"Вороний Холодец"
1 апреля 2021 г., 23:14
Спешки и радостного ажиотажа, тем не менее, не наблюдалось. Пригревшиеся, полусонные девчонки неохотно слезали на брусчатку, ежась и зевая:
– Эх, уже прибыли… Кажется, ехала б дальше до самого утра – так хорошо спалось… – Вил заторможенно осматривалась, против воли кося глазом на нагретое местечко.
– Во-во, вы, в отличие от меня, спали, а не мерзли на передке! – я, потирая слезящиеся глаза, поспешила подхватить освободившийся плащ и немедленно набросила на плечи. В городе ветру негде было разгуляться, но в некоторых проходах, особенно совпадавших с его направлением, порывы просто сбивали с ног. На пятачке площади практически тихо, а вот под аркой… Бедный стражник, дежурящий там: радикулит ему обеспечен в самом скором времени!
– Мда, сильно ты замерзла за такое короткое время… Больно уж злая…– Лара сдуру спрыгнула на другую сторону, не сразу обнаружив, что обойти повозку не представляется возможным: спереди лошадь, сзади какой-то выступ – проще перелезть. – Мы ж ещё перекусить заглянем куда-нибудь?
– Короткое?! Два часа ночи вообще-то! Сама, если так приспичило, колбасы пожуй, там хвостик ещё оставался, а на меня лучше не бурчи, – сейчас больше всего хотелось оказаться в теплом и тихом месте, желательно – в горизонтальном положении под одеялом. Так что да, я в данный момент очень даже злая
– На ночь есть вредно, – со вздохом поддержала меня Виэлла, собственным примером показывающая, что, если засиживаться допоздна с кружкой чая и горкой вкусняшек, точеной фигуры можно не ждать. Другое дело, что ей такие объемы были к лицу и совсем не портили… – В это время нужно спать. Кстати, в смысле – два ночи? Рассчитывали ж до полуночи прибыть?
Я лишь пожала плечами и молча указала на циферблат, расположенный на противоположном краю площади, предлагая убедиться самой. Башенка с щедро намазанными светящейся краской часами примыкала к двухэтажному каменно-бревенчатому домику под островерхой крышей; оттуда как раз показался ещё один стражник, правда, без оружия, зачитал пару имен. Названные просеменили к двери, но сначала на крыльцо вышел Красномордый, бесцеремонно раздвинув в стороны худосочных коллег по цеху. Неужели он свое барахло уже успел отметить у таможенной службы, или кто они там есть? Мы-то из телеги ещё толком не выгрузились…
– Попрощаемся с моими сироточками! – сбоку неожиданно выросла массивная фигура Бубы, улучившего минутку среди своих дел и душевно обнявшего и Лару, и Вил – одновременно, охапкой. Те только пискнули и ответили «старшему брату» взаимностью. – Доброй дороги!
– Может, ещё встретимся, – я с ним попрощалась без писков и визгов, сдержанно и коротко обнявшись. Буба, помявшись несколько секунд, бросил вороватый взгляд на занятых собственными помятыми боками подруг и украдкой от них протянул что-то прямоугольное, завернутое в пергамент, явно из пряничной лавки близ предыдущей нашей остановки. Я с легкой усмешкой приняла прощальный презент и сунула в карман.
Тем временем Лараэль пару раз глубоко вдохнула, морально готовясь, и отправилась рассчитываться. Скидывались в заранее подготовленный мешочек с оплатой все, но сомнительная честь передать его досталась Ларе. Должна признать, у нее хватило выдержки изобразить благодарность и признательность за оказанную услугу, вручая деньги лично в руки хозяину каравана. Только из-за маячившего, по обыкновению, за его плечом Лопуха с кислой рожей невольно хотелось оставить кошелек на видном месте и свалить не прощаясь, а если уж быть совсем злопамятной, то ещё и компенсацию за моральный вред потребовать. С другой стороны, размолвку получилось спустить на тормозах и на это грех жаловаться.
Пока я со всем вниманием наблюдала за расположившейся в нескольких метрах компашкой, сзади подошел (а ощущалось так, словно внезапно подкрался) давешний страж, заставив вздрогнуть и резко повернуться:
– Доброй ночи, – скупо поздоровался оказавшийся мне практически по плечо стражник. Внимательно посмотрел в лицо, дежурно улыбнулся, не найдя ничего подозрительного, и прошел к телеге, удобно оперев на борт планшетку. – Документы, пжалста… Надолго в город?
– А как получится, – личный свиток к досмотру у меня был уже готов, извлечен из потрепанного футляра и развернут ровно на две верхние строчки.
