You had me at lollipop

Сяо Чжань не приехал на гонку в августе. Ибо все смотрел и смотрел, он даже спрашивал сотрудников Yamaha, даже соизволил поговорить со своими спонсорами, пытаясь выяснить, куда делся неуловимый генеральный директор. Единственный признак, указывающий, что что-то могло случиться — это то, что его агентство определенно приняло приглашение и даже запросило плюс один, чтобы сделать приглашение на три лица. Ибо предположил, что это было для ЛуЛу. Однако никто из них так и не появился. Разочарованный и более чем раздраженный из-за того, что он чувствует себя так из-за парня, о котором буквально ничего не знает, за исключением некоторых несущественных фактов, Ибо тут же решает, что с глаз долой — из сердца вон. Он не верит в счастливый случай, более склонен признать, что Сяо Чжань — сталкер, чем полагаться на то, что вселенная просто так свела их вместе. Тяжелая цепочка с головой быка, обвивающая его шею, скрыта под гоночным костюмом. Ибо даже не думает о том, чтобы её снять. Не в состоянии объяснить эту привязанность, он не хочет рисковать, хотя и пытается убедить себя, что это украшение никак не связано с его везением за последние шесть недель, и это вполне логично носить подарок от человека, который во всех отношениях продинамил его. Побродив напоследок, Ибо разворачивает леденец, который он по привычке всегда носит с собой. Когда он был младше, его тянуло к самому непопулярному вкусу просто из-за его обертки. Зеленый. Десять лет спустя от старых привычек трудно избавиться. Это немного похоже на его затасканную белую сумку Nike, которая знавала лучшие дни, прощальный подарок отца перед его отъездом. Его не волнует, что он мог бы носить лучшие аксессуары, получаемые им как бонус от дополнительных сделок. Из множества кандидатов, Ибо был выбран новым лицом крупных дизайнерских лейблов, включая Gucci, Celine и Chanel, которые предпочли иметь долю на более молодом рынке, а не ограничиваться родиной предков. Все его соперники тем или иным образом были актерами или айдолами с уже сложившимся имиджем, который нужно поддерживать. В отличии от них, Ибо не волнует, как он выглядит, до тех пор, пока он выглядит хорошо, а Yamaha на это вообще глубоко наплевать, главное, чтобы он продолжал гонять так же хорошо, как сейчас. Наденьте на него майку, шорты, юбку, платье, старушечью кофту, соломенную шляпу, блейзер или зимний шарф - всё, что угодно, - и он будет стремиться к победе. Преодоление собственного дискомфорта, чтобы преуспеть — вот его критерий успеха, а что касается трудностей, то это пустяки. И это работает! Со всех сторон его добиваются модельные агентства, но он предпочитает придерживаться того, которое знает. Хорошо, он представлен агентством. Вернее, владелицей. Она занимается всеми его заказами и контрактами и едва берет даже полный процент от его заработка, утверждая, что это всё его, и ей нетрудно потратить пару часов в день, чтобы убедиться, что у него всё в порядке. Единственное, в чем она не пошла на компромисс, — это его безопасность, и Ван Ибо всё время путешествует с двумя телохранителями. Самый прикол в том, что она владелец агентства знакомств, а не модельного агентства.

***

Сяо Чжань довольно хорошо научился отключаться от разговора, особенно когда его мать начинает говорить о браке и детях, и её, к удивлению, не слишком волнует, в каком порядке это произойдёт. После того, как ему исполнилось двадцать лет, она не особенно давила на него, поскольку была уверена в его отношениях с Цзыи, а затем, узнав правду, стала ставить её как пример, почему он тоже должен серьезно отнестись к поиску кого-то. Она акцентирует внимание на его приветливом характере и способности ладить с кем угодно в возрасте от 8 месяцев до 80 лет и очень неохотно соглашается с тем, что ее сын до сих пор никого не привёл домой ни одного человека, несмотря на ее ворчание. Она отказывается верить, что ее высокий, чрезвычайно успешный и необычайно красивый сын за десять лет не смог найти подходящую кандидатуру. Фактически, узнав о его сексуальной ориентации, она даже сказала ему, что ей все равно, кого он приведет домой, если он будет счастлив. Внуки не подлежат обсуждению, поскольку он — ее единственная надежда на них, и с учетом того, как сильно он любит детей, и временами сам бывает практически ребенком, его вполне устраивает это требование. Хотя сейчас он, вероятно, в любой момент может усыновить или получить суррогатного ребёнка, стоит только захотеть, она решает сосредоточиться на том факте, что у него не было серьезных отношений уже… ну, вечность. — Мама… — вздыхает он. — Я занят. Я генеральный директор, компания не работает сама по себе. Я занимаюсь дизайном не только с девяти до пяти, а иногда до поздней ночи. Кто станет с этим мириться? — Цзыи тоже занята. — ЛуЛу тоже. Они составляют друг другу компанию, — усмехается Сяо Чжань. — Если я правильно выразился. — Тогда, может быть, тебе стоит найти кого-нибудь занятого, кто поймёт твой сумасшедший распорядок. — Ма, — он тянется и ласково гладит ее по руке. — Как вообще могут встретиться два занятых человека? Иногда у меня не хватает времени даже на собственных клиентов, — хмурится он, вспоминая один такой инцидент годичной давности, о котором не перестаёт сожалеть по сей день. Светло улыбаясь, она глядит на сына и как будто делает великое открытие: — Агентство знакомств! Он со стоном убирает руку и откидывается на спинку стула, наблюдая за ее восторгом от этой блестящей идеи. Он очень любит свою мать и знает, что долгие командировки отца за границу оставляют в ее жизни пустоту. Чтобы заполнить её, она сосредотачивается на своем единственном ребенке. Однако сейчас это может выйти ему боком. — Ма… Я еще не настолько отчаялся, чтобы тебе пришлось прибегать к этому. — Занятые молодые люди тоже пользуются этим, даже применяя современные технологии. Есть такая сваха, у которой ещё не было ни одной неуспешной пары. Она не возьмёт полную оплату, если не будет уверена в успехе, так что в случае неудачи нет никаких комиссий помимо первоначального взноса, а она очень дорога. Мне удалось договориться о встрече с ней на следующей неделе. У неё случайно появилось окно в графике, так что тебе лучше быть здесь. — Ма… — Я уже внесла предоплату. — Ма! Затем она озвучивает цифры, и он готов заплакать кровавыми слезами. Судя по всему, залог не возвращается. Конечно. Смирившись и чувствуя себя довольно сильно расстроенным вмешательством матери, он рано уходит с их ежемесячного обеда, пообещав на следующей неделе присутствовать на самом дорогом в мире собеседовании. Исходя из стоимости, он, по крайней мере, сделает всё, что в его силах. Однако, у него возникает ощущение, что его мать просто зря сожжёт свои деньги, если только его идеальная половина не сможет стереть из памяти маленькое красивое личико со склонностью сосать арбузные леденцы и время от времени вторгаться в его мечты.

