Димнелл
27 марта 2021 г., 22:37
Северный тракт был действительно оживленным, не чета Речинскому, зажатому неблагонадежными лесами с кучей нечисти, призраков и леший знает, чего ещё. Сегодня мы обогнали немало путешествующих, деревенек проехали не меньше полудюжины, пусть дорога и не всегда проходила прямиком через них, а по окраинам или вообще в некотором отдалении. Весь день караван пёр себе однообразным размеренным темпом, причем, подозреваю, лошади уже вполне могли обходиться без управления.
На ночлег остановились часов в восемь вечера, на закате. Большой постоялый двор «Серая лента» расположился как раз на перекрестке, в виду аж двух деревень, на равном удалении, чтоб никому обидно не было. За гостеприимно распахнутыми воротами просматривалась добротно освещенная, оживленная территория, обставленная по периметру различными повозками.
Никаких обязанностей, кроме управления телегой, владельцы не поручали, та переместилась из точки «А» в точку «Б» в целости и сохранности, так что из событий на сегодня оставались лишь ночлег да плотный ужин. Еды-то я закупила, но все, что можно было подъесть, мы уже подъели, а останавливаться днем, чтобы приготовить горячего, никто не стал.
– Ух, как я есть хочу! Корову готова умять! – Лараэль, несмотря на голодные заявления, неторопливо сползла с телеги и сладко потянулась, разминая затекшие мышцы. В отличие от магички, которая уже была на полпути ко входу.
– Вил, сразу на троих, не, на четверых бери! – крикнула я вдогонку подруге, собирая по телеге вещи. Ага, вот мои, Виэллин рюкзак, брошенный на произвол судьбы (то есть мой), тоже рядом… Ларин саквояж на длинном ремне пришлось поискать. Понятия не имею, на кой людям везти с собой столько ветоши, но несколько тюков, на которых нам пришлось расположиться, не выдержали тягот пути. Гнилая бечева порвалась, и теперь разноцветное тряпьё густо устилало днище.
Первый раз за день показались и остальные странствующие торговцы. Бритоголовый бугай, правивший второй телегой, сразу направился в дом с какими-то вещами. Из крытого фургона появился хозяин: краснолицый мужик, заросший неаккуратной щетиной, выглядевший так, словно только что проснулся после попойки. Глаза маленькие, заплывшие, весь какой-то помятый… Тем не менее, он в сопровождении ещё одного товарища добросовестно обходил свой караван кругом.
– Эй, девчуля!.. Пойди-ка сюда на секунду!..
Окрикнули Лараэль за несколько метров от двери. Слюновыделительные запахи до нас уже доносились, но с ужином пришлось чуток повременить. Единоличный организатор путешествия, всем своим видом показывая, что слова об ответственности для неё не пустой звук, уверенно вернулась к остановившемуся у нашей телеги главарю. Я, не доходя нескольких шагов, опустилась на колено перевязать разболтавшиеся шнурки. Ну и уши навострила…
– Скажи-ка, а вы ничего не потеряли?.. – голос у краснолицего был хриплый, прокуренный, неприятный. А смысл его слов так и вообще…
– Э-э-э?.. – вероятно, Лара ожидала похвалы за мастерское управление телегой или какой-нибудь нейтральной фразы, но никак не обвинения в потере имущества. Есть от чего растеряться. – Да не, всё на месте. Вроде…
– Не-а, одного тюка не хватает.
– А, да, это тот, синей бечевокй перевязанный, который в последний момент укладывали! Недостача образовалась, соплюшка! – худощавый мужичонка в драном жилете поверх теплой рубахи с затаенной радостью продолжил прессовать попутчицу, пока босс прервался на долгий кашель.
– Лежало ж все нормально, ничего не падало… вроде… – Лара занервничала ещё больше, неуверенно поковырялась в разноцветных тряпках, словно рассчитывая обнаружить пропавший тюк под ними. – И что теперь?
Главарь наконец откашлялся, деловито обтряхнул руки о штаны и прищурился, оценивая масштаб потерь:
– Ты ж понимаешь, что возвращаться и искать его на дороге бесполезно. Придется тебе эту дырку деньгами затыкать.
Тут уж я, не отвлекаясь больше ни на какие шнурки и прочие мелочи, поспешила присоединиться к обсуждению:
– Какие-то проблемы, товарищи?
– Вы тюк потеряли, – нервно сглотнула Лараэль, с тихой ненавистью глядя на телегу. – Сколько мы за него должны?
