — буркнула я, косясь на лежащего парня. — В любом случае, — спустя минуту молчания проговорил он. — Если решила сбежать через окно, то не советую. — Это ещё почему? — моментально нахмурилась, уже сделав пару шагов к окну. — Барьер. Причем довольно мощный. Так шарахнет, что задержишься в этой комнате ещё на неопределенный промежуток времени. Губы сами собой скривились в саркастичной улыбке. Кому как не мне знать о времени? Рон зашевелился на кровати, чуть приподнялся и медленно, лениво спустил очки на кончик носа. Волосы на теле невольно встали дыбом, и я вздрогнула. Ой, чет как-то внезапно похолодало. Что не так с его глазами? Конечно, мне известно, что такое гетерохромия, но разве бывает глаз такого насыщенно-алого цвета и какой-то... Какой-то неживой что ли?.. — Неужели понравился? — усмехнулся он, автоматически поправляя очки. — А если и так, то что? — скрестив руки на груди, с вызовом взглянула на мужчину с высоты своего роста. Благо, пока он лежал на кровати, это выглядело не столь комично. Муробоши не ответил, лишь растянул губы в какой-то странной улыбке. Кажется, я лишь позабавила его. Но вот Рон вновь лениво прикрыл глаза и, как бы невзначай, добавил: — И постарайся думать чуть потише. Смысл сказанного дошёл не сразу. А когда дошел... — Ты что?.. Ты... Ты... Ты мои мысли читаешь! Мой возмущенный вопль мог оглушить любого, но Муробоши лишь недовольно скривился. — А чего их читать? У тебя всё на лице написано. — Ты... Ты... — у меня не находилось слов, чтобы описать всё то, что я чувствую по отношению к нему. — Козел, скотина, зараза, гад, — любезно подсказал он. — Прекрати читать мои мысли! — я вспыхнула, понимая, что действительно мыслю слишком открыто. Всё, буду считать овечек... — Ну-ну, — в его голосе прорезались новые, ехидные нотки. Скрипнув зубами, я вновь подошла к окну, пытаясь не формулировать свои мысли на побеге. Одна овечка, две овечки, три овечки… Муробоши аж приподнялся на кровати, смотря на меня поверх очков. Так, о чем это я? Ах да, про побег. Ой, девять овечек, десять… – Я всё равно ведь знаю, что ты задумала, – пожал он плечами. – Сколько бы ты там не считала. – Слушай, ну, вот что ты ко мне пристал, а? У тебя своих дел нет? Поверь, не только вы хотите получить от меня ответы, но и я бы не отказалась от них. Вот только, ребят, мне с вами немного неуютно… – а затем, подумав, добавила: – Ну, может за исключением Тои. – А вот с этого места поподробнее! – Обойдешься! У тебя по лицу видно, что тебе в последнюю очередь нужно доверять. Тебя поставили ко мне в качестве надзирателя что ли? – я всё же повернулась к нему лицом, стараясь не глядеть в эти странные глаза. – Допустим, – нехотя согласился Рон, кряхтя поднимаясь с кровати. Интересно, сколько лет ему на самом деле? – Тридцать, – как бы мимоходом ответил на мой мысленный вопрос, а я насупилась. Этот даже хуже, чем надзиратель! – Спасибо. – Ты издеваешься? – прошипела, сжимая кулаки. Черт, нужно с этим что-то срочно делать. Он промолчал, но через минуту ответил. Тихо-тихо, спокойно, холодно. – Можешь думать о побеге, сколько хочешь, но оставь попытки. Всё будет тщетно. – Это ещё почему? – гордо подняв голову, с явным вызовом спросила я. Блин, вот же каланча… – Кто меня остановит? Ты что ли? А вместо ответа… Вместо ответа послышался звук перезарядки, и на меня навели дуло пистолета. Я сглотнула и отступила на несколько шагов назад. Честно, отошла бы ещё дальше, если бы не эта дурацкая стенка, в которую я уперлась спиной. И мне совершенно не понравилось это светло-голубое свечение, исходящее из приклада. Что-то мне подсказывало, что если оно сменится, то мне несдобровать. Так, ясно, мне лучше помалкивать. Мама всегда говорила, что язык мой – враг мой. Почему-то от этих воспоминаний стало как-то не по себе… Столько разных моментов промелькнуло в голове, а затем все оборвалось. Всё, мрак, пустота.

