Часть 49. Смерть халифа
27 июня 2021 г., 14:11
Сказать, что Ашаль был раздосадован, значило бы сильно преуменьшить. Снова нападение пустынников – ничего страшного, но как не вовремя. Глава Звездной тысячи волновался за халифа и за гостей из империи. Во дворце явно затевалось что-то странное. А ни его, ни Хаасима не будет рядом. К тому же, Рамир должен вот-вот приехать. После нескольких лет разлуки каждая встреча драгоценна.
И потому Ашаль был необычайно мрачен, когда он и его подчиненные покидали столицу через Восточные ворота. Хаасим подъехал поближе к младшему альши.
— Тебе тоже не нравится, что нас обоих отправили подальше от дворца в такое время? – поинтересовался он.
Ашаль кивнул: — Надо вернуться как можно скорее. У меня дурное предчувствие.
— Разберемся с этими негодяями и сразу обратно. – заверил старший. – Твои ребята плюс мои – это не должно занять много времени.
— Надеюсь. – Ашаль предпринял попытку улыбнуться. Получилось плохо.
Над пустыней стояла ночь. Ветер стих. Над головой раскинулось бескрайнее небо, переливавшееся десятком оттенков.
Сэнь-Лин шел по гулким коридорам дворца. Длиннополые богатые одеяния развевались за ним словно крылья. С отставанием на пол шага следом за послом спешили помощники. За окнами разгорался рассвет. Но если Великий халиф желает побеседовать — любое время удобно. Тем более, график встреч у правителя Шихимарры необычайно плотный. Визиты и мероприятия зачастую начинаются с самого раннего утра и заканчиваются глубокой ночью. Так что получив письмо с официальным уведомлением о назначенной аудиенции, имперец не удивился.
— Шаарон киу циун Юсэф предупрежден о грозящей опасности. Охрана усилена, рядом самые доверенные тигры. Все должно быть хорошо. — убеждал себя пожилой чиновник. Но тревожные предчувствия не отпускали. Что-то в атмосфере дворца и словах юной провидицы заставляло нервничать все сильнее. Господин посол любил свою работу и всем сердцем привязался к Шихимарре. Но в моменты, подобные этому, предпочел бы находиться как можно дальше от зверолюдов, пустыни, пышных золоченых дворцов...
Стражники распахнули перед Сэнь-Линем и его спутниками украшенные орнаментом тяжелые двери. Имперец шагнул внутрь... И почти сразу ощутил, что прошёл некую точку невозврата, рубеж, после которого все изменится.
Гуан-Чин устало опустился на подушки. Сегодня было особенно много пациентов. Пришлось израсходовать немалый запас амулетов с энергией ци и целительных элексиров. Юноша извлек из поясной сумки и спрятал небольшой неприметный свиток в особый тайный ящичек в столике. Сколько таких свитков там перебывало за последнее время. Одни... особые пациенты оставляли их, другие называли условную фразу и забирали... Чин не должен был знать подробности и не знал. Но был рад помочь тем, кто противодействует кланам Золотой пятерки.
Мало кто догадывался, что, помимо привычной целительской деятельности, лекарь готовит зелья для Золотых лент, делает особые артефакты с исцеляющим эффектом. Он хотел помочь смелым шпионам.
Это была и его, Гуан-Чина, война. В память о том, кого уже не вернуть, о том, кого погубил несколько лет назад коварный изумруд Риу-Райши. Целитель не знал, кто убил его, но был благодарен неизвестному. Теперь душа брата будет покоиться с миром подле Светлых духов. Лекарь также был рад, что подлый изумруд не успел погубить Шин-Мари — юного лотоса, к которому Чин успел привязаться.
Двери закрылись за спиной посла и его подчиненных. Имперцы прошли в следующее помещение и замерли на пороге, как вкопанные.
Халиф, вопреки всем традициям, был один. И он был мертв. Точнее – отравлен имперским быстродействующим ядом без запаха, как определил Сэнь-Лин – неплохой специалист по разным отравам. Синюшность вокруг губ и глаз, набухшие вены, судорожно сжатые кулаки… На столе — бутылка с дорогим вином – недавно початая. Единственный возможный источник яда.
Смерть наступила около пятнадцати минут назад… Сердце пожилого Небесного упало в ледяную пустоту. Он уже знал, чем все закончится и душа его преисполнилась отчаяния. Впрочем, это отчаяние не помещало чиновнику моментально позвать шихимаррскую охрану. Он понимал, что чем дольше он и его помощники пробудут наедине с трупом правителя, тем хуже. А еще имперец осознавал – все происходящее – ловушка. Стражники у двери наверняка знали, что Шаарон киу циун Юсэф лежит внутри мертвым. Из комнаты лишь один тщательно охраняемый выход. Она закрыта от телепортации, а значит – охрана у дверей выпустила убийцу. Они не могли не ощутить запах смерти.