Добрый дядя караванщик уверенно назвал сумму, которая своей тяжестью морально раздавила незадачливую путешественницу и вколотила в землю по колено.
– Спасибо, целая телега вместе с клячей нам однозначно не нужна, – я сбросила с плеча сумки и жестом предложила Ларе догонять наконец Виэллу. Та радостно ухватилась за возможность сбежать от неприятного разговора, переложив его на мои плечи. Ничего против не имею: подозрительные какие-то претензии, больше смахивают на попытку легких денег срубить. – А как факт потери проверять-то будем? По описи или на вес прикинем?
– Лично повозку загружал, каждый тючок наперечет помню, – красномордый об этом сообщал спокойно, без хвастовства и очень весомо, только было одно «но»…
– Видать, очень торопились с погрузкой: навалили через пень-колоду!.. Мы пока устроились, что разлетелось, что порвалось. Уверена, стоит хлам собрать обратно в кучу – и всё удивительным образом окажется на месте. Проверим?
Предложение, хоть и без особого энтузиазма, приняли: так и не представившийся главарь устало потер глаза, но первым ухватил один из тяжелых грубо сколоченных ящиков, передвигая его к корме телеги. Худощавый подручный немедленно завертелся рядом, расчищая место. Я тоже добровольно впряглась, желая не только ускорить процесс, но и проконтролировать.
Когда ящики аккуратно стояли отдельно, а мягкое барахло – рядками отдельно, стало казаться, что груза убавилось вдвое. Он даже над бортами не выступал! С утра ещё плащом моим безразмерным застелим – королевское место выйдет, оставшиеся два дня с комфортом проведем!..
Красномордый тем временем с кислой миной прошелся вдоль повозки и спустил меня с небес на землю, заявив, что недостача все равно присутствует и по-прежнему равна какой-то запредельной сумме. Только после моего вкрадчивого предложения организовать разбирательство прямо сейчас, пригласив кого-нибудь из остановившихся на этом дворе купцов оценить тючок ветоши, а мужика на ослике, следовавшего за нами чуть ли от самого Запповедного места – подтвердить факт потери, караванщики обошли вокруг телеги ещё раз, на этот – посчитав груз правильно.
Демонстративно перепроверив количество поклажи, я вполне искренне поблагодарила Красномордого и его подручного за быстрое решение этой досадной проблемы и отправилась ужинать.
Оказавшись в обеденном зале, я радостно потерла руки, предвкушая настоящий праздник живота после полуголодного дня. Готовку здесь уважали, ассортимент на чужих столах впечатлял. Ни меня, ни остальных торговцев ждать не стали: девчонки увлеченно доедали суп, а сидевший напротив бугай с непомерно удивившим меня заботливым лицом нарезал здоровенный круглый пирог и пододвигал к каждой по тарелочке с куском.
– Приятного аппетита, – я на такую опеку не претендовала, самостоятельно поболтав половником в гордо стоящем по центру стола чугунке и добыв миску восхитительно пахнущей ухи.
– Угу, взаимно, – вразнобой закивали подружки, переключаясь на выпечку.
– Отрезать и тебе кусочек? Вкусный, с птицей и лучком зеленым, – лысый, плечистый, высотой за два метра мужик с суровой рожей и переломанным носом очень убедительно вел себя старшим братом, с явным удовольствием потчуя «младших сестренок». Девчонкам такая забота определенно пришлась по душе, даже Лараэль перестала переживать из-за мелкой неприятности с «потерянным» тюком, разрумянилась и заулыбалась. Мне ситуация показалась скорее забавной, чем странной: навскидку разница в возрасте у нас в пару лет, причем ещё неясно, в чью пользу, – но от ломтя исходящего паром пирога не отказалась. Мелочь, а приятно.
– Опять ты, Буба, за свое… – тощий мужичок в безрукавке сначала выдвинул стул для босса, поставил перед ним миску и, пока не садясь, разливал суп. – За стол пригласил, ещё и пирогами кормишь…
– Сироток обижать нельзя, – здоровяк не отреагировал, с тем же радушным видом уплетая свой кусок, – а пирога на всех хватит.
– А с каких пор мы ими стали? – недоуменно переглянулись между собой чистенькие, обеспеченные девчушки. – Родни у нас в достатке, век бы её не видать!
– Но она же вся дома, а тот далеко – чем не сиротки? – умиленно взглянул на них Буба.