***

— Айя, Ван Ибо, отстань от меня. Я занята! — Миссис Ван пытается через голову дотянуться до своего сына, который со смехом уклоняется. — Я перестану покупать эти чертовы леденцы, которые ты так любишь. Как ты тогда выживешь? — Мама! — Не мамкай. Скоро здесь будет твоя тётушка с данными о последнем клиенте, и нам нужно работать. Почему бы тебе не пойти в скейт-парк или ещё куда-нибудь? От этих сладостей у тебя слишком много энергии, ты скоро сведешь меня в могилу. Она смотрит на него с показным раздражением. Ибо, надувшись, обходит диван и, упав на пол, кладет подбородок на колено матери. — Я так редко бываю дома, а когда прихожу, ты так со мной обращаешься? Со своим единственным сыном? Со своим единственным ребенком? — Разве тебе не нужно тренироваться к каким-нибудь гонкам? — Скучно. — Скучно, потому что ты продолжаешь побеждать? — Мгм. — Ну, ты знаешь, как это исправить, — она ​​с удовольствием наблюдает, как он поворачивает голову и прижимается к её колену щекой, теребя голову быка, которую никогда не снимает. — Как? Проиграть? — Он с отвращением морщит нос. На самом деле он довольно занят, но все еще живет с родителями, а его мать работает из дома, так что им не удастся избегать друг друга. Он вскочил в 5 утра, был в тренажерном зале, на гоночном треке, отметился на обеде с какими-то спонсорами и снялся в тридцатисекундной рекламе. Он успел сделать столько, сколько большинство людей не делают и за целый день, а сейчас едва пять вечера. — Нет, найди что-нибудь, чтобы испытать себя. Если твои сверстники не могут бросить тебе вызов, измени приоритеты. — Да, мама. Он уже слышал то же самое раньше, и не то чтобы не придерживался этого. Просто ему хочется немного пожаловаться, но его мать всегда такая серьёзная, и это определенно повлияло на него. А ещё сильно сказалась разлука с отцом, который все еще работает в Новой Зеландии. Благодаря своей работе он легко может купить им билеты бизнес или даже первого класса. Обычно мать улетает, когда Ибо должен уехать как минимум на две недели, иначе изменение разницы во времени не оправдывает поездку. Его отец еще не может покинуть Новую Зеландию, и он копит свои выходные к ее приезду в гости. Последнее время он видел своего отца только на экране, но парень понимающе относится к этому. Ибо, уже не так, как раньше, но все еще испытывает обиду по отношению к своей бывшей новой родине. Нарушение его статуса из-за недобросовестного иммиграционного агента привело к его депортации. Мать решила поехать с ним. Ему запретили въезд на пять лет, и осталось ещё несколько. — Почему тётушка так быстро взяла себе нового клиента? Обычно она предпочитает иметь дело с одним клиентом, чтобы уделять ему все свое время. Эта последняя женщина такая проблемная. Она жалуется на нее каждый раз, когда заходит. На лице госпожи Ван появляется ликование. — На прошлой неделе она тайно вышла замуж, поэтому в расписании появилось окно. — Хм? Разве они не только что встретились? — Да, но она потратила целый месяц, чтобы выбрать кого-то, так что я думаю, все эти раздумья и капанье на мозги наконец-то дали результат. — Что сказал ИИ? — Там было семь вариантов, все от 75% до 83%. — Это… прилично? Она кивает и, когда он забирается на диван, чтобы нормально положить голову ей на колени, запускает руки в его густые, но сейчас очень короткие волосы. Некоторые могут подумать, что он маменькин сынок, поскольку всё время, когда не работает, проводит дома, но на самом деле он папин сын. Его отец был гонщиком, а сейчас он действующий инженер-механик в команде ралли в Новой Зеландии, поэтому он действительно не может уехать, и Ибо его тоже никогда об этом не просил. Он понимает, что держит его отца там, так как он практически вырос в гаражах, следуя за отцом почти везде, и ему повезло, что большинство людей не возражали против того, чтобы любопытный пацан вертелся под ногами. Как только ему исполнилось пятнадцать лет, он получил права. И как раз вовремя, поскольку на следующий год возрастной ценз был увеличен. Задолго до семнадцатилетия у него были полные водительские права для авто- и мототранспорта, и он уже участвовал в гонках полупрофессионалов. Самый молодой на трассе. — Да, ты же знаешь, твоя тетушка не возьмётся, если совместимость ниже 70%, поскольку она утверждает, что это магическое число для гарантированного совпадения. — На основе твоего алгоритма. — Угу, — кивает она. — Я много лет разрабатывала и улучшала его. Думаю, что сейчас точность выше, чем пять лет назад. — Значит, если тогда совпадало на 75%, то, вероятно, сейчас не будет даже 70%? Она щиплет очаровательные мягкие щечки, игнорируя протестующее ворчание и безуспешные попытки отбиться от неё. Эй, это он решил полежать у нее на коленях, так что его щеки — её законная добыча. Он потерял практически всю свою детскую пухлость, но его очаровательные щеки, слава богу, все еще на месте. Это напоминает ей, что ее красивый молодой сын моложе, чем пытается выглядеть на людях. Судя по тому, сколько раз за эти годы его пытались подцепить, и, вероятно, о большинстве случаев она не знает, он, определенно, хорошо справляется, хотя ей это совсем не нравится. — Да. — И все же у тётушки все еще 100% успеха? — Ты же знаешь, она использует свою интуицию. Она также оценивает их совместимость на основе своих наблюдений. ИИ нужен ей, чтобы сузить пространство для поиска, а дальше она работает сама. — мать трогает пальцем кончик своего носа. — Почему вообще такой внезапный интерес? Ищешь кого-то? — шутливо дразнит она. — Не то чтобы тебя это должно волновать, тебе делают предложения чуть ли не через неделю. Ибо закусывает губу. Он никогда не рассказывал ей о человеке, которого встречал трижды в двух разных странах. Первая встреча не особо впечатлила его, за исключением того факта, что ещё долго после этого, во сне его преследовала улыбка мужчины. То же самое произошло после их второй встречи. После третьей он смирился с тем, что определенно что-то чувствует, и, судя по его настойчивости, Сяо Чжань, похоже, тоже не остался равнодушным. Полный ожидания, что мужчина появится на августовском заезде, он все еще чувствует сильное разочарование, горький вкус которого до сих пор ощущается на языке. Теория «с глаз долой — из сердца вон» не срабатывает, но учитывая его занятость, у него нет времени зацикливаться на этом. Они явно вращаются в разных кругах, потому что он больше не видел этого человека. Ибо пожимает плечами, желая сбить прицел любопытного взгляда — мама слишком долго ждёт, когда он прервёт молчание — и решает, что встряска ему не повредит, и, честно говоря, это может стать стимулом, который ему нужен, чтобы забыть одного человека с солнечной улыбкой, и у которого звёзды обсыпали лицо и уши. — Почему бы и нет? — Ван Ибо, ты серьезно? Он снова пожимает плечами.  — Что ж, давай тогда посмотрим, насколько хороши твой искусственный интеллект и тётушкина интуиция. Ты же знаешь, я бы никогда не солгал никому из вас, так что это лучший способ узнать, надежны ли ваши методы? — Разве ее 100% успеха уже не достаточно, чтобы убедить тебя? Он сидит, скрестив ноги на диване, опираясь на подлокотник, и, качая головой, смотрит на мать.  — Ну нет. Мне страшно любопытно. Почему бы тебе не проверить меня на совместимость с этим новым клиентом. Это парень или девушка? Не то чтобы это важно, но знаешь, у меня, наверное, больше шансов с парнем. Я конечно люблю девушек, но не настолько. — Да, он гей. — Видишь? Отлично! Даже Вселенная согласна. Он ухмыляется как гремлин, и она знает, что попытки отговорить бесполезны. Она закатывает глаза. — А как насчет анкеты? — Тётушка уже опрашивала меня в прошлом году, помнишь? — О да. Как добровольца. Что ж, я думаю, она вот-вот возьмется за эту проблему. — Я смогу увидеть его? Миссис Ван качает головой. — Полегче, мой маленький лев. Сначала тетушка должна согласиться. Он игриво рычит, заставляя ее смеяться, и в этот момент звонит дверной звонок.

