Уроборос

Вечерело. На территории древнего леса становилось все холоднее. Ни одного живого существа на протяжении многих километров. Сухие ветки неприятно хрустят под ногами идущих белых фигур. Они заходят с разных сторон леса, идти им легко и мягко. Высокий мох окутывает босые ступни, одна фигур из шумно вздыхает сдергивает капюшон. Она стояла на краю поляны - сердца леса. Поляну окружали многочисленные валуны с высеченными на них древними символами. Подходя к краям остальные шесть фигур торопливо снимают капюшоны. Семь девушек синхронно сделали шаг вперед и мох под их ногами мерно замерцал. И чем ближе подходили молодые жрицы, тем ярче сверкала руна леса по которой они шли. Когда свет стал почти ослепительным, они одна за другой сели на землю. Зазвучала музыка, девушки старательно пытались петь взяв друг друга за плечи, сидя в кругу. Тонкая мелодия, но почему-то вселявшая отчаянную надежду на завтрашний день. Она заключила в себе бесконечную скорбь по ушедшим, и вечную радость новой жизни. Песня возвышала мужество боя и смерти в нем, принижала спокойную жизнь. Мелодия лилась из их уст, и когда одна замолкая начинала всхлипывать, другая подхватывала песню, а остальные успокаивали плачущую. В песне не было слов, хотя когда-то они там стояли, но даже так, мелодия продолжала звучать... Лес приветствовал новых жрецов... Из за рунных валунов к девушкам потянулись темно-зеленые ветки плюща. Они нежно окутывали их тела в плотные коконы, заставляя их сердца пылать... . . . Сизый густой туман окутывал мощные стволы деревьев. Их практически черная кора покрылась капельками измороси, которая не успев появиться уже замёрзла. Стая воронов, единственные обитатели этого леса также приветствовали новых хозяек. Светало, обряд посвящения был завершен и плющ отпускал своих узников. И они обессиленые валились на землю и тяжело дышали. Вороны сидели перед девушками, примеряя на себя новую роль фамильяров и нетерпеливо рыли землю лапками. Каждая улыбалась сквозь слезы, каждая была безмерно рада, каждая имела теперь силы на месть... Они-единственные оставшиеся из семи древних племен. Они жили мирно и никому не мешали, но Империя решившая расширить свои границы уничтожила их племена и все чем они дорожили. Солдаты присланной армии перерезали все население, не щадя никого, а пьяные солдаты это проклятущей армии ради веселья отрезали им языки и отпустили в лес. Верно, они больше не скажут ни слова, но в этом мире, страшнее не столько люди, загнанные в угол, а те кому нечего терять...

Марвин Блоссом