Меня такая логика позабавила, хотя как раз таки я не могла похвастать дядьками, тетками и родителями, к сожалению. Подруги после секундного удивления заулыбались в ответ, а вот подручного в безрукавке отчего-то прямо перекосило – так отчетливо он забулькал от возмущения.
– Ло́пух, сядь уже да поешь, – почти ласково попросил краснолицый, оторвавшись на секунду от ушицы. Убедившись, что подчиненный плюхнулся на стул и нейтрализован едой, допил оставшийся бульон прямо из тарелки, утер губы и заинтересованно взглянул на сидящих напротив него девчонок: – Ну и к кому такие «сироточки» торопятся? В гости к любимой тетушке? К развеселым подружкам? К другу сердечному?
– Мы сами по себе путешествуем, – беспечно ответила Виэлла, – в гости нас никто не ждет!
– Жалость-то какая… – поник головой Буба.
– Ничего, мы не заскучаем! – боевым тоном произнесла Лара и подмигнула ему, утешая.
Номер на ночь мы сняли примечательный. Усталые девчонки потом недоуменно совещались, стоя на пороге, что же это за помещение и где всё. Хозяин, не мудрствуя лукаво, переделал чердак в недоэтаж, прорезал узких окошек-бойниц, поставил тонкие дощатые перегородки и получил много комнатушек, которые сдавались проезжим за невысокую цену. Мебель, правда, посчитал излишеством – зато тонкие матрасы лежали в свободном доступе, под потолок занимая самое маленькое и темное помещение на этаже.
Размещаться на сон пришлось поперек комнаты, над все ещё шумным залом, но Вил решила проблему быстро и привычно. Лараэль, лежа по центру, следила за хаотично летающими под потолком искорками, но как-то тоскливо, без ожидаемого восторга.
– Эсал, договорились вы с главным? В смысле, на сколько? Получилось хоть какую-нибудь скидку выбить?
– А о чем речь? – мигом заинтересовалась Виэлла, не заставшая размолвку. Я, криво ухмыльнувшись, поведала в двух словах:
– Красномордый заявил, что мы посеяли тючок, судя по всему, с шелками и золотой парчой, раз за него заломили такую цену.
– Не поняла, – мотнула головой Вил. – Они что, дурные, вместе с ветошью дорогие ткани возить? А опись груза показали? С маркировкой и заявленной стоимостью? Так ведь любой может сказать, что из телеги после досмотра мешок денег испарился!
Виэлла знала, о чем говорила. В конце концов, у дяди-пограничника она не раз гостила на каникулах, а родственник без зазрения совести просил шебутную племянницу подсобить по работе. Довольны были все: и Вил не скучала, и у Сильвана смена бодрее шла.
– Поэтому в итоге весь груз оказался на месте, – ирония из меня сегодня лезла неудержимо.
Вот тут до Лары наконец-то начало доходить, что не каждый встречный-поперечный заслуживает безусловного доверия:
– То есть с меня ни за что пытались содрать денег?!
– Обычное дело: проверить на вшивость молоденькую наивную девчонку. Надо ли говорить, что попытка почти удалась?
Даже в глухих захолустьях можно было вырастить хорошо воспитанного человека: Лараэль из последних сил сдержалась и ничего не сказала насчет караванщиков вслух, хотя очень возмущенно подумала. Недобрый взгляд и громкое сопение тому подтверждением:
– И что, каждый раз теперь в их действиях подвох искать? Даже когда пирожками угощают?
– Да ну, они проверили и успокоились, в другой раз не полезут. А Буба так вообще душка, хоть представила, как оно – старшего брата иметь, – я расслабленно устроилась на тонком тюфяке, положив руки под голову. Что ни говори, приятно почувствовать себя любимой младшей сестрой. В жизни такого уже никак не случится.
Со стороны Лары донеслось очень красноречивое, сомнительное хмыканье:
– Это редкое исключение, причем кратковременное. В повседневной жизни все не так радужно.
– Личный опыт? – уточнила Вил, будучи не прочь о нем послушать.
Помрачевшая девушка лишь вяло махнула рукой, одновременно подтверждая наличие родственника и нежелание о нем сейчас вспоминать.
