Ведьма в отставке

Раз за разом проигрывать бой самому себе утомляло. Попытки справиться с внутренними противоречиями и сомнениями отдавались в сердце тупой болью. Страх давно поселился в самых тёмных закоулках души, сжимая лёгкие в тисках. Хотелось удавиться собственной слабостью, задушить себя противоречиями, с каждым днём всё сильнее мешающими существовать. Постоянные попытки отвлечь себя кем-то приносили лишь усталость, давящую на плечи. Вэй Усянь никогда не жалел себя – не видел повода. Жалость нужно было испытывать к людям, которые успели подарить жизнь ему, но не сумели сохранить свою. Он почти не помнил лиц родителей. Вбитая в голову окружением тоска нередко заставляла захлёбываться слезами, но как можно было скучать по людям, которых знал только со слов близких? Вэй Ин никогда не отказывался от того, кем были его родители, но отсутствие собственного представления о них угнетало. Он словно любил кого-то вымышленного, персонажей из сказки. Так что, наблюдая за близостью четы Цзян друг с другом, Усянь всегда чувствовал себя одиноко. У него была бабушка, но как бы могущественна она ни была, совместить в себе трёх родственников сразу было невозможно. К счастью, обделённым он себя тоже не ощущал. Пограничное состояние между сиротой и любимчиком в семье определённо отложилось на подкорке сознания, так что различные роли Вэй Ин примерял на себя с лёгкостью. Страшно? Улыбайся. Больно? Улыбайся. Ненавидишь кого-то? Улыбнись, сделай вид, что ничего не происходит. Быть может поэтому, улыбаясь, он не испытывал ничего? Словно искренность атрофировалась. Лишь маленький Цзинь Лин изредка заставлял расхохотаться, он был слишком очаровательным, чтобы оставаться равнодушным к нему. Даже сейчас, когда в характере проскакивали павлиньи замашки, Вэй Усянь всё равно души не чаял в своём племяннике. Люди ему, в общем-то, не особо нравились. Контакт давался тяжело, доверия не вызывал никто, поэтому сближаться ни с кем, кроме уже устоявшегося окружения, Вэй Ин не хотел. Это было одной из причин, почему он отказал Лань Цижэню. ОПБССП был бы крутой возможностью, не будь Вэй Усянь собой. Он видел положительного ничтожно мало, а минусов вот навалом. Лань Чжань казался ему забавным, но долго они не протянули бы друг с другом. Уже в первую встречу Вэй Ин показал свои худшие стороны, не пустив заклинателя дальше порога. Дальше отвратительность в поведении только усиливалась бы, либо всё могло быть ещё хуже: Лань Ванцзи понравился бы ему, и тогда Усянь закрылся бы дома на добрых пару месяцев, чтобы всё прошло. Не хватало ему ещё симпатий к заклинателям. А Лань Чжань определённо был тем, в кого хотелось влюбиться. Одна аура спокойствия и надёжности, захлестнувшая Вэй Ина при их первом столкновении глазами, многого стоила. Он ощущался как человек, рядом с которым не страшно было показать себя настоящего. Только вот Усянь этого не хотел. Он знал, что не сможет. И даже не стал бы пытаться. Так что их контакт с Лань Ванцзи не пошёл бы никому на пользу. Да и отношения с высшим светом, к которому заклинатель принадлежал, у Усяня были неперспективные. Даже их дружба уже плохо отразилась бы на Лань Чжане. Вэй Ина не принимали ещё в детстве, плетя слухи о том, что он зазнавшийся бастард Цзян Фэнмяня. С годами не становилось ни легче, ни проще. Мадам Юй предпочитала скрывать его самого и его способности – если бы кто-то прознал о ведьмовстве, то семье Цзян пришлось бы несладко. Первые десять лет отношения между кланами были напряжёнными: более смелые встали на сторону ведьм, заключив с некоторыми ковенами дружественные союзы, кто-то примкнул к клану Цзинь, страшась их. Клан Лань не участвовал в спорах, выражая абсолютное безразличие к «Гниению Пиона», что было большим минусом в копилке Лань Цижэня. По мнению Баошань Санжэнь, именно учитель Лань не позволил брату вмешаться. И пусть он хотел сохранить таким образом репутацию ордена, не запятнав её распрями, вышло у него плохо: Гусу Лань быстро записали в бесхребетников, Цзинь Гуаншань же публично намекнул на будущие проблемы между ними, которые закончились только после того, как тот умер, а на место главы сел Цзысюань. Теперь же, когда напряжение между четырьмя Великими Орденами рассеялось, о «Гниении Пиона» не вспоминали в принципе. Насколько было известно Вэй Ину, все детали событий были тщательно замяты, даже имена участников словно стёрли из истории. Сейчас почти никто не знал, чьим сыном был Вэй Усянь. От него имён родителей не скрывали, бабушка уж точно такого не допустила бы, но тем не менее вне семейных разговоров ни Вэй Чанцзэ, ни Цансэ Санжэнь никогда не упоминали. Возможно из этого всё поездки к бабушке прикрывали безличным «отправлен в уединённую медитацию». Прошло уже несколько недель с разрешения дела о пострадавших адептах. Уже на следующий день жизнь ведьмака вернулась в прежнюю колею, он всё так же встречался с несчастными проклятыми, помогал им и получал деньги. Стабильность. Но отчего-то всё чаще он возвращался к тому, что тщательно прятал в тёмных закоулках мыслей. Пустые думы о собственном положении, родителях, отношениях с заклинателями день за днём пожирали его. Размышляя о своей повседневной жизни, Вэй Усянь сказал бы, что всем доволен: ни в чём не нуждается, занимается тем, к чему лежит душа, да и в целом существование спокойное и безболезненное. Вот только вся эта стабильность ныне ощущалась как-то безрадостно. Во всех привычных вещах Вэй Ин стал видеть внутреннее отторжение того общества, к которому принадлежал. Он убеждал себя, что отказался только от заклинательской его части, но сейчас всё выглядело так, будто и ведьм он откинул куда подальше. Это было странно. Ведьмаку не прельщало жить с ощущением того, что чего-то не хватает. Только вот закрыть глаза на это не получалось. Какая-то мерзкая тоска дёгтем разливалась в сердце, одиночество снедало, но причину тому ему никак не удавалось понять. Стоило встряхнуть себя и отвлечься. На ум пришёл только один человек, который мог бы помочь ему взбодриться. Телефон нашёлся в складках одеяла, и Вэй Усянь по памяти набрал заветный номер. – Шицзе? Где ты сегодня?

