Во власти Тьмы: Юньмэн

      Добраться до Юньмэна оказалось достаточно просто – им никто не мешал ни по пути к лодкам, ни на воде, когда все вместе плыли в сторону Пристани Лотоса. Первым на пирс спустился Вэй Усянь, практически выскочив на дощатую поверхность. Следом за ним размеренной походкой вышел Лань Ванцзи. Только после них на пристань сошли представители клана Вэнь.       — Шисюн, ты вернулся! — сразу послышались со всех сторон голоса адептов ордена Цзян, стоило прибывшим не слишком ровным строем оказаться во внутреннем дворе. Во время резни в Пристани Лотоса, устроенной кланом Вэнь, не все находились на территории Ордена: кто-то уходил с заданиями от главы, кто-то был на ночной охоте, так что оставались еще в живых те, кто рос, воспитывался и тренировался с Вэй Усянем. Их отношение к нему было совсем не таким, как у других кланов. Конечно, клан Вэнь встретили не столь радужно, но никто не сказал и слова против – если уж глава Ордена и первый ученик, который вместе с тем был его правой рукой, решили, что эти люди могут находиться здесь, то у них не было причин с этим не соглашаться. Впрочем, даже если и были – никто не осмеливался озвучить свои опасения.       — Где Цзян Чэн? — Вэй Усянь с улыбкой здоровался со знакомыми заклинателями, чуть склоняясь, знакомясь с остальными, которые были приняты в клан уже после его ухода, видя в их глазах легкий страх, ведь перед ними стоял сам Старейшина Илина. Однако, стоящий рядом с ним Лань Чжань, которого все почитали и уважали, успокаивал. Если даже столь почитаемый и праведный человек мог стоять рядом с Вэй Усянем плечом к плечу, то почему они должны были допускать какие-то ужасные мысли по поводу деяний их шисюна?       — Он у себя. Клан Вэнь может остаться здесь, чтобы переодеться и затем вступить в Орден, — вперед вышел высокий юноша, который был одним из тех, кто отсутствовал в Пристани Лотоса во время нападения Цишань Вэнь. Он рос вместе с Цзян Чэном и Вэй Ином, знал их обоих с детства, а потому просто не мог относиться к своему шисюну, как к убийце.       Вэй Усянь, выслушав это, кивнул и развернулся к стоящим сразу за ним Вэнь Нину и Вэнь Цин.       — Оставайтесь здесь. Мне нужно поговорить с Цзян Чэном, — получив в ответ на свои слова лишь кивок со стороны девушки, Вэй Усянь снова развернулся, на этот раз к мужчине в белом, что стоял рядом с ним.       — Лань Чжань, идем, — позвал он с привычной широкой улыбкой на губах. Почему-то так повелось, что еще с первой их встречи во времена обучения в Гусу Лань Вэй Усянь не мог смотреть на Лань Чжаня без улыбки. Он мог бы привести десятки, а то и сотни аргументов, почему так происходит, но ни один из них, пожалуй, не мог быть полностью правдивым. Да о чем говорить – он и сам не понимал до конца, почему так происходит. — Мгм, — кивнул Лань Ванцзи и вместе с Вэй Усянем отправился к Главе Ордена Цзян. Он и не предполагал, что его визит в Илин закончится тем, что он вместе с Вэй Ином и кланом Вэнь отправится в Пристань Лотоса.       Цзян Чэн в это время сидел на троне в очередной раз протирая Саньду, будто за время нахождения в ножнах с ним могло что-то случиться. На самом же деле это помогало Цзян Чэну думать – размеренные монотонные движения, не требующие большой вдумчивости, позволяли легче сосредоточиться на собственных мыслях, а сейчас ему это было необходимо как никогда.       — Глава Ордена Цзян, — Лань Ванцзи сложил руки перед собой, первым приветствуя Цзян Чэна, когда они с Вэй Усянем оказались в торжественном зале, где обычно проходили различного рода сборы кланов и Орденов, а также приемы заклинателей и просителей, когда таковые приходили.       