Стражники мгновенно ворвались в покои. Разумеется, как и требовал сценарий неизвестного интригана, имперцев схватили.
— Имперский яд! Подлые негодяи! Вы убили правителя. Он доверял вам и принял отраву из ваших рук. – вскричал капитан охраны.
— Нет! Послушайте. Он был уже мертв. Он умер не меньше четверти часа назад. – попытался оправдаться посол. Его помощники были в ужасе и панике. Самый младший из них просто грохнулся в обморок. Он не был слабохарактерным трусом. Просто многие были наслышаны о шихимаррских пытках и о том, что зверолюды могут сотворить в ярости.
Небесных никто не стал слушать. Ударив несколько раз для усмирения, их заковали в кандалы и увели – предстоял тщательный допрос.
— Коварные мерзкие имперские сволочи убили нашего родителя, правителя Шихимарры – Шаарон киу-циун Юсэфа. Они подло воспользовались его расположением и доверием и отравили. Наш господин убит злодейски, не в честном бою, а стал жертвой отравителей. – вещал Махару, обращаясь к народу. Кадиф стоял рядом мрачный. Фахим – растерянный.
— Смерть имперским ублюдкам. Бей имперцев! – донеслось из толпы. – Смерть дашимам!
Махару едва заметно улыбнулся. В толпе царили нужные настроения. Все шло точно по его плану. Пустынники получили информацию об ослаблении охраны восточной границы и напали, тем самым они отвлекли внимание Ашаля и Хаасима Таббари – надежных приспешников халифа. Халиф получил просьбу от сыновей – встретиться и поговорить на рассвете. Позднее записка с просьбой была уничтожена и заменена на приглашение о встрече от посла Небесных. Сам посол империи также получил приглашение прибыть на аудиенцию. Но… на четверть часа позднее. К этому времени принцы Кадиф и Махару успели выпить вино в компании отца. Вот только дети халифа своевременно приняли противоядие. А повелитель ветров пустыни умер… Махару помнил, с каким удивлением родитель смотрел на него и Кадифа, испуская последний вздох. Кажется, он до конца не мог поверить в вероломство отпрысков.
— Сам виноват! – зло напомнил себе Второе дитя. – Он слишком задержался на троне. Он не уберег Алайо. А теперь еще надумал повторно вступить в брак.
После отравления родителя, принцы покинули покои халифа. Доверенные стражники, дежурившие у дверей, не выдадут и сохранят этот факт в тайне.
Посол Сэнь-Лин и его помощники пришли как раз вовремя. Охранники дали показания, что имперцы пробыли в комнате минут десять. А сами воины-шихимаррцы заглянули на шум и запах смерти. И застали злобных Небесных над трупом любимого правителя.
Поспешившие на переполох дворцовые слуги и придворные засвидетельствовали преступление. Имперцев арестовали и увели.
— Смерть Небесным! Бей дашимов! – разносилось над площадью.
Несколько слов подданным сказал и Кадиф. Его выступление было не столь красноречивым, как у брата. Но тоже имело успех. Он – Первый и он законный наследник. Вот только для того, чтобы стать халифом и занять трон нужно подчинить себе ветры пустыни Фанум. А для этого – пройти обряд, таинство проведения которого записано на древнешихимаррском.
— Что значит – Старший хранитель знаний мертв?! – удивленно взревел Кадиф.
— Простите, господин. – рысь в длиннополом одеянии чиновника – при шапочке с кисточкой и со свободными пышными рукавами – виновато развел руками. – Господин Хранитель знаний был уже в почтенном возрасте. Он скончался во сне. От старости. Преемник прибудет из Башен знаний через неделю.
— НЕДЕЛЮ?! – гневно прогрохотал Первое дитя халифа. Он с силой ударил огромным кулаком по колонне, отчего та содрогнулась. – Целую неделю во дворце не будет никого, кто знает шихту?
Рысь испуганно прижал уши.
Махару наблюдал за этой сценой с балкона. Второе дитя усмехался. Он то точно знал, где находится тот, кто сумеет перевести указания. Как удобно – переводчик брата погиб… почти естественной смертью, а у него имеется свой. И совсем рядом.
Равид киу Хамаши нервно ударил хвостом по полу.
— Послушай, Фахим. Утри слезы и успокойся! Это твой шанс. Шанс для всех львов. Доказательств мало, но я знаю, что это тигры убили Алайо – твоего родителя и моего альши. Тигры не слушают нас, игнорируют, презирают. Мы должны это исправить! Ты станешь новым правителем.
— Но как такое возможно? – опешил золотоволосый юноша. На по-детски чистом лице отобразилось изумление. На щеках еще виднелись мокрые дорожки слез. Он сильно скорбел из-за смерти родителя и с трудом воспринимал окружающее.
