Affectus. В плену эмоций

Подхватить Джина на руки и отнести в квартиру не заняло много времени, но Чимин к тому моменту, как я спустился на вовремя подоспевшем лифте, чуть не сбив с ног молоденькую соседку, которая выходила из него, уже был возле своей машины. Зачем побежал за Чимином, когда дома Сокджин без сознания? Очевидно же... Джин попросил. Я вообще готов был на что угодно в тот момент. Пока спускался, прокрутил в голове всю ситуацию. Я облажался. Как есть облажался. Не представляю, как все исправить. Во - первых, с Джином я вел себя по - скотски. Если он никогда не простит меня, пойму. Сам себе готов надавать по роже за такое. И даже то, что люблю его до помутнения рассудка - не аргумент. Но одно то, что я мог бы снова потерять его в тех тоннелях, на этот раз абсолютно точно навсегда, прожигало в моей груди дыру размером с Вселенную. Во - вторых, Чимин... Я никак не ожидал, что он решит приехать среди ночи. То, как он смотрел на меня, как дрожали его губы в попытке сдержать душащие эмоции... Все слишком запуталось. Как бы я не относился к нему, как бы не называлось то, что чувствую, сделать ему так больно я не хотел. Вылетев из подъезда, я сразу бросился к Чимину, который наклонился за выпавшим из дрожащих рук брелоком от машины. — Чимин! — окликнул я парня, от чего тот заметно дернулся и выронил брелок повторно. — Чимин, тебе нельзя за руль, — уже спокойнее проговорил я, подойдя ближе, когда тот справился с ключом и разогнулся, и сжав его холодные пальцы. Чимин заторможенно оглядел наши сцепленные руки, а затем тут же выдернул ладонь и отступил назад. Наступила его очередь говорить. — Как ты мог? — прошипел он и сорвался на крик. — Ты! И Сокджин! Мой самый близкий друг! Как вы могли врать все это время?! — Он не виноват, — покачал я головой, подняв ладони в примирительном жесте. — Это все я. Я хотел вернуть его. — Хотел?! — он толкнул меня кулаком в плечо. — Тебе что, меня мало было?! — Я его люблю, Чимин. Всегда любил. — А кто для тебя тогда я? Мне ты тоже говорил, что любишь! — Ты тоже дорог мне. Но когда Джин вернулся… прости, так получилось. — И ты думаешь, что отделаешься жалким "прости"? — лицо Чимина скривилось в презрительной гримасе. — Ну почему я не слушал Юнги! Он сразу тебя разглядел. А я — нет… Услышав имя мажора, о котором так волновался Сокджин перед тем, как потерять сознание, я решил во что бы то ни стало отговорить Чимина от его намерений немедленно поведать брату все, что увидел и услышал. Потянул его на себя, прижал к машине. — Прости меня, Чимин. Я не хотел делать тебе больно, — пробормотал я, глядя виноватыми глазами. Парень рванулся, но освободиться из профессиональной хватки полицейского не так-то просто. — Отпусти меня! Об этом надо было думать раньше! Раздался характерный гудок проезжавшей по случаю мимо полицейской машины. Она остановилась, двери распахнулись, и оттуда выбежали двое патрульных. — У вас проблемы? — Да! — закричал Чимин. — Уберите его. — Я сотрудник полиции! Детектив Ким Намджун, — бросил я через плечо. — Ситуация под контролем. Патрульные с недоверием оглядели меня. Я погнался за Чимином следом, как был, в домашних штанах и футболке. При мне не было ни значка, ни документов. — Да хотите табельный номер скажу? — процедил я, перехватив их взгляды. — Помогите, — не унимался Чимин. Кровь ударила в виски, когда один из патрульных схватил меня за плечо, попробовав оттащить в сторону. Я отпустил Чимина всего на секунду. Ударил копа в лицо, сильно и яростно, заставив пошатнуться и зажать рукой брызнувший кровью нос. Второй патрульный вынул дубинку и бросился на помощь коллеге. Чимин отскочил в сторону, дернул дверь машины. Когда он оказался в салоне, меня уже скрутили, уложив ничком на землю и заломив руки за спину. — Чимин! — кричал я вдогонку, но было поздно. *** Я услышал скрежет ключа в замке и с неохотой приподнял руку, которой закрывал глаза от яркого света люминесцентной лампы, собираясь вздремнуть. Но, увидев начальника отдела, тут же спустил ноги и сел на неудобной узкой скамье. Повезло, что в камере временного содержания, куда меня поместили, находился только я. Иначе, вместо того, чтобы валяться и ждать решения участи, пришлось бы отбиваться от желающих почесать об меня кулаки. Тан - сонбэним вошел, бросая на меня недовольные взгляды. Конечно, с тех пор, как в отделе "прописались" сотрудники Национального управления, никому нет покоя, особенно руководителю. Невысокий и плотный начальник напоминал всем сотрудникам закипающий пузатый чайник, вот - вот готовый выпустить обжигающее облако пара или плюнуть кипятком прямо в лицо. В его руках я заметил пакет из плотной бумаги. — Доброе