*

Ибо возится с музыкальным центром, выбрав, наконец, плейлист, когда раздаётся громкий вскрик. — Эта штука сломалась? — госпожа Ким Чжун, также известная дома как тётушка или Цзецзе, смотрит на результат на экране, прежде чем повернуться к старшей Ван, которая также хмурясь, глядит на свой собственный экран. Младший Ван сидит напротив них, вальяжно раскинувшись на диване с бутылкой пива, его взгляд мечется между матерью и тетушкой. — Я буквально только что провела сравнение трёх последних профилей, которыми ты занималась, и результаты не изменились. 79% для беглецов, 77% для тех, кто обручился до этого, и 71% для тех, что через месяц стали жить вместе. Всё работает. — Что случилось? — наконец спрашивает Ибо, наблюдая за дамами. Поначалу тётя сопротивлялась, но, поскольку у его матери не было возражений, и она вроде как не имела права командовать им вне рабочего графика, ей пришлось согласиться. Тетушка в полном восторге от этого нового клиента, она с воодушевлением расписывает, какая это выгодная партия и как жаль, что ему не удалось найти кого-то самостоятельно. На её вопросы, молодой человек с забавным недоверием ответил, что пробовал встречаться и время от времени ходить на свидания вслепую, но в большинстве случаев он понятия не имеет, встречаются ли с ним из-за его денег или он искренне нравится, особенно если учесть, что вряд ли кто-нибудь примет его сумасшедшее расписание. Во время дедлайнов, он иногда лично работает вместе с другими дизайнерами, не приходя домой пару суток и урывая кусочек сна на диване в своем офисе. Он скромен до такой степени, что даже не понимает, насколько он привлекателен, и будь она на тридцать лет моложе, то, если бы он не был геем, соблазнила бы его сама. — Ты знаешь, какое самое наибольшее совпадение выдала программа твоей мамы? — Количество или процент? — И то, и то. Он слегка хмурится, делая большой глоток пива, пытаясь вспомнить. Они точно раньше говорили об этом. — Я думаю, 85% и… 11. — Хорошая память. — Она слегка улыбается, но ее глаза все еще прикованы к экрану. — Моему новому клиенту только что выпало восемнадцать совпадений. — Включая меня? Она переглядывается с его матерью, которая выглядит немного озадаченной. — Да, включая тебя. — Какой диапазон? Он допивает остатки пива, затем ставит пустую бутылку на боковой столик и растекается по дивану, стараясь устроиться поудобнее. Его майка влажная от пота, а благодаря трем бутылкам пива и раннему подъему, он уже в половине седьмого вечера чувствует себя разомлевшим и сонным. Юноша поворачивается на бок, чтобы видеть обеих женщин. — Вот, — отвечает его мать. — Семнадцать совпадений находятся в диапазоне от 73% до 81%. — Неплохо. — отмечает он, а потом смотрит на свою мать и его глаза вспыхивают. — Мама, ты пытаешься меня обмануть? Разве тётушка не сказала, что у него восемнадцать совпадений? — Одно совпадение дало 97%. Он машет рукой.  — Кажется, я неправильно тебя расслышал. Мама, ты сказала 97%? — Всё правильно, — твердо отвечает она, в пятый раз совмещая профили, как будто это привело бы к другому результату. Ей кажется, что она немного сходит с ума. Скользя взглядом по женщине, он выдавливает из себя улыбку. — Я не думаю, что тебе нужно творить здесь какую-либо магию. Просто познакомь их, — он внезапно надувает губы. — Черт, я так надеялся отвлечься, но думаю, не судьба. Мадам Ким-Юнг морщит лоб, рассматривая молодого человека, томно потягивающегося на диване. Его майка задралась, обнажая мускулистый живот, который он лениво чешет. Он подпевает японской песне, которая сейчас играет. Она понимает текст и не может не задаться вопросом, а не Фортуна ли приложила к этому руку? Если я родился для того, чтобы встретиться с тобой, то интересно, могу ли я опоздать…? Я хочу сказать тебе кое-что от всего сердца, мне слишком больно, но я все равно буду вовремя, я люблю тебя всем сердцем, я хочу унять всю боль, которая обрушивается на тебя, я твой. Я хочу сказать тебе кое-что от всего сердца, Если бы только я всегда мог смотреть на твою улыбку Я люблю тебя всем сердцем, я хочу собрать весь свет, падающий на тебя, я твой Она ждет, пока песня закончится, прежде чем вмешаться, потому что глядя в потолок, и все еще почесывая живот, он поет так, будто каждое слово в песне про него. Он свободно говорит на четырех языках, несмотря на то, что из-за случившегося так и не закончил среднюю школу. И это одна из причин, по которой она предложила ему свою помощь в освоении нового мира, в который он попал больше года назад. Она не хочет, чтобы кто-нибудь использовал его в своих целях. Он может казаться твердым, как гвозди, но, у него, как у многих хищников, незащищённый живот, и будь она проклята, если оставит мальчика без защиты, чтобы его ранили больше, чем он уже получил за свою недолгую жизнь — От чего ты пытался отвлечься? — Ты имеешь в виду от кого, — честно отвечает он. — Парень. Прошло больше года, и я не знаю, почему не могу его забыть. Я подумал, может быть, если твой способ действительно работает, я встречу кого-нибудь еще, и… — он замолкает. — Честно говоря, я не знаю. — Какой он? — спрашивает его мать, забывая о безумном ошеломляющем результате, и думая теперь только о своём павшем духом сыне. Она впервые об этом слышит. Он слабо улыбается. — У него улыбка, которая может привести в смятение любого. Это как солнце, и оно чертовски яркое, иногда на него больно смотреть, но хочется подойти поближе. Может быть, я обожгусь, а может, уже сгорел, но… Думаю, я хотел, чтобы мне хотя бы дали шанс. — он трет нос. — Может, он узнал, сколько мне лет. Он генеральный директор и, вероятно, не захотел обременять себя малолеткой. Мадам Ким-Юнг наморщила лоб. — Генеральный директор? Сколько ему лет? — Не знаю, но он разработал мой логотип Tracer 85. Она резко втягивает воздух. — Ты не искал его? Он ерзает, чтобы немного приподняться, и теперь полусидит откинувшись на спинку, чтобы было удобнее глядеть на обеих женщин.  — Это может показаться странным, но я… — он почесывает голову, а затем затылок, выражение лица застенчиво, нерешительно, полностью выдает его возраст. — Я хотел, чтобы это он нашел меня. Я не хотел его преследовать. — Ты знаешь компанию, которая разработала логотип? — Зачем? — с внезапной подозрительностью спрашивает он. — Ты собираешься найти его? — Нет, — честно отвечает она. Она не поэтому хочет знать. — Я действительно не буду искать его. Я обещаю. Ибо смотрит на нее пристальным взглядом, выискивая на её лице признаки лжи и не находя. Он заметно расслабляется и снова откидывается на подушки. — «ZZ Studio», вероятно, от его имени и имени его партнера. Чжань и Цзыи. — Ни хрена себе. Он усмехается.  — Я никогда раньше не слышал, чтобы ты ругалась. Мама все время ругается и обвиняет новозеландцев и их грязные рты, но ты аристократка. В чём дело? — Ибо, — тихо отвечает его мать, а не женщина, которая почти задыхается рядом с ней. — Вы подходите друг другу на 97%. Он резко садится, широко раскрыв глаза. — Что? Я? Как? Почему? Что за хрень? Я? — Он тридцатилетний генеральный директор. Ибо протяжно свистит. — Черт, это разница в возрасте. Как, черт возьми, тридцатилетний парень мог идеально подойти практически подростку? — Он графический дизайнер. Наморщив нос, он вопросительно наклоняет голову к матери. — Ха… это странно. Может, это моё пристрастие. Мадам Ким-Юнг начинает смеяться над этим. Скорее истерично. Миссис Ван молча встает и уходит на кухню открыть три бутылки пива. Когда она возвращается, ее подруга все еще рыдает от смеха, слезы веселья и недоверия текут по ее щекам, а Ибо молча наблюдает это с очень озадаченным выражением лица. Ее ребенок. Боже, когда он вырос? И он вырастет еще больше. Фактически, она вкладывала деньги в односторонний Синкансэн прямо во взрослую жизнь, и ни черта она не сделала бы с этим, даже если бы могла. Она протягивает пиво и делает большой глоток. — Мама? Что-то не так? — Ибо, вот твои 97% совпадения. Она поворачивает ноутбук к нему лицом. Полная пивная бутылка падает на пол и разбивается.

