Мы набросаем свою историю

      У Годжо длинные пальцы. Виолетта бы сказала даже — чересчур длинные пальцы, которыми он слишком умело пользуется. Его фаланги проникали в её влагалище с неистовой силой, делая ножницы, чтобы подготовить свою любовницу к проникновению. Он нежен, обходителен и доминантен — это Ричи нравиться больше всего, хотелось отдать всю себя без остатка, но боялась снова обжечься. Губы пылают, обжигают её шею с каждым его вздохом. Он слишком горячий, пылающий. Требует от неё повиновения и ласки в ответ.              Чёрт, насколько он искусен в этой грёбанной жизни?              — Фиалка, поаккуратнее, прекрати ёрзать, я не могу долго сдерживаться, — даже этот божественный чёртовый смех, который иногда снится в мокрых снах, опаляет шею, и мурашки бегут вдоль позвонков.       — Тебя неделю не было, — Годжо старается держать себя в руках, с трепетом запоминая то, как девушка выдыхает в его приоткрытые губы. — Ты никогда надолго не пропадал, — такое ощущение, что они находятся где-то в магме — слишком жарко, горячо.       — Волнуешься?       — Боюсь, что тебе придётся искать замену. Слишком муторно.              Ухмылка у Сатору выходит кривая, болезненная. Ричи не замечает — мужчина точно знает, что она только делает сраный вид, чтобы дать понять очевидную вещь. Тянется снова к чёртовому поцелую, стараясь как можно больше чувств и страсти отдать. Когда Годжо пропадал надолго, без всякого предупреждения — хотелось рвать глотку, думая, что она своим криком призовёт его обратно. Виолетта признаётся — считайте, чистосердечное, – что попросту забывает в этом диком и страстном сексе с Сатору. Это точно лучше, чем гасить всю горечь и тяжести этого мира в алкоголе, сигаретах и наркотиках. Ричи всё пробовала, только ничего толком не помогало.              Пальцы Сатору сильнее сжимают её стан, желая оставить на ней абсолютно любые отметины — разных цветов и разных размеров. Хочет, чтобы пока на неё смотрели, то видели эти фиолетовые засосы по всему телу. Годжо прекрасно знает, что Виолетта на следующий день будет злиться на него, но ему абсолютно плевать. Пока Ричи находится в его объятиях — значит она его. Пока Ричи находится рядом с ним — значит она с ним. И ни с кем больше.              Сатору Годжо прекрасно знает, что Виолетта Ричи им пользуется. Откровенно пользуется, и мужчина позволяет это делать самым наглым образом. Его любимая фиалка с трепетом ждёт нежность с любовью, словно это помогло бы залечить те раны, которые нанёс яд под название любовь. Любовь может стать как противоядием, так и отравой — вопрос в том, в каких дозах ты принимаешь его. Ноготки с прекрасным маникюром царапают его спину — Сатору будет разочаровано думать, что на нём все мелкие царапины заживают быстро.              — Может, всё же сходим с тобой на свидание?              Усмешка вырывается наружу, но Виолетта не стремится её скрыть. Сбилась со счёта, который раз за этот месяц спрашивает Сатору об этом — наверное, десятый. Его пальца оглаживают её бёдра, обрисовывая все засосы и укусы, постепенно поднимаясь выше по стану девушки. У фиалки есть шипы, что постоянно наносят сильные раны по душе.              — Ты прекрасно знаешь мой ответ, но всё ещё продолжаешь спрашивать?              В планах было остаться здесь до утра, но сейчас всё стремление резко пропало. Ричи быстро собирает свою одежду по номеру, только Годжо обратно тянет её в кровать, надеясь, что девушка передумает. Хотя бы на пару часов осталась рядом с ним, в его чёртовых объятиях, только этого не случится. Она вырывается из его объятий прежде, чем тот успевает с силой их сжать. Она обычно уходит, подарив напоследок лёгкий поцелуй в губы и обжигающий шёпот, что она ещё вернётся.              — Надеюсь, что ты изменишь своё решение.       — Сатору, ты прекрасно знаешь, что отношения мне не нужны, — девушка с силой сжимает его плечи, когда он снова хватает её за талию. — Мне нужно одеться и уйти, — пытается отодвинуть за плечи.       — Ты снова пропадёшь.       — Да, и выйду на связь, когда мне снова будет нужен секс. Мы с тобой изначально так договаривались, если ты забыл. Сатору, ты был согласен с этим.              Именно, думает Сатору, был согласен.              Виолетта натягивает на своё тело классический чёрный костюм. Она обожала этот цвет, буквально восхваляла его. Будто в какой-то спешке поправляет макияж — хочет избежать разговора, который должен сейчас состояться. Годжо и сам не горит желанием продолжить то, что сам начал, но ему это необходимо.              Ему начала нравиться Виолетта. Очень сильно нравится. Сатору различает обычное желание обладать человеком и находится с ним рядом всегда, при любых желаниях и испытаниях. Эта тяга настолько сильная, что великий шаман не способен ей сопротивляться. Словно он уже заранее проиграл, но старается всеми силами выиграть в этой схватке.              — Меня не устраивает то, что я тебе предлагал.       — Тогда мы просто оборвём нашу связь и всё.       — Ты можешь просто забыть этого мудака и всё, — передразнивает её Сатору.       — Он изменил мне на моих глазах, прошлый сделал то же самое, а позапрошлый вообще был женат, — девушка с горечью смотрит на Годжо. — Ты думаешь, я способна сейчас доверять тебе? Способна состоять в отношениях?       — Да, — тон у мужчины уверенный, спокойный. — Фиалка, если бы ты сторонилась всех мужчин, то и меня бы послала в первый день нашего знакомства. Если бы тебе не нужно было это всё, то ты бы отказалась.       — Мне нужен был секс.       — А если вызывать мальчика или же вообще заняться этим с девушкой? Насколько я помню, ты совершенно не против.       — Ты был рядом, зачем мне кто-то ещё?       — Правильная мысль, фиалка, — его небесные очи смотрят в её фиолетовые глаза. — А так я буду рядом всю жизнь. Красивый, сильный и харизматичный мужчина в твоём распоряжении.              Ричи молчит. Да, Сатору был прав, только она действительно не хотела сейчас отношений. Годжо был рядом при любых обстоятельствах. Она долго обдумывает его слова, свои чувства — всё идёт вразрез всем принципам, что она когда-то устраивала. Красная помада идеально ложится на её губы, Сатору вскользь наблюдает за ней — хочет запечатлеть это в своей памяти. Пальцы подрагивают, пока девушка выводит буквы на зеркальной поверхности.              Пожалеет, фиалка это знает.              — Сам сказал: «Давай будем заниматься сексом, но не влюбляться». Сейчас я не собираюсь бежать к тебе по первому зову. Ты сам всё это начал, и первый всё закончил.              Виолетта хлопает дверьми, пока Сатору смотрит на красную надпись. Кажется, что эти буквы будут выведены на его мозгу до скончания времён. Годжо не теряет своей уверенности, что сможет получить любовь от Виолетты, когда же сама Ричи остаётся такой же уверенной, что не увидит больше шамана в своей жизни. Кто-то из них ошибается.              Non mi piace.              — Из всех цветов я полюбил кроваво-красные, — он усмехается, пока рука нащупывает телефон, и делает единственный звонок за весь этот день. — Мей мей, найдёшь мне информацию на одного человека? Конечно, деньги в первую очередь. Виолетта Ричи, 25 лет, шаман первого ранга.