***

Цзян Яньли. Одно имя отдавалось щемящей нежностью. Сестра была самым близким человеком ведьмака. Она никогда не осуждала его, всецело принимая таким, какой он есть. Яньли не переставала поддерживать Вэй Ина, даже когда тот сбежал. Она оставалась рядом с первого дня знакомства и была абсолютно незаменимой. Пусть жизнь давно развела их дороги, желание подкатиться к сестре под бок и поныть о трудностях не отпускало Усяня даже на третьем десятке. Шицзе оказалась где-то в провинции Шанхая. Их с Цзысюанем отправили разобраться со взбунтовавшимися гуями, но оказалось, что творится там какая-то чертовщина, с которой разобраться они не могли уже третий день. Связи почти не было, но Вэй Ин успел услышать, что Цзян Яньли в порядке, поэтому с чистой совестью отключился и решил достать брата. Тот долго не отвечал. Даже если Цзян Чэн не хотел с ним разговаривать, то обычно поднимал трубку, чтобы послать непутёвого в диюй и отключиться. Поэтому Вэй Усянь немного заволновался. На третью попытку Цзян Чэн откликнулся: – Ты умираешь? – прохрипел брат. – Если нет, то я занят. – А-Чэн, ты в порядке? В трубке что-то звякнуло, а потом словно ударило по динамику, Цзян Чэн зашипел. – Нет, тут грёбаный иль лин*. И он, кажется, хочет убить меня, так что, если умирает только один из нас, и это не ты, то я бросаю трубку, – прокряхтел брат и сбросил. Ну вот и поговорили. Теперь оставался только один человек, которого Вэй Ин мог доставать с чистой совестью. Ведьмак быстро набрал номер и принялся считать гудки. Уже на третьем в трубке звонко раздался голос друга: – Вэй-сюн, – протянул Не Хуайсан, – какой неожиданный звоночек. Чем могу быть полезен? Засранец. Точно знает, что просто так Вэй Усянь никогда не позвонит, но сегодня не тот случай. – А-Сан, дорогой, как твои дела? – Вэй Ин ухмыльнулся. Настроение уже поднялось чуть выше критической отметки, но сейчас, кажется, моментально взлетело. Хуайсан заговорчески захихикал, послышались шаги и скрип кресла. Устроился поудобнее, значит что-то интересное у него в рукаве точно затесалось. – Да как тебе сказать, – начал было друг, но осёкся, словно раздумывая говорить или нет, но, очевидно, решил продолжить, – весь отдел на ушах стоит, знаешь ли. Вэй Усянь подавился смешком. Звучало многообещающе. – И что же происходит в вашем несравненном отделе, Не-сюн? Хуайсан хмыкнул. – Да дел невпроворот. Всё оперативники по городу раскиданы, твоей сестре посчастливилось оказаться за его чертой, правда, история у них мутная, – Хуайсан прервался, послышался стук пальцев по клавиатуре. – До сих пор неизвестно, с чем они там дело имеют, но им ещё повезло, – ехидно протянул собеседник, подначивая задать вопрос. – А кому нет? Друг захихикал, понял, что его сигналы расшифровали и удовлетворенно промычал, разжигая больший интерес в Усяне. – Да вот, несчастный Лань Ванцзи, – раздалось напускно-горестное в трубке, – совсем один. Не отдыхает, еле на ногах стоит, уже который день не может призрака поймать. – Призрака? – Ага-а, в общежитии студенческом померший комендант буянит, уже не знаем, что делать. Может, для этого дела нужен кто-то более свежий, только у нас все за последнюю неделю тухловатые, совсем некому помочь, – трагично прошептал Хуайсан. Очень и очень жирный намёк. – Неужели совсем некому? – копируя интонацию друга, спросил Вэй Ин. Не Хуайсан согласно мгыкнул. Вэй Усянь тяжело вздохнул, фыркнул и вновь заговорил: – Адрес скинешь? Младший Не захохотал. – Конечно-конечно, Вэй-сюн, обрадуй нашу звёздочку. Ну что ж вот он и отвлечется наконец.

***

– А-Сянь, ну! Вэй Ин засмеялся, отворачиваясь. – Шицзе, хватит тестировать на мне всё подряд! – Если ты не ешь, а-Лин тоже не ест! Усянь хмуро посмотрел на ребёнка. – Ты почему мою сестру расстраиваешь, демон? Ребёнок захихикал, тыкая в щеку мужчины и прищурился. – Ты приёмный! Яньли от неожиданности охнула, а Цзинь Цзысюань подавился кофе. – Ты тоже, – ухмыльнулся Усянь, наблюдая, как начинает злиться ребёнок. – Дядя! – заверещал Цзинь Лин, лупя хохочащего Вэй Ина по плечам.

***

Общежитие ничем особенным не выделялось: восемь этажей, три корпуса, бело-голубой фасад. Интересовала Вэй Усяня в нём всего одна вещь: где-то там бродил Лань Чжань и понятия не имел, что вскоре у него появится очаровательная компания. Покружив рядом со зданием, ведьмак так и не нашёл нужного входа. Хуайсан сказал, что ему нужно женское, но где оно – было абсолютно не ясно. На счастье Усяня совсем рядом показалась студентка. – Красавица, – он очаровательно улыбнулся застывшей девушке, – не подскажешь, где тут вход в женскую часть общежития? Та осоловело моргнула и оглядела ведьмака с ног до головы. – Вам зачем? – в конце концов выдала она, хмурясь. На маньяка он вроде с первого взгляда не тянет, с чего бы это такое недоверие к окружающим в таком юном возрасте? – Из полиции я, дорогуша, хочу поймать козла престарелого. Девушка предсказуемо скривилась от упоминания призрачного извращенца, но доверия, судя по взгляду, так и не преисполнилась. – У нас есть уже один страж порядка. Усянь насмешливо дернул бровью. – Высокий, вроде красивый и на трупа похож? Девушка кивнула, а после её взгляд резко переместился за плечо Вэй Усяня. Студентка покраснела, низко опустила голову и стремительно ретировалась в неизвестном направлении. – Спасибо, – раздалось позади знакомым низким голосом. Вэй Ин обернулся и пораженно замер. – И правда на труп похож. Выглядел Ванцзи и впрямь неважно: лицо осунулось, под глазами залегли синяки, губы были бледными и потрескавшимися. Мешковатая толстовка болталась, словно на палке, а простенькие спортивные штаны так и норовили сползти до колен, даже волосы обычно завязанные в косу были завязаны небрежным хвостом на затылке. Настоящий прототип студента в сессию. – Лань Ванцзи, Лань Ванцзи, – с шутливым укором начал Вэй Усянь, но, перехватив усталый взгляд, вмиг растерял всю спесь, – ты когда в последний раз ел вообще? Лань Чжань нахмурился, словно не хотел отвечать, но, тяжело вздохнув, всё же сознался: – Вчера.., – он было замолчал, но немного погодя всё же решился дополнить сказанное,– утром, кажется. Вэй Ин про себя хмыкнул: какое конкретно из всех прошедших вчера имел в виду Ванцзи? – Потрясающе, – он глумливо приподнял брови. – Как поживает извращенец? Ванцзи слегка дернул плечом, словно отряхивался от чего-то неприятного, и неопределённо мотнул головой. – Ясненько, – протянул ведьмак, стремительными шагами направляясь к заклинателю. – Пойдём, дорогой, расскажешь всё по дороге, – и потянул Лань Чжаня к выходу с территории общежития.