*

— Это ведь шутка? — Нет, сынок. — Черт возьми. — Совершенно согласна, — госпожа Ким-Юнг машет своей почти пустой бутылкой из-под пива. Она совсем не двигалась, пока мать и сын убирали беспорядок, учиненный мальчиком. У неё идет кругом голова. — Итак, теперь вопрос в том, хочешь ли ты, быть одним из вариантов? — Разве идея не в этом? — Он клиент, поэтому он может выбирать среди своих восемнадцати совпадений. Как та последняя девушка, которая вечно трахалась. — Нет. — Нет — это означает, ты не хочешь быть в списке? — Нет, я не хочу, чтобы у него были другие варианты. — А. — Я не могу это сделать. — Попробуй. — Ибо, — лицо госпожи Ким-Юнг выражает боль. — Я люблю тебя, как своего собственного сына, но я не могу этого сделать. Среди прочего есть такая вещь, как честный бизнес. — Верни предоплату и скажи им, что не можешь принять, потому что тебе удалось получить только одно совпадение. — А это хорошая идея, Цзецзе, — бормочет госпожа Ван. — С ума сошла? Он более чем на десять лет старше твоего сына! — А мой сын уже влюбился в него, даже не зная об этом. При чем тут вообще возраст? Когда ты смотришь на Ибо на его байке, он выглядит как девятнадцатилетний? Когда ты видишь его на фотосессии, он ведет себя как девятнадцатилетний? Не надо недооценивать его или меня, если на то пошло. Я знаю своего собственного сына, и да, я его поддерживаю, — она кривится. — И, честно говоря, легче быть с ним, чем против него. Он — стихийное бедствие. — Как будто я этого не знаю, — тяжело вздыхает она. — Отлично. Это выходит за рамки моей честности и нравственности, — сурово говорит она, затем смягчает тон. — Однако, поскольку оплата ещё не прошла, я могу убедить себя, что мы не делаем ничего сомнительного. — Я могу заплатить тебе за… — Даже не думай об этом, мальчик. Ты сейчас ступаешь по тонкому льду. Я могу так занять тебя на ближайшие три года, что ты вообще не сможешь увидеть своего мужа. Так что не в твоих интересах позорить меня. Ты уверен, что это верное дело? — Разве это не я должен спрашивать у тебя об этом? — дерзко парирует он, его улыбка освещает его лицо. — Ты уже назвала его моим мужем, и хотя я не знаю, действительно ли это так, но я готов бороться за это. — Это верное дело, — однозначно заявляет его мать. — Кроме того, я родила тебя в восемнадцать лет, и всё обошлось. — Спасибо, мама… Наверное.

