Взлетевшая

Настоящая сила — это смерть. Она всё сметёт. Она уничтожит всё сущее: деньги, любовь, красоту, знания. Её не остановить. Она абсолютная сила.

Мими знала несколько истин, которых придерживалась на протяжении всей своей жизни. Она — демон. А значит, умеет верно расставлять приоритеты, точно определяя, что для неё правильно, а что — нет. А также была убеждена, что никто не ценен настолько сильно, как она сама. Но времена меняются, а истины искажаются, в особенности если этому способствуют разные личности, именуемые друзьями. Предательство Вики, если это можно так назвать, Мими могла бы простить. Не ей быть судьёй чужой судьбы. Но она не могла простить. Не могла, как бы ни пыталась. Возможно, больше всего её задевало то, что Вики отмахнулась от неё, словно она ненужный элемент. И не протянула ей руку, чтобы та следовала за ней. Детская обида до смешного банальная. Но от неё было больнее всего. Всё, что осталось у Мими — Люцифер. Другом она не могла его назвать. Но, по крайней мере, он её понимал. Ведь у него была такая же детская обида от отсутствия той же самой руки, что не потянулась к нему. Они часто разговаривали. Если быть точнее, Мими говорила, а Люцифер её слушал. Раньше он никогда этого не делал. И внутри что-то ликовало от его внимательного взгляда. Может, когда-нибудь они смогли бы вновь стать близки? Как раньше, в далёком детстве. Тогда всё было по-другому: не было страха и боли, не было переживаний и желания отправиться в небытие. Детство — прекрасное время даже для демонов. Он был для неё как старший брат, но была ли она для него как младшая сестра? Мими хотела знать ответ, но отчего-то никогда не спрашивала. Когда Вики оказалась пленницей в школе, Мими несколько раз приходила в её камеру, когда та спала, и просто смотрела на неё. Хотела, чтобы она проснулась, взглянула на неё, и тогда Мими высказала бы ей всё, что накопилось. Но Вики не открывала глаз, и Мими уходила. Люцифер не говорил ей ничего. Не рассказывал о своих планах касательно Вики, и Мими это жутко раздражало. Она свято верила, что обязана знать. Мамон часто перешёптывался с Люцифером, и это только добавляло масло в огонь. Мамон также не посвящал её ни во что. И вот, Люцифер схватил Вики в охапку, и они исчезли. Куда и для чего, осталось тайной для Мими. Девушка тяжело вздохнула, болтая ногами, сидя на крыше учебного заведения. Перед ней открывался вид на башню. Башню, которая всё испортила, изменила и перечеркнула. Мими задумалась: «Будь Вики раньше такая, какой стала сейчас, решилась бы она спасти мальчика из башни? Вероятно, нет». — Жаль, что раньше она была не такая, — добавил внутренний голос Мими. Солнце заходило за горизонт, и девушка не отводила от него глаз. Чем дольше она на него смотрела, тем больше деталей замечала, коих не было раньше. Стало казаться, что рядом вырисовывается силуэт ещё одного солнца, что прячется за другим, и на том фиолетовое свечение. Оно никак не влияло на свет первого солнца и выглядело как тень. Мими поёжилась и протёрла глаза. Взглянула вновь и…ничего не поменялось.  — Странно, — произнесла она вслух и взлетела, пытаясь разглядеть поближе. Чем выше она поднималась, тем дальше отдалялась фиолетовая тень солнца, будто играя с Мими в непонятные для неё игры.  — Мими! Девушка развернулась в небе, угрожающе взмахнув крыльями. Рядом с ней витала та, кого она искренне и от всей души презирала. Демонесса самодовольно улыбалась, вероятно, заметив отвращение, что было на лице Мими.  — Лала… — протянула девушка скучающим тоном, — что нужно?  — Нам нужно поговорить о Люцифере, Мими.