***

Общежитие находилось достаточно далеко от офиса, добавить к этому пробки, и получалось, что ехать им предстояло около часа. За руль Вэй Ин Лань Чжаня не пустил, поэтому машину заклинателя оставили на стоянке у общежития. Поначалу ведьмак собирался допросить несчастного по пути в офис, но только они выехали с территории, как Ванцзи уснул. Вэй Ина никогда особо не волновал чужой комфорт, но почему-то именно сейчас он даже музыку не решился включать, не желая тревожить короткий сон Лань Ванцзи. Он действительно выглядел измождённым, так что, по мнению ведьмака, лишний час ему вздремнуть не помешало бы. На особо долгих остановках Вэй Усянь бесстыдно разглядывал чужое спокойное лицо, пытаясь понять, что именно могло так сильно привлечь его при первой встрече. Ванцзи был красив. Возможно, он был одним из самых красивых людей, которых довелось встречать Вэй Ину – а видел он многих. Но это никоим образом не объясняло странного притяжения именно к этому человеку. Во время дела адептов ведьмак тоже пытался понять, чем его впервые за долгое время мог привлечь заклинатель, но постоянное напряжение мешало праздным мыслям и их пришлось затолкать куда поглубже. Он был почти точной копией своего брата, только вот Сичэнь не вызывал в Вэй Усяне ни малейшего трепета. Он вообще показался каким-то невзрачным. Вэй Ин старался особо не разглядывать чужие ауры, но у Лань Хуаня она была бело-серой, что встречалось довольно редко. Даже у Лань Цижэня аура была гораздо ярче и разнообразнее, что можно было связать с чистой заклинательской кровью и уровнем совершенствования. Это было странно. Обычно смешение рас выдавало такой пестрящий букет аур, что у Вэй Ина глаза резало, тут же – ничего. У Цзян Яньли основными были три цвета: белый – заклинательская сила, фиолетовый – наследие мадам Юй, и, что всегда удивляло ведьмака, красный – это наверняка было связано с амазонской частью, потому что у Юй Цзыюань красного в ауре было в избытке, как и её силы. Цзян Чэн был скорее копией своего отца: белый, темно-синий – уровень совершенствования, и проблески фиолетового, с редкими вкраплениями красных всполохов. Наверняка брат даже не догадывался, что за часть его силы стоило поблагодарить гены матери. С Лань Ванцзи же всё было иначе: белый, голубой – уровень совершенствования, золотой – отблеск золотого ядра, красный – примесь демонской крови, а так же много чёрного, что говорило не только о его происхождении, но и об огромной силе. Такое количество цветов Вэй Ин видел только у бабушки. Именно та в своё время научила его отличать цвет истинной сущности от цвета уровня совершенствования (они обычно выделялись больше всего) и других различных примесей, а ещё, что казалось тринадцатилетнему Вэй Ину самым сложным, отличать ауру эмоций от ауры сущности. Истинная сущность и эмоции тесно переплетались между собой, и у заклинателей с высоким уровнем совершенствования их было почти невозможно отличить. Чтение аур требовало не только высокого уровня совершенствования для ведьмы, но также и сильной концентрации, и огромного расхода энергии, поэтому чаще всего в сущность Вэй Ин заглядывал только в крайних случаях и всегда на своей территории. Ванцзи проснулся неожиданно: подскочил на сидении, резко дёрнулся назад из-за ремня, сдавившего грудь, и осоловело посмотрел на Вэй Ина. Тот даже не понял, что надо что-то сказать, залюбовавшись разнеженным ото сна лицом заклинателя, который продолжал до ужаса очаровательно, но довольно требовательно чего-то ожидать. – Лань Чжань? Всё в порядке? Заклинатель в ответ отрицательно покачал головой, если это, конечно, вообще можно было назвать покачиванием: слегка повел подбородком справа-налево и снова пристально начал ждать чего-то. – Словами можно? С тобой ни одна телепатия не сработает. – Почему ты меня не разбудил? – Я должен был? Ванцзи упрямо кивнул, весь вид его выражал такого масштаба недовольство, что Вэй Усянь на секунду почувствовал стыд, пока не понял, что ему, в общем-то, нечего было стыдиться. – Почему я должен был будить тебя? Чтобы ты что? Своими сильными ручищами поднял машину и донес нас до офиса? Или, может, быть ты своим хмурым лицом мог бы распугать остальных водителей? Ты сделал сейчас самое полезное, что только мог, – Вэй Ин неопределённо махнул рукой в сторону заклинателя, – поспал наконец. Лань Чжань ничего не ответил, только отвернулся к пассажирскому окну и, боже, он что, насупился? Само очарование, кажется, кто-то ещё не проснулся. Своим упрямым поведением сейчас он был точь-в-точь Цзинь Лин, не получавший того, чего хотел. Интересно, как быстро он преобразится в первого детектива ОПБССП, холодного и абсолютно невозмутимого? – Надеюсь, это сейчас не обида на твоём красивом лице, так ведь? Вопрос остался без ответа, Ванцзи даже не посмотрел на него. Ну что ж, с этим тоже можно было работать, если он продолжит дуться и в офисе, то Вэй Ин определённо отправится в общежитие один. Уже через пару минут они были у здания ОПБССП, как только машина остановилась, Лань Ванцзи с нехарактерной ему скоростью выбрался из неё и стремительно направился ко входу, не дожидаясь Вэй Усяня. Просто очаровательно.

***

Офис встретил их тишиной, кабинеты начальства были закрыты, только из помещения оперативников доносились какие-то отголоски разговоров. Вэй Ин направился туда, ожидая увидеть там сходящего с ума Лань Ванцзи, который от недостатка сна начал говорить сам с собой, но в помещении обнаружился только Сюэ Ян, криво ухмыляющийся какому-то видео в мониторе. – А ты чего бездельничаешь, щенок? Парень медленно перевёл взгляд с экрана на Вэй Ина и ухмылка переросла в зубастую улыбку. – И вам не хворать, господин ведьмак, – Сюэ Ян скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула, лениво разглядывая ведьмака из-под ресниц. – Какими судьбами? Вэй Усянь занял стул за столом Цзян Яньли и отзеркалил улыбку юноши. – Решил, вот, одному вашему непутёвому доблестному сотруднику человеческий вид вернуть. Кстати, где он? Сюэ Ян громко рассмеялся. – Невероятно, – на выдохе прошептал он, – только вы могли позволить себе называть Лань Ванцзи непутёвым, – парень стрельнул взглядом в сторону двери. – Он, вероятнее всего, заглянул к начальству. Вэй Ин нахмурился. Он был уверен, что Лань Чжань первым делом придёт сюда и расскажет ему обо всех нюансах дела. Но тому, очевидно, рационализм не был присущ, поэтому в данный момент он ошивался у дедули или брата. – А где… – Вэй Усянь, – рявкнул Не Минцзюэ, материализовавшись в дверном проёме. – А вот, – слабо кивнул Сюэ Ян. – Ни насрать, ни крякнуть, – продолжал начальник Не, – каким помелом тебя снова сюда занесло? Вэй Ин оскорблённо надулся. – Господин начальник, – он сделал театральную паузу, – вы что, мне не рады? Минцзюэ хмыкнул и подошёл к столу, за которым уютно умостился ведьмак. Мужчина наклонился ближе к нему, оперевшись кулаками на деревянную поверхность, и осклабился. – Пока ты мне хоть один отчёт не напишешь, после своих грандиозных похождений, я и духу твоего в офисе чувствовать не хочу. – Господин Не! – возмутился Вэй Усянь. – Я всего один раз тут был, а вы уже затаили обиду, это просто неприемлемо! Начальник Не в ответ широко улыбнулся и здоровенной ладонью потрепал по макушке фыркавшего от возмущения ведьмака. – А теперь серьёзно. Ты чего тут забыл? Вэй Ин криво ухмыльнулся и сцепил руки в замок, подавшись вперёд. – У вас висяк с прозрачным извращенцем между прочим, – если Минцзюэ и удивился осведомленности ведьмака, то виду не подал совершенно, – а я вот весьма благородная душа! Решил помочь своей несравненной восхитительной персоной! – очевидно, такой ответ начальника не устроил, но он лишь устало прикрыл глаза и ладонями оттолкнулся от стола. – Чёрт с тобой, если можешь, то помоги Ванцзи, он как собака ездовая последние несколько дней. Ведьмак в ответ только кратко кивнул. – Я его сюда притащил, чтобы он поел и нормально рассказал мне всё, а там уже можно будет думать, как успокоить содомита. Не Минцзюэ весело хмыкнул и вышел из кабинета. – Так что, адский ребёнок, почему балду пинаешь? Сюэ Ян подобрался и заговорчески поманил пальцем. Вэй Усянь в ответ отрицательно помотал головой и подбородком кивнул на соседний стул, мол, если так надо, сам подходи. Дитя адской гончей и демона неспешно поднялся и лениво направился к Вэй Ину. С лица его не сходила кривая ухмылка – впечатление произвести пытается? – Господин ведьмак, смотрите, пожалуйста, – Сюэ Ян сел на соседний стул и ткнул пальцем в монитор, – какие-то шакалы, – Вэй Ин смешливо фыркнул, кто бы говорил, – на серьёзных щах делают какие-то стрёмные талисманы, и это даже не самое главное! – парень поднял вверх руку с оттопыренным указательным пальцем. – Эти упыри их на глянце печатают, – в глазах юноши мелькнул нездоровый блеск, понаберут же маньяков. Ведьмак на пару мгновений зажмурился, что-то знакомое мелькнуло на задворках сознания и моментально скрылось. Где-то он это слышал, что-то он такое видел. Чёртова дырявая память. – Ох, щенок, я где-то слышал про это, – Вэй Ин помассировал виски с большим усердием напрягая мозг, – и, кажется мне, что эти шакалы довольно опасная шайка. Кстати говоря, – он повертел головой, оглядывая помещение, – почему хренов гений не занимается этим? – Господин Не помог нам напрямую выйти на них, господа Сун и Сяо в поле*, а я пасу их отсюда – они и в интернете неплохо этим торгуют. В коридоре послышались шорохи, и дверь незамедлительно распахнулась. Объявился наконец. – Поел? – спросил Усянь, не поворачиваясь. – Нет. – Пока не поешь – ничего делать не будешь, труп ходячий. Сюэ Ян под боком прыснул, но, перехватив взгляд Лань Ванцзи, затих. Вэй Ин, не услышав ответа, всё же повернулся к двери. Лань Чжань стоял в проходе и молча сверлил его недовольным взглядом. – Чего уставился? Если будешь упираться, я сейчас тебе семейный совет устрою и заставлю дедулю выдворить тебя в отпуск. Ванцзи удивленно приподнял брови. Он даже шага вперёд не сделал, застыв как вкопанный. – Лань Чжань, время теряешь, иди уже, а, – в очередной раз не получив ответа Вэй Ин начал раздражаться, вот же истукан. – Я сейчас один поеду, ясно тебе? Лань Ванцзи шумно выдохнул, его уши покраснели от злости, но он так и не проронил ни слова. Тем не менее, он всё же послушался и вышел из кабинета. Сюэ Ян под боком задумчиво хмыкнул, пристально глядя на ведьмака. – Господин ведьмак, а чего это вы тут командуете так, будто десять лет на службе? Вэй Ин хохотнул и развернулся, приближая своё лицо к лицу юноши. – Просто люблю, когда мне подчиняются, щеночек. Сюэ Ян в ответ нервно улыбнулся и стремительно отодвинулся. Чёрт, опять глаза покраснели что ли?

