Я буду ждать

      — По вашим рассказам, я думаю, вы потеряли сознание потому, что мозг был перенапряжён из-за шока. Вы бы видели, как переживали за вас ваши питомцы, — издаёт смешок ветеринар-дедушка.       — Но как я оказалась в клинике для животных? Почему меня не отвезли в обычную больницу? И кто меня принёс сюда? — собеседник на твои вопросы скрытно улыбается, вспоминая вчерашний вечер и напуганные лица парней. Он затянуто молчит и ты начинаешь волноваться. — Доктор?       — Эту информацию знают только ваши животные, дорогуша. Я не успел увидеть, кто принёс вас сюда. Когда я вышел из своего кабинета, то на диванчике увидел вас спящую, а рядом ваших питомцев, — искусно врёт мужчина и что-то записывает в тетрадь.       «Не могу понять…», — путаешься и переживаешь из-за незнания произошедшего с тобой. Это немного пугает.       — Т/и, не переживай ты так. Просто добрый человек помог тебе, ведь если бы его намерения были не чисты, доберманы бы перегрызли ему глотку, уверяю тебя, — спокойно и сдержанно проговаривает слова, растягивая умеренную улыбку.       — Скорее всего.       Образуется неловкая тишина, которая прерывается чирканьем шариковой ручки и периодическим клацканьем клавиш. Ты невольно начинаешь думать о будущем своих питомцев. Осталось 2 дня.       — Извините, а что вы сделаете с собаками, когда я верну их? — волнующе спрашиваешь.       Ветеринар отрывается от писанины, переплетает пальцы вместе на столе и, сквозь очки, безразлично отвечает:       — Ну… я уже звонил в приюты и так оказалось, что у них нет лишних мест для взрослых собак. Поэтому мне придётся усыпить их.       «Не может быть», — встаёт в горле у тебя отрицание. Ладони почему-то начали потеть, а сердцебиение участилось и глаза начали неприятно щипать. — «Просто взять и усыпить, потому что нет мест в приютах? Не хочу…».       Дедушка-ветеринар видит заметную жалость и боль глазах Т/и и надеется, что его план воплотиться в жизнь. Ведь нет ничего хуже, если проводник душ не сможет найти для перевёртышей особого человека-хозяина, с которым будет происходить душеобмен. Не сделав этого, они останутся навсегда животными и не смогут переродиться впредь. Их душа просто-напросто растворится.       — А что если их возьмут в питомники?       — Не получиться, так как у нас нет документов, подтверждающих породистость доберманов. И питомникам выгоднее продавать чистых собак, чем брать лишние рты с неизвестной родословной.       — А если разместить объявление в интернете и подождать, пока кто-нибудь откликнется?       — А кто будет ухаживать за ними в это время? — отрезает тебя доктор, а ты, с каждым его аргументом, впадаешь в ещё большую панику. — Как я понял, ты уже решила вернуть их, поэтому раз вы все здесь, предлагаю начать прямо сейчас. Пошли.       