Поиски места под солнцем

***

      Благодаря моему внезапному похищению на рынке, мы отставали уже на полдня. Дерек свернул вовсе не в тот проток Ганга, о котором говорил Том и где находился камень Разума, а в совершенно другой. У меня одновременно отлегло от сердца, что мой муж не увидит искушение и не пойдёт посмотреть, что же там было, а мне не придётся снова проходить испытание камня Разума, чтобы высвободить его из плена. И всё же мы безбожно отставали, хотя я понятия не имела, как это изменить.       После той настойки с каким-то галлюциногеном мне остаток ночи снились кошмары. За мной бегал Фауст, мне казалось, что это всё мираж, он снова вернулся и угрожал моим близким… но едва я открыла глаза, как увидела то же самое слепящее солнце, ту же вездесущую зелень и тот же нескончаемый поток воды, по которому мы двигались второй день навстречу судьбе.       — Кейт, на рынке я добыл интересную карту… — начал было Том, когда мы позавтракали фруктами, коих было в излишке, и я собралась снова лежать у воды и медитировать. Но потенциальная карта джунглей заинтересовала меня, и я удивлённо вскинула бровь. Только вот едва он достал ту самую, явно очень старую карту из сумки, как откуда ни возьмись выпрыгнула мартышка, схватила карту и вскочила на крышу нашей небольшой крытой лодки.       — Кейт, только без глупостей… — предупредительно прошипел Том сквозь зубы, замерев на месте, а я наоборот надулась и резко взмахнула рукой.       — Акцио, карта!       Мартышка как раз обрадованно прыгала по крыше, держа трофей в руках, но он в одно мгновение выскользнул из её рук и оказался в моих. Я довольно усмехнулась, думая, как бы скинуть животное в воду, и вдруг… вдруг поднялся судорожный крик.       — Кейт!       Откуда ни возьмись из джунглей на нас бросилась целая сотня таких же точно мартышек. Приток, в который мы свернули, был намного уже основного русла реки Ганг, и потому эти мелкие твари уже могли до нас допрыгнуть. А ещё… ещё они умели плавать!       — Ну уж нет… Инсендио!       Мощный поток огня поднялся от одного моего взмаха правой руки с браслетом Пуффендуй. Мартышки, почуяв запах жареного, мгновенно разбежались кто куда, кто-то даже попрыгал в воду, ведь огонь подпалил их шкурки. А вот кто-то с горящей шкурой поскакал прямо в лес, и сухие джунгли загорелись в один миг.       — Молодец, Кейт, ты подожгла лес, в котором не было дождя два месяца.       Я виновато поджала губы, а огонь расходился с одного дерева на другой со скоростью ветра.       — И что, есть идеи? — Том язвительно посмотрел в мою сторону, и я пожала плечами.       — У тебя ведь наверняка есть, вот ты и… делай. Я приказываю!       В конце концов я надавила на больное, и он, красноречиво закатив глаза, принялся рисовать в воздухе палочкой сложный узор.       — Я создам купол, а ты на несколько минут уберёшь весь воздух. И огонь погаснет.       — Хорошо, поняла!       Купол действительно нужен был огромный, поскольку огонь расходился во все стороны, но Тому хватило магической силы, чтобы накрыть разом всю площадь пожара. А уже затем я принялась колдовать, убирая воздух, благодаря которому огонь и разгорался. И совсем скоро вместо лесного пожара перед нами был берег, на котором виднелась существенная обугленная проплешина.       — Зато я добыла карту! — самодовольно заметила я, помахав картой рукой, но Том лишь скривил губы и покачал головой.       — У меня был дубликат. А ты больше никогда в жизни не смей трогать мартышек в этих джунглях!       Вместо ответа я шумно выдохнула, хотя косяк явно был мой и только мой, а Том уже давно собаку съел в этих джунглях, не иначе. А потом стало немного грустно, что рядом нет Антохи, который в такие моменты очень удачно разряжал обстановку. Том будто бы почувствовал моё настроение и не стал больше язвить, а встал к штурвалу и молча поправил курс. А я села на своё излюбленное место на краю, уже не трогая воды, и закрыла глаза, пытаясь немножко подремать, чтобы восстановить силы.       Перед глазами то и дело мелькали блики солнца от воды, сон был полным тревоги. То вспышки огня, то какие-то взрывы… а потом мне вдруг привиделось оно: Древо Жизни. В пещере, полностью затопленной водой, оно пустило свои корни глубоко в камень, а тысяча ветвей, словно бы длинные перекрученные верёвки, расходились во все стороны. И внезапно луч солнца откуда ни возьмись прошёлся по веткам, и на них появились длинные цепочки листьев и прекрасные лиловые цветы, гроздьями свисающие над водой.       — Кейт… Кейт, очнись, ты чуть не упала в воду!       И Древо, и пещера вмиг исчезли, и я недовольно скорчилась, пошевелилась и потёрла глаза, а после широко зевнула.       — Что тебе приснилось?       Том без капли сарказма искренне поинтересовался моими видениями, и я потянулась и прохрипела:       — Древо Жизни… интересно, маледиктусы дадут нам на него посмотреть, если мы всё-таки найдём его? И дадут ли они нам хотя бы один лепесток?..       — Зачем тебе его лепесток? — мягко улыбнулся он, и я шумно вздохнула:       — Он может снять любое, даже самое сильное проклятие. Значит, и на Дерека подействует, и к нему вернётся память…       От этих слов Том заметно помрачнел, но говорить ничего не стал. Мне тоже стало почему-то неловко, хотя я постоянно говорила, в чём состояла цель моих поисков с самой осени. Он же всё знал и всё понимал… неужели он ещё на что-то надеется?       — А что всё-таки это за карта?       Я выудила из-под скамейки тот клочок бумаги, спасённых от мартышек, которые уже вряд ли когда-нибудь посмеют приблизиться к нашей лодке, и Том усмехнулся и взмахнул палочкой, и карта сама по себе развернулась и зависла в воздухе.       И на ней был начерчен Ганг со всеми многочисленными притоками и разветвлениями, карта джунглей, места обитания редких хищников и оно, Древо Жизни, именно такое, каким я его видела во сне.       — Ещё примерно день пути и мы будем на месте… — вздохнула я, прикинув местоположение дерева на древней карте и наше местоположение на современной, и Том отвернулся и задумчиво посмотрел вперёд.       — Думаешь, он там задержится на целый день?       — А вдруг маледиктусы — завораживающие красотки, как сирены, и они так просто мужчину из своих рук не выпустят? — подмигнула я, и он улыбнулся моей шутке.       — Вряд ли это так, но им всё равно не снять с меня твои чары, Кейт. Так что можешь не переживать.       Мои щёки слегка вспыхнули, и я отвернулась к воде, чтобы скрыть эмоции. Но Том всё равно успел увидеть всё, что хотел, и на его лице расцвела та самая неизменная довольная улыбка, с которой он не расставался с момента своего второго воскрешения. Хотя я и сама частенько стала радоваться, причём каким-то мелочам, сама жизнь для меня словно бы началась заново, едва Фауст исчез с горизонта, а над головой снова засветило солнце.       Остаток дня мы просто ели и дурачились, и я даже не хотела и думать, догоним мы всё-таки Дерека или же нет. Само по себе путешествие по джунглям в этот раз почему-то наполняло меня силой и спокойствием, и я поверить не могла, что до тридцати лет не соизволила никуда выбраться и посмотреть мир. Зато теперь он был открыт для меня полностью!       Ночью мы причалили к берегу, чтобы не плыть в темноте, и наложили кучу защитных заклятий, чтобы нас никто не нашёл (особенно вездесущие мартышки, которых я теперь очень недолюбливала). А с рассветом мы снова отправились в путь, но река текла, текла, сужалась, но никак заканчиваться не хотела.       — Странно… — пробормотал Том, когда мы проплывали мимо одного и того же поворота третий раз, и я скучающе оторвалась от разглядывания воды и вздохнула.        — Что странного? Что мы опять заблудились?..       — Мы не заблудились, Кейт, — упрямо возразил Том, вглядываясь то в одну карту, то в другую, и я перевернулась на бок и скептически изогнула бровь.       — Да? И почему же мы тогда ходим кругами? Я прекрасно помню и эти скрюченные деревья у воды, и водопад, и… вон тот леопард тоже уже третий раз попадается на глаза, и не думаю, что здесь сразу три одинаковых леопарда.       Том оторвался от карт и с прищуром посмотрел в сторону берега, и действительно: согнувшись над водой, лакала крупная пятнистая кошка. Но она была далеко от нас, да и мы были ей явно неинтересны, так что опасности она не представляла. Разве что потенциальную.       — Потому что Древо Жизни должно быть где-то здесь, но… его нет. Судя по описаниям и карте, оно должно быть просто огромным, но я уже даже применил Глаз Ягуара, и… ничего.       — Правильно, потому что оно спрятано глубоко под землёй в пещере, умник, — фыркнула я, и Том оторвался от карт и широко распахнул глаза.       — И когда ты хотела мне это рассказать?!       