– По делам? – стражник скучающим взглядом окинул предоставленный ему документ и принялся делать себе в разграфленый блокнот пометки.
– Нет, мы так – погулять, красоты посмотреть… – Виэлла крутилась рядом и понятливо вытряхнула бумаги из своего тубуса, затейливо оплетенного разноцветными нитками с вкраплением бисера. – Лара! Идем сюда, документы проверяют!
Непредставившийся мужчина терпеливо обождал, пока девушка разберется, чего от нее хотят и куда именно завалился её свиток, переписал все, что было нужно, и даже великодушно пригласил пройти с ним, поставить печать заставы. Мой личный коллекционный интерес, ради которого даже денежки не жаль, но раз удалось обойтись без трат – великолепно.
За краткое время моего отсутствия девчонки внезапно осознали, что находятся глубокой ночью в абсолютно незнакомом городе и налетели, едва я спустилась с крыльца.
– Не переживайте, через полчаса уже будем спать укладываться, – бодрым тоном успокоила я подружек, направляясь в сторону одной из отходящих от площади улиц. – Мне объяснили, как пройти в местечко, где и уютно, и койки точно найдутся. И даже скидку сделают, если кодовую фразу назовем!..
За пределами площади было гораздо темнее и тише, повозки уезжали к складам другими улицами, так что мы шагали в одиночестве, гулко стуча подметками по мостовой. Несколько заведений, расположенных в столь доходном месте, за ближайшим углом, я пропустила, высматривая второй поворот налево, потом до фонтанчика и вверх по лесенке, прямо напротив которой был вход в один из милых трехэтажных домиков со скромной вывеской.
– «Вороний холодец»? – Виэллу такое название отчего-то сильно удивило.
– Ага, нам сюда, – я дернула за ручку, убедилась, что дверь закрыта и несколько раз стукнула кулаком.
– Может, они там все спят? – неуверенно поинтересовалась Лара через минутку, не заметив никаких признаков бодрствования.
– Сейчас откроют, – уверенно заявила я, эмпатически ощущая одного человека на верхних этажах и одного спускающегося.
Пришлось подождать ещё несколько минут, но даже девчонки могли, прислушавшись, различить отдельные звуки копающегося в коридоре хозяина. Наконец в двери приоткрылось небольшое окошечко, симпатично замаскированное до поры до времени под прямоугольник резьбы:
– Кого к нам принесло этой ночью? – лица не разглядеть, но голос женский, немолодой уже.
– Гостей. Нам мисочку холодца, пожалуйста, и вороньих костей три мешка, – я чувствовала себя неимоверно глупо, с серьезной рожей требуя подобных угощений, но пароль приняли. С той стороны негромко хихикнули, захлопнули окошко и загремели замком:
– Что ж, проходите! Свежий холодец для полуночных гостей у нас всегда найдется!
Любезно насоветованное стражником заведение больше всего напоминало квартиру его же престарелой тетушки, у которой нет в жизни иной отдушины, кроме многочисленных котов. Заставленная пуфиками и комодиками прихожая, недорогие картинки в простых рамках по стенам, потертая ковровая дорожка… Никакой шерсти на полу или царапин на мебели, но не отпускало ощущение, что котиная стая просто спит где-то в глубине дома. Впустившая нас хозяйка, седовласая и морщинистая, разожгла от своей свечи массивный подсвечник на ближайшем шкафчике и, кутаясь в шерстяной платок поверх коротковатого халата и цветастой ночнушки, раздавала указания:
– Раздевайтесь, разувайтесь – вон там под вешалкой тапочки стоят! – и за мной! Вот сюда проходите, – женщина повернула в соседнюю комнату – небольшую столовую, в которой едва ли не вся мебель была покрыта кружевными скатерками и накидушками, зажгла свет и засуетилась у буфета. – Сейчас умоетесь – в комнатке напротив, по кружке молочка выпьете, тепленького, с медком, чтобы спалось крепче!..
– Третий час ночи, бабушка, – с сомнением наблюдала я за хлопочущей хозяйкой, – можно и без угощения обойтись...
– А булочка найдется? – Ларе вот хорошо – выспалась и не прочь перекусить.
– Найдется, детонька! – дверь в смежную кухню оставалась открытой и бабуля, гремевшая там ковшиком, все прекрасно слышала.
– И мед тогда можно не в молоко класть, а наверх намазать, – осмелела Виэлла, которую в сон не тянуло, а на вкусняхи – очень даже.