***

Люцифер проснулся первым. Открыв глаза, он не сразу понял, где они находятся, а лежащая на его груди Вики только добавляла смуты. Поначалу ему показалось, что это один из тех самых снов, которые часто снились мужчине после её ухода. Сны, где они вместе засыпают и просыпаются. В этих снах они ни разу не говорили, не занимались сексом, не ругались и не орали друг на друга, сыпля оскорблениями. Они лишь уходили в омут сна и возвращались из него также вдвоём. Сны не снятся бессмертным, но ему снились регулярно. Видимо, это один из видов наказания Шепфа или ещё какого-то небесного ублюдка. Мол, смотри, что ты потерял, демон! И потерял лишь потому, что отпустил. Не задержал. Сидел и смотрел в открытое окно, как её крылья исчезают за горизонтом. Девушка чуть царапнула его по груди коготком, и он поймал её палец. «Значит, не спит», — усмехнулся он.  — Подъём, — бросил Люцифер и чуть поднял корпус, отчего она забавно дёрнулась, простонав что-то нечленораздельное. От звука её голоса, такого манящего и сладкого, ему совершенно неожиданно захотелось взять её за эти длинные белые волосы. Грубо оттянуть их назад, чтобы видеть её лицо. Видеть голубые, просящие глаза, впиться в пухлые розоватые губы с такой силой, чтобы она не смогла дышать. А после сорвать это дурацкое платье и касаться её тела, что принадлежит ему и только ему. В груди всё горело, он буквально чувствовал каждый миллиметр её тела на себе. Люцифер хотел овладеть ею. Хотел целовать и вкушать её, вдалбливая в неё всё то, что он чувствовал к ней. Чтобы она ощутила всем своим естеством, что значит для него и на что он готов пойти ради неё одной. Но он не сделал этого, а лишь чуть ущипнул Вики за бок, и та, стукнув его по груди, тут же вскочила. Люцифер сложил руки под голову и, улыбаясь, наблюдал, как она начинает злиться. Это всегда поднимало ему настроение, где бы он не находился.  — Так понравилось на мне спать, непризнанная? Столько времени не мог тебя поднять.  — Да. Когда выбор только между землёй и твоим телом, второй вариант кажется более приемлемым, — она отвернулась и только после этого громко добавила, чтобы точно быть услышанной. — Кретин. Девушка подошла к ручью, демонстративно нагнувшись, прекрасно зная, куда будет смотреть этот самодовольный придурок. Пусть смотрит и желает. Нутро демона в ней воспевало сонеты в эти секунды. Она зачерпнула воду и умылась. Это должно помочь хоть немного прийти в себя после не самого лучшего сна. То и дело она просыпалась от внутренней паники, что завывала в её душе. Страх девушка не хотела признавать, и, кажется, это только усиливало его. Вода лишь немного охладила лицо, ничего больше не дав. Ни спокойствия, ни умиротворения. Вики разочарованно вздохнула и устало встала на ноги, продолжая демонстрировать Люциферу свою спину. Недолго думая, девушка коснулась повязки, и платье упало на землю, оставив Вики полностью обнажённой. Ей хотелось повернуться и взглянуть на удивлённое лицо демона, на его горящие глаза при виде неё. Но девушка сдержалась и с грацией кошки: плавно, медленно, будто стоит на сцене перед одним лишь зрителем, стала омывать своё тело водой, зачерпывая её в ладони. Вода стекала по её изгибам, нежно проводя контуры по белоснежной коже. Люцифер заметил одну каплю и сконцентрировал на ней своё внимание. Капля медленно текла по спине, оставляя невидимые следы на позвоночнике. Чуть задержалась на копчике и потекла дальше. Демон сглотнул, не отводя глаз. Капля закончила свой путь на родинке, что располагалась на правой ягодице Вики. Когда-то он целовал эту родинку часами, именуя её своей любимицей. После этого он потерял каплю из виду, а родинка въелась в мозг, как кровоточащая рана, напомнив о себе. Девушка будто специально трогала себя нежно и властно, одновременно желая подразнить его. «И у неё чертовски хорошо получается», — подметил про себя мужчина. Картина была поистине восхитительной. Люцифер осознал, что до безумия соскучился по её телу. Он наслаждался, вкушая Вики глазами. Представлял, что её руки — это его руки. Что капли воды — это его губы. Терпение было, словно маятник часов, что тикал и тикал, отдавая стуком в висках. Оставалось несколько мгновений до того, как часы с треском расколются. Люцифер поднялся с земли сразу после того, как Вики несколько раз обернулась на него с лёгкой улыбкой и ярко-горящими глазами. Перед ним промелькнула её намокшая грудь и стоявший розовый сосок, что окончательно сбил с пути. «Я просто смотрю». Мужчина подошёл к девушке, и его окутала пелена её запаха. Умопомрачительного запаха утренней розы и свежей клубники с лёгкой ноткой воздушных облаков. Этот запах он никогда не смог бы забыть. Люцифер коснулся её руки, и Вики повернулась к нему. Он потянул её на себя, еле сдерживая рык, что рвался наружу от этой тяги к ней одной. Люцифер не понимал, не мог найти ответ, почему лишь она одна в этом чёртовом мире вызывает в нём эти эмоции, этот огонь, от которого можно сгореть и лежать поверженным, стоит ей лишь взмахнуть ресницами. Их губы были катастрофически близко, а тела, словно магниты, притянулись друг к другу. Пара напоминала двух потерянных половинок, что только сейчас, находясь друг с другом, стали полноценными. И их слияние лишь подтвердило бы это.  — Что это? — Вики нарушила мгновенье, испепелила магию в воздухе, отчего Люцифер почувствовал, будто ему дали пощёчину, вернув его в реальность. Он сделал шаг назад и, молча развернувшись, пошёл за своей рубашкой.  — Я спросила что это, Люцифер?!  — О чём ты? Вики подбежала к нему и ткнула пальцем в грудь. Казалось, ещё немного — и из её носа пойдёт пар. Совершенно не к месту Люцифера это рассмешило, и он чуть усмехнулся.  — Это мои татуировки. Забыла, как они выглядят?  — Там клеймо! Голос Вики переходил на крик.  — Кровавое клеймо, руна! Натягивая рубашку, Люцифер молчал и наблюдал, как лицо Вики показывает сначала злость, далее страх и непонимание. А после он заметил проблеск беспокойства. Лукавить не было смысла. Ему это понравилось.  — И снова мы повторяемся, Уокер. Объясняться я не обязан. Но, если вдруг у меня будет хорошее настроение, я обязательно тебя оповещу. А пока лучше оденься, у меня не такая огромная сила воли, — он подмигнул ей и улыбнулся. Вики была в бешенстве. Это всё было невыносимо. Она не любила что-то не знать. Не любила чувствовать себя ведомой овцой. Но даже с этим она смирилась. На время, разумеется. А этот самодовольный демон добавляет ей всё новые и новые загадки, которые она не в силах отгадать. Девушка знала магию кровавого клейма. Это страшно и опасно. Никто не практикует это очень-очень давно. Клеймо, как печать — нерушимая обязанность, за нарушение которой — смерть. В груди сдавило. Она не покажет ему своего беспокойства, не покажет. Хочет сдохнуть — пускай! Ей нет никакого дела. Вики схватила платье и, пока надевала его, проклинала свои руки, что задрожали против её воли. Она набрала лёгкими воздух и медленно выдохнула.  — Как нам найти портал? Возвращаться на эту тропу? Второй раз я не буду тебя тащить и брошу там.  — Нет. Просто пойдём вперёд. Моё клеймо, — Люцифер стукнул себя по груди, — нас приведёт.  — Ну конечно. И как я не догадалась? Люцифер хмыкнул и пошёл вперёд. Вики поплелась за ним, браня тот день, когда они познакомились. Путь был не таким долгим, как она рассчитывала. Лес был тихим и давящим на сознание. Внутри сидел страх, что призраки этого места снова их посетят. Второй раз выносить это совершенно не хотелось. Пара молчала, не проронив ни слова за весь путь. Перед ними, словно из ниоткуда, вырос портал. Он отличался от предыдущего. Из него доносились страшные звуки: крики, будто у кого-то вырывали сердце. Нужно быть сумасшедшим, чтобы нырнуть туда. А они, по-видимому, такими и были.  — Готова? — Люцифер протянул ей руку, и, немного поколебавшись, Вики протянула свою, крепко зажмурив глаза. А когда открыла, их уже выбросило в одинокую пустошь, окутанную серым туманом. Поблизости не было ничего. Ни лесов, ни деревень, даже трава не росла из этой земли.  — Второй мир, — подытожила Вики. Люцифер огляделся. Когда он что-то заметил, Вики сразу уловила его нервозность и повернула голову в сторону того, на что он смотрел. Перед ними стояли три пещеры, каждая разных размеров и цветов. Одна была чернее ночи, и её вход обрамляли человеческие кости, а вокруг витали вороны. Вторая была нежно-голубого цвета, и у её основания парили облака. Третья ярко-красная, и с неё стекала кровь, оставляя после себя мокрые следы на земле.  — Не говори мне, что и здесь водятся призраки. Лицо Люцифера было слишком серьёзным, и он не поддержал игривый тон девушки.  — Нет, призраков здесь нет. Здесь кое-что похуже. Вики уже было открыла рот, как Люцифер приложил палец к её губам, прошептав:  — Тише. Нам не нужно, чтобы нас заметили. Мы должны зайти в каждую пещеру и получить от её хозяина по обрывку карты, что и приведёт нас к следующему порталу.  — Но ты говорил, что клеймо тебя приведёт. Люцифер закатил глаза, будто Вики не понимает, что говорит. Но тон его оставался спокойным и мягким, когда он начал объяснять.  — Да. Клеймо приведёт, когда мы будем не так далеко от портала. Но сейчас мы на краю этого мира и без карты не найдём путь к нему. Будем блуждать, пока не умрём от жажды или голода. А может и оттого, что сойдём с ума. К слову, и существа, что здесь обитают, будут не очень нам рады.  — А кто в этих пещерах?  — В первой — смерть. Во второй — иллюзия. А в третьей — война.  — Что за бред?  — Вики, ты забыла, что это один из семи миров? Нужно напомнить что это?  — Ладно, — буркнула девушка, пройдя чуть вперёд. — Пойдём? Со смертью Вики часто встречалась, но никогда не смотрела ей в глаза. И вот, она входит в чёрную как ночь пещеру навстречу тому, кого боится каждое живое существо.