Он налетел на меня, словно ураган, что я даже пошевелиться не успела, а я всё никак не могла понять причин его злости.       — Так ты и не спрашивал! Я думала, раз ты знаешь всё на свете, то знаешь, где и Древо находится, ты же король этих джунглей!       Том в ответ закатил глаза и скрестил руки на груди.       — Неужели? Может быть. А ты откуда узнала, где находится Древо?       — Мне оно приснилось, и оно было в пещере под землёй… может быть, это было видение, я же чувствую связь с Сидом?       Я лениво потянулась, чтобы размять затёкшие мышцы, а затем достала из наплечной сумки, которая валялась рядом, свой компас. Но он привычно крутился из стороны в стороны, словно бы роза ветров, и Том, увидев это, усмехнулся и выразительно на меня посмотрел.       — Надо же, Королева Проклятых не знает, что она хочет?..       — Я хочу побыстрее найти Древо, — гордо заявила я, кинув в сумку бесполезный компас. А после встала на ноги, вытянулась, что захрустели суставы, и по-деловому огляделась. — И если ты не можешь меня к нему привести, то придётся как всегда брать всё в свои руки. Дай карту!       Разозлившись, я отобрала обе карты, тщательно вгляделась в каждую по очереди, и судя по тому, что было нарисовано, Древо действительно было неподалёку в джунглях, причём не на той стороне реки, где воду лакал леопард.       — Нам туда! — скомандовала я, указав путь к берегу, и Том послушно взял в свои руки штурвал и направил нашу лодку по нужному курсу. — Вон там водопад… вода должна стекать в ту самую пещеру, где и находится Древо, но наверное, она скрыта защитными чарами…       — Глазу Ягуара всё нипочём, — усмехнулся Том, помахав передо мной трофеем от амазонок, но я лишь отмахнулась и вгляделась в карту, на которой тотчас рассыпались руны.       — Дерек где-то здесь, но масштаб у карты слишком мелкий, мы можем промахнуться на пятьдесят километров.       — Что ж, здесь его точно нет, так что надо попробовать найти Древо и проверить там, — с улыбкой предложил Том, нисколько не огрызаясь, и я приподняла углы рта и кивнула.       Мы снова двинулись сквозь джунгли. Я настолько пропахла пряностями и благовониями в хижине каннибалов, что ко мне не приставала никакая мошка, и Том старался держаться ко мне поближе. Хотя было трудно разойтись, ведь тропический лес действительно оказался неприступным: деревья и кустарники настолько плотно росли друг к другу, что под ними была кромешная зеленоватая темень, в которой лиану, свисающую с нижней ветки, легко можно было перепутать со змеёй.       От мысли о змеях мне было некомфортно, пусть я вроде как и вылечилась от своего страха. Хотя от мысли, что люди могли превращаться в змей и обратно, причём это были исключительно женщины, стало некомфортно дважды. И теперь уже я старалась держаться поближе к Тому, ведь он знал змеиный язык и мог отличить змею от человека-змеи. Я ни с теми, ни с другими, контактировать не хотела от слова совсем.       Наконец мы вышли к водопаду, который падал с высокой серой скалы. Далеко виднелся огромный горный хребет — это были Гималаи, и от одной мысли, как же было холодно на самой вершине, по коже прошлась волна мурашек. Слава богу маледиктусы не решились спрятать Древо на Эвересте, туда бы я точно не полезла ни за какие сокровища, а Дерека терпеливо подождала бы у подножия.       Водопад наполнял водой небольшое озеро, которое было своеобразным тупиком. Оно было в форме чаши, и что-то мне подсказывало, что проход к Древу был на дне этой самой чаши.       — Что ж… не хочешь искупаться? — как бы невзначай протянула я, сверкнув глазами в сторону воды, и Том прищурился в ответ, выражая подозрение. — Ты-то теперь явно не потонешь, а вода холодная, скорее всего… не хочу болеть.       Я невинно похлопала ресницами, и мой верный умертвий тяжело вздохнул и начал раздеваться, чтобы легче было двигаться под водой. Я нет-нет, да и бросала невольно взгляды на подтянутое тело, но Том быстро скинул с себя рубашку, бросил её мне и прыгнул со скалы прямо в бурлящий котёл.       Он сразу исчез в пучине водных брызг, и я принялась нервно стоять на вершине и ждать. Время шло ужасно медленно, солнце нещадно пекло над головой, заставляя искать тень… и вдруг прямо под землёй раздался щелчок.       Вода забурлила, словно бы вскипела, и с бешеной силой устремилась куда-то вглубь, где открылся новый проход. А на поверхность потока с трудом вынырнул Том и прокричал мне сквозь шум воды:       — Прыгай, Кейт! Давай, времени мало, стена скоро закроется!       