***

На губах девушки проявилась горькая усмешка, и она, закатив глаза, рухнула на пол, как подкошенная. Рон опустил пистолет, проследив за падением девушки и, немного недоуменно, почесал затылок, взлохматив волосы. Цыкнув, убрал оружие за пояс. Подойдя к Эйми, поднял и уложил на кровать, с которой сам недавно поднялся. Ему уже начинало это надоедать: девушка на корабле лишь второй день, а в обмороке уже в третий раз. И каждый раз у неё было такое выражение лица… В общем, задуматься стоило. Не чувствуя за собой никаких угрызений совести, парень повернул девушку на бок и задрал рубашку с майкой. Кто-то что-то говорил про какие-то метки? За секунду до того, как спина девушки полностью оголилась, Муробоши показалось, что он действительно что-то увидел, но оно исчезло настолько быстро, что просто-напросто могло померещиться. – Советую убрать свои руки, – вдруг прошипела девушка, зашевелившись. Хмыкнув, Рон опустил её одежду и отошел на безопасное расстояние, примирительно подняв вверх руки. Эйми подняла на него хмурый взгляд и… полезла под кровать. – Ну и чем ты там занимаешься? – присев на корточки перед кроватью, полюбопытствовал парень, не рискуя заглядывать. – Думаю! – сказала, как отрезала. Теперь уже задумался Муробоши, возведя глаза к потолку. Затем, помедлив и склонив голову к плечу, произнес: – Очень уж тихо думаешь. «Раз, два, три, четыре, пять – вышел зайчик погулять!», – услышал он раздраженный, недовольный голос девушки. Потерев оглушенное ухо, хмыкнул. «Думаешь, поможет?». Послышался удар, ругань и из-под кровати, затем появилась голова Эйми с заплаканными глазами и обиженно надутыми губами. Губы молодого человека невольно растянулись в улыбке, чем только сильнее добило девушку. – Чего лыбишься, хмырь? Какого черта ты в мою голову лезешь? – Не наглей. И с выражениями аккуратнее будь. – Это я то наглею? Да ты!.. – Тш-ш, – мгновенно парень оказался возле неё, зажав ладонью рот. Девушка замерла, прислушиваясь к приближающимся шагам.

***

«Кого ещё нелегкая принесла?», – нервно подумала я, пытаясь угомонить, бешено стучащее, сердце. «Тоя», – от непривычного, чужого голоса в своей голове, вздрогнула всем телом. «Что он тут делает?», – покосившись на притихшего Рона, спросила я в голове. Муробоши усмехнулся и, прежде чем открылась дверь, ехидно ответил: «Наверное, проведать пришел. Ты так не думаешь?». Я не нашлась, что ответить, к тому же Масамуне уже находился в комнате, удивленно глядя на нас. Только сейчас до меня дошло, в каком мы положении. Вспыхнув, поспешила подняться, коря себя за невнимательность. Позади раздалось самодовольное хмыканье. – Чем вы тут занимались? – Сидели, – брякнула я первое, что пришло в голове. Мало ли, что Муробоши может выдать. «Снова по фамилии? Мы же вроде на «ты» перешли, нет?». «Сгинь!». – Эйми? С тобой всё в порядке? Обеспокоенный голос Тои выел меня из транса. Мотнула головой, прогоняя ненужные мысли и вновь возвращаясь в реальность. Со стороны, должно быть, казалось странным то, как у меня меняется мимика в зависимости от своих мыслей. Главное, что б в привычку не вошло… «Войдет», – Рон уже чуть не смеялся. По крайней мере, на его губах появилась тень улыбки. – Эйми? – рыжеволосый положил мне руку на плечо и слегка потряс. – Всё в порядке! Лучше просто не бывает! Всегда мечтала оказаться запертой в четырех стенах на тысячи километров над землей наедине с каким-то мутным типом, который не знает, как обращаться с девушкой. В голове отчетливо фыркнули: «Да из тебя девушка, как из меня балерина в пачке!». Хм, я бы на это посмотрела… Фантазия же живо представила мне столь животрепещущее зрелище. Я истерично захихикала, не в силах выкинуть это из головы, а шатен подавился, зайдя в приступе кашля. Масамуне же на Рона посмотрел так… В общем, я думала, что