Он энергично покидает кабинет, оставляя тебя одну с роем мыслей. Ты привязалась, ты не хочешь причинять боль своим полюбившимся Тэ, Чиму и Гуку. В прострации выходишь в коридор к парням, которые успевают обратить на тебя внимание, лёжа на полу, и радостно посмотреть.       «Вы такие счастливые… Наверное думаете, что мы идем домой, но…», — размышляешь ты и тут же осекаешься, боясь закончить страшную мысль. На глазах наворачиваются пузырьки слёз, что неожиданно лопаются, и ты резко отворачиваешься от них, что бы скрыть кривящееся лицо от боли.       — Дорогуша, вы чего это ревёте? Сейчас ваши слёзы не помогут, поэтому давайте, помогите проводить собак в операционную. У меня уже все готово, — преспокойно просит тебя доктор, приближаясь к лежащим псам.       Стоило ему коснуться белоснежного пса, ты срываешься с места и откидываешь чужую руку, что посмела тронуть твоё.       — Не дам, — как истинная мать и хозяйка, ты закрываешь своих детей и питомцев от человека, который хочет нанести вред.       — Что значит «не дам»? Я тут с вами не в игры играю, а решаю дальнейшую судьбу животных, — безразлично отвечает ветеринар в очках, а сам в душе ликует твоему поступку. — Если не будете помогать, не мешайте процессу.       Он отодвинул тебя в сторону, отчего ты не удержавшись на ногах рухнула на колени. Тут раздался громкий лай доберманов, они сразу же твёрдо встали перед тобой, защищая от нападающего. Их гладкая шерсть встала дыбом, уши плотно прижались назад, а громадная пасть скалится, показывая точенные зубы. Глазки-блёсточки сейчас враждебно хмурятся, позволяя угрожающим складкам на лбу проявиться, а взор направлять только на чужого. Агрессивный рык так и говорит: этот «чужой» нацелился на «их», то есть на тебя.       «Значит я не ошибся в выборе хозяина», — хвалит себя ветеринар и медленно начинает отходить от возбужденных животных, но такое действие ещё больше раззадоривает их утробное рычание.       Поняв, что может случиться с доктором, ты решительно встаешь перед доберманами и загораживаешь им обзор, но те тебя не видят и продолжают испепелять взглядом доктора.       — Молчать! — и тишина. Псы от твоего резкого голоса, тут же успокаиваются: покорно опускают уши вниз, наклоняются ближе к полу и отводят в сторону взгляд, показывая своё подчинение хозяину.       Ты оборачиваешься к ветеринару и воспроизводишь поклон. Удивляешься его спокойному и доброму взгляду. Разве у простого человека будет такой обыденный вид, когда на него чуть не напали три крупные собаки? Ха, ну да, он же привык к такому.       — Извините, пожалуйста, моих доберманов. Они просто защищали меня.       — Я знаю, — улыбается доктор. — Ты лучше скажи мне, что ты решила?       Опускаешь мимолетный взгляд в пол, потом поворачиваешься к парням и решение рисуется само, стоило только заглянуть в их красивые глаза.       — Мы уходим домой.

