Истории их жизней

Первое апреля во всем мире — день дураков. Однако сей день в Японии прославился из-за слегка иных причин, все же это не просто новая страница календаря, нет, для многих молодых, а бывает и не очень, японцев это новая глава их жизни, именуемая студенчеством. Правда Чуя всё равно сказал бы ему, что это день дураков, ибо кто по доброй воле и в здравом уме пойдет учиться на физмат? Судя по всему, как минимум несколько сотен учеников, собравшихся в душном зале, дабы послушать не менее душную речь декана, гласившую: «Поступая на наш факультет вы отрекаетесь от всем известной весёлой студенческой жизни. Эти пять лет вы посвятите себя учёбе, и, если она не станет вашим смыслом существования, вам следует подыскивать другое учебное заведение. Всё же мы лучший университет страны…» «М-да, очень вдохновляюще.» — Подумал Рюноске, оглядывая запуганных первокурсников. Он даже не видел говорящего. Все ряды впереди были забиты преподавателями, наглейшими сокурсниками, зашедшими раньше времени и потому успевшими отхватить себе заветное сидячее место, а также бесполезными операторами, снимающими всё это на свои камеры с огромными линзами, а позже выкладывающими эти записи на сайт ВУЗа, на котором это все и оседает, подобно илу в реке. Серьёзно, есть те, кто добровольно пересматривает эти речи? Очень сомневаюсь. От стояния без возможности даже облокотиться на стену ноги ныли, а в голову уже лезли слова отца: «И на что тебе сдался этот физмат?», как дверь в зал с характерным скрипом открылась, заставляя всех важных лиц с недовольством покоситься на источник шума, столь нагло прерывающий их ежегодный ритуал запугивания студентов. Но не успел Акутагава сделать и шагу в бок, как на него налетело «нечто», очень смахивающее на опоздавшего на эту не особо интересную церемонию парня. Еще немного и все столпившиеся у стен люди попадали бы подобно домино, но девушка, которую чуть не столкнули благо носила не шпильки, а кеды, чьи подошвы больше напоминали колёса бульдозера, нежели атрибут обычной обуви. С громким презрительным «Тц» и колким взглядом в купе с фразой: «Аккуратнее надо», она считай поставила молодых людей на место. — Ах, извините! — Практически крича шепотом стал бормотать белобрысый, не зная точно, обращается ли он к недовольным преподавателям, девушке или другим побеспокоенным. — Может отпустишь уже? — Произнёс Акутагава, смотря на руку, с таким усердием вцепившуюся в рукав его любимого пальто, которое он не снял несмотря на все плюс двадцать семь градусов в помещении. Только сейчас блондин понял, что ворвался в личное пространство парня, выглядевшего так, словно еще секунда телесного контакта и его рука будет отделена от тела одним лишь взглядом. — П-простите! — вновь торопливо проговорил он, надеясь отойти в сторону хотя бы сантиметров на тридцать, но шаг в лево, шаг в право, и ты уже будешь стоять на голове у другого человека. — Ничего. — Буркнул в ответ брюнет всем своим видом показывая, что еще одно неприятное происшествие за день и он сорвётся на первом встречном Как-то по-другому он представлял себе это всё. Где хваленые дворцы знаний, где эти идеальные залы в холодных тонах, с кондиционерами внутри, почему всё такое неорганизованное? Что «церемонии посвящения в первокурсники», что студенты, опаздывающие на нее. Осталось лишь ратовать на то, что учёба будет такой, какой он себе её представлял.