***

– Теперь рассказывай. Они расположились в кабинете Хуайсана, пока тот разгребал материалы по какому-то делу, больно уж у него диван удобный. Ванцзи вжался в противоположный край и исподлобья напряжённо рассматривал Вэй Ина. То ли благородный муж обиделся, то ли ведьмак сегодня настолько красивый. – Ладно, давай я буду задавать вопросы, а ты отвечать, сойдёт? Заклинатель кивнул, не теряя былой напряжённости. – Ты точно уверен, что это комендант? Лань Чжань кивнул. – Почему ты не смог его поймать? Ванцзи нахмурился, отводя взгляд. – Я его.., – он запнулся, – я его не чувствую. Вэй Ин удивлённо хмыкнул, подаваясь вперёд. Шицзе рассказывала, что у Лань Ванцзи внутренний компас на нечисть, который не сбоил ни разу ещё, а теперь этот самый ходячий компас сидит перед ним и мнется, как кролик перед удавом. – Из-за переутомления? Собеседник нехотя кивнул. Вэй Ин нахмурился: сколько бы этот самоуверенный идиот ещё так бегал за извращенцем? Пока не откинется? Нелепость. – Ла-адненько, Лань Чжань. Ты, конечно, чуть не угробил себя бессмысленной беготнёй, но мы это опустим. Сейчас тебе легче? – Не бессмысленной. Легче. – Не спорь со мной, смертник, тебе ещё немного – и можно было бы в добровольно-принудительный брак с искажением ци. Ты же инь почти не используешь, верно? Лань Ванцзи кивнул и наконец снова посмотрел на ведьмака. Взгляд его был открытым, но всё ещё плохо читаемым. – Хорошо. Мне, в общем-то, птица здешняя рассказала всё, что ты узнал, но, думаю, надо ещё раз пройтись по студентам. – Зачем? Ведьмак усмехнулся и придвинулся ближе к Ванцзи. Тот определённо не оценит его план и, кажется, уже сейчас чувствовал подвох иначе чего так оцепенел-то? – Нам нужно найти связь между жертвами. – Он нападал сумбурно. – Неправда. – Жертвы абсолютно разные. – Тоже неправда. – Это не первое моё дело. – Я знаю. Но, Лань Чжань, – Вэй Ин сильно ткнул его в плечо, тем самым вызывая очередной прилив раздражения у собеседника, хотя даже оно его отчего-то совсем не портило, – мы совершенно по-разному смотрим на способы разрешения проблемы. Грубая сила не всегда поможет. Ванцзи вопросительно уставился на него, ожидая окончания тирады, но ведьмак лишь загадочно улыбнулся и замолчал.

***

– Вэй Усянь! – Да какого хрена ты здесь забыл? Сделай вид, что я умер на этот месяц, пожалуйста. – У тебя отпуск, а не декрет, придурок, мне нужна твоя помощь. – Вот сейчас я тебе помогу, а потом заблокирую тебя. – Да пожалуйста. Но сначала пробей по базе дело беглого мошенника-кошатника. – Через десять минут скину всё, что есть.

***

– Нет. – Я тебя не спрашивал, это утверждение. – Нет. Уже есть жертвы. – Твоя забота о моей заднице лестна, но сейчас не время, господин Лань. Лань Чжань порывался сказать что-то ещё, но Вэй Усянь, прищурившись, накрыл его рот ладонью, чтобы не слышать очередного потока недовольного несогласия. Они вернулись в офис сразу после произвольного допроса. Большинство студентов уже рассосалось по комнатам, и можно было смело идти по их невинные души, вот только Лань Ванцзи вновь завёл свою нудную шарманку. Они бы, наверное, продолжили спорить, если бы не стук в окно. Вэй Усянь и Лань Ванцзи синхронно повернули головы к источнику звука: там обнаружилась уже знакомая им студентка, которая ещё утром пыталась одним взглядом выгнать Усяня с территории общежития. Вэй Ин опустил стекло, девушка нерешительно переминалась с ноги на ногу, попеременно смотря то на одного, то на другого. – Ты что-то хотела? – Я.., – девушка закусила нижнюю губу, сведя брови к переносице, – меня зовут Чжоу Шань. Я, эм, кажется, могу помочь вам? – она заломила пальцы и посмотрела Вэй Ину прямо в глаза. – Ладно? И чем ты можешь помочь? Чжоу Шань вновь прикусила губу. Она на пару секунд закрыла глаза, глубоко вдохнула и вновь заговорила: – Я знаю всё о том, за чем вы приехали. Ведьмак криво ухмыльнулся, небрежно скрещивая руки на груди. – Да неужели? – Да! – уверенно сказала девушка, повышая голос, и быстро опустила голову, очевидно, смутившись своей резкости. – В паре минут ходьбы есть хорошее кафе, я могу рассказать всё там? – она мельком окинула взглядом территорию общежития и вновь посмотрела на ведьмака. – Здесь не лучшее место, руководство не хочет привлекать лишнего внимания, поэтому студенты о многом умалчивают. Вэй Усянь хмыкнул, отстегивая ремень безопасности. Он подбородком указал Лань Ванцзи на дверь. – Давай, красавчик, выслушаем юную леди.

