Глава 11. Поход за покупками и подпостельная сцена.
25 марта 2021 г., 12:25
— Так что многие симпатичные юные лодари предпочитают прятаться, когда в деревню приезжают Небесные. Мало ли чего от ужасных нас можно ждать! Я считаю, что любые… интимные практики должны быть исключительно по взаимному согласию сторон. И вариант «я согласен, потому что иначе мне нечего будет есть, моя семья лишится дома, меня убьют или продадут в рабство, это мой хозяин и при отказе меня ждет наказание» – добровольными совершенно не считаются! Да и какая может быть добровольность в случае господина и слуги? Лодари, что в поселениях, что в городе или обителях непросто приходится. – завершил свой рассказ Шин. Он кратко, без личных подробностей поведал Атне и Лойто то, что открыл ему Мэй – про жизнь в деревне, скучное и унизительное существование в гареме, про то, как порой бедствует народ.
— Какой кошмар! – Атна был бледен и разве что не хватался за сердце. Откровенно говоря, он и сам до встречи с Джи-Цуном подумывал обзавестись не только женой, но и несколькими наложниками и наложницами (благо уровень богатства и знатности это вполне позволяли). Но теперь, взглянув на ситуацию с точки зрения жертвы этой порочной системы, начал считать гаремы жуткой практикой, которой не место в благородном обществе. Во время совместной трапезы эмпат ощутил исходившие от Мэя эманации страданий и пережитого горя. И теперь он знал, что стало тому причиной.
— Бедный морально искалеченный юноша! – подумал он тогда.
Но была и еще одна причина для стыда и беспокойства – многочисленные любовные похождения Атны в походах, да и дома — в обители. Число побывавших в его объятиях лодари было… весьма значительным. Он не стеснялся пользоваться… благами гостевых домиков. А теперь друг популярно объясняет ему, что это насилие.
— Я – совершенно ужасное существо! – лотос схватился за голову. – Нет мне прощения!
Атна честно изложил товарищам собственные выводы.
— Если Цун узнает – он будет страшно зол… и совершенно прав! – думал Небесный.
— Но ты ведь ты не бегал за заведомо несогласными и ничего не требовал. – попытался успокоить его Шин и Лойто солидарно закивал.
— Нет. Я… ощущал их общее согласие и заинтересованность в предстоящем процессе. Они знали, для чего идут в гостевой домик. Но я как-то не думал, что те юноши и девушки получают часть денег из общей платы за пользование деревенским гостеприимством. Их интерес был исключительно к монетам. – вздохнул Атна-Мари.
— Ты многое осознал и стал намного лучше. – осторожно добавил Рейн. Ему было стыдно, что он довел друга до такого состояния. Он понимал, что именно в любовной сфере магическая эмпатия старшего товарища сильно уступает его собственной и тот действительно не осознавал, что именно делает – его воспитали в культуре, где все это считалось нормой. Средневековая мораль сильно разнится с той, в которой вырос Рейн Тауи. Но… Атна станет главой огромного клана и многое сможет изменить, зная правду.
— Да, осознал. Благодаря тебе. – кивнул лотос задумчиво.
— Он – просто удивительное существо! Не сдается после всех тех бед, что на него обрушились, стремится помогать окружающим, защищать и поддерживать их. А недавно открыл мне глаза на жизнь простого народа! – с воодушевлением сообщил Атна-Мари.
Джи-Цун улыбнулся: — Похоже, что Шин очень дорог тебе.
— Да. Он мне кто-то вроде любимого младшего брата. Знаю его с детства. Хмм… Но за последнее время он сильно переменился к лучшему.
— Так что бери все, что понравится. – заверил Шин, видя, каким восторгом горят глаза Чан-Мэя при виде многочисленных лавок и разложенной на прилавках яркой россыпи разнообразных товаров.
— И я могу САМ выбрать? – осторожно уточнил юноша.
— Да, конечно сам. – уверенно кивнул Рейн. Он осознавал, что для листочка это первый за долгие годы выход за покупками. Да и раньше он мог видеть максимум приезжавшую в деревню подводу с товарами. Никто и никогда не позволял ему вот так запросто ходить за покупками, самому решать, что именно брать, торговаться, отсчитывать монеты. Именно поэтому лотос и решил использовать выходной, чтобы показать другу город подле Академии – прогуляться и сходить на рынок.
