О бедном злодее замолвите слово-2: Новая история Шин-Мари

      — Я совершенно не знаю, что же делать! – паниковал Мэй.       — Вот и у меня без вариантов… — нахмурился Шин.       Лу вздохнула: — Шанс есть, но пока он очень небольшой.       — Испытания каждый раз разные. Надписи на скрижалях меняются. Узнать, как справлялись предыдущие халифы не получится. – вздохнул Сайто.       — А если совместить руны и обычную защитную магию? – осторожно предложил Рейн.       Листочек испуганно замахал руками: — Нельзя смешивать. Такое соединение нестабильно. Это может плохо кончиться!       — Магия драконидов тут бессильна. Они от природы устойчивы к высоким температурам и заклинаний против жара у них нет. – припомнила лоза. – А взять с собой драконида и защищаться им не получится.       Хоу-Тан мрачно молчал…       Ашаль одарил его внимательным взглядом и незаметно дал знак следовать за собой.       — Да, в чем дело? – поинтересовался бастион, когда имперец и тигр вышли на балкон.       — Я наслышан, что у твоего клана ОЧЕНЬ сильная защитная магия, и адепты этого клана могут накладывать защитные чары той же силы на других? – деловито уточнил Ашаль.       — Да. Но не в моем случае. Иначе проблемы бы не было. – Тан сильно помрачнел. Ему был крайне неприятен этот разговор.       — Если я скажу, что есть возможность вернуть твою силу, но это сопряжено с риском для жизни… и крайне болезненно. – осторожно и тихо проговорил глава Звездной тысячи.       — Не шутите так! Лучшие лекари империи… — начал было бастион, но Ашаль прервал его.       — Империи… У нас здесь свои способы. – заверил он.       — Что за способ? – в голосе Тана звучали надежда и нетерпение.       — Пещера с соленым озером, вода которого насыщена энергией. Озеро может вернуть твои способности. Но это тяжелый процесс – есть вероятность, что ты умрешь. – продолжил Ашаль.       — Я готов! – бастион был настроен решительно. Да, ради всех светлых духов, он хотел этого – во имя спасения друзей, спасения империи, ради СЕБЯ. Но лишь ради себя одного он не стал бы так рисковать – ему было что терять, ради чего продолжать существование и без силы – у него в жизни были Шин, Мэй, Лу, Тайли, этот вредный шихимаррец, к которому он тоже успел привязаться… А еще был Нун-Лань. При мысли о черепахе Тан немало смутился. Он уже осознавал, что именно чувствует, но пока не успел поговорить с самим Ланем.       — Уверен? – переспросил тигр. – Ты точно готов пойти на это? Если решишься – пути назад уже не будет – исцеление или смерть.       — Хватит болтать, кошак. – огрызнулся бастион. – Сказано же тебе – согласен. И да… никому ни слова!       — Разумеется. – кивнул Ашаль. Ему было немного стыдно. Он понимал, что делает то, что должен – в зале, где совещалась группа, царила атмосфера отчаяния – вариантов ни у кого не было, а Сайто и Шину с минуты на минуту предстоит отправляться в кузницы вместе с Кадифом. Когда они вернутся времени на принятие решения почти не останется… Рамир не отступится и, скорее всего, погибнет. Этого нельзя допустить.       — Я вовсе не подставляю имперца ради своего отпрыска. Это для общего блага. Я предупредил его о рисках. – мысленно убеждал себя тигр.              — Нам пора… — напомнил Рамир. Рейн кивнул.       — Я не с вами. Появилась одна идея, которую надо проверить. – как можно небрежнее бросил Ашаль.       Хаасим одарил младшего альши пристальным взглядом, но, по счастью, смолчал.              Кадиф нервничал, хоть и старался не подавать виду. Новое испытание было намного опаснее прежних.       Кузницы Данахарры располагались в дальней части города и были заброшены уже почти дюжину лет… Мрачное полуразрушенное строение из серого камня уходило на три уровня вверх, к защитному куполу над столицей и на много уровней под землю. Первый ощущал всей кожей – ему нужно вниз – в плавильни. Те давно остыли, но все еще находились в рабочем состоянии. И принц не сомневался – нагреются до прежних жутких температур, стоит только начаться испытанию. Такова древняя магия.       Группа начала спуск. Кадиф обратил внимание, что на этот раз отсутствует Ашаль – глава Звездной тысячи, но не придал этому особого значения.       Эхо шагов гулко разносилось под каменными сводами. Шин радовался передышке от удушающей жары, что стояла наверху. В подземелье царили прохлада и полумрак. Юноша даже пару раз спотыкался о какие-то разбросанные то тут, то там рабочие инструменты и всенепременно упал бы, если бы Сайто не успевал каждый раз его подхватить.       Заброшенные наковальни, давно потухшие горны, пустые чаны для охлаждения… все в запустении.       Наконец впереди возникли тяжелые металлические двери.       — Ждите здесь! – распорядился Кадиф, входя в плавильню – небольшое помещение с зачарованными особо прочными стенами и многочисленными трубами для подачи пламени. Здесь плавили металл для самого лучшего магического оружия. И, согласно технике безопасности, здесь категорически запрещалось находиться живым существам пока плавильня работает. Именно поэтому при подаче пламени двери закрывались.       И вот сейчас скрижали требовали, чтобы кандидат выжил в работающей плавильне в течение времени пока горит палочка благовония – около десяти минут. Тот факт, что пламя будет воздействовать лишь часть этого периода мало что менял.       За спиной Первого с мрачным лязгом сошлись металлические двери… Кузница тотчас ожила, древние механизмы загудели, приходя в движение. Внутри плавильни послышался мерный гул. Пахнуло жаром. Даже зачарованная дверь накалилась. О том, что происходило внутри лучше было вообще не думать.       Но не думать не получалось.       — Он там изжарится! – пронеслось в голове Шина.       Все напряженно ждали. Когда двери снова отворились из плавильни пахнуло таким жаром, что Шину стало плохо. Он едва устоял на ногах из-за потока раскаленного воздуха. Кадиф покинул комнату – прихрамывая, в тигриной ипостаси, с опаленной шерстью, но живой. Выяснить, что именно он использовал для спасения не представлялось возможным.       Лотоса подтолкнули к появившемуся постаменту со скрижалью.       — Настоящего халифа не сбить с истинного пути. Он найдет дорогу вопреки всему – даже в лабиринте оазиса Басунум. И пройдет оазис от края до края. – огласил Рейн.       — В оазисе Басунум никто не живет – там крайне опасный переменчивый климат и густые «блуждающие» колючие кусты и деревья, у которых есть привычка перемещаться с места на место. – тихо пояснил Рамир Шину.       Рейн кивнул. Блуждающие злобные кусты представлялись ему менее опасными, чем плавильня.              — Я пройдусь… — бросил бастион, обращаясь к друзьям. Он заглянул к ним в комнату, чтобы предупредить об отлучке. Хотел уйти незаметно, но решил — сейчас нет ни Сайто, ни Шина, ни Хаасима. Улизнет Ашаль. Ребята не найдут его и совсем запаникуют. Но вот причину можно не уточнять.       — Пройдешься? – удивился Мэй.       — Не ходи! – Лу побледнела и встала на пути у Тана.       — Что ты видишь? – тихо спросил воин.       — Боль… — девушка чуть не плакала. – Сильную боль.       — А смерть? – уточнил Хоу-Тан. Мэй переводил удивленно-испуганный взгляд с друга на любимую.       — Ты не умрешь. – сообщила провидица спустя пол минуты.       — Тогда все в порядке. – решительно кивнул бастион и развернулся к выходу. Листок и лоза не решились его останавливать.              Ашаль был не в восторге от необходимости тащить на спине бастиона, но иначе им было не успеть. Даже Тигриными тропами до озера далеко…       Рамир и его товарищи во время ночного прохождения испытаний пользовались помощью драконидов – принцы не должны были знать о том, что Сайто один из участников битвы за трон. Перемещайся он Тигриными тропами к местам испытаний – это бы почувствовали. Простым бегом – слишком долго. А вот подземные тоннели чешуйчатых никто кроме других драконидов отследить не мог.       Свой путь Ашаль скрывал не столь тщательно – он интересовал принцев куда меньше, чем Рамир и направлялся не к священным местам.       — Прибыли! – сообщил глава Звездной тысячи, скидывая ношу и перевоплощаясь. Носить на загривке имперца было не тяжело, но унизительно.       Озеро плескалось прямо перед ними. Прозрачная вода, потолок пещеры и дно водоема усыпаны светящимися кристаллами. Каменный свод отражался в водной глади и в полутьме создавалось впечатление парения в звездном небе.       — Что я должен делать? – уточнил Тан.       — Выпей это зелье. А потом раздевайся и ложись на воду. – распорядился тигр.       Бастион принял из рук Ашаля склянку, опорожнил ее, про себя оценив приятный травяной вкус, а затем, недовольно ворча, чтобы скрыть смущение, избавился от одежды.       Вода была теплой и почти не ощущалась кожей. Да еще и такой соленой, что держала точно перина. Голова шла кругом. Сложно было определить, где верх, а где низ, где заканчивается сам Тан и начинается принявшее его в объятия озеро. Открыты веки или закрыты – все та же полутьма со звездами. Чувство времени покинуло бастиона. Как и чувство реальности. Лишь плеск воды на грани слышимости и голос Ашаля – такой далекий и читающий речитативом какие-то строки.       — Все не так уж плохо. – успел подумать Тан. А потом пришла боль…       Ничего подобного воин не испытывал ни до, ни после хоть и прошел множество сражений, был много раз ранен, перенес мучительную Пятнистую ксамарскую лихорадку, пытки от клана Серебряной листвы во время Лунного праздника. Болела каждая частица тела. Тело выгибалось дугой. Бастион кричал до хрипоты – не переставая.       