***

— Мне очень жаль, госпожа Сяо. Я не могу с чистой совестью взять ваши деньги, поскольку мне удалось найти только одну подходящую кандидатуру. Мы отменили списание, и ваш банк сообщил, что средства вернутся на ваш счет в течение недели. — Одну? — дама в ужасе смотрит на нее. — Айё, ЧжаньЧжань, что же ты наговорил во время собеседования… ай, этот мальчик станет причиной моей смерти! — она тяжело вздыхает. — Вы знаете, что он никогда не приводил домой ни одного человека? Мужчину или женщину? Ему 30 и… — она ​​вскидывает руки. — Наверно, этому не суждено случиться, — снова немного драматично вздыхает она. — Пожалуйста, не вините его. Это была моя ошибка, — уверяет госпожа Ким-Юнг. — Но этот кандидат — бесспорный факт. Уровень совместимости зашкаливает, и я поставлю на него свою репутацию, даже без оплаты. Пожилая женщина вздыхает в третий раз. — Ну, у меня нет выбора. Хорошо, покажите мне. Она передает папку и смотрит, как женщина внимательно ее просматривает.

*

— Вы уверены, что это правильно? — Да. Мы проверяли это несколько раз. — Он так молод, а его профессия настолько опасна. Как они смогут создать семью? — теперь она хмурится. — А по совместительству модель? Модель? Разве они все не взбалмошные пустышки? Мой сын генеральный директор! Он не хочет статусную жену или мужа. Ему нужен кто-то реальный. Мадам Ким-Юнг наклоняется и перелистывает на нужную страницу. Она изучила эту чертову штуку спереди назад, сзади наперед и все, что между ними. Она должна продать этот лот, и будь она проклята, если проиграет. — Их ответы на вопросы анкеты совпадают. Если ваш сын отвечал правдиво, этот мужчина — все то, что ему нужно в супруге. Они оба согласны либо с усыновлением, либо с суррогатным материнством, либо с тем и другим, и даже хотят одинаковое количество детей и домашних животных. — лед на её лице слегка трескается, и она улыбается. — Они оба написали про готовность принять мою занятую жизнь и рабочий график, не меняя кардинальным образом свою жизнь для меня, и с готовностью быть моим плюсом без жалоб и посещать скучные мероприятия, — голосом подчеркивает она. — Я, конечно, перефразировала, но они, по сути, они оба сказали то же самое. — Но разве им не будет скучно? Ее бровь поднимается. — Они совпадают в важных вопросах и различаются в какой-нибудь ерунде. У них разные интересы и призвания, но по сути они хотят одного и того же и имеют очень похожие основные ценности. Могу с уверенностью сказать, что им будет очень трудно наскучить друг другу. — она делает секундную паузу. — И они оба готовы бросить работу ради стабильной семейной жизни. Оба. — Вы говорите так, будто это уже свершилось. — Я уверена, понимаете? — госпожа Ким-Юнг откидывается на спинку стула и безмятежно улыбается. — Я в этом специалист. — она постучала по кончику своего носа. — Вам просто нужно довериться мне. — Я вижу, что у меня нет выбора. — У каждого есть выбор. Я просто предлагаю вам беспроигрышный вариант. — Без каких-либо затрат? — Без каких-либо затрат. Госпожа Сяо вздыхает в который раз. — Ну ладно. Думаю, мне нечего терять. Можете ли вы узнать, свободен ли Ван Ибо в следующие выходные? Как раз в это время у меня будет ежемесячный ужин с Чжаньчжанем. — Я уточню у него и перезвоню вам. — Отлично.

***

— Ма, мы можем отложить ужин на следующей неделе? У меня дедлайн, а мой главный дизайнер слёг с ветряной оспой. У взрослых она проходит гораздо хуже, чем у детей. Кто, черт возьми, заболевает ветряной оспой во взрослом возрасте? Поскольку она только что согласовала дату и время с госпожой Ким-Чжон, она не собирается дать сыну сорваться с крючка без боя. — Это в офисе или дома? — Слава богу, дома. По крайней мере, со всеми удобствами. — А как насчет того, чтобы провести ужин в твоей квартире? Я не была в пентхаусе с тех пор, как помогала тебе переехать, и это была просто куча коробок. — Возможно во время ужина мне придется отвечать на звонки по работе, — предупреждает он. — Нам действительно нужно закончить. Это для Monster Energy. К тому же они запускают совершенно новый проект, и сузили свой выбор до трех студий, и мы одна из них. Нам сказали об этом только сегодня. — он проводит рукой по волосам, шагая по офису. — Единственное, что нам сказали, что это для спортсменов, и они хотят посмотреть наши идеи по этому поводу. Я ни черта не знаю про спортсменов. Это должно быть забавно. Может, мне просто отказаться сейчас? Миссис Сяо задумчиво мычит. Она знает одного спортсмена. — Слушай, а если перенести ужин пораньше? Скажем, в эти выходные. Это даст тебе больше времени для работы над этим проектом. Но место встречи то же самое — твоя квартира. — Спасибо, мама, ты лучшая. Мне все равно, вероятно, придется отвечать на звонки по работе, но да, так будет лучше. — Хорошо, мне надо кое-что уточнить, и я перезвоню тебе. — Конечно.

*

— Эти выходные? Мне нужно встретиться с Monster Energy, чтобы подписать те бумаги, помнишь? Я уверен, что ты помнишь, потому что ты тоже должна быть там. — Это касается обеда. — Ты действительно собираешься серьезно усложнить мою жизнь, да? — Эй, как постелешь, так и поспишь. — Ну… — Не надо. Я не хочу знать. Я серьёзно. Он хихикает и изображает, будто целует ее через телефон. — Хорошо, тетушка. Планируй как хочешь. Если я буду опаздывать, поеду туда на мотоцикле. — Не смей. Я хочу, чтобы ты выглядел презентабельно. — Знаешь, в первый раз, когда он побежал за мной, я переодевался в комбинезон на стоянке. Он видел, как я выезжаю с парковки на мотоцикле. А во второй раз я только что выиграл свою первую гонку. Ему все равно, если я появлюсь в таком виде. — Он побежал за тобой? — Да… еще в Новой Зеландии. На другой линии на несколько секунд царит тишина, прежде чем происходит внезапный взрыв. — Ван Ибо, тебе было 16… может быть 17, в Новой Зеландии, когда ты начал ездить на этой штуке! — Мн. Причем легально, — заканчивает он с ухмылкой. — Мне пора. — Твоя мать убьет меня. Потом тебя. Потом Сяо Чжаня, могу поклясться. — Тогда не говори ей. Пока, тетушка. Она смотрит на свой отключённый телефон. «Не говорить ей? Ты сумасшедший?» Со вздохом посмотрев на кучу документов на столе от представителей Monster Energy, которые заранее прислали контракт, она качает головой и тянется к телефону, чтобы позвонить миссис Сяо и подтвердить дату.

