Только время принадлежит нам.

Нет ни ненависти, Не любви, Только тучи над головой. Я зову тебя, Когда иду в одиночестве. Отправь мне сигнал, который направит меня домой. Освети ночь, Моя темная звезда, А теперь упади. Но я нашел в тебе То, что потерял в себе. В мире так холодно и пусто. Я могу не спать, Чтобы лишь видеть, как ты дышишь. Глубокой ночью Ты отбросила на меня тень. Ты — причина, Противоядие, Тонущий корабль, Который я не могу покинуть. Ты показала мне дорогу, Затем исчезла. Как ты могла просто уйти И оставить меня здесь? Освети ночь, Моя темная звезда, А теперь упади. Starset – Dark on Me

— Микото! — закричал Какеру, с трудом удерживаясь на ногах и держать за бортик моста. Корабль вновь тряхнуло с удвоенной силой, а барьер, окружающий «Норн», покрылся паутинкой белесых трещин. Девушка без лишних слов сложила руки в определенном жесте, и вокруг неё начало распространяться желтоватое сияние. И распространялось оно до тех пор, пока не появился желтый кристалл — её дар. Сердце сперва замерло, а затем зашлось громким стуком от увиденного. Какая красота… Необъяснимая, пугающая, но от того еще более завораживающая. «Эйми!», — нет, Рон не кричал, просто грохот стоял такой, что даже мысли казались громкими. Внезапно по барьеру ударила ветвистая серебряная молния, пробив его насквозь. Куга вскрикнула, и её отбросило на несколько метров назад. Что ни говори, а девушке повезло, ведь молния предназначалась именно ей, а не её барьеру. К счастью, она отделалась лишь ушибом по голове и обмороком. — Микото! — закричал Нацухико, намереваясь броситься к своей возлюбленной. Впрочем, ему это удалось, вот только огненный круг отделил их от остальной команды. — Кохару, что за?.. — Это не я! — в слезах воскликнула розоволосая девушка. Вытянув руку вперед, она попыталась впитать в себя пламя, тело её, даже при таком ярком солнце, окутал красный ореол. На лбу её от напряжения выступила испарина. «Значит, её дар — это огонь?», — честно говоря, я удивилась. Скорее бы, я приписала это дар Томе или Хэйши, но никак ни ей. Вновь грохот, землю затрясло, и даже я не устояла на ногах, разбив колени до крови. У-у-у, да что ж это делается-то? Прикусив от боли нижнюю губу и стараясь сдержать злые слезы, попробовала подняться, хотя на трясущейся земле это было не так-то просто сделать. А огонь распространялся, сжигая всё на своём пути. В одночасье воспламенились все деревья, и пламя перешло даже на соседние участки, которые находились за каменным мостом. Я видела, как Азума едва не задыхается от удушливого дыма, но упрямо продолжает держать девушку в своих объятиях, прикрывая её своим подпалившимся плащом. Ещё немного и он потеряет сознание и… никогда уже не очнется. Кохару безуспешно пыталась всосать в себя огонь, между тем, как Акио, который, оказывается, мог контролировать воду, пытался потушить пламя. Я поджала губы и вдруг осознала, что всё было бесполезно. Этот огонь слушается лишь своего хозяина, и он будет пылать до тех пор, пока не спалит всё дотла. Сколько бы они не пытались его подчинить или потушить, ему будет всё равно на тщетные попытки. Вот именно поэтому я ненавижу эту стихию. Будь сотни раз проклят тот, кто создал это пламя! Вот только… Чувствуя, как сила наполняет моё тело, а метка едва не обжигает кожу, отступила назад. Во всей этой суматохе никому до меня не было дела. Даже Рон на время забыл о телепатии, отвлекшись на пламя. Я подняла голову и столкнулась взглядом с одним из нападавших. Кажется, он удивился, но быстро взял себя в руки. Миг, и он исчез из поля зрения, но я-то знала, что он сейчас где-то рядом парит возле «Норна», как птица и наблюдает за всем, отдавая приказы. Через собственные размышления, услышала отчаянный крик Нацухико: — Уходите, живо! Уходите отсюда! Метнув быстрый взгляд в сторону огненного круга, тяжело выдохнула. Помимо силы, во мне теперь рождалась злость. Самая настоящая, ни с чем не сравнимая. Их целью было не просто посеять панику и хаос… Их целью было убить! — Не позволю… — одними губами прошептала я, подходя ближе. — Эйми, пошла прочь! Угу, прямо-таки послушалась и ушла. Раскинув руки в сторону и прикрыв глаза, сосредоточилась. Кажется, я уже сегодня использовала свою силу, но сейчас надеюсь, что времени будет достаточно... В конце концов, даже пара лишних секунд может спасти человеку жизнь. А я не позволю, чтобы они сгорели на моих глазах. Только не в мою смену! Сила побежала по моим венам, струилась по ним, как кровь, тело окутал серебряный ореол. Песочные часы на моей груди уже не просто светились, а ожили, пылали. Спину привычно обожгло сперва холодом, а затем резкой болью. Горячая жидкость стекала в районе левой лопатки, направляясь вниз по спине, рубашка неприятно прилипла к телу. Больно, но почему-то так привычно… Не видела, но чувствовала, что руки мои так же светятся голубовато-серебряным светом. Сложив руки в, знакомом лишь мне одной, жесте, я резко открыла глаза и… не видела больше ничего, кроме ярких голубых сфер, кругов и обручей, которые стремительно пересекались между собой, поворачивая время вспять.

