Черно-белые полосы

Близился день X. Вступительные экзамены UA были уже на носу. Изуку очень переживал по целому ряду причин. Во первых, он едва-едва успел вернуть себе атлетическую форму. Его тело могло принять силу Всемогущего, но только с большой натяжкой. Во вторых, он чувствовал вину за то, что оставляет дочь почти на полное попечение матери и няни, которую всё таки пришлось нанять. Омежьи инстинкты кричали против этого. Было неприятно, что его дочка целыми днями сидит с чужой омегой, впитывая её запах, а не запах матери. Приходя домой после тяжелых тренировок, Изуку часами сидел с Кацуми, выцеловывая её и обнимая. Вообщем делал всё, чтобы стереть с девочки запах няни и заменить его своим. И, наконец, в третьих, он просто ума не мог приложить, что делать с Кацуки. Изуку уже двести раз успел пожалеть, что выгнал его тогда. Выражение лица Каччана в тот момент всё никак не выходило из головы омеги. Он ведь всё неправильно понял и винить его за это нельзя. Чтобы подумал сам Мидория, учуй он на Бакуго омежий запах? Но с другой стороны в отличие от блондина, Деку не стал бы кидаться обидными словами, говорить, что Бакуго доступный или распущенный. Это злило, но также нельзя было не подметить, что такой поступок вполне в стиле Кацуки. Такой уж у него характер: пылкий и неукротимый. Всё было ужасно сложно. Изуку не знал стоит ли ему извиниться или нет, и даже, если он извиниться, как он себя оправдает? Но самая большая проблема ждала его впереди. Что сделает Каччан, когда узнает, что у него теперь есть причуда? *** Было ещё раннее утро. Где-то едва слышно пели птицы, а на улицах легким слоем лежал туман. Кацуки вышел из дома намного раньше, чтобы неспешным прогулочным шагом успеть добраться до академии. Прогулка в одиночестве - это отличный шанс о многом подумать. Деку его отшил. Задрот прямым текстом сказал, что всё, что между ними было, для него не больше, чем просто ошибка. А разве Кацуки сам так не считал? Конечно, он и сам так думал, но .... Почему же тогда, при взгляде на Деку, кормящего Кацуми своим молоком, сердце трепетно сжималось, доставляя какой-то определённый сорт нежной боли? Почему тогда, в комнате задрота, сидя на полу и слушая, как пинается их дочка, на альфу напало столь сильное желание? Как там сказал Деку? Материнский феромон? Да пошёл он, Кацуки, что, по его мнению, совсем не понимает, когда действует на инстинктах, а когда сам принимает решения?! Почему же, если ему плевать на нерда, от одного представления о том, как омегу лапает какой-то старый альфа всё нутро передергивает и тянет блевать? Почему он так разозлился тогда? Не всё ли равно, с кем Деку кувыркается в свободное время? Блять! Бакуго рыкнул. Нет, не всё равно! И не важно по какой причине! Он, что обязан отчитываться перед придурком Деку?! Настроение снова испортилось, захотелось что-то взорвать, а лучше кого-то. И этот кто-то не заставил себя ждать. Деку, собственной персоной, стоял во дворе академии, и Кацуки готов был поклясться, что он здесь не для того, чтобы пожелать ему хороших результатов на вступительных. Он ведь реально сейчас свернёт ему шею! Какого черта! Он, что так и не отказался от своей дерьмовой мечты?! – О, Каччан, доброе утро! - Изуку приветливо ему улыбнулся, несмотря на недавние события. Омега хотел выглядеть смело, но всё его нутро кричало об опасности, Бакуго не в духе. – Ты! Чертов Деку! Какого ты здесь забыл! Совсем рехнулся?! Решил прийти сюда без причуды и сдохнуть?! Или тебе совсем наплевать на Кацуми?! Мне её после твоей дерьмовой кончины одному воспитывать или как?! - Каччан! - Изуку испугался и поспешил закрыть Бакуго рот обоими ладонями. – Это ты с ума сошёл! А если нас услышат? Ты хочешь, чтобы все об этом знали? – Плевать! Уйди с дороги! - Кацуки грубо скинул чужие руки. Он не хотел, чтобы Изуку его касался, больше нет. *** Как и ожидалось, Кацуки Бакуго - первое место. Иначе и быть не могло. Этот факт немного поднимал парню настроение и он почти не думал о Деку. Ему