***

– Господин Су не был плохим человеком, он просто был строгим, понимаете? – студентка уткнулась взглядом в сложенные на столе руки и тяжело вздохнула. В кафе было достаточно безлюдно, но она всё равно выбрала самый дальний столик, и только после того, как каждому принесли напиток, Чжоу Шань заговорила. – Но конфликты всё же были, верно? Девушка скривилась и возмущённо посмотрела на ведьмака. – Конечно были! Вы сами-то помните себя в университете? Вэй Ин усмехнулся и закатил глаза. – Я не учился в университете. Чжоу Шань фыркнула и недоверчиво перевела взгляд на Лань Ванцзи, тот не удостоил её и словом с первой встречи утром, так что ведьмак поспешил ответить за него. – Он тоже неуч, не питай надежд. Лучше объясни нам, неразумным, природу конфликтов. – Некоторые студенты… частенько игнорировали комендантский час. – За это были назначены наказания? – всё же подал голос Ванцзи. Девушка неопределённо кивнула. – У нас балльно-рейтинговая система, поэтому в конце семестра обычно коменданты предоставляют списки с именами нарушителей и их проступками, а после уже деканат, в зависимости от тяжести, снимает баллы. Вэй Ин задумался. Обычно богатые семьи редко пускают своих отпрысков жить в общежитиях, это было понятно даже по обучению в орденах, но, может быть, у обычных людей не всегда так работает? – То есть были зачинщики беспредела, которые не были согласны с санкциями? Девушка отрицательно покачала головой. – Они знали, что им ничего не будет. Потому что они дети со связями, понимаете? – Вэй Ин согласно кивнул. – Но господину Су не нравилось то, что некоторым студентам всё прощалось, и он всё равно закрывал общежитие после одиннадцати, не пуская никого. Ведьмак посмотрел на заклинателя, приподняв брови. Ванцзи, кажется, понял, о чём тот думал, и кивнул. – Хочешь сказать, у господина Су была вражда с мелкими засранцами? Чжоу Шень развела руками. – Не могу сказать ничего конкретного, если они пропускали мимо ушей все его слова. Интересно. А умер он точно своей смертью? – Хорошо. Бытовые распри. Мы поняли. Но почему ты вызвала нас именно сюда, если об их разногласиях ничего не знаешь? Девушка горько хмыкнула и повернула голову к окну, бесцельно блуждая взглядом по пейзажу за стеклом. – Я не знаю про те споры. Но.., – она сделала паузу и прикрыла глаза, – но однажды господин Су был слишком резок с ними. И тогда они вмешали в проблему его внучку. А вот и оно. Вэй Ин удивленно присвистнул. – Она тоже жила в общежитии? Девушка зажмурилась и быстро-быстро закивала. – Да, она.., – она прикрыла лицо руками и всхлипнула, – она.., – плечи Чжоу Шень затряслись в беззвучном плаче. Ведьмак подался вперёд и, перегнувшись через стол, слегка похлопал её по руке. – Молодая госпожа. Я чувствую, что там всё печально, но чем больше вы размениваетесь на эмоции, тем больше времени мы теряем. Господин Су достаточно суров, он может прямо сейчас снова причинить кому-то вред. Ванцзи резко повернулся к нему и гневно прошипел: – Вэй Усянь. Должно быть, этот парень был слишком терпеливым и сентиментальным, но сегодня ему придётся остаться без красивых слез симпатичных девушек, которых можно хорошенько утешить. – Лань Ванцзи, – в тон заклинателю жёстко отчеканил Вэй Усянь, – если кто-то из них пришпилил деда, а до этого ещё и с внучкой его позабавился, то уважаемый господин Су может вскоре пойти по головам от нетерпения. Хочешь, м? Девушка несколько раз пронзительно всхлипнула, но, кажется, после тирады Вэй Усяня начала приходить в себя. – Откуда вы знаете, что они причастны к его смерти? – Оттуда, что если бы дед был уже совсем на последнем издыхании, то не довел бы мелких паршивцев до угроз его семье. Чжоу Шень согласно кивнула. – Да, он был в хорошей физической форме, да и на здоровье не жаловался. Но однажды, – она тяжело вздохнула, поднимая взгляд к потолку, – они пришли к Су Цинь, чтобы позвать её на вечеринку. Мы были соседками. Цинь была очень хорошей. Но очень доверчивой. Она думала, что будет весело и пошла одна... Я не знаю, что они сделали с ней, но она попала в больницу… И больше не вернулась в комнату, – студентка вновь посмотрела Вэй Ину в глаза. – Её дедушка очень любил её. Он не справился с её состоянием, поэтому у него случился инсульт. – Так, дай угадаю, все пострадавшие как-то связаны с той мерзкой компанией? – студентка кивнула, а взгляд её выражал ярость в чистом виде. – То есть, господин Су не подглядывал за студентами в душе, верно? Чжоу Шань скривилась. – Они вам такое наплели, да? Господин Су преследовал нарушителей, но он никогда не причинял вреда намеренно и не подглядывал за кем-то из них. – Почему ты так уверена? – Я была свидетелем одного из эпизодов. Лань Ванцзи, сидящий рядом, напрягся, Вэй Ин мельком посмотрел на него и слабо улыбнулся. То, что в этом бедламе оказался только один честный человек – не вина Лань Чжаня, он не мог предвидеть подобного, работая на износ несколько дней подряд. – Ты говорила об этом кому-нибудь ещё? – Нет, меня внезапно отправили в другой город на конференцию, видимо, чтобы не мешалась, а вернулась я только сегодня, и мне посчастливилось наткнуться на вас. Ванцзи кивнул и отодвинул от себя чашку, поднимаясь с дивана. – Подожду на улице, – бросил заклинатель Вэй Ину и направился к выходу. Ведьмак коротко хохотнул. Удивительный всё-таки Лань Ванцзи человек. – Хорошо, Чжоу Шень, – он вернул зрительный контакт со студенткой, вновь становясь серьёзным, – Не вмешивайся никуда самостоятельно. С господином Су мы разберемся, а насчёт вашего общежития… Я скажу, кому надо, поверь мне. Девушка впервые за день искренне улыбнулась. – Вы не кажетесь мне хорошим человеком, господин детектив, но спасибо вам.