Как же мне не хотелось этого делать, но выбора тоже не было. Шумно вдохнув, я задержала дыхание и нырнула с головой в пропасть, прямо в чём была.       Мощный поток воды сразу же подхватил меня и потащил на дно, но Том вовремя схватил меня за руку и силком подтолкнул наверх, к воздуху, чтобы я могла вдохнуть. Вынырнув, я закашлялась, так как немного воды всё равно попало в нос, а эта самая вода действительно с бешеной скоростью текла куда-то вниз, и нам явно надо было туда же. И я снова сделала глубокий мощный вдох и поплыла вниз, за Томом, который быстро влился в поток и потащил меня за собой.       Мы на огромной скорости пролетели минимум три излома, прежде чем нас вынесло к каменистому берегу. Света почти не было, и пришлось Тому зажечь палочку, а мне, когда я отдышалась и пришла в себя, тщательно высушить одежду с помощью браслета, ведь вода действительно была ледяной, практически нулевой температуры.       Правда, пещера, куда нас вынесло, была не такой уж и большой, я бы даже сказала… крохотной. Но глубоко внутри был проход, и мы направились прямо туда, решив, что там было то, что нам нужно.       Темень, темень, кругом кромешная темень. Ни одного лучика солнца не проникало сюда, ни одной щели. И я создала небольшой огненный шар, наподобие маленького солнышка, и пустила его перед собой. Мы как раз проходили по узкой расщелине, и когда она закончилась, «солнышко» взмыло высоко вверх, освещая огромную пещеру, в которой раскинулось оно… Древо Жизни.       Древо было действительно огромным, прямо как в моём сне. И от света, что попадал на его ветви, принялись распускаться листья и цветы, прямо у нас на глазах, словно бы в сказке… но в пещере мы были совершенно одни.       — Мда… — протянула я, хорошенько осмотревшись, а рядом послышался шумный вздох. Но боковым зрением я заметила, что Том широко улыбнулся, правда, едва он заметил мой взгляд, как мигом посерьёзнел и кивнул в сторону Древа.       — Что ж… зато мы можем взять несколько лепестков.       — И то верно.       Делать было нечего, ведь мы проделали такой огромный путь, а цветки были вот здесь, прямо перед нами, только руку протяни. И я первой принялась карабкаться по твёрдой, словно камень, коре до ближайшей массивной ветки, где можно было взять несколько соцветий. Том забрался на ветку прямо за мной, но едва он твёрдо встал на ноги, а я потянулась за цветами, как раздалось мощное шипение.       Откуда ни возьмись на нас бросилась огромная коричневая королевская кобра, которую я вначале из-за тусклого освещения приняла за ветку. Закричав от ужаса и внезапности нападения, я быстро попятилась, а затем запрыгнула на руки Тома, что тот едва не потерял равновесия. Благо что нижние ветви Древа были очень толстыми, с тело упитанного мужчины, а ствол и вовсе был с хорошего великана, и Том вполне твёрдо стоял на ногах. А я держалась за него, как за соломинку, с ужасом наблюдая, как змея подползала всё ближе и ближе.       — Сашш-шиае-е-е-сс-а! — вдруг скомандовал он, и змея замерла на месте, а затем медленно превратилась в девушку, одетую в небольшие повязки из леопардовой шкуры. Волосы её были черны и растрёпаны, лицо было грубым, в открытую выражавшим неприязнь, а чёрные брови сходились на переносице.       Девушка с недоверием посмотрела на нас, а Том вдруг с благодарностью воскликнул:       — Спасибо тебе, о святая женщина, что моя жена снова захотела пойти ко мне на руки!       Я от таких новостей возмущённо хлопнула его по плечу со всей силы, а девушка вдруг улыбнулась и тихо зашипела уже на понятном языке.       — Кто вы, путники? И как нашли наше Древо?       — Мы ищем кое-кого! — прокричала я, всё ещё боясь покидать рук своего защитника, чему он, надо сказать, нисколько не расстроился. — Это… мужчина, примерно моего роста, с каштановыми волосами и оливковыми глазами. Он должен был быть где-то здесь, он тоже искал Древо…       — Я видела его, он был здесь час назад.       От подобной новости меня так и перекосило, а девушка продолжила шипеть:       — Он хотел сорвать немного Слёз Луны, но лишь членам нашего племени дозволено касаться этих священных цветков.       — Значит, вы и нам не дадите их сорвать? — удивлённо спросил Том, всё же поставив меня на ноги, и девушка медленно покачала головой.       — Нет. Если вы сорвёте цветы, нам придётся вас убить.       В подтверждение слов, из тени с веток соскользнуло ещё пять или семь змей, очень похожих на ветки Древа. И все они превратились в женщин, одетых в шкуры животных, у которых в руках был либо кинжал, либо заточенная длинная палка с острым наконечником.       — Что ж… приятно было пообщаться, — примирительно заявил Том, раскинув руки, и в этот момент я неловко повернулась и упала с ветки. — Кейт!       Я пролетела совсем чуть-чуть, успев зацепиться за одну из веток, похожих на плети, на которых как раз и цвели цветы. Проехавшись по ветке, что та нагрелась, и содрав всё, что было в двадцати сантиметрах на коре и всю свою кожу на ладони, я вскрикнула и остановилась в пяти сантиметрах от воды.       — Я… я в порядке! Ветка… как же жжёт!       — Не двигайся, я сейчас тебя заберу!       Том изящно подлетел ко мне и перехватил меня на руки, и я отпустила несчастную ветку и сжала руку в кулак.       — Прощайте! — крикнул он девушкам, и мы быстро юркнули в узкий проход, из которого мы и пришли, а свет за нами тотчас погас, и всё снова затихло во тьме. — Кейт, стоит быть осторожнее…       — Да ладно?       Когда мы уже снова оказались на берегу водопада, под палящим солнцем и брызгами, я наконец разжала кулак с оцарапанной рукой, и на свету заблестели те самые цветки, которые я содрала в процессе своего падения. Том удивлённо раскрыл рот, никак не ожидая подобной добычи, и я широко улыбнулась его изумлённому виду.       — Кейт, это… это… воровство!       — Что?!       Я непонимающе уставилась на него, а он недовольно поджал губы и выразительно на меня посмотрел.       — И это говорит человек, который сорвал с монахов бусы и камень?!       — Мне они были нужнее, чем им, — сразу же бросился оправдываться Том на мои нападки, и я воскликнула:       — А мне они нужны больше, чем им! И что это ты вдруг решил за них заступаться?.. Они хотели нас убить за эти несчастные цветы!       — Они лишь угрожали нас убить, если мы возьмём цветы, а не пытались сожрать нас, как эти каннибалы. Кейт, ты совершенно ничего не знаешь о хороших манерах!       Я так и распахнула рот от подобных претензий, а Том вдруг громко рассмеялся, положил руку на мою, чтобы закрыть драгоценные цветки от солнца, и с улыбкой произнёс:       — Видела бы ты сейчас своё лицо! Пойдём домой, Дерек почти наверняка уже перенёсся в море, здесь его точно нет.       — Пошли… — вздохнула я, сжав руку обратно в кулак, но удивительно, прежней горечи от очередного поражения почему-то не было. Лишь лёгкая печаль и всё.

* * *

      — Кэс, я не знаю, что мне делать…       Дома всё было по-прежнему. Томми занимался важным делом и пытался лечить дедушку, Морган втихаря от меня курил, как не в себя, и выливал мои микстуры, хотя божился, что всё пил. Салазар перенёс обоих питомцев в Хогвартс, к нескончаемой радости Кеттлберна и прочих отчаянных студентов, а я в выходные пришла в гости в кабинет к Кэс на горячий шоколад. Тот, кстати, как всегда был выше похвал, но что-то внутри меня всё равно ёрзало и не хотело успокаиваться, и Кассандра проницательно на меня посмотрела и улыбнулась.       — Наша умница Кейт, которая победила всех и вся, не знает, что ей делать?       — И ты туда же? — вздохнула я от издёвки в словах подруги, но Кэс лишь ещё шире улыбнулась, совершенно беззлобно, и подлила мне из чайничка ещё шоколада.       — Я всего лишь хочу сказать, Кейт, что тебе всё по зубам. И рано или поздно ты найдёшь ответы на все свои вопросы.       — Я хочу найти Дерека… но мой дурацкий компас не хочет показывать путь.       В который раз я достала из сумки несчастный компас и положила его на оцарапанную ладонь, но результат был один: стрелка крутилась сама по себе, замирала на мгновение, а затем меняла направление и снова крутилась. Кэс же, казалось, и вовсе не была удивлена подобному, она лишь с улыбкой отхлебнула из своей чашки и ласково сказала:       — Кажется, ты просто не знаешь, чего хочешь. Может, ты просто устала от погони за камнями и Фаустом, и тебе нужно сделать перерыв? Посмотри, как хорошо на улице, как будто вы с собой из Индии привезли к нам кусочек солнышка! Птички поют, всё тает…       — Я знаю, что я хочу, Кэс! — упрямо прорычала я, отложив чашку в сторону. — Я хочу семью. Нормальную семью, как у тебя и Ника, чтобы я и муж работали на обычной работе, вечером приходили домой к детям, на выходные куда-нибудь на природу или родственникам… у меня ведь это всё уже было! Я просто хочу вернуть это!       — И я тебя прекрасно понимаю, — вздохнула она. — Но тебе не кажется, что про тебя… тебя никак не скажешь «обычная»? Как было уже не будет, я понимаю, что тебе нужен покой, и я очень хотела бы тебе его дать, но… это можешь только ты сама. А что Том?       — Играет в шахматы с Томми, — пожала плечами я и отпила из чашки. — Или ты о чём?       Кэс в ответ лишь загадочно улыбнулась и посмотрела на меня, и я вмиг помрачнела и осунулась.       — Не думаю, что из этого что-то выйдет. Я не могу… не могу поверить, не могу представить, что он придёт в себя и остепенится. А мне… мне уже надоели эти эмоциональные качели и постоянная ругань! С Дереком такого не было! Я ведь даже сделала зелье из Слёз Луны, чтобы вернуть ему память!       — Что ж, я всегда тебе говорила, что ты заслуживаешь самого лучшего, — с улыбкой проговорила Кассандра, и её мягкий голос вкупе с превосходным шоколадом успокаивали мои больные нервы. — И если самое лучшее для тебя — это Дерек, то ты обязательно его найдёшь. Где он сейчас, вы знаете?       — В море, — устало отозвалась я, закрыв на мгновение глаза. — Он вышел в море, но я пока не знаю, куда он направится и где уже был. Остаётся только ждать, а потом очередная погоня…       — В любом случае, Том помогает тебе, как всегда это делал. Вместе вы точно найдёте то, что ищете. Я в этом абсолютно уверена.       — Спасибо тебе, Кэс…       Кассандра Доусон всегда знала, что сказать, чтобы успокоить или утешить, и после неё мне всегда хотелось бежать и что-то делать. Но Дерек пока был где-то далеко, и мы не совсем понимали, куда он собрался направиться. Две недели прошло в каком-то странном, подвешенном состоянии, когда я каждый день вместе с Томом проверяла карту в его кабинете, и каждый день после ужина мы собирались и строили догадки, куда ещё он мог отправиться и кого искать. И вдруг, спустя очень долго время, у нас наконец появилась цель…       — Он плывёт в сторону Италии! — воскликнул Том, указав на руны на карте, и я не могла поверить своим глазам. — Быть такого не может, наконец нормальное место!       — Но… куда именно он причалит?       — Скорее всего, к небольшой магической деревне недалеко от Портофино на итальянской ривьере, там есть порт. Давай сразу перенесёмся туда на пару деньков, а там видно будет, куда он причалит на самом деле? Всё равно всё рядом…       Том с надеждой посмотрел на меня, и я неуверенно кивнула, ведь всё было… как-то слишком просто. Мы полгода гонялись за ним по джунглям и горам, рискуя жизнью, и вдруг он просто решил заехать в курортный городок? Или может, Дерек просто устал от путешествий и наконец-то решил побыть в компании людей. В любом случае, это был призрачный шанс добиться, наконец, своей цели.       Италия встретила нас солнцем и теплом. Двенадцать градусов — не жарко и не холодно, и я, уже устав от испепеляющего солнца и обжигающего мороза, с лёгкостью вдохнула полной грудью. Небольшая рыбацкая деревня, полная волшебников, и три дня в компании Тома, который теперь вроде как был моим умертвием. Что может случиться?..       — Поужинаем?       Мы заселились в небольшой отель на шесть комнат и целый день просто гуляли по окрестностям. А когда начало темнеть, то мне поступило крайне заманчивое предложение, и мой урчащий живот ответил быстрее меня.       Паста, морепродукты, шикарное вино, лёгкий бриз с моря… весь вечер мы непринуждённо болтали, будто бы старые знакомые, которые сто лет не видели друг друга. А после ужина Том потащил меня гулять к морю.       — Прекрати, мне вино ударило в голову, надо идти спать! — отпиралась я, с трудом встав из-за небольшого столика, и сразу же пошатнулась, так как оказалось, что две бутылки белого игристого вина на двоих вполне достаточно, чтобы хорошо опьянеть.       — Нет, Кейт, мы обязаны пройтись! — упрямо возразил Том, а сам едва смог удержать равновесие, и потащил меня не в отель, а на набережную, которую ласкало Средиземное море. И вино так хорошо ударило в голову, что долго уговаривать искать неприятности на пятую точку даже не пришлось. — Посмотри, какая красота!       Сотни огоньков зажглись в небольших домах на склоне, и они отражались в тёмной воде, будто бы светлячки. Ветер трепал мои волосы и подол светлого платья, а все проблемы, казалось, были далеко-далеко отсюда.       — Смотри, я лечу!       Закрутившись, я выставила руки, словно бы птица, и ветер тотчас подхватил меня и обдал солёным порывом. Закрыв на мгновение глаза, я представила себя в воздухе, и вдруг меня подхватили сильные руки и потянули вверх, и я… оказалась в чёрном небе.       — Правда, летишь… — прошептал Том, когда я открыла глаза, и у меня захватило дух от одной картинки тысячи городов поблизости с высоты птичьего полёта. Это было чарующе прекрасно, что я покрепче обхватила руки Тома и зажмурилась, мечтая, чтобы это мгновение не заканчивалось никогда…       Следующий день мы провели на пляже. Я лежала на песке, прямо в одежде, и задумчиво смотрела вдаль, на горизонт, а Том читал рядом что-то объёмное, отчего у меня уже начинала болеть голова. На обед у нас были фрукты и вино, которые мы взяли в корзинке с собой с завтрака, а вечером мы снова решили пройтись по побережью, благо что на улице было ещё теплее, чем вчера.       Мы взяли из отеля с собой по закуске: куриное мясо с овощами, завёрнутое в питу, и просто шли и наслаждались жизнью. Снова деревушка сияла для нас сотней огней, а по улочкам гуляли местные жители, решив устроить променад, так же как и мы. Я была настолько окрылена свободой, что можно было даже сказать счастлива… хотя вероятно, это говорило во мне вино, а не я сама. Том в этот раз решил не налегать на спиртное, а потому шёл более уверенно, я же крепко держалась за его руку, найдя в ней ключ к собственному равновесию.       — Куда… куда ты смотришь?       Я сама не заметила, как мы остановились, прямо посреди улочки. Огни в глазах двоились и сияли, но я всё же сфокусировала зрение и увидела в тёмном переулке двух ребятишек, на вид лет шесть или восемь. Они сидели вдвоём в обнимку, и по глазам было видно, что они за день ничего не ели. И Том, оставив меня одну посередине улицы, отошёл к ним и отдал нетронутую питу с мясом.       Детишки сразу набросились на угощение, разломив его пополам, а я совершенно по-другому посмотрела на человека рядом, даже не подозревая, что он способен на подобный поступок. Том же улыбнулся мне, взял под руку и сделал шаг вперёд, но я не сдвинулась с места. А на вопросительный взгляд разломала свою питу и протянула ему половину.       — Поделись… улыбкою своей… и она к тебе не раз ещё вернётся! — пропела я, вручив закуску, и Том усмехнулся, принял её и откусил.       — Так даже вкуснее!       — Вот видишь, а ты боялся делать добрые дела, — улыбнулась я, тоже откусив кусочек своей половины, и она действительно казалась вкуснее, чем в ресторане. — Может, ещё не всё в тебе потеряно?       — Может, и не всё, — улыбнулся он на мои слова, уводя меня в сторону моря. — Пошли, Кейт, полетаем как вчера, тебе же понравилось, да?..

* * *

      На следующий день мы встали ближе к обеду. Погода разошлась во всю, что даже было немного жарко, и я уже надела одно платье, без лёгкой кофты, и даже оголила плечи. И мы с Томом опять пошли праздно гулять по деревушке. Целый день мы слонялись без дела, а ближе к закату снова принялись ходить по набережной туда-сюда.       — Смотри, это те самые удочки, о которых говорил Томми! — ткнула я пальцем в витрину неподалёку от причала, где были выставлены несколько удочек, у которых приманка менялась сама по себе.       — Да, забавная вещь, для рыболова в самый раз. Хочешь купить?       — Н-не знаю, — растерялась я. — Я в них совсем ничего не понимаю.       — Ладно, тогда я выберу сам. Зайдёшь внутрь или подождёшь меня здесь?       — Подожду здесь, слишком хорошо на улице, чтобы идти обратно в дом.       — Полностью согласен, но я всё-таки зайду и куплю пару удочек!       Том рассмеялся, и я широко улыбнулась ему в ответ, проследив глазами, как он скрылся в магазинчике, едва прозвенел колокольчик на входной двери. Солнышко приятно грело, не пекло, а именно грело, а море волшебно блестело в его предзакатных лучах, беззаботно покачивая лодки. И вдруг, присмотревшись, я заметила на воде у причала знакомый силуэт.       Не знаю, что со мной произошло, но я враз оцепенела. А когда пришла в себя, то на ватных ногах пошла к причалу, а в горле встал ком. Это была большая белая лодка с надписью на корме «Фелисия», а на борту сидел и пил воду из бутылки… Дерек. Это правда был он.       