было плевать пострадал он или нет, поступил или провалился. Какая разница. Этот задрот плевал на него, значит и сам Кацуки больше не будет парится. Сегодня среда. По средам Мицуки работает на дому, а это значит, что сегодня к ним принесут Кацуми немного понянчиться. Раздался звонок в дверь. Кацуки поспешил спуститься вниз, пока мать не отобрала у него ребёнка на весь день. Кацуми привела Инко. Что-то внутри блондина на секунду екнуло. Вдруг Деку после вступительных валяется в госпитале? Кацуки тряхнул головой. Его это не касается. Мицуки уже приняла малышку и сумку с вещами из рук Мидории. Женщины о чем-то говорили между собой, пока Инко не переключила внимание на Бакуго. – О, Кацуки-кун, поздравляю с поступлением! Первое место-это очень впечатляет! Альфа слегка зарделся. Когда Инко так восторженно хвалила его, она была очень похожа на сына. – Да, я знаю. - Кацуки подошёл к матери и почти с боем забрал дочку себе. Мицуки не стала сильно спорить только потому, что Кацуми сама поддалась в сторону отца. Теперь малышка восседала на руках родителя, задумчиво посасывая пальчики. Она тоже очень похожа на Деку, он так же часто задумывается и мямлит. Мицуки треснула сына по голове: – Разве так отвечают на похвалу! Ну-ка поблагодари Инко-сан, как полагается! – Ах, это ничего страшного. - возразила невысокая женщина. – Я же совсем забыла сказать! Изуку тоже поступил в UA! Они с Кацуки-куном будут вместе учиться! Бакуго выпал из реальности на пару секунд. Что?! Как?! Как он это сделал?! Он же, он же ...! – Но он же беспричудный! - безапелляционно высказал Кацуки. И Инко и Мицуки неловко застыли, это было крайне невежливо. – Эм, да, он беспричуден. - неуверенно начала Мидория. – Точнее был беспричуден.- Инко повернулась к Мицуки и продолжила уже весело. – Представляете, причуда проснулась так поздно! Кацуки абсолютно ничего не понимал. Такого не бывает! Причуда просыпается в четыре года и точка! Мысли в его голове носились как сумасшедшие. Он даже забыл, что держит дочь на руках, пока Кацуми не заёрзала, утыкаясь отцу в плечо. – Ей пора поспать. - проговорил альфа низким голосом и не дожидаясь ответа, поднялся на второй этаж. – Кажется он не особо рад. - раздался за спиной голос Инко. Что ответила ей Мицуки, Бакуго уже не услышал. *** Кацуми спать кажется совсем не хотела. Она лежала в кроватке и трещала своей погремушкой, иногда совсем беспощадно швыряя её из стороны в сторону. Это у неё уже от отца. Кацуки слегка улыбнулся, глядя на малышку, но мыслями был совсем не здесь. Что-то не так. Деку врет ему, он это чует. Снова, как в детстве, Деку говорит не то, что думает. Не договаривает. Лжёт. По странной причине альфа чувствовал себя преданным. Единственное, что ещё поддерживало его ментально, это факт, что он ещё ничего не видел собственными глазами. Всё это ещё могло оказаться неправдой. – Если бы ты уже что-то понимала и умела говорить, может ты бы смогла рассказать мне, чем занимается этот некчемный... ,то есть, твоя мама. - Бакуго сидел на полу и сквозь проемы на боку детской кроватки смотрел, как дочурка что-то улюлюкает своими крошечными губками. Девочка перевела на отца задумчивый взгляд, как будто пыталась сказать: « Не заставляй меня шпионить за вторым родителем.». Ее глазки всё ещё мутировали. Оба цвета глаз родителей были очень сложными и редкими, поэтому метаморфоза проходила долго, два цвета продолжали бороться друг с другом до конца. Прям, как они с Деку. Зато уже стало понятно, что цвет волос девочке достался от отца. Поначалу темные прядки, теперь стали совсем белёсыми. Кацуки ухмыльнулся: по этому пункту он не оставил задроту и шанса. Что поделать, если Кацуки Бакуго - сильный человек с не менее сильными генами. Кацуми заставляла отца улыбаться. Может он ещё и не образцовый папаша, но он любит свою малютку, чтобы там не говорил Деку. Снова Деку! Когда же он наконец покинет его мысли и голову. И сердце. *** Забирать Кацуми всё же приходит Мидория младший. Парень уже знал от