Цзян Чэн, вернув Саньду в ножны, поднялся на ноги и тоже обхватил одну руку другой, приветствуя Лань Ванцзи:       — Ханьгуан-цзюнь. Не знал, что Вы также прибудете в Пристань Лотоса, — на удивление довольно доброжелательно отозвался Цзян Чэн, который несколько лет винил Лань Ванцзи в том, что косвенно и он был виноват в нападении на Орден Цзян, ведь не спаси его тогда Вэй Усянь в пещере Черепахи-губительницы, он мог и не вызвать столь сильный гнев со стороны Вэнь Чао. Сейчас же, обдумав все то, что сказал ему Вэй Усянь в пещере Фумо, еще раз поразмыслив над той ситуацией с гротом в Цишань, он пришел к выводу, что это все равно бы случилось. Нашелся бы любой другой предлог, чтобы напасть на Пристань Лотоса и сделать в ней еще один надзорный пункт, как в других местах. Цишань Вэнь хотели избавиться от всех сильных Орденов и получить полную власть над заклинательским миром. Нужно было лишь найти поводы.       — О, Ханьгуан-цзюнь случайно повстречался мне в Илине и согласился проводить нас до Юньмэна. Он же хотел, чтобы я вернулся на Правильный Путь, — хохотнул Вэй Усянь, совершенно беззаботно опираясь рукой на плечо Лань Чжаня, но получив от того взгляд, не успев разобраться в его посыле, он неловко поднял руку и смахнул с белых одежд несуществующую пыль, которая могла там остаться. Цзян Чэн закатил глаза от этой картины. Столько раз он уже говорил Вэй Усяню не приставать к Лань Ванцзи, но тот все равно его не слушал и делал всё по-своему.       — А ты решил вернуться на Правильный Путь? — Цзян Чэн изогнул бровь, в упор смотря на Вэй Усяня. Тот же в ответ сначала только усмехнулся, несколько раз касаясь указательным пальцем носа, а затем покачал головой. Он физически не мог вернуться на широкую и светлую дорогу, проложенную поколениями других заклинателей, а потому ему так и придется идти своей темной тропинкой, прокладывая её в первую очередь для себя, а уже потом, может быть, и для других.       — Нет, но! — он сразу поднял одну руку, а вместе с ней и голос, потому что двое мужчин, которых он считал самыми близкими людьми, тут же уперлись в него взглядами, от которых по загривку пробежались неприятные мурашки, — Я полностью себя контролирую. Темную энергию я тоже контролирую. В конце концов, Лань Чжань, ты ведь сам хотел мне помочь с этим, не так ли? Я согласился на твое предложение, — Вэй Усянь указал пальцем на человека о котором говорил, пытаясь перевести центр внимания с себя на что-нибудь еще. Собственно, он нисколько не врал. Он отлично держал себя в руках до тех пор, пока его чувства не переливались через край. Собственные негативные эмоции могли начать настолько преобладать, напитывая Тьму в его подчинении, что она начинала проникать в его разум, затуманивая его.       — Думаешь, у Ханьгуан-цзюня дел других нет, кроме как за тобой следить? — Цзян Чэн закатил глаза и указал, наконец, на приготовленные слугами столы с чаем и небольшим угощением, приглашая остальных присесть для продолжения разговора. Сейчас никто и никуда не торопился, так что они вполне могли немного расслабиться и побеседовать.       — Я могу приходить раз в несколько дней, если Глава Ордена Цзян не будет возражать, — это была одна из немногих ситуаций, когда Лань Ванцзи произнес достаточно длинное предложение, не ограничиваясь лишь парой слов, а то и вовсе утвердительным звуком, каким обычно говорил с Вэй Усянем. С другими, впрочем, он мог не издавать звуков вовсе.       — Вот и договорились! Он не будет против, Лань Чжань, будь уверен, — Вэй Усянь, естественно, отреагировал и ответил быстрее Цзян Чэна, решив, что раз в несколько дней видеть в стенах Пристани Лотоса Лань Чжаня будет весьма приятно, если тот пообещает не читать каждый раз одних и тех же нотаций о праведности, душе и ее разрушении.       На пару минут в зале повисла тишина, нарушаемая лишь шагами и едва уловимым шорохом одежд, пока заклинатели рассаживались за приготовленные для них столики.       — Кстати, остатки выжившего клана Вэнь тоже здесь. Думаю, их главой будет Вэнь Цин. А в Ордене Цзян появятся первоклассные лекари, — Вэй Усянь взял в руку сосуд с вином и сделал из него небольшой глоток, смачивая горло, после чего вернул его на столик и оперся на него же одной рукой. Появлялось ощущение, что из всех присутствующих язык был только у него, потому что остальные только слушали и ничего ему не отвечали. Если молчание Лань Ванцзи совершенно не было удивительным, то вот молчащий Цзян Чэн вызывал вопросы. Не мог же он измениться всего за пару дней?       — Завтра мы отправимся в Башню Кои. Я объявлю о том, что ты вернулся в клан Цзян и что клан Вэнь присоединяется к нам, — Цзян Чэн в это время уже снова занял свое место во главе зала, после слов выпивая налитый в его чашку чай, — А тебе придется объясниться за тропу Цюнци и убитых на ней заклинателей.       — Ты же понимаешь, что они не станут меня слушать? — спокойно поинтересовался Вэй Усянь, который один раз уже объяснял свою позицию во время разговора в пещере Фумо, и теперь не слишком хотел проговаривать все еще раз. Предвзятое отношение других кланов и так было понятно. Он не сомневался, что его уже давно заклеймили, как убийцу и любые доводы будут звучать как оправдание, а не обычный факт.       В этот же момент в залу зашел один из заклинателей, поклонившись главе и его гостям, после чего объявил, что клан Вэнь готов к принятию. Получив распоряжение от Цзян Чэна, он удалился.       — Идем, — Цзян Чэн поднялся на ноги и первым пошел на улицу. Следом за ним бок о бок выдвинулись Вэй Усянь и Лань Ванцзи.       На площади перед входом в залу выстроилось несколько десятков человек – все выходцы из клана Вэнь, теперь более опрятные, причесанные, одетые в фиолетовые одежды Ордена Цзян. Впереди всех стояла Вэнь Цин. По правую руку от нее – Вэнь Нин, который вполне осознанным взглядом смотрел на Цзян Чэна. Прошло всего три дня, а тот уже не лежал облепленный с ног до головы талисманами, вместо этого он спокойно стоял и вместе со всеми ждал слов нового главы.       — Тебе все же удалось пробудить его сознание? — Цзян Чэн понизил голос, коротко взглянув на Вэй Усяня, который отставал от него всего на шаг. Глава Цзян до последнего не верил в то, что у него получится вернуть разум Вэнь Нину, потому как даже сама мысль об этом была похожа на детскую наивную сказку, где всё должно закончиться хорошо. Впрочем, когда им было по пятнадцать лет, Путь Тьмы так же казался вымыслом, который юный Вэй Ин высказал прямо в лицо Лань Цижэню. Старик Лань тогда был прав в одном – если кто-то задумается всерьез над таким видом заклинательства, спокойно жить ему не дадут. Вэй Усянь в полной мере ощутил это на собственной шкуре, но жалеть ему было уже не о чем. Это был его личный Путь.       — Ага. Вчера вечером. В очередной раз сделал невозможное, — довольно кивнул Вэй Усянь, которому хоть и с невероятными усилиями, но все же удалось воссоединить сестру и брата Вэнь, что однажды и сами помогли им, на самом деле сильно рискуя собственными жизнями и положением при правящем тогда клане Вэнь. Цзян Чэн тогда был без сознания большую часть времени, а потому не слишком проникся к ним чувством благодарности и симпатии. Но исходя из всего, что ему рассказал Вэй Усянь, ему действительно стоило ответить выжившим из клана Вэнь услугой на услугу. Скорее даже не так. Ответить спасением на спасение, учитывая, что только благодаря этим людям он сейчас занимает свой пост.       