***

— Боже мой, что ты сделал со своими волосами? — Мои волосы? — Сяо Чжань отступает в сторону, чтобы впустить напуганную мать в свою квартиру. Он смущенно пробегает рукой по короткому ёжику. — А, у чьего-то ребенка были вши, и он принес их в офис. Мы все на всякий случай постриглись. Я думаю, ЗиЗи до сих пор благодарит Небеса за то, что она в то время была в командировке. Она проходит мимо и останавливается как вкопанная, наклоняется к сыну, затем отходит от него дальше, чем это даже было, когда он открыл ей дверь. — Сяо Чжань, — в ужасе спрашивает она, — почему от тебя так пахнет? Он принюхивается, морщит нос, закрывает дверь и поворачивается к ней. — Я не пахну настолько плохо, — возражает он, когда они вместе входят в квартиру. Я не принимал душ сегодня… а может быть, вчера из-за работы, но… — Ты пахнешь собой… тушеным мясом… и ещё чем-то жареным. — она снова останавливается и смотрит на него сверху вниз, качая головой. — ты больше похож на курсанта военного училища, чем на генерального директора успешной компании. — она снова качает головой и вздыхает, глядя на своего красивого сына, которому сейчас не дашь больше двадцати одного года. — Я пригласила на обед твою пару. Он должен прийти сюда в течение получаса. Сяо Чжань изумлённо и недоверчиво таращится на мать. — Ты сделала что?! — Ну да, — она ​​слегка улыбается, — я рассказывала тебе об этом. — Ма, ты сказала, что был только один кандидат, и что сваха сказала, что она уверена в нём, но ты не упоминала про ужин! — Сяо Чжань разворачивается на каблуках и в спешке бросается прочь. — Мама! Я не могу в это поверить! Сяо Чжань поднимается по лестнице в квартире, перескакивая через две ступеньки.  — Следи за кастрюлей и, пожалуйста, убедись, что она не выкипит. Мне нужно принять душ и переодеться. — Я даже не ожидала, что мой сын не примет душ или не оденется должным образом к обеду с человеком, который его породил! Что это за приём такой? Сяо Чжань снова появляется наверху на открытой площадке мезонина перед главной спальней, обнаженный до пояса.  — Мама, я же говорил тебе, что занят! — Это не значит, что ты перестаёшь есть, принимать душ или переодеваться. Боже мой, что я сделала не так? Она наблюдает, как он перегибается через перила, его длинное тело слишком худое, даже тощее, на её материнский взгляд, но, поскольку она наблюдает за ним объективно, то признает, что, вероятно, его телосложение понравится этой профессиональной гоночной модели. — Мам, мне очень жаль. Я просто немного нервничаю. Все нормально. Надеюсь, ему нравится острая еда, потому что я готовил только тушеное мясо, и больше ничего. — он отталкивается, поворачивается и исчезает из ее поля зрения. Вспоминая, что Ван Ибо большую часть жизни провел в Новой Зеландии, она сильно в этом сомневается. Смирившись с тем, что вечер обречён на провал, и благодарная свахе за то, что она вернула ей деньги, потому что сейчас творится настоящий бардак, она идет к плите, чтобы помешать суп, который научила готовить своего сына. «Действительно, пригляди за этой кастрюлей», — усмехается она про себя. — «Какой безнадежный ребенок. Я не думаю, что от этого Ван Ибо будет хоть какая-то польза, но то, что сделано, сделано».

*

Сяо Чжань стоит в душе, горячая вода льётся на него. Она горячая настолько, что практически на грани боли. Наклонив голову, он наблюдает, как вода стекает в канализацию. Он надеялся, что горячая вода отвлечет его, но не тут-то было. Его глаза мокрые, слишком мокрые. Он не может отличить ему горячо от воды или от слез сожаления. Почему он не попытался его найти? Почему он не мог просто попросить его номер? Почему он понадеялся, что они снова столкнутся друг с другом? Почему он не принял предложение ЛуЛу порасспрашивать о нем, раз уж она узнала, что он подрабатывает моделью? Почему, почему, почему, почему? Он до сих пор не понимает, почему этот парень так поразил его. ЛуЛу и Цзыи пытались объяснить, что это случается иногда, когда встречаешь того единственного. Они поженились через месяц после знакомства, что было нехарактерно для них обеих. Даже Цзыи была непреклонна в том, что он должен хотя бы попытаться найти его и извиниться за то, что пропустил эту гонку, хотя это не его вина. Таких парней не пруд пруди, и если он просто надеется на интуицию, то может в конечном итоге разочароваться. Забавно, но ЛуЛу придерживалась другого мнения, не соглашаясь со своей супругой, считая, что если это действительно должно произойти, то оно произойдет. Хотя она предупредила Сяо Чжаня, что если он позволит Ван Ибо ускользнуть в четвертый раз, она сама заживо снимет с него шкуру. К черту достоинство или застенчивость, просто выкладывайся или проваливай. Тяжело выдыхая через рот, Сяо Чжань моргает, глядя на водоворот стекающей воды. И теперь вмешалась его мать и, по-видимому, нашла ему пару, которая, по словам свахи, идеально подходит. Абсолютная дерзость предположить такую ​​вещь по-первости разозлила его, но теперь он встревожился. Он хочет забыть Ибо, если этому не суждено быть. Но похоже Цзыи права, и он даже не дал ему никакого шанса. Он не хочет заменять его кем-то и сожалеть об этом всю оставшуюся жизнь. Даже сейчас горький привкус сожаления остается на его языке, практически душит его. Он не может подвергнуть этому кого-то еще, когда сам не покончил с этим. Откинув голову назад, чтобы горячая вода лила на лицо, смывая слезы, он вспоминает их последнюю встречу и слова, которые сказал Ибо: «спроси меня ещё раз в следующем месяце». Он сжимает и разжимает кулак, наконец решив это сделать. Его мать вынудила его, и он переживет этот обед, но больше ничего, это только укрепит его решимость выследить юношу и спросить его, даже спустя пятнадцать месяцев. Он спросит, потому что в противном случае он не сможет двигаться дальше ни с кем, независимо от того, что он думает. И он примет ответ Ибо, каким бы он ни был, хотя в глубине души он отчаянно надеется, что ещё не слишком поздно.

