Летние каникулы

Проснувшись на следующее утро, Сэмми был слегка в недоумении. Он даже не помнил, как уснул, поэтому у него создавалось впечатление, что сон он встретил в своей уютной кровати, а не в кресле. Однако, он быстро опомнился и было усмехнулся от своей невнимательности. Рыжий товарищ, который как лежал рядом, так и продолжал смотреть свои сновидения. Невзначай Лоуренс бросил взгляд в окно. На улице всё было залито еле заметным розовым светом восходящего солнца, птицы только начинали петь о наступлении нового дня, цветы вот-вот готовы были начать благоухать. Блондин тихо вздохнул и, накинув на себя плед, которым был укрыт ночью, вышел за дверь на крыльцо дома. Свежесть, ещё не до конца отступившей ночи, ударила в нос. Сэмми достал сигареты из кармана, зажёг одну из них и начал дымить, однако, никакого удовольствия от этого он не получал. Было ощущение, что композитор отвык от вредной, а главное любимой привычки. Хотя раньше без неё и жить не мог, злился. Для самого Сэмми это было непонятное явление, отчего он даже был немного испуган, но скорее больше в отчаянии. Тогда, потушив сигару, он прямо босыми ногами прошёлся до калитки, после чего развернулся и бросил взгляд на двор, изучая каждый предмет, хоть и зная их и вспоминая, как вместе с Фрэнксом они проводили своё беззаботное время. -Уолли... Чёртов уборщик, -фыркнул он шёпотом, но не совсем со злобой.- Какой же я болван. Мне хочется плакать, а я не могу, не хочу показывать свои слабые стороны. А ведь раньше надо было подумать об этом! -продолжал укорять себя Сэмми. Тут его дотронулась знакомая маленькая рука. -О чём подумать?... -с грустью в глазах взглянул на композитора Уолли. -Я всё слышал, - тихо добавил он после. -Что? Ой, нет, это не совсем то, что тебе могло прийти в голову. Всё в порядке! -Нет, Вы врёте. Я-то думал, что в Вас хоть что-то человечное проснётся, когда мы хорошенько отдохнём, а Вы... Вы подвели меня. -Но, погоди, это же мои проблемы, как я себя могу вести,- начал заводиться Сэмми. -Ты думаешь Дрю так считал, когда отправлял тебя в отпуск, чтобы ты наконец-то вправил мозги туда, где они должны быть?! Хотя, о чём это я... Тебе нельзя доверять, я в этом убедился. -разъярённый Уолли отдёрнул руку от Лоуренса, которую композитор хотел было схватить и убежал со двора на улицу в неизвестном направлении. На миг блондин растерялся, не зная что делать. С одной стороны он был в гневе, с другой, в нём выворачивалась наизнанку и обратно совесть, и он не мог просто стоять. В итоге, сорвавшись с места, Сэмми полетел вслед за уборщиком, как и велело сердце. Он старался не терять из виду уборщика как можно дольше, чтобы, во-первых, знать, куда тот бежит, а, во-вторых, самому не заблудиться. Добежав до конца улицы, Уолли резко свернул с дороги и побежал в сторону поля. В Лоуренсе в этот момент всё резко перевернулось. Он понимал, что шансы нагнать Фрэнкса всё меньше и меньше. Однако он решил не сворачивать с дороги и был готов искать товарища даже на другом конце света, лишь бы найти. Наконец, перед Сэмми открылась равнина, на которой прорастали густая высокая трава и местами цветы. Несмотря на то, что куда ты не посмотришь, перед тобой всё как на ладони, блондин не мог рассмотреть рыжика. Всё ещё босой, он попробовал залезть в зелень. Она была слегка сырая от росы и колючая, поэтому создавалось неприятное ощущение. Сэмми начал не на шутку злиться и уже хотел было уйти, но подумав, что вернувшись одному, бабушка Уолли устроит панику, совесть вновь не дала ему это сделать. Пришлось пробираться вглубь поля, терпя сложившиеся условия. Прочесав таким образом уже достаточно большую площадь, уборщика по-прежнему не было видно. Лоуренс уже не думал ни о чём, когда шёл вперёд, даже не зная куда направляется. Тут, среди зарослей померещилась знакомая рыжая причёска. В душе композитора будто что-то кольнуло, и он постарался как можно скорее приблизиться к увиденному. Встав почти впритык, Сэмми подтвердил сам себе, что приметил Уолли, который, шмыгая