***

– Как думаешь, нам нужно вызывать его внучку? Лань Ванцзи стремительно направлялся ко входу в общежитие, кажется, совершенно не интересуясь тем, следует за ним Вэй Усянь или нет. Ведьмак нутром чувствовал, как от него разит самодовольством. И это было чертовски раздражающе, такой хороший план провалился. – Лань Чжань! Заклинатель обернулся и вперился недовольным взглядом в Вэй Ина. – Я думаю, мы справимся без посторонней помощи. – Но если вдруг что, – заговорчески начал Вэй Усянь, но Лань Ванцзи пресёк любые намёки. – Нет. В прошлую их встречу Лань Чжань определённо нравился ему больше. – Конечно-конечно, как скажешь, господин детектив, – пробурчал себе под нос ведьмак. Его восхитительный мозг, фонтанирующий не менее восхитительными идеями, тщетно прозябал в обществе гусуланьского невыспавшегося зануды, превосходно. Как только они подошли ко входу в общежитие, им навстречу выскочила забавная старушка, залихватски подмигнувшая Ванцзи и поманившая его пальцем. Заклинатель гулко сглотнул и неохотно поплелся к ней. – Вернулся, дорогой? – бодро начала та, облизывая Лань Чжаня глазами. – Мгм. Старушка звонко рассмеялась и тут же обратила внимание на ведьмака. Глаза её блеснули любопытством и она, хитро прищурившись, потулилась ближе к руке Ванцзи, ненавязчиво прихватывая его за локоть. Женщина мягко дернула несколько раз заклинателя за рукав и подбородком кивнула в сторону Вэй Ина. – А это что за дьявол с тобой? – прошептала старушка белозубо улыбаясь. Карга старая, она думает, что Вэй Ин глухой? Он буквально стоит напротив неё. – А я, бабуля, его парень и, по совместительству, напарник. Женщина нахмурилась и моментально убрала конечности из личного пространства Лань Ванцзи. Лицо её на секунду скривилось, но быстро вернулось к принудительно-приветливому выражению. Старая стерва. Она определённо не нравилась Вэй Ину, но причину он всё ещё понять не мог. Не из-за дьявола же. Хотя, знала бы эта бабуля, к кому культяпки тянула – точно откинулась бы. Вэй Ин ухмыльнулся своим мыслям и сделал шаг вперёд, женщина, напротив, сделала шаг назад. – Так где там господин Су проказничает, не подскажете? – ведьмак сменил ухмылку на обворожительную улыбку и с наслаждением наблюдал, как несчастную старуху слегка передёрнуло. Наверняка радужка снова покраснела. Упс? – Да-да, конечно, господа, следуйте за мной. Ванцзи пристально посмотрел на сияющего довольством Вэй Ина и слегка приподнял уголок губ. Срань господня, это что ухмылка? – Больше не говори так. – Почему это? – Не вводи людей в заблуждение. – Прости, что осквернил твою святую невинность, господин Лань. И пусть представляться подобным образом могло войти в историю их с Лань Ванцзи фишек – хотя бы потому что он, мать его, ухмыльнулся – Вэй Усянь мысленно отметил, что подобных каверз больше не стоит выдавать. Им будет легче без дрянных намеков с двойным дном. Общежитие внутри не отличалось ничем особенным. Старушка, очевидно отошедшая от маленькой шалости, бодрым шагом направлялась к лифтам. Она заскочила первой и нервно топталась на месте, ожидая, пока они с Лань Чжанем подойдут, но в то же время женщина успевала косо поглядывать на ведьмака, словно выискивая в нём подтверждение его же словам. В лифте Вэй Ин стоял почти вплотную к Лань Ванцзи, соприкасаясь с ним предплечьями, пару раз он слегка наклонился в сторону заклинателя, намеренно толкая его руку своей и слушая, как старушка позади судорожно глотает воздух. Они доехали до шестого этажа, и Лань Чжань первым вышел из лифта, быстрым шагом направляясь в неизвестном направлении. Женщина, увидев это, затараторила ему вслед: – Господин! Нам в другую сторону. Заклинатель даже не обернулся, продолжая удаляться. Вэй Ин, не обращая внимания на растерявшуюся женщину, последовал за ним. Они остановились у неприметной двери. Ванцзи долго её разглядывал, ничего не предпринимая. – Лань Чжань? – настороженно окликнул его ведьмак, наблюдая за буравяшим несчастную дверь Лань Ванцзи. – Ты можешь хотя бы за ручку дернуть ради приличия, знаешь… – Он здесь, – перебил его заклинатель. – Господин Су? – переспросил Вэй Ин. Он попытался найти в непримечательной светло-коричневой двери хоть что-то, что могло бы привлечь внимание детектива, но не нашёл ничего. На секунду он закрыл глаза, концентрируясь, но, открыв, всё также не видел ничего. Лань Ванцзи, как и прежде, пестрил разными красками. Буйство цветов своей красотой даже немного отвлекало от дела. Шорох, принёсшийся откуда-то сбоку, заставил Вэй Усяня повернуть голову. Старушка, которая привела их, стояла неподалёку, окутанная чернотой. А вот и господин Су. В коридоре внезапно похолодало: казалось, что с каждым шагом старушки температура падала как минимум на градус. Улыбки на её лице как ни бывало: губы сжались в тонкую линию, между сведённых бровей образовалась глубокая складка, а глаза лихорадочно блестели. Вэй Ин круто развернулся и моментально чертыхнулся: Лань Чжань без сознания лежал на полу. Ведьмак быстро опустился на корточки, кладя руку на грудь заклинателя. Дыхание, как и биение сердца, было размеренным. Значит, его просто отключили? Какой-то призрак? Жаль, нельзя было на видео записать. Услышав шаги рядом с собой, Вэй Усянь резво поднялся на ноги и обернулся, сталкиваясь лицом к лицу со старушкой, одержимой духом господина Су. – Очень рад вас видеть, господин Су, – пробормотал ведьмак, весело улыбаясь. Женщина хмыкнула и склонила голову, сканируя его оценивающим взглядом. Кожа её была гораздо белее, чем до этого, значит, в общежитие их действительно привела она сама, но призрак слишком свободно обращался с её телом, что наталкивало на мысль – он не впервые использовал её в качестве сосуда. – Что делает здесь такая тёмная тварь? Вэй Ин поперхнулся воздухом от возмущения. Это ему сейчас грёбаный Каспер* сказал? – Хочу помочь вам, – проглотив негодование всё же ответил Усянь. – А этот? – старушка указала подбородком за спину ведьмака, где всё ещё лежал Лань Ванцзи. – А этого вы зачем-то вырубили. Кстати, зачем? – Чтобы нам с тобой не помешали, – женщина холодно улыбнулась и подошла ближе. – Для чего ты на самом деле здесь? Вэй Усянь засмеялся. Дед ему ещё и угрожать собрался, превосходно. – Я пришёл, чтобы угомонить один беспокойный дух, – он широко улыбнулся и наклонил голову, всматриваясь в глаза старушки. Та в ответ хмыкнула и обернулась, услышав шаги. В коридор резво завернул какой-то парень, но, увидев женщину и ведьмака, выпучил глаза и, круто развернувшись, умчался туда, откуда пришёл. – И как ты собрался меня угомонить? – спросил господин Су, возвратив внимание к Вэй Усяню. Это был действительно хороший вопрос. Самым простым решением было узнать о том, что именно удерживало душу погибшего в мире живых, но если призрак не захочет мирно разойтись, то придётся прибегнуть к уничтожению, что определённо было последним в списке желаний Вэй Ина. Ведьмак нахмурился и вновь придирчиво оглядел одержимую женщину с ног до головы. Та продолжала молчать, ожидая ответ, но взглядов не смущалась, открыто рассматривая противника. – Господин Су, – нарочито вежливо начал Вэй Ин, – я действительно хочу помочь вам, – а ещё больше себе любимому: у него за спиной племянник дедули Лань в отключке, а он тут распинается перед мёртвым дедом, – и если вы будете активно этому сопротивляться, то мне придётся заняться вашим уничтожением, – ведьмак вымученно улыбнулся, наблюдая за скривившимся лицом старушки. – А оно может завершить возможность перерождения. У него действительно не было иного выхода. Уничтожение душ мало того, что расходовало много энергии, так ещё и отпечатывалось на его собственной. Но и оставлять озлобленного коменданта здесь он не мог, особенно, если его силы возросли до того уровня, что он мог овладевать телами живых. Старушка фыркнула, очевидно приняла решение. Она внезапно показалась ещё старше, чем на первый взгляд. А, может, это посмертная усталость господина Су проглядывала сквозь мимические морщины и потухшие глаза. – Что мне нужно сделать? Это уже было гораздо лучше. С этим можно было работать. – Мне нужно знать, что держит вас здесь. Лицо женщины посерело, глаза стали словно стеклянными, а губы задрожали. Поначалу Вэй Усянь подумал, что господин Су настолько переживает за внучку, что решил слезу скорби пустить, но, когда взгляд старушки загорелся, а брови почти сомкнулись на переносице, ведьмак понял, что неправильно истолковал чужие эмоции. Это была чистой воды ярость, обращённая в пространство, потому что относилась определённо к тому, кого здесь не было. – Эти ублюдки, – выдохнул сквозь зубы призрак, – они должны понести ответственность за всё, что сделали, – последние слова он уже почти шипел, лицо женщины раскраснелось от переполняющего заблудшую лушу гнева, а руки затраслись. – Все они. Это было вполне ожидаемо. Безнаказанность нередко служила причиной для появления таких покалеченных чужой жестокостью призраков, как господин Су. Их сила со временем крепчала, они портили имущество, наносили увечья тем, кто их обидел при жизни, некоторые, ослеплённые яростью, находили телесную оболочку и, насильно проникнув в неё, убивали тех, кто при жизни причинил им сильнейшую боль. С бывшим комендантом повезло больше, он никому не причинил вреда намеренно, не портил имущества, даже не убил никого. Благодаря ясности, которую внесла Чжоу Шень, ведьмак уже давно понял, что мужчина и в посмертии вёл себя как комендант, преследуя исключительно нарушителей. – Только студенты? Женщина усмехнулась, гиенье коварство блеснуло в маленьких глазах, оживших от эмоций. Она мягко покачала головой. – Все они. Администрация тоже. Все закрыли глаза, все должны ответить. Ведьмак тяжко вздохнул, прикидывая, как осуществить последнее желание господина Су. Оно было вполне реальным, но даже для обычной тщательной проверки местной администрации, ему нужно было сделать то, что он в жизни ненавидел больше всего. Нужно было кого-то попросить о помощи. И он даже знал, кого именно. Как и знал, что ответ на эту просьбу будет как минимум моральным унижением, как максимум – отчётом, от которого он не сможет откосить. Вэй Ин кивнул, глядя прямо в глаза призрака. – Если я пообещаю вам сделать так, что они ответят за всё, что сделали, вы сможете уйти спокойно? Старушка задумалась, вновь мельком оглядывая ведьмака. – Ты уверен, что сделаешь то, что пообещал? Вэй Усянь чувствовал, как сердце преисполняется решимостью, он действительно уже пообещал. Он сделает это. Слова, которых он сам от себя никак не мог ожидать, мёдом по языку: – Это моя работа.