— Хочу вот это! – решил Мэй, уцепившись взглядом за красивую поясную сумку. – И вот это зеркальце.
Шин помог товарищу сориентироваться в ценах, правильно поторговаться и рассчитаться. Сам он освоил это искусство во время выходов с Атной и Лойто.
— Как на счет всяких полезностей для рунистики? Тут неподалеку отличная лавка! – предложил Рейн.
— Да. Надо сходить! – Мэй был полон энтузиазма. За новую партию товара расплатился Шин – он понимал, что товарищ сильно ограничен в средствах, а предметы для рунной магии стоят немало.
— Ох, спасибо. – смутился листочек. – Но как-то неловко…
— Ничего – если так переживаешь – можешь заплатить за меня в чайной. – рассмеялся Шин-Мари.
Возможность самому выбирать еду привела бывшего наложника в неописуемый восторг – что в гареме, что в обеденном зале Золотых небес все ели то, что дают – да, хорошее и вкусное, но без возможности высказать личные пожелания.
— Мэй, вовсе не обязательно заказывать половину списка. Я уверен – мы еще придем сюда и попробуем все эти блюда. – с улыбкой напомнил Шин не на шутку разошедшемуся товарищу.
— Да, ты прав. Столько нам не съесть. – кивнул юноша. – Вот это и вот это отложим на следующий раз.
Рунисты от души насладились трапезой и с удовольствием вкушали чай со сладостями за уличным столиком едальни, когда в заведении напротив раздались шум и громкие голоса. Почти сразу наружу буквально вывалились Хоу-Тан, Нун-Лань и товарищи Ланя из Нефритовых черепах. Все участники действа были в подпитии.
— Ах ты, п-паскуда! Я тебе наваляю, ж-жалкий ублюдок! – запинаясь злился «черепаха», замахиваясь на «бастиона».
— Этта я тебе наваляю, б -бесполезный кусок ******! – не остался в долгу Тан. Его язык тоже изрядно заплетался.
— А д-давайти р-размажем его п-па стенке! – воодушевились товарищи Ланя.
— Не н-нада! Я с-сам! – отрицательно покачал головой «черепаха».
Мэй и Шин тяжело вздохнули, переглянулись и, оставив на столе причитающиеся за трапезу монеты, бросились к товарищу.
Он и Лань уже успели обменяться парой ударов. Снова без применения ци, как успел заметить Рейн.
— Стойте! – Шин попытался вклиниться и остановить безобразия, но куда там.
— А н-ну не м-мишайте! – «черепахи» ухватили Рейна и Мэя за плечи.
Рейн применил крайне необходимое в подобных ситуациях волшебное средство: — СПАСИТЕПОМОГИТЕГРАБЯТУБИВАЮТСТРАЖА!!!
Если на потасовку двоих крепких подвыпивших учеников посмотрят сквозь пальцы, то панические призывы о помощи со стороны мирных хрупких рунистов имели явной иной вес.
— Эй, вы что? Мы уже уходим! – перепугались резко протрезвевшие «черепахи». Лотоса и листочка отпустили за долю секунды.
Ланя утихомирили и поспеши увести. Откровенно говоря, он выглядел более потрепанным, чем Тан.
— Опять драки! – Шин укоризненно покачал головой, глядя на «бастиона».
— Он сам провоцирует! – огрызнулся Хоу-Тан. Здоровяк привел себя в порядок и теперь широким шагом направлялся к Академии. Шин и Мэй еле успевали за ним.
— У тебя могут быть неприятности. – напомнил Рейн. Он говорил максимально сочувственно.
— Плевать! – буркнул «бастион». – Может мне хочется почесать кулаки?
— Вот и шел бы на боевое отделение! – не выдержав, вспылил Шин-Мари.
Спустя долю секунды Тан припечатал его спиной к стене дома, ухватив за ворот одежды. Мэй испуганно вскрикнул и повис на руке у «бастиона».
— ЗАТКНИСЬ! Это не твое дело! – впервые на своей памяти Рейн увидел у него в глазах столько ярости… и боли.
— Нет ци… — догадался он запоздало. Душу обожгло острым стыдом за недавно сорвавшиеся слова. – Прости…
«Бастион» отпустил его и не глядя побрел по улице.