***

Всё пространство вокруг озарил ослепляющий голубой свет. Последнее, что удалось разглядеть Муробоши это то, как взметнулись вверх длинные алые волосы девушки, будто бы их разметал не просто ветер, а целое торнадо. На секунду ему показалось, что он видит возле девушки огромный, синий кристалл, напоминающий тот, что использовали обитатели «Норна». Но в ту же секунду он разделился на множество разноцветных сфер, которые выстроились вокруг девушки наподобие Солнечной системы. Мир закружился перед глазами, а затем, Рон моргнул. — Что… Что произошло? — хриплым голосом спросил Акито, непонимающе озираясь вокруг. Недавнее пламя, которое бушевало вокруг, не просто исчезло, а не оставило даже и следа. Деревья по-прежнему цвели буйным, зеленым цветом, непотревоженные фрукты тяготили их ветви, а мягкая трава колыхалась под ногами лишь от легкого ветерка. Невидимый, но вполне осязаемый барьер над их головами был восстановлен, и свидетелем тому было само солнце, чьи лучи играли на, известных только Куге, символах. Что касается Азумы и Микото, то на них не было ни следа ожогов, ни ран, ни подпаленной одежды. Куга была в сознании и, кажется, не до конца понимала, почему она фактически лежит на земле в объятиях перепуганного ни на шутку Нацухико. Незваные гости так же исчезли, и ничто, кроме смутных воспоминаний, не напоминало об их присутствии. Всё вокруг в один миг оказалось таким нереальным, но одновременно заставляло задуматься: а сон ли это? Казалось, что вот только что что-то было, а вот уже это всего лишь воспоминания. — Дежавю какое-то… — пробормотал Юига, хватаясь за разболевшуюся голову. Но самым странным было то, что посередь всего этого безобразия стояла красноволосая девушка и задумчиво смотрела в небо, будто ожидая чего. Некогда белоснежная рубашка прилипла к телу, окрасившись с одной стороны в алый цвет. Но даже сквозь кровь и плотную ткань можно было разглядеть серебристое свечение каких-то символов, аккуратно расположенных на её спине. — Эйми? — окликнул её Тома, но в его голосе не было ни капли уверенности. Казалось, что девушка совершенно ему незнакома, а само имя просто всплыло в памяти безо всякой причины. А та ли эта Эйми, которую он помнил? Или же всё-таки знал самолично? Однако, этот оклик отрезвил девушку. Она повернулась так, будто бы очень долго пребывала в каком-то трансе, так же медленно и тяжело. Как в старых фильмах, перезаписанных на пыльную кассету. Будто бы реальность вокруг неё исказилась и теперь спешно пыталась восстановиться обратно, и действия накладывались одно на другое, замедляя и путая их. Эйми, а это действительно была она, посмотрела на ребят, но, кажется, не видела их. А Тому, Рона, Какеру и остальных прошиб холодный пот. Мигрень и головокружение отступили на второй план, когда они увидели в её глазах… время! Широко распахнутые, невероятного голубого цвета, они пылали ярким светом, а в них шло время, как на циферблате часов. Большая стрелка, малая стрелка, секундная стрелка, цифры, шестеренки… Всё это было видно настолько отчетливо, что даже пугало. Но вот ход «часов» остановился. Глаза медленно начали приобретать свой прежний серо-голубой цвет, и последним исчезло сияние, а на его место пришло осознание и понимание. Сомнений не было, всё это время девушка пребывала в трансе. Рубашка на её груди была прожжена насквозь, и теперь все могли увидеть затухающий знак песочных часов. — Эйми?.. Вопросов тьма, но почему же их было так тяжело задать? Девушка улыбнулась, но в этой улыбке уже не было ни ехидства, ни веселья, ни даже сарказма. Она вышла вымученной, усталой и какой-то даже виноватой. — Все целы? — голос её дрожал, но в нём не было ничего, кроме любопытства. Послышался звук перезаряда, и аловолосая устало повернулась на звук, непонимающе глядя на Муробоши. — Прости, — шепнул он одними губами и, прежде чем девушка успела что-либо сказать или сделать, выстрелил. К счастью для неё, это был всего лишь парализатор. — Рон! — завопил Хэйши, подбегая к рухнувшей навзничь девушке. — Ублюдок, ты что сотворил? — зарычал Акито, хватая сокомандника за грудки. — Сперва поглядите сами, — хмуро произнес он, вырвавшись из цепкой хватки Шукури и, подойдя к отключившейся Эйми, перевернул её на живот. Достав из голенища