***

Вэй Ин осоловело прижал руку к груди, словно защищаясь. Мощный поток тёмной ци прошёл по меридианам, перекрывая дыхательные пути, уши заложило до противного писка, картинка перед глазами поплыла. Ощущение тёмной энергии было привычным, но проглотить выброс такой силы ведьмаку пришлось впервые. Кажется, комендант решил напоследок ещё раз напомнить не столько о своей мощи, сколько об обещании ведьмака, которое он будет обязан выполнить, если хочет, чтобы душа погибшего успокоилась. Усянь пару раз моргнул и сделал глубокий вдох, тело постепенно приходило в норму, но вот сердцебиение никак не хотело успокаиваться: мышца бешено сокращалась, заставляя её хозяина судорожно хвататься за стены в надежде найти опору. Лань Ванцзи. Мысль едва проскочила в голове, и всё моментально нормализовалась. Одно воспоминание об отключившемся заклинателе заставило Вэй Усяня откинуть на второй план все недомогания. Ведьмак подбежал к Ванцзи, который оставался в том же положении, в каком его оставили. Он сидел на полу, спиной прислоненный к стене, грудь его размеренно поднималась и опускалась, словно заклинатель внезапно решил вздремнуть в совершенно неподходящем для этого месте. Лицо у Лань Ванцзи сделалось безмятежно-расслабленным и каким-то совсем юным, абсолютно отличным от того, к которому уже успел привыкнуть ведьмак. Вэй Ин присел перед спавшим и слабо похлопал его по щеке. Никакой реакции не последовало. Чертов господин Су. – Лань Ванцзи, – голос ведьмака эхом разнёсся по коридору, но заклинатель всё так же не реагировал. Вэй Усянь положил руки на плечи Лань Чжаня и слегка потряс его, голова Ванцзи покачнулась, но в сознание он не пришёл. Ведьмак почувствовал дикое желание развалиться рядом и поспать хотя бы часа два, но его голодные кошки точно бы не обрадовались, так что оставался всего один метод, который работал в ста процентах случаев. Вэй Ин подался вперёд, приближая своё лицо к лицу Ванцзи, и укусил заклинателя за нос. Реакция не заставила себя ждать: глаза Лань Чжаня мгновенно распахнулись, показывая степень его растерянности и шока, и добрых секунд десять он молча пялился на Вэй Усяня с открытым ртом. – Доброе утро, красавчик. Поднимайся и поехали по домам, деда я устранил. Ведьмак поднялся на ноги и протянул руку ошалевшему детективу, тот, кажется, на автомате принял помощь и неловко поднялся. – Что… – Тебя вырубили, – с лошадиной дозой довольства прощебетал Усянь. – Будет тебе уроком. Ванцзи возмущённо фыркнул и внезапно остановился. Вэй Ин обернулся, чтобы спросить, что случилось, но потерянное выражение лица заклинателя заставило его захохотать. Тот, видимо, только понял, что его на задании вырубил призрак, в то время как ведьмак остался справляться с этим самостоятельно. – Ты укусил меня? О, так вот, что заставило его уши покраснеть. – Верно. От подтверждения очевидного мочки ушей доблестного члена семьи Лань приобрели ещё более насыщенный оттенок красного. – За нос? Он хотел бы, чтобы его покусали за другие части тела? Варианты, безусловно были, но… Но Вэй Усянь заставил себя собраться и со всем достоинством выдал: – Тоже верно. Теперь румянцем покрылась ещё и шея заклинателя. Очаровательно. – Почему? – растерянно выдал тот, округлившимися глазами вглядываясь в пространство за спиной ведьмака. – Ты не просыпался. – Почему.., – начал Ванцзи и запнулся, – именно так? Вэй Усянь усмехнулся. – Мой кот обычно делает так. Всегда действует, как видишь.

***

– Ну что я могу сказать, – Усянь криво улыбнулся оглядывая общежитие. – Это было забавно. – Что с госпожой Ли? О. Старушка, очевидно, помнила всё, что произошло, пока внутри нее тусовалась чужая душа, поэтому как только пришла в себя, то тут же сбежала куда-то. Ей понадобится успокоительное, но, судя по скорости, к которой она удалялась от ведьмака, она будет в порядке. – С ней всё нормально. Жива, здорова, ушла на своих двоих. Лань Ванцзи хмуро кивнул в ответ и пристально оглядел Вэй Усяня. Заклинатель всё ещё выглядел измождённым и уставшим, но, после очередного короткого и внезапного сна, как минимум его лицо стало выглядеть более здоровым. – Спасибо. – Не стоит, – отмахнулся ведьмак, направляясь к машине. – Это было полезным опытом для нас обоих, впредь будь осторожнее. Лань Ванцзи замялся, не сдвигаясь с места. Он продолжал вглядываться в ведьмака, словно искал что-то. Это было странно. Ничего особенного Вэй Усянь точно не сделал, так что можно было просто разойтись и нормально отдохнуть. Желательно, им обоим. – Ты всё ещё не хочешь присоединиться? Так вот оно что. – Мы, возможно, неправильно начали, Лань Чжань, но я действительно не горю желанием работать с вами. На это есть причины. Они были, есть и будут, но делиться ими ведьмак также не горел желанием. Даже от одних размышлений обо всём этом Вэй Ин слишком устал. Может, когда-нибудь его отношение к заклинателям изменится, что маловероятно, но точно не сегодня и не завтра. Ведьмак усмехнулся тому, как заклинатель вновь нахмурился. Он сам явно не испытывал никаких мук из-за контакта с заклинательским миром, даже после того, как ему большую часть жизни пришлось скрывать себя. Может, оно и к лучшему. Не дожидаясь ответа Лань Ванцзи, Усянь медленно продолжил путь к машине, но брошенное в спину тихое: “Я был бы рад работать с тобой”, – он всё же услышал.