утро, детектив, — мягкий дружелюбный тон никак не вязался с холодом в глазах господина Тана. Я поспешил так же вежливо ответить. — Я свободен? — стало любопытно, для чего сам начальник пришел ко мне. Мужчина присел на соседнюю скамью и театрально громко вздохнул, возводя взгляд к потолку. — Ну о чем ты, Намджун? Ты ударил сотрудника при исполнении! Это серьезный проступок для офицера. Я застонал от бессилия. — Да я пытался объяснить им! Они же ничего не слушали! Увидели Чимина, которого трясло как осиновый лист, и сделали свои выводы. Просто оказались в неправильное время в неправильном месте. Начальник помолчал. — По-моему, тебе нужно подыскать хорошего адвоката. Так просто дело на тормозах теперь не спустят. Я вдруг осознал, что стал в глазах коллег преступником, сам Тан не верил в правоту моих действий, не верил, что все это недоразумение. — Конечно, я найду адвоката. По закону, мне в любом случае положен представитель. Начальник кивнул, снова не сдержав вздох. Он протянул мне пакет, который до этого положил рядом с собой на скамью. Я открыл его, извлек документы и вчитался. — Что это? — я изо всех сил старался сдержать рвущееся наружу раздражение, но пальцы сами собой сжались и смяли листок. — Ну как же? Там все написано предельно ясно, Намджун. Ты отстранен от дела о маньяке из Центрального парка. Ты и детектив Ким Тэхён. Я нахмурился, прожигая Тана убийственным взглядом. — Как вы могли допустить такое? Как?! — Что ты хочешь от меня? Дело окончательно передали Управлению. Прокурор Тэн уже забрал у меня документы. — Я не верю. Это ведь не из - за сегодняшней ситуации, они просто не успели бы! — в сердцах я вскочил со скамьи и начал мерять шагами камеру. — Какой проницательный детектив... — голос Тана сочился ядом. Это заставило меня остановиться и повернуться к начальнику. Он, не мигая, сверлил меня взглядом. — Проницательный, въедливый, справедливый... Благородный рыцарь, который поставил личные интересы выше дела об убийствах людей. — Я не понимаю... — Твой любовник. Ким Сокджин. Был в числе тех, кого упоминал на видео тот парнишка, которого в реке нашли... — Это не правда. Ким Сокджин не мой любовник, — осторожно начал было я, но Тан остановил меня жестом руки. — Именно ему ты делал недвусмысленные предложения в комнате для допросов в обмен на некую информацию. А затем выкрал эту информацию из архива для него, — я начал лихорадочно соображать, откуда у начальника могут быть эти сведения. — А потом Ким Сокджина именно из твоей квартиры отвезли в больницу в плачевном состоянии. Нет никаких сомнений, что ты принуждал его таким образом расплатиться с тобой за оказанную услугу, — я не мог поверить своим ушам, это все говорил мне человек, с которым мы столько лет проработали бок о бок, который взял меня на работу и учил следовать букве закона и принципам. Что произошло? Мир сошел с ума? Одно радовало, пока я "загорал" в камере, Джину оказали помощь. Наверняка, Чимин рассказал все своему брату, а тот решил лично убедиться в его словах. А Тан, наслаждаясь произведенным эффектом, продолжал: — Семья Ким Сокджина, я думаю, не выдвинет против тебя обвинений. А вот семья бедного мальчика Чимина... Я вскинулся. Чимин - то тут причем? — А ведь твой напарник предупреждал тебя и не раз. Не следовало злить Юнги. Он сразу же позвонил мне, как только передал Сокджина врачам. Ты трахнул и бросил его брата для того, чтобы увести у него парня! И надеялся, что это сойдет с рук?! Я оказался прав. Юнги помчался за Сокджином. — Черт, да этот мажор — последнее, о чем я думал! — скривился я. — Вот теперь подумаешь, Намджун. Подумаешь, потому что сегодня днем его отец придет поговорить со мной. И поверь, после этого разговора тебе понадобится очень хороший адвокат. Против тебя выдвинут обвинения в нанесении побоев должностному лицу и склонению к сожительству Чимина. — Это бред! Чимин совершеннолетний! — О, адвокат семьи бедного мальчика выставит все так, что вы вступили в связь до того, как он достиг совершеннолетия. А я сделаю все, чтобы ты больше никогда не увидел свой значок. Я чуть склонил голову и всмотрелся в лицо своего начальника. Зачем ему прилагать столько усилий, чтобы вывести меня из игры? Достаточно было бы просто отстранить, но ему нужно, чтобы я сел и не смог... Что? Он знает, что именно я вынес из архива... Он знает, о чем просил меня Сокджин. И, наверняка, в курсе, что мы начали копать в истории Ким Мунбёль. А это значит, что дело здесь вовсе не в маньяке из парка, и, тем более, не в том, что семейство Чимина смертельно обижено. Ответ лежит на поверхности, и я в который раз пытаюсь поймать отгадку за хвост. Я внимательно посмотрел на Тана, будто и не знал