Выстрел в сердце

В этом году Сюэ Яну исполнилось 23 года. Давно позади остался приют, из которого он сбежал несколько лет назад, сразу же прибившись к одной влиятельной бандитской группировке, где его таланты быстро оценили по достоинству. Работу свою Сюэ Ян любил. Она давала выход его звериной натуре. Когда он только появился в банде, Мэн Яо сразу же приметил этого худого паренька с отблеском безумия в глубине темных насмешливых глаз, поняв что они с ним одной крови. И не ошибся. Оба — дети улиц, брошенные на произвол судьбы, — они с ранних лет должны были сражаться за свою жалкую жизнь. Пусть парнишка был еще довольно молод, но смекалки ему было не занимать, он все схватывал на лету, просчитывая ходы наперед. Талантливый малый. Мэн Яо никогда не строил иллюзий на сей счет. Он с самого начала знал, насколько Сюэ Ян опасен: если тот посчитает нужным устранить и его, то ни перед чем не остановится. Поэтому стоило держать рядом с ним ухо востро. Это нисколько не мешало понимать друг друга буквально с полуслова, прекрасно осознавая, что один из них может предать другого в любой момент. Такой «творческий союз» вполне устраивал обоих. Пока устраивал. С годами Мэн Яо поручал Сюэ Яну все более деликатные и сложные задачи. И если начинал тот с запугивания мелких торговцев, то всего за несколько лет поднялся настолько, что стал правой рукой главы мафиозного клана. Слухи о Сюэ Яне ходили самого зловещего свойства. И неспроста! Даже члены банды боялись и избегали его, считая чокнутым маньяком. Свою мрачную славу Сюэ Ян оправдывал с лихвой. Он предпочитал долго и изощренно пытать своих жертв, явно получая удовольствие от страданий, которым подвергал несчастных. Особенно ему нравилось играть роль эдакого добрячка, вселяя надежду, а когда жертва начинала проникаться доверием, неожиданно превращался в палача. В такой момент убийца особенно остро наслаждался всей гаммой чувств, отражавшихся в глазах приговоренного им к смерти. Мэн Яо не раз пытался увещевать своего не в меру усердного подчиненного, но тот только зловеще посмеивался и не стремился что-то менять. Что же делать, если он буквально упивался чужой болью и не мог себе отказать в подобном удовольствии. Но последнее время это кровавое пиршество перестало приносить ему чувство удовлетворения. Он все реже пытал кого-то, предпочитая быструю расправу. Сюэ Ян и сам не мог понять, что же случилось. Это совпало с периодом наплыва ночных кошмаров, в которых нередко к нему стали являться его жертвы, мучая теперь уже его самого. Он не был склонен считать, что это проснулась совесть, ведь ее у него отродясь не было, но что-то терзало и изводило его. За последнее время Сюэ Ян очень изменился, что не укрылось от глаз окружающих: стал нервным, озлобленным, молчаливым, его улыбка выходила еще более зловещей, да и заказы на убийство он стал выполнять с явной неохотой. Вся эта жизнь вдруг опротивела ему. Он утратил почву под ногами, стал сомневаться в себе настолько, что даже серьезно начал подумывать о том, чтобы свалить из банды, но никого, конечно, в эти планы не посвящал. Ему ли не знать, что уйти живым такому, как он, никто просто так не позволит. Подобное решение, узнай об этом хоть одна живая душа, будет означать смертный приговор. А расставаться с жизнью Сюэ Ян пока не планировал. Да, он был измучен, устал, а мысли о самоубийстве посещали его все чаще, но все так запуталось… Ян понимал только одно: ему очень плохо, жить как раньше он больше не может, а другой жизни просто никогда и не знал. Также Сюэ Ян не привык много думать, все-таки он был больше человеком действия, а тут голова буквально раскалывалась от тяжелых мыслей, и впервые в жизни тот понятия не имел, что ему вообще дальше делать. В преступном мире у Мэн Яо был давний конкурент Не Минцзюэ, с группировкой которого он много лет боролся за передел сфер влияния. Обе банды