Речь Цзян Чэна прошла быстро, как и ответное слово Вэнь Цин, что говорила сразу от лица всех представителей своего клана. Быстро закончив со всеми формальностями, весь клан Вэнь поклонился в пояс, признавая главу Ордена. После короткой церемонии принятия все разошлись по своим делам: люди клана Вэнь отправились на расселение в Пристани Лотоса, Цзян Чэн вернулся в залу, а Лань Чжань и Вэй Ин остались стоять у входа, несколько секунд молча смотря друг на друга.       — Спасибо, что заступился за меня на прошлом совете орденов, — улыбнулся Вэй Ин, чуть приподнимая вместе с тем брови, и просто пошел вперед, прекрасно понимая, что Лань Чжань пойдет следом за ним, а затем развернулся к нему лицом, шагая спиной вперед. Он слишком хорошо знал это место, чтобы бояться наткнуться на что-либо.       — Они пытались ввести Главу Ордена Цзян в заблуждение, — с привычным спокойствием ответил Лань Чжань, заводя руку за спину, неспешно прогуливаясь по Пристани Лотоса, вслед за Вэй Ином подходя то к одному, то к другому лоточнику, в конце концов принимая от своего спутника горячую лепешку, едва изогнув бровь в вопросе, но тот уже жевал точно такую же с совершенно довольным видом.       Оставшуюся часть дня Вэй Усянь водил Лань Ванцзи по Пристани Лотоса, по ближайшим окрестностям, рассказывая истории из своего детства и юношества: как он лазил по деревьям, как ловил чужих куриц, как крал лотосы, финики, а также другие фрукты и овощи, как играл, а иногда и дрался с обычными крестьянскими детьми, что иногда приходили к ним просто поглазеть на заклинателей. Лань Чжань же просто слушал все эти истории, иногда вставлял пару слов или задавал вопросы, но большую часть времени молчал, осматривая те места, в которые его водили. Ему было действительно интересно, как прошло детство этого человека, что так сильно отличался от него.       Утро наступило для Вэй Усяня не самым приятным образом – его просто стащили с кровати и усадили за стол с завтраком. Конечно, это был Цзян Чэн, ведь кроме него вряд ли кто-то посмел бы столь грубо нарушить его спокойствие.       — Ты собираешься подниматься или нет? Нам еще нужно добраться до Башни Кои, — напомнил глава Ордена, усевшись напротив Вэй Усяня, и поставил перед ним тарелку с еще горячей едой. Перед ним самим так же стояла пиала.       — Я только вернулся, а ты уже ворчишь на меня, — сладко зевнул Вэй Усянь, потирая глаза, и заставил себя подняться на ноги и даже добраться до воды, чтобы умыться и привести себя в порядок, лишь после этого возвращаясь за стол. Не мог же он начать есть, едва скатившись с кровати. Нужно было хотя бы проснуться, с чем ему прекрасно помогла прохладная освежающая вода.       — Если не я, то кто? — Цзян Чэн пихнул Вэй Усяня ногой, а затем все-таки улыбнулся. Такие ситуации возвращали их на несколько лет назад, когда у них не было такого количества проблем и вопросов, которые нужно было решать. Они были молоды и беззаботны, и всё, о чем им нужно было думать – это как побыстрее обойти друг друга в мастерстве, при этом совместно обучаясь различным приемам.       На этот вопрос Вэй Усяню нечего было возразить, так что он только согласно кивнул и продолжил спокойно есть, пытаясь обдумать, как повернется разговор на совете Орденов, уже сейчас понимая, что ничего хорошего ждать не стоит. Цзян Чэн тоже на время смолк, приступив к совместному завтраку. На самом деле мысли у мужчин были схожи. От предстоящего Совета у обоих начиналась головная боль.       — Ты ведь понимаешь, что они могут приказать тебе выдать клан Вэнь и меня вместе с ними? Не боишься за Орден Цзян? — напомнил Вэй Усянь, опираясь одним локтем на собственное колено, и подпер кулаком голову. Отчего-то в его голове возник образ Лань Чжаня, который говорит ему сесть в подобающую позу. Вэй Ин лишь тряхнул головой, отгоняя это наваждение, впрочем, всё равно невольно улыбнувшись, пусть это и было не к месту при таком серьезном разговоре.       — После твоего возвращения и принятия клана Вэнь под знамя Орден Юньмэн Цзян это стало нашим делом. Эти люди пострадали от действий тех надзирателей. Ты сам сказал, что кровавый долг оплачен, не так ли? — Цзян Чэн отставил опустевшую тарелку и поправил рукав одежды, чтобы выглядеть максимально достойно для своего статуса. Иногда он всё еще выглядел как мальчишка, пытающийся соревноваться со стариками, но обстоятельства сильно закалили его за время, проведенное на посту Главы. В самом начале у него не было никакого опыта. Цзян Чэн не успел достаточно изучить, как править целым Орденом, прежде чем получил свой пост, а потому все, кому не лень, пытались давать ему советы. Теперь же для Вэй Усяня стало очевидно, что Цзян Чэн решил идти своим путём, даже если он будет противоречить всем прочим.       — Так и есть. Но сейчас ты укрываешь у себя преступников, по их мнению. Готов ли ты пойти против других кланов, если они не будут слушать? — Вэй Усянь тоже отставил тарелку и поднялся на ноги, через несколько минут уже окончательно собравшись. Пора было отправляться.       — Если бы я не был готов к последствиям, я бы убил тебя этой же ночью, — ответил Цзян Чэн, прежде чем они покинули территорию Ордена Цзян.       Орден Ланьлин Цзинь. Башня Кои.       — Приглашается Орден Лань из Гусу, — объявил оратор, после чего по лестнице поднялись заклинатели в белых одеждах во главе с двумя нефритами – Лань Сичэнем, что шел первым, и Лань Ванцзи, идущий сбоку и отстающий от брата лишь на полшага. Короткое шествие закончилось привычными вежливыми поклонами в знак приветствия.       — Приглашается Орден Не из Цинхэ, — озвучили так же громко, и по лестнице поднялись братья Не, и если Не Хуайсан был приветлив и рад видеть всех остальных, то Не Минцзюэ лишь презрительно хмыкнул при виде своего младшего побратима. Он поздоровался со всеми остальными, а затем сразу прошел в общий зал, где будет проводиться встреча, уже там немного оттаивая при виде среднего из их братства.       — Приглашается Орден Цзян из Юньмэна, — снова пронесся голос оратора, но на этот раз все, кто видел приближение заклинателей в фиолетовых одеждах, не могли не заметить еще одного человека, что шел по правую руку от Главы. Единственный человек, одетый в черное одеяние, держал одну руку за спиной, другую на поясе рядом со знаменитой флейтой Чэньцин, красная кисточка на которой легко покачивалась в такт шагам.       Наверху их ждал несменный Цзинь Гуанъяо, извечно принимавший людей на входе и держащий свою дежурную улыбку на любой случай жизни. Когда все остановились, пришло время привычных поклонов вежливости.       — Значит, Главе Ордена Цзян все же удалось вернуть молодого господина Вэя? — все с той же улыбкой поинтересовался Цзинь Гуанъяо, хотя в глазах его все равно промелькнула мысль о том, что он совсем этого не ожидал, — Значит, Вы так же привели с собой оставшихся псов Вэнь? — уточнил он, хотя прекрасно видел, что с ними больше никого не было.       — Нет, — отрезал Цзян Чэн, вместе со своими людьми отправляясь в залу, где будет проходить совет, и сопровождала их шаги гробовая тишина – никто не смел сказать что-то против. Многие заклинатели боялись даже поднимать взгляд на Старейшину Илина, которого они могли за спиной поливать грязью и распускать слухи. Однако, стоило ему появиться прямо перед ними во плоти, как сплетников мгновенно одолевал сковывающий страх.       Когда все Ордены собрались и расселись в соответствии с порядком, слово привычно взял Цзинь Гуаншань, приветствуя всех собравшихся, объявляя начало совета, на котором ранее предстояло обсудить судьбу мира и Старейшину Илина, но тот неожиданно почтил их собственным присутствием.       — …и поскольку сам Вэй Усянь решил посетить нас сегодня, я думаю, что никто не будет против, если мы его выслушаем, — закончил свою речь Глава Ордена Цзинь, переключая все внимание на Старейшину Илина.       — Глава Ордена Цзинь, не сочтите за дерзость, но Вы прибегаете в своих словах к искажению фактов, говоря обо мне, тропе Цюнци и выживших людях клана Вэнь, — Вэй Усянь поднялся с места, выходя в центр залы, и заложил руки за спину, прохаживаясь среди столов. Некоторые Главы Орденов задержали дыхание, некоторые – покрылись холодным потом. Пожалуй, лишь несколько человек остались совершенно спокойны – два Нефрита Ордена Гусу и братья Не.       — Вы сами знаете, как действуют лютые мертвецы – они мстят за свою смерть. Убитый ими Вэнь Нин отомстил за себя и умерших там людей. Кровавый долг был отплачен, — спокойно рассуждал Вэй Усянь вслух, пока Цзинь Гуаншань щурил глаза, смеряя его взглядом, сжимая руку в кулак, пряча ту под столом, чтобы не выдавать собственных эмоций. Сложно было равнодушно относиться к какому-то сопляку, который то и дело доставлял ему неприятности.       — К тому же, оставшиеся сейчас в живых люди клана Вэнь перешли под управление Ордена Цзян, поэтому их делом так же будет заниматься Орден Цзян, — вставил свое слово Цзян Чэн, поднявшись из-за своего стола, выходя в середину зала и становясь рядом со своим братом плечом к плечу. Теперь он был не один. У него была поддержка в виде абсолютно бесстрашного Вэй Ина, а потому мужчина и чувствовал себя намного более уверенно, чем в прошлый раз, когда при всех пришлось приносить извинения и обещать со всем разобраться. Многие наверняка рассчитывали на то, что Вэй Усянь просто сгинет от руки брата, но всё вышло из-под контроля – ранее сидящий на своей горе и почти безопасный Старейшина Илина вдруг совершенно беспрепятственно вошел в Башню Кои под знаменами Ордена Цзян.       — Помнится, Вы обещали, что заставите молодого господина Вэя выдать опасную для всех Тигриную Печать? — встрял в разговор Цзинь Гуанъяо, понимая, что его отцу явно не нравится то, в каком русле протекает разговор, а потому он сразу попытался задать ему новый вектор развития.       — Тигриная Печать – артефакт одного из адептов Ордена Цзян. Он не обязан выдавать его никому, — в этот момент Цзян Чэн был очень похож на свою мать, строго отрезая дальнейшее обсуждение по этому поводу. Пусть он и был самым младшим из всех глав орденов, сейчас он не робел, как прежде, чётко озвучивая свою позицию относительно этого вопроса.       — В таком случае мы вправе требовать справедливого возмездия! Умершие на тропе Цюнци и в Безночном городе принадлежали к разным кланам. Требуем наказания для Вэй Усяня! — крикнул кто-то с задних рядов, скрываясь за спинами других, но это дало толчок для других, собравшихся в резиденции.       — Наказание для Старейшины Илина! Наказание для Вэй Усяня! — поддержали того, кто остался незамеченным, но никому и не было важно, кто крикнул первым. Толпа готова была прямо сейчас разорвать стоящих в центре зала заклинателей.