сапога складной нож, аккуратно разрезал, прилипшую к телу, ткань рубашки, тем самым полностью оголив её спину. — Что скажете на это? Переглянувшись, ребята подошли поближе. В районе лопаток располагалось двенадцать различных знаков. И один из них был точно таким же, как и у неё на груди — песочные часы. Именно этот символ и кровоточил, причиняя ей боль. — Что за шутки? — нахмурился Нацухико, держась за правую руку и потирая её. По ощущениям, эта рука покрылась волдырями, а кожа обгорела и облезла. Но это были лишь фантомные ощущения. На самом же деле, рука была полностью здорова. Вдруг Эйми зашевелилась и тихонько застонала. — И это вся благодарность за спасение ваших товарищей? – прохрипев, девушка приоткрыла слезящиеся глаза, переведя затуманенный взгляд на команду «Норна». — Она права, — нахмурилась Куга, поворачиваясь к остальным. — Кем бы она ни была, она определенно спасла нам жизнь. Никто из нас не знает, что и кто это были, и когда вернутся снова. В следующий раз под ударом может оказаться кто-то другой. Тихий смешок аловолосой девушки заставил всех замолчать и прислушаться. — Никакого следующего раза не будет… Это было лишь предупреждение. В следующую вашу встречу от вашего драгоценного корабля ничего не останется. Масамунэ присел и помог девушке перевернуться. Говорить она могла, а вот двигалась с трудом. В конце концов, удивительно, что после парализатора она настолько быстро пришла в себя. В уголке её рта застыла, стекающая к подбородку, кровь. — Эйми, кто были эти люди? Бледные губы девушки искривились в подобие улыбки. — Опасные люди… Кажется, я должна была быть среди них, но… – с трудом, но ей удалось приподнять свою руку на уровень глаз. Запястье болело и пульсировало, а с губ девушки сорвался горький смешок. – Но, похоже, мне слегка не повезло. — В каком смысле «не повезло»? — Нацухико вздрогнул, внезапно осознав, к чему клонит девушка. На бледной коже отчетливо проступили черные метки, похожие на треугольники. По щеке девушки скатилась одинокая слезинка, и Эйми хрипло рассмеялась. — Смертница… Вот же, блин! — Одна из них? Но почему? — на лбу Акито пролегла глубокая складка, руки сами собой сжались в кулаки. – Ты не похожа на тех смертников! — Я не знаю… Я правда ничего не знала до этого момента, — не стала она спорить и вновь улыбнулась, на этот раз улыбка вышла болезненной. По её телу прошла судорога, и Эйми, шумно выдохнув, закатила глаза. С уст её сорвались тихие, как дыхание, слова: — Всё равно мы сильнее вас… — и отключилась. Задумчиво проведя ладонью по её волосам, Тома поднял девушку на руки. — Она сказала «мы», но не похоже на то, что у них близкие отношения. Если она и правда смертница, то она, как и мы, в большой опасности. — Эйми спасла нам жизнь, — кивнул Азума. — Кем бы она ни была, сейчас она с нами и одна из нас. Но… Что же она сделала такого? И почему никто из нас ничего не помнит до момента пожара? Ицки нервно передернул плечами и убрал, упавшие на лицо, волосы. — В любом случае, я согласен с Азумой, — вмешался Хэйши. — Её теперь нельзя бросать. — Ширануй, сможешь стереть её воспоминания? Девушка коротко кивнула и подошла поближе, положив прохладную ладонь на лоб бессознательной Эйми. Подождав минуту, отступила. — Не могу, — спокойно ответила она под непонимающие взгляды ребят. — Её память и так блокирована. Она ничего не помнит. — Значит, она не солгала? — удивленно спросил Акито. — С трудом верится. Тяжело вздохнув, Какеру скинул с себя пиджак и, в последний раз взглянув на символ песочных часов, прикрыл полуобнаженную девушку, чья одежда, благодаря стараниям Рона, превратилась в лохмотья. — Какие бы цели она не преследовала, мы все обязаны ей спасению. — Я думаю, — вмешался, до этого молчавший Сэнри, — что она может управлять временем. — Я тоже так считаю, к тому же, это самый логический вариант, но… — Но получается, что, помимо нас, существуют ещё люди со способностями? Ты ведь это хотел сказать? Юига кивнул, а Тома, поудобней перехватив девушку, решительно произнес: — Давайте подождем, когда она придет в себя. Капитан, позвольте сменить наш курс. Боюсь, что эти типы могут вернуться. — Смело бери управление кораблем на себя. И… Не докладывай пока МИРу о наших планах. Подозреваю, что дело пахнет керосином.