значительно разрослись, им уже явно было тесно в одном городе. Всем давно стало понятно: кто-то их этих двоих должен уйти. С обеих сторон неоднократно предпринимались попытки решить проблему, но оба недруга были настороже, поэтому подобраться к ним было не так-то просто. Тогда Мэн Яо решил пойти окольным путем, выкрав Не Хуайсана (младшего брата своего врага), к которому Не Минцзюэ был очень привязан и берег как зеницу ока. Дело предстояло нешуточное. Конечно же оно было поручено лучшим людям из банды Яо, в число которых входил и Сюэ Ян. Он блестяще справился со своей задачей, доставив испуганного мальчишку в тайное укрытие. Не Минцзюэ метал громы и молнии, но на уступки идти упорно отказывался. Мэн Яо был в замешательстве, полагая, что тот либо сошел с ума, надеясь выиграть в честном бою, либо власть ему действительно дороже жизни младшего брата. Несговорчивость главы противоборствующей группировки серьезно осложняло дело, из-за чего Мэн Яо начал терять терпение, ведь он не привык ошибаться и был убежден, что ради Не Хуайсана старший брат пойдет на все. Конфликт явно выходил из-под контроля, что и вынудило Яо на крайние меры. Он справедливо полагал, что стоит только дожать соперника, как тот начнет совершать ошибки. Переговоры зашли в тупик, старший Не все больше впадал в неистовство, требуя вернуть заложника безо всяких условий, пригрозив в противном случае напасть в открытую. Мэн Яо, поняв, что численное превосходство на его стороне и смерть Не Хуайсана подтолкнет его брата к опрометчивым действиям, принял, как ему казалось, единственно верное решение: если договориться не получается, нужно спровоцировать Не Минцзюэ выступить первым, потому что тогда вне зависимости от исхода дела во всем будет виноват именно он. Посчитав план безупречным, Мэн Яо поручил своему самому надежному наемнику убить Не Хуайсана. Сюэ Ян, равнодушно выслушав приказ, велел помощникам закинуть пленника в машину. Когда они приехали на место, он собственноручно выволок парнишку и потащил в лес. Тот даже не думал сопротивляться, покорный своей судьбе. Когда они отошли на приличное расстояние, Сюэ Ян сдернул с лица похищенного черный мешок, и, помедлив, вытащил кляп. Они просто смотрели друг на друга, не произнося ни слова. Перед ним стоял на коленях симпатичный юноша лет 15. Еще на этапе подготовки похищения Сюэ Ян внимательно изучил его досье. Не Хуайсан был гордостью своей семьи, серьезно увлекался искусством, учился за границей и довольно редко навещал старшего брата. Поэтому его поимка тщательно планировалась, совпав с возвращением того на Родину. Да, он прекрасно осознавал, чем занимается его семья, но решительно отказывался иметь со всем этим дело. Ему очень хотелось жить своей собственной жизнью, далекой от преступной среды. Младший Не смотрел в глаза Сюэ Яна открыто и прямо. Он знал кто перед ним. Все-таки их группировки находились в состоянии войны, поэтому он был вынужден хотя бы чуть-чуть разбираться в ситуации. Парень давно понял: если за ним когда-нибудь придут, то это будет именно Сюэ Ян. Слова были излишни. Не Хуайсан был уверен, что сегодня его последний день, поэтому смотрел в лицо своей смерти, пытаясь не подать виду, насколько ему страшно. Несмотря на свой юный возраст, он выглядел умным, проницательным и взрослым не по годам. Также наследник мафиозного клана был наслышан о безжалостности Сюэ Яна, поэтому прекрасно осознавал, что молить о пощаде бесполезно, и, призвав остатки мужества, старался встретить свой конец с высоко поднятой головой. Сюэ Ян хищно осклабился, с любопытством разглядывая свою жертву, попутно припоминая данные из досье. В голове пронеслось, что стоящий перед ним на коленях мальчишка всего лишь пешка в этой кровавой игре. Чистый, незапятнанный, невинный. Убийца внимательно изучал его и по какой-то неведомой причине медлил с исполнением приказа, чего с ним раньше