***

      Четвероногие забегают в квартиру и несутся со всех лап на кухню, оставляя тебя позади. Ты вымоталась за сегодня не столько физически, сколько морально, и кроме тёплой ванны в голове ничего нет. Плетёшься в спальню и на ходу стягиваешь джинсы, свитер, расплетаешь тугой пучок и облегчённо стонешь.       — «Почему она разбрасывает свои вещи по дому, а мне нельзя?!» — подмечает Гук.       — «Наверное, сегодня очень сильно устала, а ты от безделья это делаешь», — находит причину Тэ.       Резко из твоей комнаты с ошарашенным видом и огненной скоростью летит Чим, запрыгивает на диван к собратьям и, высунув язык, часто дышит.       — «Что с тобой?».       — «Я видел раздетую хозяйку», — информирует пораженный Чим. — «Она меня затискала между мягких грудей и зацеловала лицо, я не выдержал и убежал. Сейчас мне стыдно».       — «Ну… не вижу ничего постыдного. Это же естественно — быть голым. А тем более, она не знает, кто ты, поэтому тебе очень повезло, Чим-щи», — ехидничает чёрный доберман. — «Я бы досмотрел фильм до конца».       — «Только попробуй и я тебе перегрызу глотку», — белоснежный пёс щёлкает пастью перед носом Гука и скалится.       — «Да шучу я. Мне не нужна она в таком ключе. Тем более, я уверен, меня она не удовлетворит вообще».       — «Прекрати этот цирк, Гук», — начинает злиться Тэ, оскаливая зубы. В этом его поддерживает Чим.       Резкий лай и рычание с зала заставляет тебя выбежать в одном халате. Подходишь к агрессирующим друг на друга доберманам и слегка бьёшь по носам.       — Молчать! Давайте закончим день без приключений. Кстати, у вас сегодня водные процедуры, надеюсь, вы приучены, — предупреждаешь ты и уходишь на кухню, чтобы наполнить миски кормом. — Пора есть, парни!       Те прибегают на зов и принимаются уплетать хрустящий корм, а сама ты идешь принимать ванну.       После приятных водных процедур, ты нехотя намыливаешь шерсть парней, что смирно сидят в ванне. Да, ты решила помыть всех и сразу, потому что неимоверно хотелось уже спать. На удивление, животные спокойно терпели твои, то быстрые, то медленные движения и даже не рыкали, отчего ты им безмерно благодарна.       — «Бедняжка, она так спать хочет», — скулит Чим и тянется к тебе, чтобы лизнуть лицо. И ты, на минуту, взбадриваешься, но после опять клюешь носом, еле попадая по их телам струёй воды.       — «Тогда нужно не дать ей заснуть», — озаряется идеей Тэ и начинает стряхивать кожей капли воды, за ним повторяют и Гук с Чимом. В ванне разбрызгивается мелкий дождик, что будит влажностью и резкостью капель твоё сознание.       — Да не сплю я, не сплю, — распахиваешь широко глаза в доказательство и теперь порывисто обтираешь их полотенцем. Скоро ты ляжешь спать.       Обессиленно падаешь в объятия пушистого одеяла и начинаешь засыпать. Спустя несколько минут ощущаешь, как рядом прогибается постель и, не открывая глаза, еле лепечешь:       — Чим, это ты? — пёс подбирается к лицу ближе и коротко касается мокрым розовым носом твоего. Тебе в этот момент так приятно и тепло на душе, понимаешь, что Чим официально твой питомец, а ещё Гук и Тэ, которых ты тоже хочешь почувствовать в своей постели.       Сильное желание ощутить их рядом помогает тебе добраться до зала и позвать парней, которые уже заснули:       — Парни, пошлите спать вместе? На моей кровати, м? — тянешься к ним рукой и чешешь за ушками, чтобы разбудить. Те поднимают головы, зевают, а после следуют за тобой.       — «Ну наконец-то я дождался. Сначала холодный пол, потом жёсткое кресло, а теперь мягкая и чистая постелька. Да-а-а», — жалуется и радуется одновременно Гук, тут же запрыгивая и притоптывая место для сна.       — «Не обольщайся, это только на сегодня. Завтра же она тебя выпрет обратно», — тревожит хорошее настроение чёрного пса Тэ. И тоже скручивается комочком.       — «Ты чё на меня вякаешь, блохастый? Давно не получал?» — спрашивает Гук, но провокатор ему не отвечает, а уже мирно сопит. — «Ну ничего, посмотрим, кто кого».       Ты выключаешь в доме свет и забираешься под одеяло, ощущая приятную тяжесть возле тела, что дарится тебе тремя доберманами. Сейчас ты точно можешь сказать, что не жалеешь о поступке взять их к себе.

***

      Приглушенная тишина уютного дома рушится громким и хрустальным звуком разбивающегося стекла, который будит тебя и заставляет насторожиться. Вглядываешься в часы, что показывают 03:48, и думаешь — послышалось ли тебе или нет. Осматриваешь тени мирно спящих животных, пересчитываешь их и начинаешь беспокоится. Одного нет. Стараешься как можно аккуратнее и незаметнее вылезть из пригретой постели и на цыпочках шагаешь на кухню.       Стоящая тишина кухни режется ударяющимися друг об друга осколками стекла, и ты проходишь вглубь тёмной комнаты. Осматриваешься, прислушиваясь к звону и какому-то шипению, и замечаешь переливающийся в свете луны блеск. Дыхание учащается, а мысли ищут путь к отступлению.       — Фух… Чим, что ты тут делаешь? — когда видишь сгорбленный силуэт добермана на полу, облегченно выпускаешь беспокойный воздух. Тень тут же замирает, услышав своё имя.       Но не успевает до конца успокоится твоё сердце, как тень выпрямляется в полный рост и сверкает на тебя светло-голубыми топазами.