— Как и у меня… Была. А теперь нет. – Рейн произнес это тихо, но Тан услышал и остановился как вкопанный, а потом медленно обернулся.
Лотос и листочек догнали его. С минуту все молчали, а потом Шин как-то незаметно для себя рассказал историю о том, как он вмиг перестал быть наследником клана Белых лотосов.
— Прости… — только и выдавил Хоу-Тан в конце. – Простите вы оба…
— За что? – не до конца понял Мэй.
— Я вел себя как придурок. Будто у меня одного здесь не все хорошо в жизни.
— Не вини себя. Всем приходится нелегко. – отмахнулся Шин. – Все мы порой срываемся и ведем себя не особо хорошо.
— Почему ты никогда не доносишь на Нан-Ланя братьям-наставникам? Он же с боевого, а ты с рунистики. – осторожно поинтересовался Мэй.
— Он провоцирует, но никогда не позволяет вмешиваться соклановцам и не применяет ци? – предположил Рейн.
— Да. – кивнул «бастион». – В том числе и поэтому.
— Ох, наконец то у нас есть все необходимое! Можем приступать! – Шин был полон энтузиазма. Он уже давно намеревался создать полную руническую экипировку и уже провел подготовительные этапы, но сложность заключалась в том, что для подобной работы нужны были два хороших руниста с выраженным даром. А значит – помощь Чан-Мэя. Впрочем, благодаря недавним закупкам и листочку предстояло получить аналогичный комплект защиты – в его непростой жизненной ситуации это было необходимо.
— Я так волнуюсь! – признался Мэй. – У нас точно получится?
Рейн уверенно кивнул: — Обязательно! Все точно рассчитано.
— Хорошо. Раз ты так говоришь. – улыбнулся листочек.
Комплекты состояли из магических роб – свободных плащей с капюшонами, зачарованных на пассивную защиту и защиту от непогоды, рунических наручей с наборами заклинаний с быстрым доступом и запасом энергии, поясных сумок (долгое хранение, уменьшение веса, защита от воровства и сканирования), поясов для активной обороны и атаки, и нашейных амулетов для координации действий всех частей «рунической брони».
— С этим мы перестанем быть беспомощными! – радостно заметил Мэй, принимаясь за дело.
— Мы и так не беспомощны. – заверил лотос. – А с этим станем грозной силой.
— Очень грозной. – серьезно кивнул листочек. При этом его вид оставался столь умилительным и не грозным, что Шин-Мари невольно улыбнулся.
Но, так или иначе, работа предстояла далеко не на один день. Уделять ей время удавалось лишь вечерами – после занятий. Шин немало сожалел, что у Лу и Тана нет дара, а значит они не смогут носить подобную экипировку…
Ло-Данг и его шайка, равно как и прочие одногруппники демонстративно игнорировали четверку отщепенцев, иногда бросая язвительные замечания. Впрочем, пакостить всерьез никто из них не решался – сказывался тот факт, что Рейн и его товарищи делили трапезу с лотосами.
Шин потянулся. По комнате сновали яркие иллюзорные рыбки из дыма свечей, звучала тихая, похожая на капель, музыка. После случая в Суджоре юноша панически боялся тишины. И теперь, оставшись один, обязательно использовал рунические музыкальные шкатулки или иллюзии со звуком.
Лотос осваивал поисково-сканирующий ритуал и сосредоточенно выводил знаки на пергаменте тонкой кисточкой. И вот последняя руна нанесена и ярко вспыхнула. Вместо символов на свитке появилась схема ближайших комнат и обозначения тех, кто там находится. Знаки имен перемещались, если указанный Небесный двигался.
— Так. Лойто у себя. Ходит туда-сюда. – определил Рейн. – Атна-Мари у себя. И не один. Цун с ним. Так. Элши-Мари вернулся в свою комнату. Так! А это что?!
По коридору пробирался Канаан-Мари – полностью скрытый и защищенный от большинства видов сканирования, включая эмпатическое. Вредный лотос уже миновал свою комнату и направился дальше – в закуток, заканчивающийся тупиком. Здесь находилось лишь четыре комнаты – Атны, Лойто, Шина и Элши. Не сложно понять, к кому крался злоумышленник.
