Я буду ждать

      Утро встречает тебя в любимой постели и уже родными питомцами. Ты не спешишь вставать и бежать делать будние дела, а пялишься в белый потолок и начинаешь прокручивать непонятное событие, которое тебе либо снилось, либо было в реальном времени.       «Разве ночью я не видела на кухне человека… Сон?.. Похоже на то, раз я тут, а не на кухне».       Хоть ты и сослалась на реалистичный сон с пугающим сюжетом, проверить кухню надо было для конечного убеждения. Беззвучно плетешься на место происшествия и пристально всматриваешься в каждый предмет в округе — всё на месте; открываешь холодильник и пытаешься припомнить купленные продукты — чисто; рыщешь по шкафам, полкам и пересчитываешь посуду, как правдышняя, будто помнишь их количество. Не находя никаких улик, сдаешься и ставишь чайник для утреннего кофе.       Когда дело касается кружки — осекаешься, не находя свою любимую ёмкость. Ты ещё раз проверила каждый уголок, но безрезультатно — её нет. Резко вспоминаешь ночной кошмар и кидаешься к мусорному ведру, вываливаешь содержимое и испугано ахаешь, оседая на пол. Те самые звенящие и переливающиеся осколки смотрели сейчас на тебя.       — Это был не сон… — ужасаешься ещё больше и срываешься к входной двери, надеясь убедиться в действительности. Дёргаешь ручку — закрыто. — Точно! Окно! — бежишь к стеклу, но резко останавливаешься, понимая, что живешь на 9 этаже.       «Это было по-настоящему. Кто-то ночью разбил мою кружку. Этот кто-то был человеком», — перебираешь хаотичные мысли. — «Но как он проник в квартиру и зачем?».       Вопрос остаётся без ответа. А ты решаешься сама ответить на него, если вдруг этот «кто-то» явится ещё раз.       Чайник противно пищит, напоминая о себе и будя остальных жителей дома, что сейчас зевают и медленно плетутся на кухню. Тэ и Гук принимаются завтракать, а Чим, не моргая, следит за тобой, пытаясь понять, помнишь ли ты ночь.       «Не похоже, что помнит», — успокаивается пёс, когда ты улыбаешься ему привычно и желаешь «доброго утра».       После обеда решаешь прогуляться в знакомом месте, выгулять доберманов и проветриться самой. Сердце всё ещё тянет железным грузом неопределенности и боязнью будущего повторения ситуации.       Уже в парке освобождаешь псов, а сама горбишься сидя на детской горке, наблюдая за бегающими животными. Пытаешься устаканить мысли, определить порядок действий на тот случай, если ночная тень вернётся, но чувство страха всё равно перекрывает твой разум. Ты боишься.       «Что-то не так…» — подмечает Тэ, когда глядит на тебя понурую и сжатую. Его собачье сердце чувствует острее остальных доберманов, что резвятся друг с другом. Тэ, почему-то, отчётливо ощущает, как ноет и томится твоя душа. Поэтому он хочет помочь, но единственное на что он сейчас способен — это подбежать к тебе и лечь у ног.       — Ты чего, Тэ? Почему не играешь? — проводишь ладошкой по шоколадной голове и доберман громко выдыхает. — А-а, устал, малыш… Тогда да, отдохни.       Дневной парк полон шума и чужих разговоров людей. Осенние листья уже мешаются с грязью и прилипают к подошве ботинок. Солнце не может побороть силу туч и отступает каждый день. Ветер подгоняет холода. А тебе сейчас хочется выговориться.       — Знаешь, Тэ… Случилось кое-что страшное, оно душит меня и не даёт отвлечься, — доберман тут же садиться перед тобой и заглядывает молочными дольками шоколада в твои глаза, словно говорит, что готов слушать рассказ.       «Я слушаю тебя внимательно, Т/и», — пододвигаешься лицом ближе к Тэ, чтобы видеть его тёплые и понимающие глаза, коричневый нос и торчащие усы.       — Сегодня ночью в доме я услышала звук бьющегося стекла, когда пошла проверить комнаты, то увидела человека, то есть тёмный силуэт человеческого тела со светящимися глазами. А потом, — прерываешься и пытаешься вспомнить, что было дальше, — я проснулась в спальне. Как я переместилась с кухни в спальню, куда делся тот человек, вернётся ли он сегодня снова — я не знаю ответа на эти вопросы. Но они продолжают крутиться калейдоскопом и не желают прекращать, понимаешь?       «Понимаю. Ты напугана и не знаешь, что делать», — кивает головой Тэ. Ты (почему-то) чувствуешь его понимание и внимательное отношение к проблеме. Из-за этого гладишь его обеими ладонями по шее.       — Я боюсь и не имею ни единого понятия чего ожидать. Переживаю, вдруг он пришёл забрать вас, а я ведь только подружилась с вами тремя… — продолжаешь, как ты думаешь, свой монолог. — До сих пор вспоминаются его глаза. Знаешь, они даже похожи на радужку Чима, такие же светло-голубые.       «Неужели это был Чим?» — с подозрением задает себе вопрос Тэ и оборачивается на двух играющих доберманов. — «Мне нужно спросить. Если он напугал хозяйку до преследующих мыслей, нужно что-то предпринимать».       Ты обнимаешь шоколадного и тёплого Тэ, ища в нём спокойную гавань и на минуту находишь, когда ощущаешь сильно бьющееся собачье сердце.       — Ты мне помог, малыш Тэ. Спасибо, что выслушал, — шепчешь в его затылок и после, краем глаза, замечаешь бегущих к вам Гука и Чима. Они набрасываются на вас и тоже просят объятий, думаешь ты, поэтому стараешься обхватить всех троих. Пока они с тобой, ты готова быть защитником.