*

Г-жа Сяо смотрит на стоящего перед ней молодого человека. Он одет в черную мотоциклетную кожу со светоотражающими полосками, обеспечивающими видимость в темноте. Одной рукой он держит ярко-зеленый шлем, а в другой — букет цветов и коробку с чем-то еще. Она впускает его и немного злится на сваху, потому что его фотографии несправедливы к нему. Она считала, что довольно привлекателен, но юноша, стоящий перед ней, просто потрясающий. Волосы растрепались, когда он снимал шлем, глаза феникса пристальные и темные, со взглядом взрослого человека, она не ожидала этого от совсем еще подростка с ромбовидным подбородком и такими тонкими, но мужественными чертами лица, и она не замечает, что смотрит на него до тех пор, пока он не подаёт голос. — Госпожа Сяо? Его голос. Конечно, он должен был звучать как-то так. Голос намного ниже, чем ожидалось, но на самом деле довольно интересный. Кому бы ни подходил этот юноша, можете быть уверены, он будет с тем, в ком лично заинтересован, потому что никто в здравом уме, мужчина или женщина, не сможет ему противостоять. Ее сын тоже хорошо выглядит, но как мать, она не видит его с точки зрения потенциального партнера. Однако, глядя на этого молодого человека, она горячо молится за своего сына. Вообще-то, она не уверена, что он не вытворит что-нибудь. В нем есть что-то притягательное, почти животное, не поддающееся соблазнам, но чужая душа — потёмки. — Да, да, мне так жаль, где мои манеры? — она самоуничижительно хихикает. — Я уверена, что вы часто с этим сталкиваетесь, люди не сводят с вас глаз. Мне очень жаль, что я оказалась одной из них. Вы застали меня врасплох, вот и все, — она ​​вводит его в квартиру, останавливаясь только тогда, когда он останавливается. — Это для вас, — он немного неловко протягивает букет. — Спасибо, что пригласили меня. Я знаю, что вас беспокоил мой возраст. Она берет букет и столь же неловко отмахивается от него.  — Ах, не волнуйтесь. Я не должна была выносить никаких суждений, не встретившись с вами. — Вас больше это не беспокоит? — спрашивает он с легкой радостью в голосе. Именно этот неожиданный дразнящий тон заставляет ее заметить юмор в его глазах и то, как слегка дергается вверх уголок его рта. — А, ну… — она слегка краснеет. Он смущает её, уделяя все свое внимание. — Мой сын молод душой, да и вы не похожи на подростка. Мой собственный сын никогда бы не догадался принести мне цветы. — Возможно, я просто хочу произвести на вас хорошее впечатление, — смеется он и протягивает коробку. — Вот, немного вяленых фруктов на десерт. Я заказал их заранее и забрал по пути сюда. Она улыбается, не в силах сдержаться.  — Что ж, какими бы ни были ваши намерения, вы хорошо справляетесь. — Здесь есть где-нибудь ванная? — Он с застенчивым видом теребит шнурок на груди. — Мне пришлось задержаться по работе, а потом ехать прямо сюда. У меня с собой есть одежда, чтобы переодеться. В нынешнем состоянии я непригоден для званого ужина. Госпожа Сяо от души смеется, вспомнив, в каком состоянии совсем недавно был её сын. — Ну, вы выглядите лучше моего сына, это точно. Он наверху принимает душ. — она не замечает блеска в глазах молодого человека и продолжает. — Здесь внизу есть гостевая спальня с ванной комнатой. Там вам будет удобнее, заодно можете повесить кожаную одежду, если хотите. — Спасибо, — отвечает Ибо, его голова уже поднята вверх и повернута в сторону открытого антресольного этажа. С разрешения госпожи Сяо он кладёт свой шлем на маленький столик и следует за ней в гостевую спальню.

*

Сяо Чжань спускается вниз и идёт к своей матери. Она ставит хого на обеденный стол и весело напевает. Вообще-то он довольно общительный, но дома предпочитает уединение, и кроме матери, Цзыи и ЛуЛу, в его квартире ещё никого не было. Обеденный стол представляет собой компактный круглый мраморный стол, за которым при необходимости удобно разместятся пять, ну может, шесть человек. Когда он видит шлем, он счастлив, что уже стоит на полу, не подвергаясь риску упасть с лестницы. Тяжело сглатывая, он не может оторвать от него глаз. Очень знакомый ярко-зеленый цвет, хотя с того места, где он стоит, не видно, есть ли там лого Tracer85. Пора взять себя в руки. Этот парень ему уже везде мерещится, достаточно лёгкого намёка. — Ма… а почему на столике шлем? Она лучезарно улыбается ему со своего места.  — Твоя пара здесь. — Он едет? — Сяо Чжать спешит к ней, чтобы помочь. — Подожди… он здесь? — В комнате для гостей. Он приехал сюда, одетый в кожу, — хихикает она. — Боже, почему это звучит так таинственно? Ему нужно освежиться и переодеться. Такой хороший мальчик, — она ​​искоса смотрит на него. — Почему ты так взволнован? Вы еще даже не знакомы. — Я… эээ… это ничего, просто у меня здесь ещё никогда не было посторонних. — О, он точно не альфонс. У него есть собственный доход. Я проверила, — весело отвечает она. — Он зарабатывает много денег, снимаясь в рекламе и тому подобном. Снимается в рекламе? Сяо Чжань слышит звон в ушах. — Что… что он делает? — Сяо Чжань уверен, что его голос звучит так же высоко, как и в его собственных ушах. — Ты говорила, что это гарантированное совпадение. Она делает паузу и поворачивается к сыну, заметив, наконец, что он надел классический серый костюм, но оставил верхнюю пуговицу рубашки расстегнутой, чтобы сделать вид менее формальным. — Айя… почему именно сегодня ты решил выглядеть на свой возраст? — Хм? — Сяо Чжань задумчиво похлопывает по пиджаку. — Ты хочешь, чтобы я переоделся? Она критически осматривает его, от кончиков коротких волос до босых ног, выглядывающих из-под сшитых на заказ брюк. — Нет, — признает она. — Ты выглядишь хорошо. Очень симпатичный. По крайней мере, вы двое похожи друг на друга. — Мама? Миссис Сяо наклоняется и шепчет ошеломленному сыну. — Он очень красивый. Честно говоря, фотографии, которые я видела, не передают всей его привлекательности. — Зачем ему тогда сваха? — подозрительно спрашивает Сяо Чжань. Она фыркает и хлопает сына по плечу. — Я могла бы спросить у тебя то же самое. Вы оба, очевидно, слишком заняты, чтобы встречаться с кем-то, так что теперь вам друг от друга никуда не деться. — она мечтательно сжимает руки. — И вы оба не против суррогатного материнства. Представьте себе, какие прекрасные дети у вас будут. Сяо Чжань неловко кашляет и оглядывается, не видно ли поблизости какого-нибудь незнакомого красивого парня, подслушивающего их. — Ма, — шипит он, — давай не будем забегать вперед, пожалуйста. Я ещё даже не видел его, и ты не ответила на мой вопрос. Чем он занимается? — О, — она немного замялась. — Что ж, я не знаю, как ты к этому отнесёшься, но… он профессиональный спортсмен. — Спортсмен? — от удивления у него отвисла челюсть. - Не зря сваха вернула тебе деньги. Что у меня может быть общего со спортсменом? Я даже не люблю спорт. — Ну, — она ​​похлопывает его по груди, — не торопитесь. Он не тупой качок или что ты там себе напридумывал. Он очень внимательный мальчик и говорит на четырех языках. — она указывает на вазу с цветами на кухонном столе. — Он даже принес мне букет. Герберы. — Четыре? — Китайский, английский, японский и корейский. Судя по всему, он подхватил японский и корейский у других байкеров, из аниме и корейских сериалов, которые любит смотреть его мать, но он говорит по-английски, потому что большую часть своей жизни прожил в Новой Зеландии. Рука Сяо Чжаня сжимает чашу, которую он держит, широко раскрытыми глазами он всматривается в счастливое лицо матери, в то время как абсолютно невозможная надежда взрывается в его груди. — Как его зовут? Она с любопытством наклоняет к нему голову. — Я не говорила тебе? — Нет, мама. Не говорила. Никогда. — Его зовут Ван Ибо.