***

Пушистый плед, которым он накрыл их обоих, окончательно разморил. Спать хотелось неимоверно, хотя время было ещё детским. Бичэнь и Чэньцин развалились в ногах, изредка перебивая телевизор мурчанием. За окном розовел закат, заливая комнату мягким светом, растекавшимся по ламинату. – Не спи! Цзинь Лин хлопнул дядю по колену и, для верности, ущипнул за бедро. Они смотрели какой-то фильм, на котором с обыденной упёртостью настоял именно ребёнок. Кажется, кто-то из его школьных товарищей заразил его энтузиазмом просмотра всех возможных фильмов про нечисть и тех, кто с ней борется, так что на экране то и дело выскакивали всякие отвратительные по виду твари, которых непременно убивали какие-нибудь красавчики. – Ты хотел смотреть, вот и смотри, – буркнул Вэй Ин, плотнее кутаясь в огромную домашнюю толстовку. Чэньцин, словно разделяя его настроение, мягко поднялась, оттолкнула Бичэнь и плавно направилась к грудной клетке хозяина, чтобы занять своё законное место. Жёлтые глазища неотрывно следили за ведьмаком, на ногах уже чувствовался вес маленького кошачьего тела, которое, несмотря на мягкую поступь, всё же выпускало когти, оставляя зацепки на любимых трениках Вэй Ина. Ни её, ни Бичэнь, как казалось несчастному хозяину, никогда не смущали ни возмущения, ни даже крики. Если уж кому-то из них взбредало в голову поточить когти о какие-либо шмотки – они делали это с завидным упорством. Пока ведьмак мысленно оплакивал ткань любимых штанов, чёрная бестия уже уютно умостилась на груди, укладывая морду на вытянутые лапы аккурат над сердцем. Вэй Ин лениво растянул губы в улыбке и запустил пальцы в мягкую шерсть, ласково почёсывая кошку за ухом. Та в ответ пару раз мурлыкнула, полностью одобряя чужие действия, и тихо засопела. Сестра с мужем решили устроить себе трёхдневный романтический отпуск, поэтому их сын отправился к старшему дяде на это время. Насколько Вэй Усяню было известно, это была инициатива самого ребёнка, который почти истерику закатил, как только родители заикнулись о бабушке. Возможно Яньли упомянула, что видела за последние пару месяцев брата чаще, чем за последние пару лет, так что маленький паршивец тоже загорелся идеей устроить себе встречу вне плана. Чаще всего они виделись на территории резиденции, но теперь, когда Цзинь Лин официально приступил к обучению, встретиться не получилось бы от слова совсем. Цзинь Цзысюань настолько не ожидал такой прыти от сына, что лично позвонил Вэй Ину с просьбой провести все три дня с ребёнком. Полноценным выходным у адептов было только воскресенье, но мягкосердечные родители официально отпросили а-Лина с занятий по причине «семейных обстоятельств». Ругань Цзян Чэна в общем чате можно было распечатать в дань предкам. Он, кажется, пару раз пытался свистнуть куда-то малого на пару дней, но ему никто этого не позволил (в том числе и сам Цзинь Лин). – Я хочу смотреть с тобой! – возмущённо фыркнул племянник, скрещивая руки на груди. Бичэнь, обернувшись на источник шума, тоже поднялся с насиженного места и, потоптавшись по коленям Вэй Ина, продолжая миссию подруги по порче одежды, улёгся у мальчишки под боком, закидывая длинный хвост на бедро хозяина. – Так я здесь, – вскинулся Вэй Ин, поражаясь детской наглости. Он, между прочим, всех клиентов ради этого ребёнка отменил, в бар с Хуайсаном не пошёл, да и вообще все трое суток предоставил маленькому сатане в личное пользование. – Смотри! – упрямо повторил Цзинь Лин, сощурив глаза. Точно у отца набрался. Вэй Ин вновь завозился, устремляя внимание на экран, кошка, спящая на его груди, лишних телодвижений не оценила и ненавязчиво выпустила когти, которые вопреки плотной ткани толстовки умудрились слегка корябать голую кожу. – Смотрю я, смотрю, – прошипел ведьмак, когда кошка в очередной раз ощутимо мазнула когтем по ореолу соска. Вэй Ин мягко дернул её за ухо, навлекая на себя негодующий взгляд за подобное неуважение. – Дорогая, у меня вообще-то кожа нежная, лапу убери. Кошка в ответ мягко моргнула, словно насмехаясь, но когти всё же убрала. Умная девочка. – Она слова понимает, – восхищённо прошептал Цзинь Лин, пристально разглядывая кошку, но та даже ухом не дернула. Вэй Ин тихо засмеялся, чувствуя прилив нежности от неподдельных искорок любопытства и трепета в глазах племянника. За день до этого он впервые увидел пушистых и наглых воочию, но вёл себя с ними так, словно жил в этой квартире с самого начала. Семья Цзинь по натуре своей были собачниками, так что осторожность и уважение, которые проявлял по отношению к кошкам Цзинь Лин, привыкший возиться с прилипчивыми щенками, было поистине приятным открытием. – Они чувствуют эмоции, – ведьмак пробежался пальцами вдоль пушистой спины, чувствуя как кошачье тело под его поглаживаниями расслабляется. – Как? А мои смогут? – племянник с подозрением взглянул на Бичэнь и ткнул его пальцем в голень. Кот от неожиданности издал звук, больше похожий на кряканье, чем на мяуканье, и в ответ лягнул задней лапой протянутую к нему руку. Мальчишка шикнул на кота, ткнул его снова и опять получил лапой. – Не доставай его, он тебя точно не поймёт, – хохотнул Вэй Усянь, наблюдая за нахохлившимся ребёнком. – А тебя? – Меня может. Если захочет, конечно, – Усянь протянул ладонь и почесал самовольного кота под подбородком, тот фыркнул, смешно шевеля ушами, и подобрался ближе к хозяину. – А как это работает? Вэй Ин нахмурился. Он знал, что в ордене Цзинь использование и изучение тёмных техник не приветствуется, поэтому не был уверен, что решение рассказать племяннику о ритуале привязки душ будет хорошо принято другими родственниками. А терять связь с любимым ребёнком ему очень не хотелось. – Это ведьмовские штучки, а-Лин, поэтому давай сначала спросим у твоей мамы, могу ли я тебе рассказать, ладно? – Я уже не маленький! Я тренируюсь с четырёх лет, я даже сформировал ядро, я могу знать! – Цзинь Лин обиженно поджал нижнюю губу и шмыгнул враз покрасневшим носом. – Давай без манипуляций, малыш, – голос моментально стал жёстким, он редко применял его для племянника, но это не тот случай, где можно было идти на поводу у любых капризов, – это ритуал связанный с тёмной ци, так что всё, что я буду тебе рассказывать, мы будем предварительно обговаривать с твоими родителями, ты понял? Мальчишка тяжело вздохнул и кивнул. Он хотел было потискать Бичэнь, но злопамятный кот не оценил его порывов и только ближе прижался к хозяину. – Никто мне не рад в этом доме, – возмущенно пробормотал ребёнок, смотря на дядю, облепленного кошками. Весь в отца.

***

– Пап! Ты обещал помочь мне! – Сейчас приду, чудовище, – крикнул Вэй Ин, захлопывая ноутбук. Этот ребёнок никогда не даст ему спокойно бездельничать. – Вэй Ин, – послышался родной голос со стороны двери. Вэй Усянь обернулся, всматриваясь в любимое лицо, и мягко улыбнулся, поднимаясь с кресла. Он подошёл ближе и ткнулся носом в чужую шею, глубоко вдыхая. – Иду, любимый.