он выскажет всё, что думает об этом типе. Но нет, сдержался. И тут я вовремя вспомнила о самом важном… – Кстати, я ни на что не намекаю, но… – желудок издал вой умирающего кита, и я, покраснев, поспешила нацепить на лицо радужную улыбку. – У меня организм растущий, мне можно. На лице рыжеволосого парня промелькнуло что-то вроде смущения, и он поспешил извиниться, мол, про еду-то совсем забыли. Ага, а если бы я не напомнила, так бы с голоду и померла? Нет уж, лучше сразу на барьер брошусь. – Кстати, мы тут с этой прелестной девушкой, – вот гад, специально это слово выделил, чтобы подразнить меня. Да его язвительностью табун лошадей можно отравить! – Как раз обсуждали превосходство пистолета над физической силой… – протянул Рон, как бы невзначай коснувшись приклада оружия. С его лица мигом пропало всё веселье, и глаза из-под очков сверкнули металлическим блеском. Я сглотнула и поспешила закивать, как дурочка. «Почему «как»?», – вполне искренне изумился он. – И как успехи? – Тоя без особого труда понял, что Муробоши пытается этим сказать, и вперил в меня испепеляющий взгляд своих темно-зеленых глаз. Я не поняла… Почему меня крайней-то выставили? – Впечатляющие, – Рон усмехнулся, одарив меня многозначительным взглядом. А я от злости заскрипела зубами. – Схватывает всё налету. – Это радует, – сухо отозвался Тоя. – Еду я сейчас принесу. Есть будешь здесь. – А не отравите? – со скрытой надеждой в голосе спросила я. Ну мало ли что… Может у них здесь так принято, а я не в курсе. Вместо ответа, рыжик раздраженно хлопнул дверью. Чего здесь все такие нервные? С кислой миной я повернулась к Муробоши, который всё ещё стоял за моей спиной и очень сильно действовал на нервы. – Почему мне нельзя отсюда выходить? На что Рон лишь пожал плечами, мол, откуда мне знать. Я не поверила. – Ну и зря. На этом корабле я единственный, кому ты можешь доверять. Шутка удалась на славу, поэтому я даже рассмеялась. – Тебе-то? Тому, кто поставлен мне надзирателем? Не смеши мои тапочки! Несмотря на такое недоверие, шатен чему-то заулыбался, и от этой улыбки у меня мурашки побежали вдоль позвоночника. – Тебе не обязательно всё понимать и знать. В любом случае, пока мы на «Норне», я могу слышать твои мысли. Где бы ты ни спряталась. – А с остальными ты тоже мысленно разговариваешь? – полюбопытствовала я. Нет, ну в самом деле интересно ведь. А если человек разговаривает мысленно сразу с двумя людьми, то двое других тоже могут слышать мысли друг друга? Прочитав мои мысли, Рон скривился. – Не придумывай себе всякую ерунду. Я тебе не телефон. – Ага, не разговаривай, не думай... А лучше вообще не дыши, – проворчала, хмурясь ещё больше. – Кстати, всё сказать хотела… Яне тот человека, которого насильно можно удерживать взаперти. – Все вопросы не ко мне, – и он просто-напросто слинял из комнаты. Прислушиваясь к тому, как удаляются его шаги, в сердцах послала его куда подальше. Ну и чтобы он с лестницы свалился, тоже пожелала. «Я ж скоро вернусь, солнышко», – пригрозил он, хотя и беззлобно. Мысль про свое путешествие он благополучно проигнорировал. Посмотрим ещё… Я очень рассчитываю на то, что когда он вернется, меня здесь уже не будет. И пусть он слышит мысли! Ради бога! Буду, значит, попутно про всякий разврат и пошлятину думать! «А вот это уже интересно! Надеюсь, в деталях?». Так, ясно. Тему больше не развиваем и не трогаем. «А жаль. Я б посмотрел», – и ведь действительно расстроился. Сев на кровать, принялась ожидать прихода Тои. Вот интересно, если меня тут насильно собираются держать, то почему не приходит капитан и не выпрашивает всё сам? «Потому что наш капитан сейчас о-о-очень сильно занят. И прерываться в данный момент не думает». В голове моментально всплыла картина, чем именно Какеру может сейчас заниматься