Четверо в Кардью не считая собак

Роскошная громадина Кардью. Называть его домом у Демельзы пока язык не поворачивался. Здесь запросто можно было заблудиться. Что уже пару раз с ней и случалось. Что ж, ее мир опять перевернулся вверх тормашками. И ради этого даже не пришлось ложиться к Джорджу в постель. И это было здорово, потому как Уорлегган у нее подобных желаний не вызывал. Демельза готова была об заклад побиться, что у Джорджа под его дорогой одеждой одни кости и мослы торчат. Она не знала, что Джордж думает о ней. Уорлегган был безупречно вежлив и внимателен, но того огонька, который Демельза привыкла видеть в глазах очень многих знакомых ей мужчин, в его глазах, очень светлых и холодных, не было. И прекрасно. Джордж собирался жениться на ней исключительно назло Россу. А Демельза решила, что с давним соперником ее мужа вполне себе можно ужиться. Ведь ее врагом Уорлегган не был, только врагом Росса. Потребовалась не меньше, чем измена и разрыв, для того чтоб она стала себя от мужа отделять. Но это не она бросила и предала Росса, это Росс ее предал и бросил… Джорджу вовсе не улыбалось слушать сплетни о том, как его обратно в грязь потянуло. Что он вместо того, чтоб жениться на урожденной леди захотел себе в постель шахтерское отродье. Ирония судьбы заключалась в том, что он вовсе не хотел Демельзу Полдарк к себе в постель. Он хотел чтобы ее никогда больше не было в постели Росса. Джордж увидел, как стремительно шагает к дому знакомая фигура и выругался. А впрочем этого следовало ожидать. Чего-чего , а уж наглости Полдаркам от рождения природа отсыпала с избытком. Но Росс не султан, чтоб иметь двух жен сразу. И здесь, слава богу, Англия, а не Османская империя. Решение госпожи Полдарк поселится в Кардью было добровольным. И он еще ни одной даме свое общество силой не навязывал. *** Избитый и взъерошенный Джордж смотрелся так непривычно. И уже куда меньше походил на урожденного аристократа. Лицо у него было разбито с левой стороны, Уорлегган теперь вряд ли сможет бриться. У него был огромный иссиня-черный синяк, хорошо хоть Росс глаз ему не выбил. - Это все я виновата. - Мы и в школе с Россом дрались. Мне не так уж и больно. - Я сама так хотела. Я остаюсь здесь. Раз она не родилась дамой, то должна молча сидеть дома? Стряпать и рубашки штопать, пока муж милуется с Элизабет? А Росс так и будет скакать между Нампарой и Тренвитом? Потому как между ними всё никак выбрать не может? Черта с два! - Чертов Полдарк меня не остановит. Вы всё равно получите развод. А Росс не сможет подраться с каждым из моих юристов. Ей было непривычно увидеть мрачный огонь в глазах Уорлеггана. Он вдруг сделался очень похожим на Росса. Со всей своей ненавистью и упрямством. Он не помнил точно, как именно она его лечила. Но Джордж был рад, что не пришлось вызывать врача. Не хватало еще ему потом сплетен по всему графству. И руки Демельзы внезапно напомнили ему руки матери, которой Джордж почти не знал. Что ж, у него будет теперь одно приятное воспоминание о Демельзе пока еще Полдарк. Это пригодится ему, когда надо будет ложится с ней в постель. Джордж был терпелив и послушен. Пальцы ей целовал и сиял внезапно поголубевшими глазами. А она-то думала, что глаза у него серые как свинец... Уорлегган, с надменным видом шествующий по своему особняку ничего, кроме злости у неё не вызывал. А избитого из-за неё Джорджа хотелось поить чаем с травами и гладить по волосам. Из него хороший пациент вышел, куда лучше, чем из Росса. Но упрямства у Джорджа тоже хватало, Уорлегган упорно отрицал, что драка с Россом из-за неё случилась. Джордж утверждал, что у них и так всегда хватало разногласий. *** При виде Гаррика под столом Джордж все также морщился и кривился так, как будто крысу нашел в своей раззолоченной