О бедном злодее замолвите слово-2: Новая история Шин-Мари

      — Вы меня сильно разочаровываете, мастер Ло-Таи. – Ло-Мин недовольно скривился. – После всего того, что мы для Вас сделали, клан Драгоценного пера в праве рассчитывать на лучшее отношение. И внимание к своим просьбам…       Мастер свитков неспешно наполнил чашку ароматным горячим чаем. На его лице не отображалось никаких эмоций, помимо безмятежности. Это чрезвычайно раздражало его собеседника.       Ло-Таи соизволил отозваться лишь после того, как сделал первый – самый вкусный – глоток любимого напитка.       — Я глубоко уважаю семейство Ло, ценю и помню все то, что клан Драгоценного пера сделал для меня… — начал он тихо, весомо и выразительно.       Ло-Мин приподнял бровь, нетерпеливо ожидая завершения.       — Но задачи Академии для меня, как для наставника, приоритетнее. У уважаемых Шин-Мари и Чан-Мэя огромный дар. Я намерен и далее делать все возможное для его развития. Но можете не сомневаться – Ло-Данг также получает необходимое внимание. Я слежу за его успехами. – сообщил монах.       Ло-Мин скрежетнул зубами: — Вы не понимаете! Ни калека из боевого клана, ни нищий бывший лодари не получат той поддержки в среде рунистов, которую сможет получить Данг. Дюжина поколений предков этого юноши применяли руны. Он сам обучался с раннего детства.       — Но не достиг того же уровня, что Мэй и Шин. – напомнил учитель. – И попрошу Вас впредь не оскорблять моих подопечных.       Ло-Мин болезненно поморщился. Наставник упрямился. Но рычагов давления на него не было. Монахи находятся под защитой. Статус мастера в Золотых небесах был достаточно высок.       — Драгоценное перо может обеспечить отделение рунистики редкими ингредиентами… — нехотя пообещал Ло-Мин. Он понимал, что отец Ло-Данга не простит неудачи в сегодняшней миссии.       Ло-Таи выразительно приподнял бровь: — Уж не предлагаете ли Вы мне взятку с целью обеспечить Ло-Дангу особое отношение и помощь?       — Вовсе нет. Просто небольшая материальная поддержка. И даже не Вам лично – все для учеников. – Ло-Мин немного смутился. Он не привык к такого рода переговорам с теми, кто не боялся его и кого нечем было запугать. – И речь не идет об особом отношении. Просто чуть больше внимания уделить Дангу и чуть меньше Шин-Мари и Чан-Мэю. Юному «перу» пригодились бы хороший совет, нужные книги, больше времени и заботы. Лучшие материалы у него и так есть…       — Все ученики находятся в равных условиях. – заверил Ло-Таи немного насмешливо. – Приятно было побеседовать, но меня ждут дела.       Монах поднялся из-за столика чайной, где проходила беседа.       — Постойте! – Ло-Мин чуть повысил голос.       Но Ло-Таи даже не обернулся. Лишь едва слышно произнес: — Не советую впредь беспокоить меня такого рода просьбами. Иначе о них может узнать глава Академии.       Ло-Мин с такой силой сжал чашку, что она треснула, окатив столик пряным напитком. Задание Ло-Юна так и осталось не выполненным.              Риу-Райши скучал. После общения с Шином и его рассказов, изумруд начал намного отчетливее осознавать, насколько странна и нетипична его жизнь. Никаких контактов с внешним миром, общение исключительно с родичами-изумрудами и иногда с другими Золотыми. Но все они так серьезны, с головой погружены в дела и заботы… Да и самому Райши приходилось большую часть дня посвящать обязанностям – создание артефактов, участие в церемониях и ритуалах. Со временем у него должно появиться больше свободы в общении и перемещениях, но и больше забот…       Старшие озабочены падением уровня ци, ослаблением границ. Это беспокоило и юного принца. Но ничуть не меньше мысли его занимала настоятельная потребность ПОГУЛЯТЬ. И желательно не в паланкине в сопровождении сотни слуг и стражников.       — Интересно, каково это – отправиться с друзьями на озеро, купаться и смеяться, беззаботно и ни о чем не думая? – размышлял изумруд. Разговоры с лотосом приоткрыли для него завесу в совсем иной мир – яркий и свободный. Настоящий, живой и дышащий. Нет, конечно, Шин оказался не первым из низкородных, с кем довелось пообщаться Райши. До него был еще и Энши… Милый славный Гуан-Энши из мелкого целительского клана. Сначала с ним было весело – он прекрасно пел и рассказывал много удивительных историй.       А потом Энши загрустил и стал часто жаловаться, говорить, что скучает. Какая чудовищная неблагодарность. Ведь он, Райши, давал ему самое лучшее, удостоил своего внимания, всячески баловал.       