15:15

ОХОТНИК

Зол как сто чертей. Злость рвала моё хорошее настроение и мне ничего не оставалось, я выплескивалл раздражение на всем, что было под рукой: кусты, деревья, и даже Игорь получил по морде из-за чего периодически обиженно глядел на меня. Хотя он такой всегда. Но пёс все равно для меня особенный, самый преданный и лучший. И мысленно я уже сто раз дал уже себе по лицу за то, что обидел собаку. Хех, мой внутренний диалог с самим собой развеселил меня и я подойдя к туше мертвого зайца, отрубил ем лапу и кинул Игорю. Его радостный лай можно было считать за прощение, и мы побрели дальше. Единственным плюсом того, что я его еще не поймал, было то, что мы перелопатили весь лес и наловили много разной животины, которую можно продать. Проведя весь день на ногах и заполнив походный рюкзак птицами с красивыми перьями, особенно красивыми белками, жирными кроликами и зайцем, я начал уставать. Игорь тоже уже еле плёлся за мной. Но к счастью для обеих из-за деревьев показался родной домик. Ещё не войдя в дом я кринул: –Я дома! И только войдя внутрь, я почувствовал дикую усталость, которая копилась весь день. –Папочка, почему ты так долго? Моя улыбка сразу же погасла, как только я увидел грязь на полу и цветы на подоконнике. –Куда ты ходила? Постаравшись не выдать свое недовольство, в перемешку с беспокойством, спросил я. «Она же больна, она может в любой момент умереть». Мысли сменяли друг друга со скоростью света, нагоняя панику и страх.» –Ты злишься? Один взгляд в ее зеленые глаза, так похожие на мои и я тут же успокоился. Как? Магия. –Ты же знаешь, что тебе нельзя выходить на улицу. Доктор говорил, что болезнь может усугубиться. Почему ты опять ослушалась? Не выдержав я все же встряхнул ее за плечи, о чем тут же и пожалел. Она закашлялась кровью. «Черт, черт, черт!» — Ты в порядке?! Я в ужасе заметался по комнате в поисках полотенец и воды. Девочка бесшумно сползла на пол. –Папочка… Через надрывающийся кашель выдавила она. Кровь тонкими дорожками бежала по её шее пачкая белоснежную рубаху. — Со мной все хорошо. Сегодня приходил лис поиграть. Я почувствовал животный ужас и ненависть к этому чёрному отродью. — Он позвал меня к себе домой, и я не могла отказать лисичке и пошла в её нору погулять. Меня чуть Кондратий не схватил от её слов. — Потом мне стало хуже, я вернулась и собрала цветочки для мамы. –Зачем? Почему ты опять ослушалась меня? Тебе этот лис дороже собственной жизни?! Я все же сорвался на крик. Тело била мелкая дрожь. Элли ошарашенно посмотрев на меня, заплакала.

***

Смотря в даль, ждал лиса. Элли сказала, что его нора недалеко этого живописного места. Надо же, такой красивый лис умрет в не менее красивом месте. За моей спиной раздался писк. Я обернулся, из кустов выпрыгнул маленький черный как смоль Лис. Наконец-то! –Вот мы и встретились, тварь. Я радостно оскалился. Увидев как расширились в ужасе его глаза, я потёр руки. Не отрывая глаз я сделал шаг, еще один, и еще. Он одновременно со мной отходил испуганно озираясь по сторонам и нервно ищя укрытия. — Я сегодня тебя убью. Неожиданно эти слова его успокоили. Перестав дёргаться он поднял голову. Мы встретились взглядами, он остановился, выпрямился и наклонил голову немного в сторону, словно давая разрешение. Теперь пришла моя очередь пугаться. Слишком умный взгляд для обычного животного. –Так ведешь себя будто бы понимаешь, о чем идет речь. Но это невозможно! Ты просто тупое животное. Его поведение выводило меня из себя.  — Элли, моя дочь, она больна, мне нужны деньги и я их получу. Убью тебя, разделаю как свинью и продам! Озлобленный крик распугал птиц, но лис не дрогнул. Он стоял на том самом месте и уверено смотрел мне в лицо. Ответом на заряженную двухстволку и презирающий взгляд, я получил лишь жалость в этих человкчески добрых глазах. Он меня жалел. Нет…он любил меня. Лесную тишину разрезал звук выстрела. Я упал на колени. Резкая боль пронзила все мое тело. Никогда ещё мне не было так трудно убивать животное. Когда я приблизился, лис был еще жив. Удивительно. А с виду казался до ужаса слабым и больным. Его окровавленнаяя грудка тяжело вздымалась, временами подрагивая. Моя рука невольно потянулась к нему. В изумрудных глазах лиса жил лес, казалось, словно печаль разливается той горной речкой в его затуманенном взгляде. Немного поёрзав лис придвинул морду к моей руке и осторожно лизнул, а потом тихо умер. Лес в его глазах померк, умирая вместе со своим прекрасным хозяином. Не выдержав, я трусливо отвернулся. День радовал теплым солнцем и бабьим летом. Мысли были заполнены разным. Как говорится сожаление страшная вещь, со временем проходит, меркнет. Я уже не думал про лиса. Только про деньги, что смогу с него получить. Войдя в дом, крикнул дочери: –Элли! Я завтра поеду на ярмарку. Останешься сама дома, к тебе будет приходить Госпожа Анна. Слышишь?! Скинув куртку я аккуратно перенес лиса на кухню. –Милая! Ты кушала? Зайдя в комнату я улыбнулся, Элли лежала на кровати. Её маленькая ножка выглядывала из-под горы одеял, я весело улыбнувшись, пощекотал её. Но девочка никак не отриагировала. –Малышка? Я скинул одеяла. Моя улыбка погасла. Лицо дочери было бледным, черные волосы разметались по подушке, а в руке был зажат вчерашний букет. — Элли! Я нагнулся над телом дочери. Ледяная кожа обжигала мои пальцы, отсутствие дыхание резало слух своей тишиной. –Нет… Нет. Нет! Я судорожно втянул носом воздух. Осторожно потянувшись к её волосам, я зажал мягкую прядь между дрожащих пальцев. На мгновение перед моими глазами встал образ лиса. Дрожащими руками я закрыл лицо. –За что?! Мою девочку?! За чтоо? Она мертва. Моя дорогая Элли умерла. У меня не осталось никого. Ни жены, ни дочери, ни цели в жизни. Черт! Черт! Черт! Глаза застелила пелена. Слёзы градом сыпались с моих глаз, падая и разбиваясь в прозрачные осколки, на деревянном полу. Подняв голову посмотрел на маленькие часы стоящие на огромном, тёмном комоде. Часы застыли. Стрелки остановились и больше не продолжали свой бесконечный бег по кругу. 15:15 как символично и красиво. Почему мне кажется, что убив лиса, я отобрал жизнь у своей дочери. Словно незримая нить опутывала этих двоих, связывая их жизни и судьбы. В комнате пахло смертью и цветами. На полу мирно подрагивал теплый осенний луч, словно дразня меня своим спокойствием и теплом. Хотелось плакать и умереть. А хотя, я и так мёртв, теперь точно. Часы дрогнули, стрелки снова пошли. Они насмехались надомной показывая то, что они могут снова пойти, а я нет.