его все эти годы. Невысокий, довольно плотный, по возрасту даже старше отца Джина... Но он не выглядит кругленьким добрячком с сеточкой морщин возле насмешливых глаз. Взгляд его холодный, пронизывающий, препарирующий не хуже скальпеля хирурга. И тут молнией - догадка, от которой похолодели пальцы, а волосы зашевелились: господин старший суперинтендант Тан, сонбэним, шеф... Это один и тот же человек, имя которого по паспорту - Тан Чонсу. Я уставился на мужчину напротив, который с невозмутимым видом наблюдал, как в голове моей крутятся шестеренки. — Это все ты... Всегда был ты! — Полегче, детектив! Пока еще... детектив, — насмешка в голосе начальника была явной. — Я твой руководитель, а ты просто нашкодивший щенок. Я рад, что ты наконец сделал верные выводы. Конечно, не влезь ты в дело моей драгоценной Мунбёль, работал бы себе спокойно, но раз уж ты оказался таким въедливым и вдобавок не смог устоять перед задницей ее сына, то придется нести ответственность. А как все удачно сложилось! — Тан только что в ладоши не захлопал - такой довольный был у него вид. — Судьба очень неожиданно сплела ваши дороги - твою, сына моей драгоценной Мунбёль и Юнги с Чимином. Прояви ты хоть каплю благоразумия и чуть больше порядочности по отношению к своим парням, все осталось бы на своих местах, но ты решил поиграть в рыцаря и даже в тоннели за Сокджином полез. — Не тебе судить о порядочности, Чонсу! Ты пытался убить нас. А я не только в тоннели полез, но и нашел основного свидетеля, который поможет доказать, что Ким Мунбёль не покончила с собой, пытаясь и сына убить, выкинув из окна, а стала жертвой такой мрази, как ты! — Во-первых, не вас, а только тебя. Я целился в твою твердолобую башку. А, во-вторых, свидетель... Ты о суке Чанг что ли? Ах, нет, она же Мун. Тан вынул из кармана пиджака телефон, повозил по экрану пальцем и ткнул на воспроизведение видеофайла, вытянув руку с гаджетом в мою сторону. То, что я увидел заставило меня обхватить руками голову и с силой сжать волосы. На видео была госпожа Мун. Она то ли спала, то ли была без сознания, а над ней склонилось белое нечто, похожее на тех, что прятались в заброшенном метро. Судя по длинным волосам и тонкому стану, это была женщина, она расположила свой рот прямо над приоткрытыми губами матери Сихвана, будто готовая поцеловать, но я уже знал, что именно это значило. Тварь питалась. Она выпивала жизнь из беззащитной жертвы, в удовольствии скалясь и закатывая звериные глаза. И когда грудь бедной госпожи Мун перестала подниматься и опускаться, видео прервалось. Я дернулся, готовый вцепиться в глотку Тана зубами, но его голос отрезвил меня. "Ким Тэхён". Ублюдок произнес всего два слова, а я застыл на месте. — Твой напарник спит в своей постели и не подозревает, что его жизнь сейчас целиком и полностью зависит от твоих правильных действий. Если со мной что - то случится, Ким не проснется, но не только он. Мои... мммм... друзья очень скоро проголодаются, и тогда их никто не остановит. А, как ты видел, сеть тоннелей весьма расширилась... — ... и они смогут добраться куда угодно, не привлекая ненужного внимания, — продолжил я. Теперь стало ясно, зачем аффектусы копали. Проверять, блефует ли Тан насчет Тэ, я не рискнул. При худшем варианте развития событий через какое-то время я буду вынужден смотреть видео с напарником в главной роли. — Так вот, Намджун, свидетелей у тебя нет. Отсюда без хорошего адвоката тебе не выйти. Смирись с тем, что одно твое неверное решение, и пострадают многие. Я даже не могу гарантировать безопасность Чимина, а он бедняжка и так настрадался, согласись, — с этими словами Тан грузно поднялся и прошагал к двери, открыл ее и задержался на пороге камеры, глядя на меня. — А мне пора поближе познакомиться с сыном моей драгоценной Мунбёль. Я никогда не чувствовал себя хуже, чем в этот момент. Даже, когда Джина тайно увезли в клинику. И даже, когда, теряя сознание на моих руках, он умолял Чимина не делать больно Юнги. Я просто рассыпался на части от бессилия, потому что Дамоклов меч висел над всеми, кто дорог мне. — Ты не посмеешь навредить Джину, ублюдок, — прорычал я. — За кого ты меня принимаешь, Джуни? Сокджин прекрасен, как и его мать. Истинная драгоценность. Я просто хочу эту драгоценность себе. Ну - ну, не хмурься! На его эмпатский зад я не претендую. Мне вас, содомитов, не понять. У меня на Сокджина совсем другие планы. И с этими словами Тан Чонсу тихонько прикрыл дверь камеры и провернул ключ. А я остался внутри, скованный по рукам и ногам угрозами жизни дорогих мне людей. Но я даже боялся представить, что ждет самого дорогого и любимого человека в лице ожившего кошмара его родной матери.