матери, что она рассказала всё Каччану. И вот теперь омега стоит под окнами дома Бакуго и боится зайти. Изуку глубоко вздохнул и нажал на дверной звонок. Встретила его довольная Мицуки. – О, Изуку-кун, здравствуй! Мы как раз успели покушать. - сказала она, покачивая девочку на руках. – Ты проходи! Чего стоишь? Этот идиот сейчас соберёт сумку с вещами и спуститься. - Женщина чмокнула внучку в лоб и отдала её на руки матери. Во взгляде взрослой альфы читалась легкая грусть, ей совсем не хотелось прощаться с малышкой. Она пересилила себя и перевела тему, отвлекаясь от своих мыслей: – Кстати, поздравляю с поступлением! Я очень рада за тебя. Жаль только, что вы с Инко так быстро съехали от нас, мы с Масару очень скучаем по вам троим. - женщина тихонечко тыкнула пальчиком по носику Кацуми. – Но я прекрасно тебя понимаю, мой мальчик, ты должно быть расценивал проживание здесь, как тюремное заключение. - Мицуки весело хохотнула. – Нет, что вы! Мне очень нравилось у вас жить! Просто.... Каччан, ну вы сами понимаете...- Изуку под конец засмущался. – Че ты там опять про меня бормочешь?!- Кацуки спустился вниз, резво перескакивая ступени. Даже в обычной домашней одежде такой красивый. Омега слегка порозовел. Мицуки сочувственно посмотрела на Изуку, мол: «Прости и потерпи его, ты же знаешь, что он неисправим.» Изуку в свою очередь одарил женщину таким же взглядом: «Знаю». – Привет, Каччан.- робко поздоровался омега. Ему было неспокойно, он предчувствовал бурю. – Ага. - Бакуго без слов вытолкал Мидорию на улицу. Омега едва успел сказать Мицуки «До свидания». На улице было тепло, весна начинала входить в свои владения. Звёздная ночь, была очень красивой, просто сказочной, в особенности для свиданий. В такой обстановке хотелось задержаться напротив альфы чуточку подольше. Каччана хотелось поцеловать. Однако, Изуку, бойся своих желаний. Кацуки грубо всучил омеге сумку с детскими вещами и заговорил: – Послушай меня, задрот. Мне насрать, как ты это сделал и насрать, что собираешься делать дальше. Не знаю, где ты нашёл причуду и с кем ты там целыми данями шляешься, но скажу только одно. Меня не ебешь ни ты, ни твоя жизнь. Моей дочери просто нужна мать и, если ты вдруг решил, что можешь пренебрегать ею, то пошёл ты нахер. - последнее слово Кацуки буквально выплюнул в лицо Деку, развернулся и захлопнул дверь прямо перед его носом. Никогда в жизни Изуку так сильно ни хотелось разрыдаться. *** Страхи Кацуки становятся явью, когда на первой же тренировке Деку швыряет мяч с нечеловеческой силой. Пока тренировочный инвентарь летит в небо, альфа пытается по крупицам собрать своё сознание воедино. Деку врал. Он всё-таки врал! Он врал ему больше десяти лет!!! Первым порывом было разодрать придурка на части прямо здесь, но сраный Айзава-сенсей не даёт ему такую возможность. Круглолицая девчонка кричит задроту слова поддержки, очкастый альфач удовлетворительно кивает головой, а Кацуки снова ничего не понимает. Кто стоит сейчас перед ним с одним уродливым сломанным пальцем? Этого человека он совсем не знает. *** Голова просто раскалывается, зубы зло скрежещут, а на висках вздуваются вены. Так Бакуго проводит свой первый день в академии мечты. Дерьмоволосый, что постоянно к нему лезет, делает только хуже. Альфа хочет побыть один, хотя бы потому, что его жизнь кажется летит к хуям. Он не идёт в столовую вместе со всеми. Свой перерыв он тратит на самобичевание. От этого голова словно совсем пошла трещинами. Ещё со времён беременности Деку, а может даже и раньше, Бакуго знает, что задрот всегда берет с собой самые необходимые таблетки в переносной аптечке. Среди них наверняка есть и таблетки от головной боли, ведь течка у омег начинается именно с неё. Он бесцеремонно швыряется в чужом жёлтом рюкзаке. Аптечка как всегда на месте, совсем маленькая, чтобы вместить только самое необходимое. Нужные пилюли парень находит почти сразу, но только внимание его привлекает совсем другой блистер. Розовая пластмассовая пластинка