— Ты лев, но ты сын прежнего правителя. Прочие львы тебя поддержат. Мы несколько слабее тигров, но нас больше. Южные и западные провинции на нашей стороне. Через три дня в столицу прибудет надежный знаток шихта – он переведет для тебя указания для проведения ритуала. Ты подчинишь себе ветра пустыни и станешь новым халифом. – с горячностью говорил Равид.
— Но я не хочу… — робко напомнил Фахим. – Какой из меня правитель?
— Я помогу. – искренне пообещал дядя. – Это не для нас с тобой. Это нужно для всех львов.
— Ну, хорошо… — нехотя кивнул юноша.
— А-а-а-а! – Ашаль побледнел и с криком упал на колени, закрывая лицо руками.
— Альши, что с тобой? – Хаасим мигом оказался подле родича. Пустынники вот-вот должны были вновь пойти в атаку, но тигру было все равно. Он уловил ауру невообразимого страдания вокруг младшего.
— Шаарон! Он УМЕР! – Ашаль вопил не своим голосом. Его трясло, взгляд не фокусировался.
Хаасим застыл в ужасе. Любимый альши только что потерял свою Истинную пару… Халиф Шихимарры мертв.
— Там… Рамир. Он скоро будет в столице. Сегодня. Я должен встретить. Должен сказать ему про Шина. И про Шаарона. – сумбурно пролепетал младший тигр. – Он должен узнать правду.
Сейчас Ашаль киу Таббари меньше всего походил на грозного предводителя Звездной тысячи. Хотя… пережить смерть Истинной пары, тем более столь горячо любимой, без припадка и обморока редко удавалось даже самым стойким.
— Возвращайся в столицу. Здесь я справлюсь. – заверил Хаасим. Он понимал, что в таком состоянии от Ашаля в любом случае толку мало. Это нарушение приказа. Но какая разница в период междуцарствия и смуты? Главное уцелеть, а там разберемся кто и в чем виноват. Шихимарра осталась без защиты ветров пустыни. Без них города в опасности, пустынники ощутят волю, соберут племена и нападут куда большим числом, чем сейчас. Так что то, что происходит в столице – важнее.
Ашаль кивнул. Через минуту его и след простыл в лагере.
Хаасим объяснил произошедшее «срочным поручением из столицы» и принял на себя командование обеими тысячами. Двоим Таббари было не впервой. Они и раньше подменяли друг друга.
— Как это – вы не можете привести мальчишку ко мне?! – Махару скрежетнул зубами от досады и недоумения. Подобного развития событий он никак не ожидал.
— Они каким-то образом забаррикадировались в комнате. Все в одной. Телепортироваться внутрь не получается. Сломать дверь – тоже. – в недоумении отчитался стражник, посланный за Шин-Мари.
Принц опрометью кинулся к покоям бывшего гостя, а ныне пленника.
— Господина Сэнь-Лина казнили. И его помощников. В городе начинаются беспорядки. – всхлипнула Лу. В такие моменты она ненавидела свой дар провидицы.
Мэй покрепче обнял ее, поддерживая.
— Он был хороший… — вздохнул Тан.
Четверка рунистов сидела на подушках в центре комнаты Рейна и напряженно ждала. Чего – они и сами не знали точно. Вероятнее всего – за ними скоро придут. И попытаются вытащить из убежища. Все последние дни велась активная подготовка по нескольким направлениям – на случай разных вариантов развития событий. Когда Лу сообщила о том, что Кадиф и Махару убили халифа, задействовали первый план – покои Шина совместными усилиями были превращены в рунический куб. Теперь внутрь не попасть. В купальне запас воды. Ее не перекрыть, не перекрыв поток во всем крыле дворца. А даже если и перекроют – набранной много. Запас еды тоже имелся – самые долго не портящиеся продукты отложены впрок. На самый крайний случай имелась и магия крови… Пока не примененная и дремлющая, но… Если их придут пытать и казнить, как это случилось с господином послом. Сам Шин, скорее всего, затемнится. Но уже посмертно. Взрыв убьет всех. И пленников, и тех, кто придет за ними. Но это лучше, чем отдать друзей в лапы зверолюдов.
Увы – мысли про побег пришлось оставить сразу. За дверью – стража. Под балконом – тоже. В городе бьют имперцев. Даже если удастся покинуть столицу – ни один караванщик не возьмется проводить Небесных. Ни за какие деньги. А без проводника их убьет пустыня.
Оставалось лишь ждать своей участи, немного отсрочив ее. А потом, возможно, погибнуть, захватив с собой несколько врагов. Или… мало ли – вдруг ситуация переменится. Надежды на это почти не было. Но Рейн решил не учинять взрыв покуда есть хоть призрачный шанс, а также запас еды, воды и зверолюды еще не вышибли дверь.