Я подошла так близко, насколько была вообще способна, и Дерек наконец заметил меня, приветливо улыбнулся, но я… я не могла ничего произнести, ни слова! Даже улыбнуться в ответ не могла, лишь потрясённо хлопать глазами.       — Сеньорита, с вами… всё в порядке? — с тревогой спросил он, нисколько меня не узнавая, и я аккуратно залезла рукой в наплечную сумку, нащупала пузырёк с зельем из Слёз Луны, а сама открывала и закрывала рот, как рыба, не в силах что-то сказать. — Сеньорита?..       Дерек спрыгнул с лодки и подошёл ко мне ближе. Вот он, живой, невредимый, загорелый… его кудри выцвели на палящем солнце, а оливковые глаза светились изнутри. Это он… живой…       — Я… я… я просто…       Он терпеливо стоял и ждал, пока я смогу сформулировать мысль. Вот же, этот его полный тревоги взгляд, тот самый взгляд, которым он каждый раз смотрел на пациентов, в надежде помочь… и помогал. Помогал! Каждый раз…       — Простите, я…       Я снова набрала в грудь побольше воздуха, а мои щёки покраснели. Рука застыла в сумке с пузырьком, в котором было нужное снадобье. Одно движение — и Дерек вспомнит всё, он… он вспомнит меня, и Тессу, и Томми… только вот… нужно ли это было ему?       — Вы моряк?       Это был максимально глупый вопрос, на который я только была способна, но он разрядил обстановку и дал мне ещё немного времени, и Дерек непринуждённо засмеялся и провёл рукой по волосам.       — Вообще-то, нет. Я морской биолог и ещё серпентолог. Полгода я был в путешествиях по миру, это было крайне захватывающе! Я увидел столько морских созданий, особенно редких змей, и смог их зарисовать и описать. А сейчас хотелось бы отдать мои заметки в издательство, чтобы выпустить новый учебник для магических школ, и снова отправиться в путь!       Он был искренне счастлив, когда говорил это, про свои путешествия и животных, которых увидел, по-настоящему счастлив. Я это видела в его сияющих глазах, ведь когда-то он так смотрел на меня, в день нашей свадьбы. Но я никогда не смогу подарить ему это, подарить свободу передвижения по миру, если мы… мы будем вместе…       — Понятно… простите меня, я просто подумала, что вы… что вы… поможете мне выбрать удочку для моего сына. Он с дедом скоро собирается на рыбалку, когда сойдёт снег…       — Вы не местная, да? — с улыбкой проговорил Дерек, то и дело вглядываясь в моё лицо, и я растерянно пожала плечами.       — Я из Англии.       — Понятно всё! — рассмеялся он, пока я стояла и не могла принять решение. — Мне кажется, я был там когда-то давно, но уже ничего не помню. Нужно будет обязательно приехать туда ещё раз, чтобы освежить память!       Удар сердца, ещё один, ещё… и наконец я на секунду зажмурила глаза и выдохнула.       — Конечно… простите за беспокойство!       Вся красная, как свёкла, я всё-таки нашла в себе силы, чтобы отвернуться от Дерека и зашагала прочь, обратно к магазинчику. Но у самой пристани, где деревянные доски сходились с камнем, стоял Том с удочками и растерянно смотрел в мою сторону. Он всё видел, и меня, и Дерека, и что мы только что разговаривали… всё видел и всё понял.       — Кейт…       Я всё-таки не выдержала, и из глаз брызнул поток кровавых слёз. А Том выронил удочки, которые держал в руках, и притянул меня к себе.       — Господи… ты разобьёшь меня… разобьёшь, как в прошлый раз…       — Нет, Кейт, — зашептал он, целуя мои заплаканные кровавые глаза. Целуя так, как никогда до этого, а я словно была хрустальным, очень хрупким цветком в его руках. — В этот раз всё будет по-другому, вот увидишь. Я всё склею, обещаю тебе, я всё склею, всё, что сломал когда-то…       Том целовал и целовал моё лицо, а я в его руках постепенно успокаивалась, так, что уже могла что-то сказать. И я наконец с трудом прохрипела:       — Это те самые удочки?       — Самые лучшие удочки в мире, — сквозь боль улыбнулся Том, отстранившись от меня, и поднял удочки с камня, и я улыбнулась сквозь слёзы.       — Тогда пошли домой, Томми уже давно ждёт нас.       Он кивнул мне и взял за руку, и я приняла её, оставив позади всё дрянное прошлое, что было, а за нашими спинами горело закатное солнце, уже готовясь потонуть в морской пучине.       Всю жизнь я бегала и что-то искала, а это что-то всегда было рядом со мной… и я только сейчас, спустя долгие годы, наконец открыла глаза и нашла то, за чем гналась. Наконец я нашла своё место под солнцем, и оно было рядом с ним.