Следующие два дня в дороге мы были предоставлены сами себе: поочередно сменяясь на передке болтали да развлекались простенькими играми (Лара не забыла взять колоду карт). На постоялых дворах мы с караванщиками садились уже за разные столы, не настаивая на более близком знакомстве, только здоровяк продолжал усердно потчевать «сироток» всякой вкуснятиной, угощая то печенькой, то компотиком. Это дело было ему настолько же по душе, насколько не нравилось Ло́пуху, кислая рожа которого могла на раз перебить аппетит даже из-за соседнего стола. От злобных нападок сдерживало его лишь присутствие босса. Красномордого, так и не представившегося, стабильно можно было видеть дважды в сутки: при посадке и высадке. Молчаливый, с непроницаемым лицом курящий папиросы – максимум его общительности пришелся на первый вечер в «Серой ленте».
Когда с закатом мы все ещё катили дальше, у меня закрались подозрения насчет вскользь оброненной фразы Шуляка «за три дня, мол, доберетесь». Врать он точно не стал бы, но явно подразумевал, что находиться в пути придется от зари до зари. Нам, любящим вставать попозже и ужинать пораньше, однозначно стоило сделать дополнительную ночевку. С полчаса назад как раз такое милое заведение проезжали…
Вот он, главный минус попутки: Красномордый, ни в малейшей мере не интересуясь нашими пожеланиями, явно предпочел несколько часов по темноте, чтобы спокойно отоспаться дома. Если бы мимо постоялого двора мы проезжали прямо сейчас, я не поленилась бы спрыгнуть и пробежаться, догнав головной фургон, но возвращаться… Девчонки, особенно Лара, идею тоже не поддержали. Точнее, сильно колебались, сражаясь с усталостью, ответственностью и «да ну, неудобно как-то»...
С заката за возницу была я: и к работе по ночам привычна, и в темноте хорошо вижу. Другое дело, что из-под натянутого по самые брови капюшона оставалось созерцать только лошадиную задницу – ветер был холодный, сильный и, конечно же, в лицо. Девчонки, спрятавшись от него на дне телеги, давно спали, трогательно обнявшись и укрывшись полой плаща. Когда по сторонам потянулись заборы, палисадники и длинные одноэтажные домики на несколько семей, с небольшими фонариками над каждым крыльцом, я подняла голову и, придерживая рукой раздувшийся парусом капюшон, полюбовалась на заслонивший горизонт город. Днем мы развлекались рассматриванием Лариного «Путеводителя по краям Расейским», зачитанного, потрепанного и без задней обложки. По каждому описываемому населенному пункту в нем давалась краткая историческая справка, схематичная карта с основными улицами и названиями районов и упоминались главные достопримечательности. Самое время будить подружек и начать соотносить описанное с увиденным.
Основывался Димнелл изначально на пологом холме, с того времени активно расстроившись и захватив ещё несколько соседних. Разбивать поля в округе было откровенно неудобно: малоплодородные почвы и множество валунов, которыми предпочли замостить дороги и пятачок, впоследствии ставший знаменитым Щедрым рынком. Возведенные в давние времена крепостные стены с башнями частично разобрали, и на их месте поднялись кварталы трехэтажек. Достопримечательности, если судить по путеводителю, располагались плотненько: обойди за день районы Каменный Холм, Марурячку, частично Струшку, посети расположенный в низине между ними рынок – и всё уже просмотрено, впечателние составлено, можно отправляться дальше. Хотя наша троица единодушно решила задержаться и увидеть как можно больше того, что в этой книжечке не перечислено.
Зубчатые силуэты зданий, разбавленные мелким крапом огоньков, каскадами поднимались по холмам, и надо отметить, что насчет эффектно выглядящей башни гранара не врали: именно она лучше всего просматривалась на фоне полуночного неба. По сравнению с непроглядной чернотой силуэта, обрамленного робким зеленоватым свеченим, даже безлунная ночь казалась прозрачными сумерками.
Через короткое время пасмурное небо заслонили старинные приземистые башни из красноватых и серых валунов. Ворота между ними давно сняли, поднятая и намертво закрепленная в тоннеле с высоким арочным потолком решетка после некоторых магических манипуляций превратилась во вполне милый светильник. Тяжелые четырехгранные наконечники как раз удостоились целительного удара пикой от мерзнущего на пронизывающем ветру стражника, и их болезненное мерцание переросло в мягкий, неяркий свет.
Повозки, поскрипывая, прокатились по брусчатке и, миновав каменные своды, остановились на небольшой хорошо освещенной площади за воротами, вполне оживленной даже ночью. На счастье, нас никак не задевали различные предписания для новоприбывших торговцев: вот он, Димнелл! Самое время распрощаться с полосатым караваном!