и… Ой, мамочки! «Маленькая извращенка!», – теперь уж точно Рон не улыбался. Он хохотал. А я покраснела и попыталась отвлечься. Как же в этот момент я была признательна Тое, который вошел в комнату с подносом полным еды. Сглотнув слюну, дождалась, пока парень поставил его передо мной, и только тогда набросилась на еду. Интересно, сколько уже я не ела? Нет, вопрос нужно сформулировать иначе… Как долго я не ела? Если взять в расчет сильно выпирающие ребра, то получается, что давно. Но тогда «когда»? – Не торопись, а то подавишься, – губы парня тронула едва заметная улыбка, но тут же испарилась. Видать, взял себя в руки. Я кивнула и продолжила заглатывать еду с большим усилием. Вдруг отнимут. – Ответь, – произнесла, едва отложив ложку в сторону, – как долго меня здесь держать будут? Мне показалось, или парень действительно покраснел? Отведя взгляд в сторону, он всё же ответил спокойным голосом: – Пока мы во всем не разберемся. Метки, которые были на тебе в первый день, не дают нам покоя. – На мне нет никаких меток! – рьяно возразила я, подскакивая со своего места. Вот только я забыла о тарелке, которая покоилась у меня на коленях. Падение и удар бьющегося стекла. – Ой, извините… – Ничего, – как-то устало отозвался он, приседая рядом и помогая собирать битые осколки. – Видишь ли… Пять лет назад произошли не самые приятные события в нашей жизни, поэтому мы бы предпочли перестраховаться. К тому же, совсем недавно на нас напали люди с похожими метками. Скажем так, кончили все они не очень хорошо… Но согласись, не каждый день находишь красивую, полузамерзшую девушку да ещё и с такими же знаками… – Так ты считаешь меня красивой? – улыбнувшись, я склонила голову к плечу, наблюдая за его реакцией. Странный парень. Странный, но милый. Особенно, когда его щеки покрываются румянцем, почти сливаясь с волосами. В голове раздалось отчетливое фырканье. – Будто ты сама этого не знаешь, – усмехнулся он, забирая поднос с целыми тарелками и осколками. Поднявшись, рыжеволосый направился к выходу, более ничего не сказав. Поджав губы, попыталась пробуравить взглядом его спину. Ничего не вышло, хотя мне и пришлось окликнуть его возле самой двери. – Я мало, что помню о своей жизни, но, быть может, я не та, за кого вы меня принимаете. И не та, кем считаю себя сама. И я могу быть куда опаснее, чем МИР. Тоя резко обернулся, но на этот раз я с достоинством выдержала его прожигающий, изучающий взгляд. Вылетел он моментально. Видимо, побежал разыскивать капитана, чтобы доложить о том, что он услышал. Я не стала больше ничего добавлять, лишь тяжело вздохнула и осела на мягкую кровать. Что ж… Осталось сообразить, что я только что ляпнула… МИР… Было в этом слове что-то знакомое, но очень неправильное. Ах, да, точно… Я слышала это слово множество раз в своих снах. Вот только странные слова, о том, что мне нужно задержаться здесь ещё ненадолго, а лучше остановить время – мне не нравились. А фраза «Мы уже идем» навевала самый настоящий ужас. Метки на запястьях пульсировали, как бы намекая, что всё происходящее вокруг – это не сон, и не плод моего воображения. И самое отвратительное в этой ситуации, что я не понимаю, где добро, а где зло? Что правильно, а что нет? И к какой из сторон отношусь я? Подойдя к окну, протянула ладонь, дотрагиваясь до, ставшего видимым, барьера. На губах сама собой расплылась счастливая улыбка. Не такой уж и мощный, можно и нейтрализовать. Просто надо нажать чуть-чуть здесь, и вон там… и барьер ослабевает до такого состояния, что спокойно можно пройти через него, не привлекая внимания создателя. А то поднимут шум… А оно мне надо? Конечно, нет. Теперь остается только ждать подходящего момента. В конце концов, никто не сказал, что я не воспользуюсь данной ситуацией. Ради себя, конечно же. А МИР может и подождать.