*

Ибо мечется по гостевой спальне. Он уже переоделся, но внезапно он начинает сомневается в себе. Всё в этой квартире кричит о возрасте. Сяо Чжаню тридцать. Их разделяет более десяти лет. О чем, черт возьми, он думал, предполагая, что это может сработать? Несправедливо, что он выглядит чуть старше двадцати, хотя, честно говоря, Ибо чертовски уверен, что Сяо Чжань тоже понятия не имел, сколько ему лет, и он тоже выглядит так, как будто ему тоже около двадцати. Он проверяет Ролекс на запястье, а в животе порхают бабочки. Ладно, может, он не совсем продумал это. Что, если Сяо Чжань не приехал на гонку, потому что не хотел? Что, если он не хотел знать ответ? Он должен поставить в этом точку. Если на самом деле ничего не было, и если это только его разыгравшееся воображение, по крайней мере, сегодня вечером он положит этому конец. Но в глубине души он знает, что не сможет отпустить не попытавшись. Сяо Чжань трижды пытался сблизиться с ним, он может сделать ответную услугу. Ему просто нужно указание, знак. Что нибудь. Что-либо. Он теребит цепочку на шее, его лицо напрягается, когда он вспоминает великолепную улыбку, красивую россыпь родинок и то, как Сяо Чжань не мог оторвать глаз от леденца во рту. Леденец. Он шарит в карманах джинсов, там пусто. Метнувшись к своей сумке, он роется в ней и чуть не вскрикивает от облегчения, когда находит. Не думая о том, что скоро обед, он разворачивает конфету, громкое шуршание обертки заглушает тихий стук в дверь, сует ее в рот, бросая пустую обертку обратно в сумку, и тихий голос за его спиной говорит. — Ты. Ибо очень медленно поворачивается на голос, посасывая леденец, чтобы успокоить растущее напряжение. Он даже не может сказать, означает ли это «ты» «рад тебя видеть» или «что, черт возьми, ты делаешь в моем доме». Когда их глаза встречаются, кровь начинает бежать быстрее, стучать в его ушах, отдаваясь в голове, когда он смотрит на красивого мужчину, стоящего с почти беспомощным выражением лица. Ибо вытаскивает леденец и облизывает нижнюю губу, замечая, что Сяо Чжань взглядом следует за ним. — Гэгэ. Сяо Чжань издает странный оборванный звук, сжимает и разжимает руки, глядя на потрясающего брюнета. Ибо одет в черные джинсы с белой футболкой, заправленной спереди, но выпущенной сзади, и куртку Letterman. Простой черно-белый стиль, и все же он сияет, как маяк, его свет такой сильный, но Сяо Чжань боится отвести взгляд, чтобы он не исчез. Ибо первый подходит, преодолевает небольшое расстояние между ними и останавливается, едва не коснувшись их тел. Даже без контакта они все еще хорошо чувствуют себя в личном пространстве друг друга. Он наклоняет голову, его взгляд пробегает по чертам лица Сяо Чжана, прежде чем падает на волосы. — Красивая причёска, — замечает он с ухмылкой, прежде чем сунуть леденец обратно в рот. Генеральный директор чувствует запах арбузных конфет. Искусственная сладость становится спусковым крючком для множества вещей, которые он пытается контролировать. Однако на данный момент все неважно, значение имеет только то, что он сейчас видит. Его рука движется самостоятельно, и прежде, чем он успевает остановиться, пальцы обхватывают знакомую голову быка. — Ты носишь это. — Я никогда не снимаю его. Глаза Сяо Чжаня скользят по Ибо и встречаются с его проницательным взглядом.  — Нам нужно поговорить. Губы Ибо дергаются в предвкушении, и он вытаскивает леденец. — Может, после обеда? Твоя мать здесь. — он делает секундную паузу. — Мы ей скажем? Он сразу же качает головой. — Нет. Скажем ей потом. — Потом? Мужчина кивает.  — Да, потом. Она уже планирует наших детей, так что подумай, я тебя предупредил. Рот модели изгибается в широкой улыбке. — Думаю, я ей нравлюсь. Но когда потом? — После того, как поженимся. — Вау, — выдыхает Ибо, затем усмехается и слегка пинает Сяо Чжаня локтем. — Посмотри на себя. Ты перешел от безуспешных попыток пригласить меня на свидание к тому, чтобы сказать, что мы поженимся. — Я должен сделать тебе предложение? — весело спрашивает Сяо Чжань. — Зачем кому-то соглашаться на сватовство, если он не согласен на брак? Сваха обещала, что это действительно так. — Она обещала, а? — улыбка Ибо становится шире. — Что ж, она права. Ибо сует леденец обратно в рот, но ненадолго. Он лишается дара речи, когда у него крадут леденец. Сяо Чжань наклоняется, чтобы прижаться губами, всасывает леденец и перекатывает его в свой собственный рот, и, чертовски довольный собой, отстраняется. — Думаешь, ты такой ловкий, да? — бровь Ибо вопросительно приподнята, когда Сяо Чжань так забавно улыбается, его глаза превращаются в милые маленькие полумесяцы. В этот момент кто-то стучит в дверь, и они разлетаются, хотя в этот момент даже не касались друг друга. Дверь открывается, и миссис Сяо с любопытством просовывает голову в комнату. — Почему вы так долго? — затем она замечает сына и щурится на него. — ЧжаньЧжань? Почему ты ешь леденец перед ужином? — её глаза сужаются. — Откуда ты вообще взял леденец? Ибо начинает ржать.