никогда не случалось. На секунду он вспомнил себя в его возрасте. Несмотря на озлобленность и жестокость, Сюэ Ян неожиданно задумался о том, как бы сложилась жизнь, повернись все иначе. Он вдруг с удивлением ощутил, что не хочет выполнять этот заказ. Его терзали противоречивые чувства. Вряд ли это была жалость, скорее сожаление и чуть-чуть зависть к этому пацану, родившемуся с золотой ложкой во рту. Ему пришла мысль об иронии момента, где он, нищий безродный попрошайка, вершит судьбу этого богатенького ни в чем не повинного мальца. Ян усмехнулся всей этой сентиментальной чуши. Какое ему дело до всего этого? Все когда-нибудь умрут. Так почему не сейчас? Но он медлил, и это начинало конкретно бесить. Потому что на поверку выходило, будто убийца искал повод не убивать. Помимо этого тут было еще кое-что. Сюэ Ян полагал, что Мэн Яо в данном случае пошел на поводу своих эмоций и в перспективе это убийство принесет только проблемы их группировке. Противостояние двух банд длилось уже довольно давно, сильно вымотав обе стороны, поэтому было вполне понятным желание побыстрее покончить со всем этим любой ценой. Тем более в последнее время Мэн Яо не очень-то везло, что изрядно злило, так как тот не любил проигрывать. Наверное, именно поэтому он в порыве гнева и решился на такое. Сюэ Ян же считал, что последний совершает ошибку, устраняя близкого родственника Не Минцзюэ. Кто знает, возможно немного остыв, сам Мэн Яо пожалел бы о своем приказе, но мертвых нельзя воскресить. Сюэ Ян впервые видел Мэн Яо таким — полностью захваченным местью, перед которой его не останавливали даже возможные тяжелые последствия. А еще… Ян с тоской подумал, как этот паренек, но уже в виде зловещего мертвеца, будет измываться над ним в кошмарах не позднее сегодняшней ночи. Вот как раз этого ему больше всего не хотелось. Такое себе оправдание. Углубившись во все эти размышления, он и не заметил, как с лица сошла его фирменная пугающая улыбка. Сюэ Ян еще немного помедлил, как будто на что-то решаясь. После этого криво усмехнулся, достал нож и пошел в сторону юноши, который видя все это, заметно побледнел, уставившись на своего убийцу полными ужаса глазами. Его реакция позабавила Сюэ Яна. Он грубо толкнул парня лицом в землю, обошел со спины и… разрезал веревки на ногах, не забыв снять наручники. Не Хуайсан в страхе отпрянул, растирая затекшие запястья и отказываясь верить в происходящее. Сюэ Ян стоял перед ним, насмешливо улыбаясь и поигрывая ножом. А потом тихо произнес с угрозой в голосе: — Ты чего застыл как дурак? Вали нахуй отсюда, пока я не передумал! Повторного приглашения не потребовалось. Парень вмиг весь подобрался, попытался встать на ноги, запнулся, упал, снова встал, заметался и побежал прочь. Когда мальчишка скрылся из вида, Сюэ Ян медленно достал сигареты и закурил. У него было ощущение, что впервые в жизни он поступил… Правильно? Что за чушь?! Он долго курил, наслаждаясь каждой затяжкой, посматривая на небо и деревья вокруг, грустно улыбаясь своим мыслям. Выждав еще какое-то время, медленно побрел обратно к машине. К счастью, помощники и не помышляли задавать лишние вопросы, резонно опасаясь за свою жизнь. Тем более ни у кого не возникло даже тени сомнения в выполнении приказа: на счету Сюэ Яна еще не было ни одного прокола. Добравшись до дома, Сюэ Ян рухнул на незаправленную постель и молча уставился в потолок. Он прекрасно понимал, что это конец. Мэн Яо такое ему с рук точно не спустит, но никаких сожалений по поводу содеянного не было. Ян ощущал только пустоту в душе, непривычную легкость и предчувствие избавления, что ли. Он закурил, лениво наблюдая за поднимающимися к потолку кольцами дыма. Сегодня ему было на все плевать. Он просто смертельно устал. К черту эту жизнь! К черту все! Докурив, Сюэ Ян даже не заметил, как провалился в сон. И впервые за долгое время ему ничего не снилось.