Дворецкий и кошка

      Ночная тишина в поместье Фантомхайв изредка нарушалась стрекотанием сверчков и шелестом листвы. Кромешную тьму, усиленную пасмурной погодой, рассеивали лишь уличные фонари да редкий свет из окон. Моросящий дождь наконец закончился. Только ветер продолжал зло бить в окна, словно требуя не мешать его полёту. Он тревожил водную гладь фонтана, расположенного у входа в поместье. Разгонял тучи, чтобы луна могла вновь показать свой прекрасный лик. Лениво, но верно, ночное светило озарило небо и мокрую землю. Постепенно из мельчайших скоплений воды начал формироваться туман. Он зловеще стелился по дорожкам, пряча от глаз то, что помещалось в его нутро. По такой погоде даже не скажешь, что сейчас лето.       В родовом гнезде Фантомхайв спали далеко не все. Где-то там на своем посту дежурила Мейлин. Она заблаговременно сняла очки с толстой оправой. От таких очков в работе горничной пользы было немного, даже с ними она видела недостаточно хорошо. Красно-сливовые волосы она собрала в хвост, чтобы те не лезли в глаза. Находясь на балкончике, девушка зябко поежилась и поспешила закутаться в тёмный плащ, уже стало холоднее. Рядом на специальной подставке находилась снайперская винтовка. Мейлин умело настроила оружие, ведь в этом она разбиралась как никто другой, даже несмотря на дальнозоркость. К тому же, благодаря своему зрению, девушка-снайпер могла с легкостью попасть в муху с колоссального расстояния. Мейлин, как и остальная прислуга, не раз защищала своего лорда, спасая его жизнь от покушений. Луна, как глаз неведомого гиганта, настырно заглядывала в окна. Серебряное око, не мигая, уставилось в окно второго этажа. На двуспальной кровати привычно растянулся молодой мужчина и девушка в нижнем белье. Себастьян читал книгу, а Кэти ворочалась, пытаясь найти удобную позу для сна. Дворецкий ни раз делал попытки отучить Кэти от привычки спать с ним, но усилия не увенчались успехом. Возможно, оттого, что у кошек, да и у девушек скверная память, а может это просто кошачья наглость. Сегодня у Кэти не получилось заснуть в привычное время. Тогда она посмотрела на Себастьяна.  — О, а я видела эту закорючку раньше, — заинтересованно воскликнула она. И бесцеремонно ткнула пальчиком в букву «С», находящуюся в книге по кулинарии, в руках Себастьяна. Не слишком довольный её открытием, демон-дворецкий всё же тактично промолчал, стараясь не отвлекаться от чтения. Но спустя несколько секунд вновь раздалось: — И вот эту тоже! Вероятно, у нее напрочь отпала охота спать, или она заскучала с неразговорчивым мужчиной. Не дожидаясь третьей буквы, он предложил:  — Я могу научить тебя читать. — Зачем мне это? — удивилась девушка. — Станешь учёной кошкой. Кэти, не понимающая человеческого сарказма, абсолютно серьёзно начала рассуждать: — Для кошки я итак слишком умная. Мои сородичи не хотят со мной дружить, потому что не понимают. «Кошки тяжело поддаются обучению того, что считают для себя бесполезным», — подумал дворецкий.  — Если научишься, я буду выпускать тебя гулять по саду. Недолго думая, свободолюбивая кошка, в теле девушки, согласилась. Всё же, комната Себастьяна за несколько дней пребывания, успела наскучить. Про девушку-кошку никто из слуг так и не узнал, ведь днём они видели только чёрную кошку, гуляющую по саду. К тому же, она не выглядела подозрительно, даже несмотря на то, что вела себя крайне нагло. Финни она расцарапала руку, когда тот намеревался погладить. Для Мейлин добавилось работы, в виде испачканного и порванного белья. В один из дней, развешанные на бельевой веревке чистые полотна, заинтересовали кошку, и та, выпустив коготки, поигралась с тканью. Гиперметропная девушка узнала об этом слишком поздно. Себастьян даже не дал горничной оправдаться, делая выговор, хоть и прекрасно знал, чьих лап это дело. Словом, кошка отыгрывалась за неволю по полной, оставаясь притом безнаказанной. Дворецкий же понял, что обучать кошку – занятие неимоверно сложное. Ведь она постоянно отвлекалась, забывая то, что было несколько минут назад, а потом и вовсе засыпала. «Возможно, из меня плохой учитель», — подумал демон. Затем вспомнил обучение Сиэля и передумал. Ведь именно благодаря стараниям Себастьяна, в уровне просвещённости молодой граф мог соперничать даже с более взрослыми оппонентами. Значит дело не в этом. В следующую ночь демон-дворецкий решил применить новую тактику — поощрение едой. Попросту дрессировка. Несмотря на то, что действие выглядит неделикатно по отношению к молодой девушке, для кошки этот вариант является самым действенным приёмом. «Есть и другой вариант. Но он будет по нраву только мне» — и демон коварно улыбнулся. «Возможно, он станет запасным». Выбор лакомства пал на маленькие кусочки сырой рыбы. Свежее филе бескостной водоплавающей имела красноватый цвет и привлекательный блеск, а нарезан на идеально ровные кубики. Кэти не сразу поняла, что это, подозрительно осмотрев. Узнав же запах, она проглотила слюну, облизала губы и готова была наброситься на тарелку. Чем Себастьян решил умело воспользоваться. Благодаря этому, обучение заметно прогрессировало, несмотря на что со стороны казалось странным. Занятия плавно перешли на кресло, из-за привычки ученицы засыпать. Потом настала пора объединять изучение написания слов с их