носом, что-то вертел в руках. На голове его красовался венок из цветов, видимо, только недавно собранных. Блондин, ничего не говоря, уселся рядом с другом, поджал к себе коленки и, обняв их, опёрся подбородком. Френкс тоже сохранял своё хладнокровие и даже взгляда не бросил на Лоуренса. -Я тебя люблю, -тихо прошептал наконец Уолли, больше не в силах держать слова в себе. -Поэтому я и был так разочарован. Услышав, что ты имеешь что-то против меня, я просто не смог сдержаться. Подумай сам, идеал, к которому ты всё время стремишься, вдруг отвергает тебя... -После этого он вновь замолчал. Его щёки, как и заплаканные глаза, явно были краснее, чем обычно. Композитор был в замешательстве. Кроме того, что рыжик обращался к нему на "ты", так ещё и делал такие заявления. Будто Уолли был сам не свой в этот момент. Но было видно, что он это делает не из соображений, а от души, в которой так долго это скрывал. -Этого я и боялся. Значит, я был прав... -вздохнул Сэмми. В ответ на это он получил недоумённый взгляд Фрэнкса и понял, что надо пояснить, к чему он клонит. -Понимаешь... Ещё с момента нашего приезда я понял, что ты что-то испытываешь ко мне. Возможно, ты это делал и в студии, но я просто мог этого не замечать, верно? В любом случае, в момент, когда ты меня сегодня застал, я думал не совсем о тебе, а о твоих чувствах. Я видел как ты привязан ко мне не совсем по-дружески. По крайней мере мне так казалось. Скажу честно, из-за этого даже во мне начали просыпаться подобные чувства. Но... Я даже сам себе не могу гарантировать счастье в отношениях. Я подонок, я это знал всегда. И мне даже было неловко понимать, что ты доверяешь мне, не боясь чего угодно с моей стороны. Нависло неловкое молчание. Уолли будто не знал что ответить, но на самом деле это было не так, он просто долго думал над словами композитора. Однако парень наконец-то собрался мыслями. Ещё один венок, который как оказалось он всё это время плёл, уборщик возложил на голову Сэмми и, улыбнувшись, взял возлюбленного за руки. -Я готов на всё ради тебя, Сэмми. Я больше не хочу кем-то притворяться, чтобы ты наконец хотя бы немного уделил мне внимания. Я не могу отказаться от любви, которая пропитала мне своим ядом сердце. Ты прав, меня давно тянуло к тебе, но я не мог найти подходящий момент, чтобы признаться в этом. Да и мне казалось это глупой детской игрой, потому что любить того, кто постоянно отворачивается от тебя... Но при том этот человек настолько прекрасен во всём: в движениях, в манере говорить, во внешности в конце концов. Да, я сейчас именно про тебя, Сэмми. И эти каникулы мне просто придали уверенности. Вернее моим чувствам. Я не знаю, зачем это сейчас говорю, но мне тошно понимать, что я скрывал это всегда, лишь мучая себя. Но это я, а вот что же насчёт Вас, мистер Лоуренс?... -вновь перешёл он на "Вы", боясь быть отвергнутым. -Я тоже тебя люблю, -слегка улыбнулся блондин и, захватив в объятия Фрэнкса, повалился с ним в траву, и поцеловал. Уборщик, явно не ожидая такого поворота, раскраснелся до невозможности, но после стыд будто испарился, и парень начал резво смеяться. Сэмми посмотрел в сторону горизонта. Солнце уже поднялось, чтобы осветить всё вокруг, но в его свете по прежнему преобладал розово-золотой оттенок. Уолли тоже подметил это. -Романтичное у нас вышло признание, не правда ли? -неловко усмехнулся Лоуренс. -Хоть и не таким я его себе сначала представлял, но Вы, ой, то есть теперь ты, пожалуй, прав. У меня аж камень с души свалился... -после этих слов на него сверху лёг блондин. -Эй, ты чего? Сэмми, ты очень тяжёлый! -завопил Уолли. -Теперь на твоей душе буду лишь я. Я думаю, ты ощутил, какой я тяжёлый. -композитор всё же слез с юноши, боясь не рассчитать силы и навредить ему. -О, поверь мне, ты уже давно там, - Фрэнкс притянулся к любимому и крепко обнял, на что в ответ получил ещё один поцелуй. Вместе с тем, лишь ветер уносил их тайны и здравые мысли далеко в своём направлении, но он-то уж точно никому их не раскроет...