Ашаль, уже дочитавший заклинание и ждавший на берегу итога, не находил себе места – заламывал руки, до крови кусал губы. Ему было мучительно стыдно, жаль бедного иноземного юношу. Тигр в ужасе представлял, как вернется домой один и вынужден будет рассказать Рамиру и Шину о том, что погубил Тана…       — Они меня не простят! Я сам себя не прощу! – в ужасе думал шихимаррец. Но не попытаться спасти Рамира было и того мучительнее.       Шину нечто подобное он бы ни за что не предложил – пара его потомка не столь крепок, как бастион. У него намного меньше шансов благополучно пережить процесс исцеления. Да и энергопотоки лотоса пострадали больше – едва ли поможет даже озеро…       От воплей и стонов закладывало уши. В какой-то момент Ашаль малодушно думал подождать снаружи, но посчитал подобное предательством.       А потом все стихло. Тан перестал кричать. Он лежал на воде совершенно неподвижно. Тигра от пережитого стресса подвел скан – он было решил, что имперец умер и самолично отправился к духам. Спустя несколько вдохов и выдохов Ашаль понял – жив! И более того – здоров. Куда здоровее, чем был до вхождения в озеро.       Тигр бросился в воду – благо сейчас процесс завершился и это было разрешено. Он осторожно взял имперца на руки и вынес на берег, влил в рот еще немного зелья, завернул в предусмотрительно принесенное с собой одеяло. Теперь оставалось только ждать.              Дверь плавильни распахнулась. Спутники Махару с удивлением увидели, что на полу комнаты вода – результат того, что растопилась огромная глыба синего магического льда, которую тигр-колдун использовал для защиты. Синий магический лед был куда прочнее обычного, но и он не выдержал натиска подземного жара. В воздухе клубился пар. Помещение напоминало баню. Мокрый от ушей до хвоста Второй недовольно отряхнулся и покинул плавильню.       Он был одним из немногих тигров, которые умели колдовать в имперском смысле. Как правило, зверолюды отлично владели магией пространства и перемещения, артефактов, ритуалов, усиления и ускорения, кое-какой бытовой или природной, но не более того. Это с лихвой компенсировалось куда большей, чем у Небесных силой, скоростью, выносливостью и живучестью. Но Махару умел куда больше большинства соотечественников. Он был настоящим магом… И это вызывало восхищение у его свиты.       Лев перевел новую скрижаль. Выслушав его, Второй лишь спокойно кивнул. Он не сомневался, что справится.                     Вернувшись домой, Рамир какое-то время мрачно сидел на балконе и пил слабое вино, обдумывая невеселые перспективы. Снова собирать компанию для обсуждений он не видел смысла – если у кого-то внезапно появятся идеи – он или она всенепременно сообщат.       Опорожнив кубок, тигр направился в спальню – немного отдохнуть перед ночной вылазкой. Шин был там… Сидел на кровати, обхватив колени руками – грустный и задумчивый.       Рамир устроился на своей половине ложа.       — Доброй ночи, цветочек…       Нет отклика. Сайто повернулся к лотосу. Тот с крайне решительным, хоть и немного испуганным видом стягивал рубашку, в которой обычно спал.       — Что ты делаешь? – несколько ошарашенно уточнил тигр. На внезапный приступ страсти поведение его пары совершенно не походило.       — Мы до сих пор не… Я, как твоя истинная пара, должен… — немного сумбурно начал рунист. Даже в полутьме было заметно, как отчаянно он покраснел.       Сайто прищурился, начиная о кое-чем догадываться.       — Это все имперские россказни о том, что секс с Истинной парой приносит невероятную удачу? – уточнил шихимаррец. – Ты решил подобным образом помочь мне?       — Что значит – россказни? – опешил Шин-Мари.       — Удачу приносят тот факт, что они именно ПАРА – они вместе – вместе действуют, заботятся, поддерживают друг друга. Значение имеет брачный союз, гармоничные отношения… — пояснил Рамир. – А не секс так таковой.       Рейн удивленно округлил глаза: — Ну надо же… Нам иначе рассказывали.       — Да вам много что рассказывали. – недовольно протянул Сайто. – Даже история про пару халифа, родом из империи, у нас звучит совершенно иначе.       — А как? – уточнил лотос. Он сидел на постели удивленный, растрепанный и совершенно голый.       — Могу рассказать. – улыбнулся Рамир. – Но сначала одевайся… Ночи здесь холодные.       Вид обнаженного Шина наводил Сайто на совершенно определенные мысли – явно не о шихимаррской истории.       Шин послушно оделся и устроился рядом с мужем. Во время повествования, он ловил тигра за кончик хвоста. А потом уснул рядом, прижавшись теплой спиной.       — У нас будет близость, когда ты этого захочешь, а не для того, чтобы принести мне удачу. – прошептал Рамир. Шин заворочался во сне, прижался теснее и обнял тигриный хвост.