Мозг в чане

Тихий голос зовёт как будто издалека. Не шепот, но звуки его едва отличимы друг от друга. Слово за словом - будто морские волны одна за одной накатывают на берег и вот-вот на него ступит нога лепокудрой нереиды, несущей сыну, оплакивающему своего мертвеца, божественный дар. Слово за словом. Тишина. Брайан сделал усилие и открыл глаза. Он лежал на невысокой кушетке в довольно светлой комнате. По потолку зигзагами шли линии светодиодной подсветки. Моментально пришло осознание, что теперь он полностью контролирует свое тело: если захочет поднять руку, рука поднимется; если захочет вскочить и пробежать марафонскую дистанцию - и вскочит, и пробежит. Но киборг лежал неподвижно. - Ты очнулся? Розовые волосы, чуть более взъерошенные, чем обычно, пропускали сквозь себя немного света, и оттого голубоватое лицо, казалось, сияло воздушным ореолом отраженных лучей. - Да, я... - Брайан сосредоточился и нашел взглядом такие знакомые глаза с крестообразными зрачками. - Я в порядке. Несколько минут прошли в молчании. Акила смотрела Брайану в глаза и слегка улыбалась. В окружении холодного света далекой звезды и светодиодов, окружающего девушку, под этим взглядом, теплым и как будто нежным, парень млел и таял. Легкий румянец тронул щеку. Слеза тихо скатилась к губам - к ее губам. - Мы уже думали, что ты... Еще несколько секунд тишины. Киборг легко дотронулся до руки Акилы. - Я в порядке. Тишина. Прикосновение. Улыбка. Розоволосая наклонилась над кушеткой, и на розовой щеке остался прохладный след мимолетного поцелуя. - Я рада, что все хорошо. Брайан остался один. Образ этой милой девушки, такой мягкой, такой милой, вокруг которой всегда так много света, исходящего извне и будто преломляющегося в ней, так что этим чуждым светом сияет она сама, ее округлое двуцветное лицо, ее ярко-розовые глаза - и вот сознание заполоняется нежностью, а масляный насос начинает работать чуть активнее, как будто тело готовится... К чему? Киборг пролежал на кушетке еще несколько часов: решиться на движение, такое легкое, желанное, естественное для его тела, было сложно, как никогда. Наконец, когда уже был близок закат, парень спустил ноги на пол, сладко потянувшись, встал и, поплутав немного в малознакомых коридорах, вышел из пирамиды. Кусты сада тихо шелестели. Было еще тепло, но изредка проносящийся ветерок уже приносил ночную прохладу и заставлял поежится. Брайан беспорядочно ходил по дорожкам, изредка встречая других студентов Академии. Некоторые из них были ему знакомы, и их он, проходя мимо, приветствовал кивком, других же не замечал вовсе. Шелест листьев, звуки шагов, своих и чужих, и тихие далекие голоса как нить к нити ткались для его слуха в единое полотно шорохов и расплетались вновь, чтобы после опять сплестись вместе, словно в погребальном покрове древнего старца Лаэрта. Кислородные мешки наполнялись свежим вечерним воздухом, волосы трепались порывами ветерка. Движение доставляло удовольствие всему телу. Не было никакого сосредоточения мыслей. Хорошо. Сам не заметив, как, Брайан зашел довольно далеко в сад. За невысокими плотно посаженными деревьями горели огни города. Никого. Темно, почти тихо - и как хорошо. В уютной прохладе ночного воздуха кусты сада легко дрожат, и все вокруг - как один идиллический миг. Протяни руку, раздвинь листву - и увидишь чудесную девственницу, купающуюся под деревьями, и краем глаза заметишь полнящийся вожделением взгляд двоих старцев. Теплая рука легла на плечо неожиданно. - Привет. От звука чужого голоса, разорвавшего полутишину сада, Брайан вздрогнул всем телом. Позади стоял Зейд. Киборг нисколько не удивился: он как будто для того и вышел гулять, чтобы произошла эта встреча. - Привет. Парни простояли пару секунд, глядя друг на друга. Зейд начал движение первым. Они вместе прошли до конца дорожки и повернули налево. - Рад, что ты здоров. - Да. Да, спасибо. Пара шагов. Две пары ног движутся почти синхронно. - Видел сегодня, от тебя кто-то выходил, - Зейд сделал паузу и чуть заметно усмехнулся. - Девушка. Киборг опустил глаза. Шаги. Ноги. Его ноги и другие, одетые в почти такие же брюки, едва не черные, но с уклоном не в синеву, а к коричневому. Брайан скользнул взглядом обратно наверх и, смотря брюнету в глаза, ответил: - Да, Акила. Она... Пауза и немой вопрос, читаемый в изгибе брови. - Она меня поцеловала. Воспоминание внезапно всколыхнуло такие чувства, каких не вызвал сам невинный, почти дружеский поцелуй Акилы. Щеки киборга запылали. Он прошел еще пару шагов и остановился, закрыв глаза. - Что, - Зейд прошел чуть дальше и теперь развернулся, с интересом разглядывая смущенного спутника, - по-настоящему? - В... В щеку. Зейд лукаво улыбнулся: - И только? - Я... Я ведь... Зейд вдруг резко приблизил свое лицо к лицу киборга и долго посмотрел ему в глаза. В его взгляде блуждала загадочная озорная искорка. - Как, совсем не умеешь? - тихо прошептал он. Волны прерывистого влажного жара его дыхания шумно прокатились по щеке Брайана, заставив его поежиться. Он неуверенно кивнул: "Ну да..." - и брюнет, на секунду чуть отклонившись назад, словно чтобы еще раз оглядеть лицо киборга, скинул левой рукой челку с глаз и, приобняв Брайана правой, положил кисть ему на шею, легко, но твердо придерживая пальцами затылок. Парень дрогнул и хотел было отпрянуть, но Зейд явно не собирался так просто его отпускать: знойный ветер его дыхания обдал тонкие губы, а уже через миг они в нежном и жестком прикосновении были накрыты другими, чуть более мягкими, горячими и живыми. Да, Зейд хорошо умел целоваться. От наплыва неожиданно приятных ощущений киборг расслабился; его голова откинулась назад, а губы, заполненные поцелуем, размыкались и смыкались, повинуясь воле целовавшего. Как Нил, из года в год растекаясь и покрывая долину, вновь возвращается в русло и оставляет черную землю напоенной влагой и плодоносной, волны тепла от чуть влажных порывисто движущихся губ Зейда затопляли его и вновь, раз за разом, отхлынув, освобождали из томительного и животворного плена, давая раз коротко вздохнуть перед новым приливом, накрывающим с головой и грозящим сбить с ног. После нескольких секунд Зейд прервал поцелуй, слегка отстранился и с усмешкой взглянул в глаза Брайану, сбитому с толку и обомлевшему от нежданного удовольствия. - Ну что, хочешь научиться?