правописанием. Руки, никогда не державшие железную ручку, усложнили задачу. Пальчики Кэти упорно отказывались действовать правильно. Так же дворецкий продолжал исправлять работу за недотепами-слугами. В итоге неделя для Себастьяна выдалась крайне напряжённая, а времени на отдых не оставалось. Сиэль при этом только злорадствовал, видя перенапряжённого демона. В один из дней:  — Кэти, — тяжёло вздохнул Себастьян, — Ты невнимательна. Дворецкий в очередной раз сделал ей замечание, когда та, с трудом выводя слово, опять допустила ошибку. В своём костюме и в очках, которые тот одевал для их занятий, Михаэлис выглядел совсем иначе. Кэти не устраивали перемены в нем, ведь он даже вел себя по-другому, становясь требовательней и строже. Новое платье девушки-кошки выглядело достаточно скромно и придавало миниатюрной фигурке романтичности. К тому же, она сама, правда спустя множество попыток, научилась его одевать. В тот день, будучи кошкой, она ткнула носиком в предложенный Себастьяном материал для пошива, и тот умело сшил из него платье. Ей понравился узор на ткани, состоящий из вышитых зелёных листиков на белом фоне. Оно выглядело лучше, чем тот чопорный наряд, который она носила раньше, состоящий из коричневой юбки с белой закрытой блузкой. К тому же явно выигрывало в удобстве. Так же демон-дворецкий укоротил ей волосы до плеч, чтобы не приходилось изо дня в день их расчесывать. Для девушки с душой кошки это был тот ещё кошмар. Расческа приносила боль вьющимся от природы волосам, но выглядеть неряшливо, по словам дворецкого, совершенно непозволительно. «Если ты хочешь жить в мире людей — придерживайся этикета, иначе тебя сочтут невоспитанной и необразованной особой. Кто захочет иметь дело с невежей?», — цитировал Себастьян. При этом сам дворецкий и граф Сиэль не всегда придерживались строгих правил и оба носили небрежные прически.  — Себастьян, я устала… У меня пальчики болят, — уже не в первый раз начинала вот так скулеж Кэти. — Мы не закончим, пока ты не напишешь всё правильно. На глазах девушки проступили слезы, но это совсем не тронуло ледяное сердце демона. В последние несколько дней холодность стала его привычным состоянием. Казалось, ледяные пары можно увидеть, и кошка чувствовала угрозу за этим напускным взглядом. Но она не врала, от сильного нажима на ручку у нее вправду начал болеть указательный палец. Терпеть боль она не хотела, к тому же в теле человека быстро уставала. Да и учиться она не любила. — Ну, пожалуйста… — заныла Кэти снова. — Я не хочу больше учиться. Это слишком трудно. Точка кипения в купе с усталостью рано или поздно должно дать о себе знать, даже если ты демон с дьявольским терпением. Себастьян заговорил сквозь зубы, с каждым словом его голос становился злее: — Трудно? Ты хоть знаешь, что такое труд? Я 24 часа в сутки усердно тружусь, а ты весь день только спишь и ешь!  — Я всего лишь кошка… — промямлила девушка. Демон скривил губы, а глаза из карих загорелись красным:  — Ты самая наглая и бесполезная кошка, которую я знаю. Ты как паразит живёшь за счёт других. Выгнала Пушка и Снежинку, которые были безраздельно мне преданны, разодрала обои в комнате, разрыла розы. И притом ты постоянно только жалуешься и скулишь. Я вовсе не рад тому, что мы с милордом приютили тебя и уберегли от твоей хозяйки. Думается мне, она не зря пыталась тебя утопить! Испугавшись злости в голосе демона, Кэти сползла со кресла, пытаясь укрыться от его горящих глаз. Непрошенные слёзы оставили мокрые дорожки на щеках, девушка совсем упала духом. Слова больно задели её, но Себастьян демонстративно отвернулся от нее. Не решившись встать, девушка-кошка юркнула в угол. Пока тот не заметил, Кэти осторожно, насколько позволяла длинная юбка платья, пролезла в распахнутое окно, намереваясь сбежать. Однако она забыла, что уже не в теле кошки. Нога предательски соскользнула с мокрого уступа стены, и Кэти упала бы со второго этажа, но Себастьян вовремя схватил её за руку. Кэти закричала: — Оставь меня! Отпусти. — Отпустить? — спросил удивленный Себастьян. Не послушав, он вытянул её, а когда их лица стали наравне друг с другом, Кэти с силой ударила его по щеке. Разозленный Себастьян отпустил руку. Она чудом успела зацепиться за карниз окна. Человеческие пальцы ободрались до крови. С окна высота казалась для кошки незначительной, и она спрыгнула. Себастьян с холодной усмешкой наблюдал за ней. Когда раздался чуть слышный щелчок костей, — девушка вскрикнула и сжала зубы. Неестественно изогнутая нога отозвалась жуткой болью, но Кэти заставила себя встать. Хромоту при ходьбе скрыть не удалось и насколько это возможно, она гордо пошла вперед. Себастьян протяжно вздохнул и отвернулся от окна. Он спокойно убрал вещи на свои места. Затем, взяв книгу, привычно улегся на кровать. Кэти шла по темной улице, волоча больную ногу. Со временем слезы на лице высохли, причёсанные волосы растрепалась, а её начало клонить в сон. Уже прошло несколько часов таких блужданий, но было по-прежнему темно. Нога сильно опухла и наступать на нее с каждым шагом становилось невыносимее. — Хозяйка! Я здесь! Хозяйка! Её голос то и дело срывался на отчаянный крик. Вскоре, окончательно обессилев, девушка с душой кошки, повалилась в кусты. А спустя время, рядом с телом возник темный силуэт.