***

      Ночь. Ты измоталась на долгой прогулке с доберманами, поэтому решила лечь спать пораньше, про себя искренне надеясь в неприбытие того человека. Засыпая, ты всё ещё ощущала тяжесть трёх тел.       Когда же время перевалило за полночь — в постели ты была одна. В поисках питомцев и желании утолить мучающую жажду, тихо передвигалась на кухню. Чем ближе ты к проходу, тем чётче различаешь мужские голоса, которые что-то рьяно обсуждали.       — Я не думал, что она проснётся! Я просто хотел пить, а в миске вода закончилась, вот я перевоплотился.       — Но разбил чёртову кружку и начал собирать осколки, молодец, Чим. И вообще, пофиг, что ты был в человеческом обличье, пофиг, что она могла включить свет и увидеть чужого голого парня по среди своего дома. Да, молодец. Пофиг.       — Чим, Гук прав. Ты должен был предвидеть последствия. Ты мог сразу же перевоплотиться обратно, как только разбил кружку. И тогда она подумала бы на собаку, а не на пугающий её тёмный силуэт левого человека.       Ты столбом прижалась к стене рядом с проёмом двери и внимательно слушала голоса. Сначала было страшно слышать чужие голоса, и ты хотела уже набирать полицию, но услышав знакомые имена, замерла и начала пытаться вникнуть в суть разговора. Уже не чувствовала липкого страха, только холодную пустоту мыслей и неожиданно взявшийся необузданный интерес.       «Тем человеком был Чим… Но как? Он же животное», — пытаясь уложить информацию по полочкам, думала ты. Вспоминала просмотренные мистические фильмы и не знала, относится ли он к оборотням.       — Сейчас это вообще не важно. Т/и напугана и боится, что тот человек вернётся. Нам нужно что-то придумать.       — Но что нам делать, Тэ? Что мы можем? Мы ведь только собаки для неё…       — Я тут подумал, что если мы пере…       — Нет, Тэ! Мы не будем раскрывать ей нашу сущность перевёртышей. Ни за что. Даже не думай — это опасно для нас!       — Но почему, Гук?       — Придурок, вспомни случаи, когда перевёртыши открывались своим хозяевам. Что было потом знаешь, да? Мы здесь, чтобы спокойно переродиться. Запомни, Тэ.       «Перевёртыши, перерождение… Что?» — настораживаешься ты. В быструю минуту тебя просвещает инсайтом и ты чётко понимаешь, что игра в детективы может затянуться, если сейчас не выйти. Если сейчас тихо вернуться в постель, доберманы продолжат скрывать свою настоящую сущность, а ты, зная себя, будешь пытаться раскрыть их. Нет, такой расклад карт тебе категорически не нравится. Ты привыкла брать всё здесь и сейчас.       — Тогда, что ты предлагаешь, Гук?       — А давайте я предложу вам решение, парни.