Энши покончил с собой, отравившись зельем собственного приготовления – сумел смешать не смертельные ингредиенты так, чтобы получился яд. Коварный предатель оставил его одного…       Старшие избавились от тела. Дело не получило огласки.       Райши вздохнул. Он и сейчас порой скучал по юному целителю. А еще принц немало скучал по Шину… Пусть старшие запретили вновь похищать лотоса, но есть и иные способы.              Время провождение Шина в эти каникулы было максимально приятным и безмятежным. Он уютно устроился на подушках и зажег несколько рунических свечей, развлекая гостей причудливой игрой цветных полупрозрачных рыбок из дыма. Лойто с восторгом любовался блеском иллюзорной чешуи. Атна с одобрением смотрел на Шин-Мари.       — Как же он все-таки изменился за последние месяцы. И как сильно вырос духовно! – думал старший из лотосов. – Ему многое пришлось пережить, но Шин прекрасно держится.              — Плохо дело! – тетушка Бэй покачала головой. – Твой отец своими приказами доведет тебя до беды… Слыханное ли дело – покушаться запретной магией на наследника Белых лотосов?       Данг вздохнул.       — Если бы не приказ отца, ты бы так поступил? – ответ на этот вопрос был необычайно важен для Ло-Шун-Бэй. От него во многом зависело то, как она поступит в дальнейшем.       Племянник какое-то время сохранял молчание и смотрел в сторону.       — Нет! – произнес он спустя несколько секунд и не соврал. – Несмотря на то, как я отношусь к Шину и Мэю – нет.       Именно это матрона Бэй и хотела услышать. Рунистка прищурилась и одарила Данга внимательным взглядом: — А как ты относишься к Шину и Мэю?       Юноша вновь задумался.       — Хмм… Они меня раздражают. Такие дружные – не то, что девицы из моей «свиты», которые постоянно ссорятся из-за моего внимания. А еще — такие счастливые, с огромным даром, даже рунические питомцы есть! – неожиданно для самого себя осознал «перо». – Столько побед и достижений…       — Ты им завидуешь. – мягко и без осуждения произнесла Небесная.       Юноша смутился: — Я… нет! Эмм… Да. Ты права.       Признавать это было больно и неприятно, но тетушка Бэй не ошиблась. Тетушка Бэй НИКОГДА не ошибалась. Услышь юный рунист нечто подобное от кого-то другого – лишь зло посмеялся бы. Но к словам Ло-Шун-Бэй стоило прислушаться.       — Да. Я им завидую. – нехотя признался Ло-Данг.       Женщина провела рукой по его огненно рыжим волосам: — Даже несмотря на все то плохое, что с ними случилось? Особенно с Мэем…       Но при чем тут это? – юноша удивленно приподнял брови.       — Если завидуешь чьей-то участи, то завидуй всей судьбе, а не понравившемуся кусочку. – улыбнулась рунистка.       — Да. Чан-Мэю плохо пришлось. – вздохнул «перо». При общении с тетушкой мысли словно сами по себе быстро приходили в порядок. Гнев отступал. Данг ощущал, что становится лучшей версией себя под доброжелательно-пристальным взглядом матроны Бэй.       — Но и тебе живется не легко. – неожиданно произнесла женщина. – Я попытаюсь это исправить.       — Разве такое возможно?       Ло-Шун-Бэй улыбнулась: — Стоит попытаться.                     — Атна-Мари смеется над традициями Белых лотосов, слишком много времени проводит с чужаками из других кланов. Его извечные товарищи и спутники – калека и трус. – Канаан обвел присутствующих пристальным взглядом.       Многие одобрительно закивали. Молодым воинам-провинциалам, как правило, не нравились выходцы из главной обители – кем бы они ни были.       Но вопреки чаяниям Канаана, не все прошло гладко.       — Следи за языком! – огрызнулся Джанг-Мари – крепкий статный лотос с крупноватыми, но правильными чертами лица – изрядно скуластый и с полными губами. – Не забывай, что Атна – доблестный и сильнейший воин, на его счету уже сейчас больше подвигов, чем ты совершишь за всю жизнь. Вспомни хотя бы Гун-Сай. Именно Атна спас там множество жизней. Чужаки, о которых ты говоришь – одаренные рунисты и со временем могут примкнуть к семье. А калека – гений магических знаков и наш НАСЛЕДНИК КЛАНА.       Слова Джанга звучали куда увереннее, весомее и правдивее. Увы – Лойто своей речью он никак не реабилитировал, ибо упоминать, что он воспитанник матроны клана – значит напомнить всем, что в его высоком положении виновато происхождение, а своих достижений у юноши не так чтобы много…       — Не такие уж одаренные, и к лотосам они не примкнут… — недовольно буркнул Канаан, осознав, что мнение собравшихся резко переметнулось на сторону оппонента. – А наследник клана-рунист – это позор и повод для насмешек со стороны других благородных семейств.       