тарелке. И презрительно водил носом, словно от её друга чем-то до сих пор воняет, хотя она Гаррика теперь каждый день мыла. Сам-то он был не больно хорош, с лиловыми синяками на лице и колючками непонятного цвета поверх. Хорошо хоть Росс ему ни одного зуба не выбил. Его лицо как у забулдыги престранно смотрелось вместе с безупречно уложенными волосами и халатом из парчи. А в руках у Уорлеггана сегодня почему-то была игрушечная лошадка. Он торжественно вручил её Джереми. - Объезди эту, я потом подарю тебе настоящую. - Ты подаришь ему лошадь? - удивилась Демельза. - Конечно, ведь джентльмен должен уметь ездить верхом. Демельза расчувствовалась и поцеловала его в щеку. Щетина у него была куда светлее и мягче, чем у Росса. А Уорлегган к ее удивлению покраснел. И выдал, что у него сейчас вид неподходящий чтобы его дама целовала. Если процедура её развода хоть немного затянется, то он за себя не ручается. Джордж всегда считал себя человеком слова, и презирал мужчин которые сегодня говорили одно, а завтра другое, но с мечтой иметь в женах самую древнюю родословную графства, ему было трудно расстаться. А вот крестника он сменил на Джереми пока ещё Полдарка без сожалений. Похоже, что Демельза больше понимала, как надо воспитывать мальчиков. Её сын Джорджу по- настоящему нравился, он не был избалован, не привык ни к большому дому, ни к новым игрушкам. Надо полагать, Росс своего наследника вниманием не баловал. Но зато он будет баловать своего. У ребёнка должно быть детство, а не бесконечные испытания и экзамены, как было у него. Если у сына Демельзы обнаружатся способности к банковскому делу или к горному, то он будет рад. Если же нет, то ничего страшного. Есть множество иных, весьма почтенных занятий. Джереми может стать юристом. Или священником. Но Джордж дал себе слово, что выбирать дело по душе Джереми Уорлегган будет себе сам. *** Они опять поспорили насчет няньки для Джереми. Джордж по привычке задрал подбородок повыше, но с неровной щетиной на лице это далеко не так внушительно и гордо выглядело, как раньше. А скорее уж смешно. У него и на шее теперь светлый пух торчал. Отчего такой щеголь, как Уорлегган, несомненно, мучился. И куда больше страдал, чем от последствий драки с Россом. А Демельза все не могла взять в толк, зачем сыну чужая женщина рядом, пусть даже воспитанная и образованная. Когда у Джереми есть мать. И у неё никогда в жизни не было столько свободного времени, как в Кардью. А вот заполнить его было нечем. Джорджу хорошо, он вот делами банка постоянно занят. Уорлегган вздохнул и сказал, что раз она скучает по Нампаре и её обитателям, то он поищет ей занятие, подобающее леди. Ни вышивка, ни шитье Демельзу не вдохновили. А потом она вспомнила, что Верити, когда жила в Тренвите, много занималась тамошним садом. Джордж просиял и сказал, что готов завалить её самыми редкими и дорогими цветами. И что с садом в Кардью она может сделать что душе угодно. Только пусть не ходит на кухню и не пытается подружиться со слугами. Демельза ничего не стала ему обещать. Ей было очень любопытно, как ведется хозяйство в таком большом и богатом поместье, как Кардью. Так что она намеревалась познакомится со всеми, кто здесь служит. И с арендаторами тоже очень хотела познакомится. И на кухню она тоже обязательно сходит, а с Уорлегганом они потом как-нибудь договорятся. Жаль, что здесь нет моря. Сейчас самое время порыбачить. И Джереми на пляже всегда нравилось…. Джордж с досадой потер свой по-плебейски заросший подбородок. И шея у него тоже теперь чесалась. Уорлегган уже неделю с тоской взирал на украшенную жемчугом бритву. Да и заплывший глаз, который с трудом открывался, радовал его ничуть не больше. Показываться в таком виде за пределами дома ему пока явно не стоило.