***

Странное дело, но в этот раз я пришла в себя довольно быстро. Не став корить злодейку судьбу за то, что с моим появлением на «Норне» мне приходиться всё чаще и чаще терять сознание, просто приняла это, как данное. — Эйми, ты как? — Кохару? — я подслеповато прищурилась, так как зрение всё ещё было размывчатым. — Что произошло? Девушка присела на краешек кровати и легонько погладила меня по руке. К слову сказать, запястья были перебинтованы, но, в отличие от настоящих меток, они не кровоточили. — Ты совсем ничего не помнишь? Передернув плечами, невольно поморщилась. — Ну, почему же ничего? — хрипло рассмеялась я. — Помню, как напали на «Норн», и как всё вокруг пылало в огне. Кохару подозрительно прищурила. — И это всё? Я удивленно захлопала глазами, приподнимаясь в постели и принимая более или менее сидячее положение. — А было что то ещё? В этих словах не было лжи. Я действительно не помнила, что произошло после того, как увидела Нацухико и Кугу горящих в огне. Кстати, о них… — А что с Азумой и Микото? Девушка посмотрела на меня так… Ну, в общем, мне стало немножко не по себе. Я заерзала на кровати, стараясь забраться обратно под одеяло. — Я что-то натворила, да? — тихонько спросила, даже не пытаясь сдержать смущенную улыбку. Вот вечно со мной так. Сперва, что-то сделаю, а затем не помню, что именно. — Ты их спасала, — вдруг улыбнулась Кохару. Прищурилась, не веря её словам. — Прости, я не расслышала… Что я сделала? Когда? — Ты их спасла, — терпеливо повторила розовласка. В это время раздался короткий стук в дверь, и в дверном проеме появились Какеру, Тома, Нацухико, Куга и Сакуя. Вот так сюрприз! — Она ничего не помнит. Азума и Микото переглянулись. Кстати, выглядели они вполне здоровыми, и ни следа от недавнего пожара. — Эйми, у тебя есть дар? — это был вопрос, но почему-то я чувствовала, что моего ответа даже не требуется. Мне стало не до шуток. Вот совсем. Я мрачно покосилась на ребят и тихо спросила: — Только не говорите мне, что я вас спасла при помощи дара? — Так значит, это правда… И этот момент, меня словно обухом по голове огрело. Просто воспоминания нахлынули так внезапно, как если бы на меня вылили ведро ледяной воды. Я вспомнила и наших незваных гостей, и то, как Нацухико и Куга едва не погибли в пожаре, и то, какую я испытала ярость, глядя на все это. По крайней мере, это в какой-то степени объясняет на мне наличие бинтов и общей усталости… Меня прошиб холодный пот, но вместо того, чтобы запаниковать, я улыбнулась, склонив голову к плечу. А у самой в голове был немой вопрос: «Как я могла допустить такую оплошность?». Я не сомневалась, что Муробоши слышит меня, но сейчас было не до его телепатии. — Эйми, ответь, пожалуйста, лишь на один вопрос: что ты сделала? Чувствуя, как улыбка становится совсем уж безбашенной, я ответила предельно честно: — Я обратила время вспять.