Джанг прищурился: — Уж не хочешь ли ты сказать, что досточтимый глава клана ошибся, назначив Шин-Мари наследником?       — Эмм… Нет. Мудрость главы безгранична и да продлят духи его годы. – вовремя опомнился Канаан.       Эта резкая смена тона вызвала смех у прочих воинов. Этот бой остался за Джангом, но будут и другие…              — Он будет делать то, что я скажу! – голос Ло-Юна звучал подобно раскатам грома.       — Ты совсем запугал мальчика! – не сдавалась Ло-Шун-Бэй. – Твоими стараниями он мало того, что окончательно разуверится в себе, так еще и отправится в тюрьму за преступные дела! Как ты мог приказать ему напасть на других рунистов и пытать их?! Видно совсем лишился рассудка!       — Значит паршивец все тебе разболтал? – нахмурился Юн, проверяя надежность защиты от подслушиваний.       — Если ребенка не ругать, а слушать – он все рассказывает. – усмехнулась Бэй. – Попробуй – может у тебя получится. Хотя едва ли…       — Он не ребенок! – взвился рунист. – И в любом случае – это не твое дело, женщина!       — Ах вот как ты заговорил! – рунистка уперла руки в бока, хитро прищурившись. Несмотря на небольшой рост выглядело это вполне внушительно благодаря уверенности и решительности. – Не забывай, что я – Хранительница тайных знаний клана, а ты – братец – только третий Советник.       Хисса и Бурги вздыбили шерсть, недобро глядя на того, кто осмелился повышать голос на хозяйку.       — Это мой сын и мне решать его судьбу… — зло бросил Юн.       — Твои решения в отношении Данга не идут на пользу клану. Я передам дело на рассмотрение главе.       Рунист нахмурился: — Ты хочешь попробовать добиться права самой воспитывать Данга? Припомни, сестра, твоя должность не подразумевает наличия детей.       — Думаю в этот раз Ло-Ирму сделает исключение. – Бэй нарочито назвала главу клана просто по имени – без титулов, давая понять, что стоит не намного ниже его.       — Посмотрим. – усмехнулся Юн.       Он выглядел спокойно, но в душе немало нервничал. Уж если Бэй что-то решила – она идет напролом и добивается желаемого – прямо как ее питомцы – медоеды. Им все равно какого размера и какой силы враг – их целеустремленности хватит для победы над кем угодно.       Ло-Шун-Бэй покинула зал, дверь за ее спиной захлопнулась с мрачным грохотом.              — Помолвка?! – Лойто не верил своим ушам. Шин также изобразил удивление, хоть и знал об этом сюжетном ходе.       — Да. – вздохнул Атна. – Эль-Мин-Пэй настаивает на нашем с ней союзе. А вслед за ней на этом союзе настаивает тетушка Этну. Госпожа Мари уверена, что женитьба на хорошей и правильной девице пойдет мне на пользу. Зря она так думает.       — Ох, помолвка без любви – это ужасно! – Шин сочувственно коснулся плеча друга.       — Я так просто не сдамся. – заверил старший лотос. – У меня нет намерения жениться на «пагоде». Разумеется, она красива, могущественна, богата и знатна, но это не главное в браке.       — А еще в случае женитьбы тебе придется перейти в ее Клан. – немало опечалился Лойто.       Атна вздрогнул: — Не напоминай мне столь страшные вещи!       — Думаю – все обойдется! – оптимистично сообщил Шин и мысленно добавил. – На помощь явится одна смелая и находчивая птичка и спасет тебя.       — Хотелось бы верить. – Атна-Мари кивнул.              Каникулы подходили к концу. Для Шина, не ведавшего сколько черных туч сгущается над его головой, они были необычайно приятными – отдых, компания друзей, веселье. Лотос внезапно осознал, что очень сильно скучает по Сайто и для полного счастья в эти дни ему не хватало общества мастера мудрости. Рейн и сам пока точно не знал, что чувствует к беловолосому. Да, они много раз делили ложе, с Сайто было хорошо и уютно. Но любовь ли это? Насколько все серьезно?       Руниста слегка пугало то огромное чувство, которое он улавливал в ауре беловолосого своей обострившейся эмпатией. Оно сильно разнилось с тем, что юноша обычно сканировал между влюбленными. Нечто совсем иное. Но от всех этих тревог и сомнений желание поскорее увидеть Ли-Сайто, прижаться к нему, ощутить тепло его тела, уловить едва различимый запах трав от кожи, меньше не становилось.