со знакомым всем названием так, как этому и альф, и омег учат ещё в средней школе. Противозачаточные. Противозачаточные в экстренной аптечке Деку. Это могло значить только одно: он принимает их постоянно, о чем свидетельствует и на половину пустой блистер. Бакуго снова кажется, что всё это неправда. Рука, сжимающая таблетки трясётся. – Каччан, что-то случилось, тебе плохо? - Изуку весь день прятался от альфы потому, что боялся его праведного гнева. Но заметив, что Каччана нет в столовой со всеми, а позже увидев его одного дрожащего и сжимающего в руках какие-то таблетки, омега уже не смог оставаться в стороне. Ускользнув от новых одноклассников чуть раньше окончания обеденного перерыва, он не ожидал застать альфу в таком состоянии. Кацуки оборачивается медленно. Изуку без труда опознаёт в руках Бакуго розовый блистер. Омега видит на своей парте развороченную аптечку. Всё становится ясно. Лицо альфы расслабленно, но вот смотрит он на Деку со странным блеском в глазах, который Мидория раньше видел только у убийц в сериалах и сводках новостей. По телу омеги бегут мурашки. Если он сейчас не подберёт нужных слов, Бакуго убьёт его на месте. – Деку ...- голос альфы какой-то чересчур тихий и хриплый. –Ты...- Кацуки начинает истерично смеяться. Он закрывает внешней стороной ладоней глаза, словно протирая их от слез. – Ты такая тварь, Деку... Омега вздрагивает. Только он открывает рот, чтобы ответить, как Кацуки продолжает: –10 лет, 10 блядских лет скрывать свою причуду! - Бакуго начинает тихо, но под конец срывается на крик. – Да, что ты о себе мнишь такое?! Ты простая лживая шлюха, которой всегда и был!- в словах блондина столько боли, что сердце Изуку непроизвольно сжимается. – Со мной всё строил из себя недотрогу, весь такой нежный и невинный! А оказалось, что всё это время ты уже крутил с кем-то шашни! Я вот не пойму, вы на столько много трахаетесь, что ты весь им пропах, так тебе ещё и это нужно?! - Кацуки швыряет в Деку несчастный розовый блистер. – И всё это ты скрывал от меня, поганая ты тварь, живя со мной под одной крышей и вынашивая моего ребёнка!!! - Бакуго опускает руки, скрючивает пальцы, а на ладонях начинают бегать искры. Его предали. Жестко так предали. Солгали. Смотрели в глаза и лгали. Он словно влюблённый дурак, поверивший в эту нежность задрота по отношению к Кацуми, по отношению к нему. Он лгал, когда они занимались тем чувственным сексом, когда Бакуго ласкал его в ванной или обнимал со спины, он тоже лгал. Все его реакции были фальшивыми. Или может он привык к такому? Вдруг Кацуки никогда не был у Изуку первым? Вдруг он привык раздвигать ноги перед всеми, включая Кацуки? Вдруг те парни из банды Бакуго никогда не принуждали омегу и никогда насильно не зажимали в коридорах? Вдруг тогда в парке Деку вовсе не выдумал историю про богатого папика? А он, Бакуго? Свирепый, сильный, неукротимый альфа, всегда и во всем лучший, во всем первый, и так поддаться какой-то подстилке, так растаять под этим взглядом, поверить во что-то, что даже не до конца понимал! – Каччан, просто выслу... – Заткнись! Заткнись!!! ЗАТКНИСЬ!!! - Бакуго так заорал, что казалось порвал себе связки. Изуку, как к земле пригвоздило. – Сколько, блять, можно было пиздеть мне в лицо?! - более тихо прохрипел Кацуки. – Деку...- альфа наконец поднял свои красные пронзительные глаза на омегу. В них плескалось столько боли и разочарования. – Я хоть что-нибудь о тебе знаю?- Кацуки до нельзя чувственно произнёс вопрос, который интересовал его больше всего. Изуку просто онемел. Он просто не знал, что сказать, ведь он всё ещё не может раскрыть секрет Всемогущего, как бы ему этого не хотелось. – Каччан....- голос омеги был едва слышен в пустом помещении класса. Не дождавшись ответа, блондин опустил голову, закрывая глаза светлой чёлкой. Больше ничего не говоря, он засунул руки в карманы брюк и вышел из класса, сильно толкнув Изуку плечом. Мидория остался наедине с тишиной. По его щекам текут непрошеные горькие слёзы.