— Он идет к Атне! А там птичка! Он не успеет спрятаться! – запаниковал Рейн. – Нельзя этого допустить! Вдруг у Канаана амулет для сканирования – тогда он и через дверь «почует» Цуна! А-а-а! Канаан через пару минут повернет за угол и окажется в нашей части коридора.
Не долго думая, Шин спрятал свиток в сумку и выскочил в коридор. В два прыжка он оказался подле двери Атны и тихо постучал, впрочем, не сомневаясь, что эмпат уже ощутил его присутствие.
Лотос открыл довольно быстро.
— Шин, не ждал тебя так поздно! – немного удивился Атна-Мари. – Я немного занят. Что-то срочное?
— Прости, что без предупреждения. – Рейн сделал вид, что смущен. Что не помешало ему с настойчивостью кота просочиться в комнату. Феникс, как и ожидалось, прятался под кроватью. Лотос, разумеется, совершенно «не заметил» этот факт.
— Я всего лишь хотел показать новую руническую сумку. Она почти готова! Даже защищает от сканирования. – радостно сообщил Рейн с энтузиазмом истинного ученого, жаждущего поделиться с миром своим важным открытием. Он снял новенькую сумку вместе с еще не вполне готовым поясом. Несколько нажатий на руны изделия и комнату окутала аура защиты от сканирования.
— Отличная работа. – сдержанно похвалил Атна. – Давай я… закончу дела и загляну к тебе. Выпьем чаю и ты все покажешь.
— Хорошо. – кивнул рунист. – Извини, что помешал.
Именно в этот момент Канаан возник перед покоями Атны словно бы из ниоткуда и забарабанил в дверь тяжелыми кулаками. Похоже, что артефакт сканирования ничего не показал злоумышленнику и он решил действовать иначе.
Лотос вздрогнул от неожиданности, но все же открыл.
— Что тебе здесь нужно? – хмуро уточнил Атна у незваного гостя.
Тот успел пристально осмотреть комнату, прежде, чем ответить. В комнате обнаружился Шин – слегка всклокоченный и без пояса. На этом все.
— Я пришел высказать свое несогласие с тем, что ты настраиваешь против меня лотосов главной обители! – нашелся Канаан.
— Ты сам их против себя настраиваешь своим поведением. – вздохнул Атна. – И совершенно незачем появляться в моих покоях в столь неурочный час, чтобы сообщать мне подобные глупости.
— Тем более, что твои покои в столь неурочный час и так не пустуют? – осклабился Канаан. – Господин Шин изволил потерять пояс?! Ай-ай! Что еще он тут потерял?
— И вовсе я не терял пояс! Вот он! – Шин выглядел не смущенным, а весьма довольным ситуацией. Разве что не смеялся.
Он протянул зажатый в руках и до этого момента не особо заметный рунический пояс в сторону обидчика. Пояс ожил и, извиваясь, словно змея, сделал на руках руниста стойку, как у кобры перед броском. Разве что не шипел.
— Что это?! – опешил Канаан.
— Вы же сами спрашивали про мой пояс. Он хочет пообщаться поближе! – рассмеялся Рейн.
Пояс перестал покачиваться и совершил молниеносный бросок вперед, едва не обмотавшись вокруг шеи визитера. Лишь в последний момент рунист остановил его.
— Фу, плохой пояс! Перестань! Извините, он у меня еще дикий и неприученный. Бросается на тех, кто ему не нравится.
Канаан отшатнулся, недоверчиво глядя на адскую вещицу. Атна чуть не покатывался со смеху.
В этот момент Шин уловил странные звуки под кроватью. И поспешил громко чихнуть, заглушая их.
— Апчхи! Простите! Это все от благовоний и рунических свеч! Вам, наверное, пора. – подсказал юный рунист незваному гостю.
— Да, я пойду. – согласился Канаан и покинул комнату – спешно ретировался, не оборачиваясь.
— Да и мне пора. – сообщил Рейн.
— Я обязательно загляну минут через пятнадцать – посмотреть остальные твои необычные изделия! – пообещал Атна. – И да… спасибо.
— Не за что. – улыбнулся лотос. – Захвати сладости.
Пояс-змейка устроился на плече хозяина. Юноша почесал его, словно питомца.
— Хороший мальчик! В следующий раз мы обязательно устроим этому вредному Канаану «веселую» жизнь! Напишу на тебе еще пару сотен рун – ты станешь сильный и грозный! Все нас будут бояться.