Я со вздохом поднялась и потопала умываться. Проще поддаться неумолимому сервису, включающему тазик освежающе холодной воды на табурете в маленькой полутемной каморке, кривоватую глиняную кружку с горячим, подернутым пенкой молоком и толстый ломоть пшеничного хлеба, щедро смазанный тягучим медом. Тот слегка горчил и норовил стечь, заляпав руку.
– …Ничего лучше оладок с утра ещё не придумали! – убежденно доказывала тем временем Виэлла, облизывая пальцы.
– Особенно со сметанкой свежей, – мечтательно поддакивала Лара, покончив с булкой и подслащенным молоком и аккуратно собирая в ладонь рассыпавшиеся по скатерти крошки.
– Будут вам с утреца и оладки, и сметанка, и варенья разные, – со снисходительной улыбкой на пол-лица заверила бабуля, стоя у стола и протирая когда-то белой тряпкой ковш, – все приготовлю, как только проснетесь. Небось ближе к полудню?
– Угу, так за день утомились – до постелей бы дойти…
– Ну обождите ещё минутку, я посуду сполосну и комнатки ваши покажу, с мягкими постельками, теплыми одеялами, – хозяйка засновала вокруг стола, собирая кружки и тарелки, отчего непреодолимо захотелось прикрыть глаза хоть на минутку…
Сон был сладкий и вязкий, как тот мед: выплывать из его глубин в реальность не было никакого желания. Но подозрительные завывания над ухом очень простимулировали, заставив экстренно собраться и разлепить глаза.
К моему глубочайшему недоумению, помещение никоим образом не походило на увешанный салфеточками и покрывальцами бабушатник. На нормальную спальню, впрочем, тоже: кроме наглухо закрытой двери и небольшого окошечка, здесь находились лишь расстроенная на грани слез, обхватившая себя руками Лараэль и сонно лупающая глазами Вил.
– Ну и оладушки… – ошеломленно произнесла я, как только до моего мозга дошло, что ни разу мы не в «Вороньем холодце». – Ну и сметанка, чтоб её!.. Лара, чего ревём?
– А то ты сама не видишь! – немедленно возмутилась та, прекращая при этом подвывать в перерывах между всхлипываниями. – Мне что, надо от радости прыгать?!
– Прыгать необязательно, но повода устраивать истерику тоже нет, – я поднялась во весь рост на щедрой куче соломы под жесткой дерюгой и выглянула в окно. Стекло в частом переплете было низкокачественное, мутное и с многочисленными пузырями, но через него удалось различить отдельные тонкие лысые ветви на фоне подсвеченных закатом облаков.
– Ты что, головой ударилась?!. – почти с ненавистью процедила сквозь зубы Лара. – Нас же похитили! И держат взаперти, раздумывая, как лучше убить!!!
– А почему сразу убить? – недоверчиво покачала головой магичка, разминая попутно затекшую шею. – Может, предложим откупиться?
– Были б это грабители – они бы сами нас обобрали дочиста и выкинули в какой-нибудь подворотне, скорее всего, поодиночке, – я тем временем охлопала себя по карманам, в которых только нож пропал, деньги деньги. – А хотели бы убить – мы б уже не разговаривали!
– Так какого же рожна им надо?! – наконец вскочила на ноги Лара. Я кивком показала ей отойти к Виэлле и сосредоточилась, рассматривая дверь:
– Можно у них спросить, но я предпочту вломить этим гадам и убраться подобру-поздорову!
– С голыми руками да на бандитские орды?! – дворянка однозначно перечитала приключенческих романов, потому что другой причины для сквозящего в голосе нездорового восторга я не нахожу.
– Нет никаких толп, два человека сюда направляются, – я оглянулась убедиться, что все готовы. Виэлла нешуточно нервничала, но самостоятельно догадалась, кто будет обеспечивать поддержку и, суетливо поддернув рукава, скрестила пальцы в замок, расположившись за моей спиной. Неистребимо любопытную Лараэль пришлось вручную убрать с пути. Ну что, сейчас мы, пылая праведным гневом, покажем этим гадам, что не на тех напали!..
Зашуршал поднимаемый засов, и, лишь его отодвинули, я, вложив в удар всю свою злость, толкнула дверь плечом в расчете двинуть ею по харе похитителя. С той стороны оказался неожиданно опытный противник, резко убравшийся с линии атаки – я, не удержавшись на ногах, упала. Откатываясь в сторону из-под возможного удара, ещё успела заметить что-то яркое и здоровенное, а потом меня безыскусно вырубили ударом по голове.
