Часодейный шанс или приключения Василисы по Времени...

4. «Девушка всех Времен».       После получения многих ответов (хоть и далеко не всех) Василиса решила действовать.       Она решила, что Селена — ее новая сестра-затерянная — совсем не виновата в Василисиных обидах на родителей. Девочка выглядела примерно одного возраста с ней, возможно, была очень доброй и мягкой, какой являлась Лисса. Наверняка такой резкий уход Василисы, которую она, скорее всего, все же заметила, мог вызвать у нее странные чувства: недоумение, обиду.       Можно было бы познакомиться с ней, может быть, даже подружиться. В любом случае Селена заслуживала большего.       После некоторого обдумывания, Василиса пришла к выводу, что подключать к делу спасения Фэша одних друзей, опасно. К счастью, на ум пришел предпоследний ее родственник, к которому она могла обратиться за помощью.       Черная Королева явно не ожидала увидеть письмо от своей внучки.       Просьба Василисы встретиться с ней была довольно коротка, но вежлива — кому как не ей знать, что Нерейва не любит легкомысленность и невежество.       Они договорились переговорить друг с другом через Нортона, ведь, как оказалось, тот уже предлагал матушке взять на обучение Василису. Судя по всему не был против никто — ни Огнев-старший, ни Черная Королева, ни сама Василиса.       Василиса, сдерживая обреченные вздохи, надела платье потеплее, колготки, собрала теперь довольно короткие волосы в хвост и посмотрела на себя в зеркало, оценивая внешний вид. Короткий хвостик на ее голове неожиданно напомнил ей Захарру.       Как она? В порядке ли? Как жаль, что пока Ключникам не было нужды вместе собираться. Так бы оба ее Драгоции были возле нее, Астрагор не посмел бы не отпустить их обоих.       Нортон-старший ждал ее в своем кабинете, том самом, в котором они с Фэшем когда-то подслушали его с Мираклом. Он перебирал какие-то бумаги и едва поднял голову, когда Василиса вошла. — Ты уверена, что хочешь учиться у матушки? — все также не отрываясь от дел, спросил Нортон. — Она… Довольно строга. — Я знаю, — слишком поспешно ответила Василиса, приковав к себе замешанный взгляд отца. — Мой дар показывал мне будущее. Естественно в нем была Черная Королева. Я также провела длительное время у нее в Замке.       Нортон задумчиво смотрел на нее, хмыкнул и перевел взгляд на документы. — Выходит, ты следуешь ровно тому, что показывал тебе твой дар?       Василиса устремила на него взгляд.       В желудке что-то неприятно сжалось. — Не совсем и не всегда. — Когда ты впервые увидела видение?       Девушка сложила руки. — В день, когда твой водитель забрал меня и привез в особняк на Остале.       Отец удивленно приподнял брови. — То есть ты была знакома с нашей семьей до знакомства? Любопытно.       Василиса поджала губы, поправляя рюкзачок на спине.       Ей совершенно не хотелось разговаривать об этом. Об отношениях с отцом, их ужасном первом настоящем знакомстве, семье Огневых в целом, о том, что происходило так давно для нее.       Нортон-старший поднял свой взгляд на дочь и внутренне изумился. Как же взросло выглядела сейчас Василиса. Ее синие глаза, как у Лиссы, всегда глядели не по-детски, без капли наивности, упрямо, но сейчас в них появилось какая-то большая уверенность. Твердость и непоколебимость. Возможно, и нечто, похожее на страх и злость. Настороженность.       Брови девушки были опущены, ровно как и ее настроение. — Тебе следует знать только то, что я знаю довольно много. Не стоит тестировать меня, проверять достоверность тех знаний, которые у меня есть. Все, что я делаю, я делаю с целью. Иду по нужному пути, чтобы не дать проиграть доброй стороне. И уничтожить частичку зла, — при последних словах ее ладони гневно сжались в кулаки, а черты лица стали четче. Астрагор определенно был злом в чистом виде. — Я не хочу попусту спорить об этом с тобой. — Хорошо, — вдруг согласился Нортон, готовый к этому. Он плавно откинулся на спинку стула, положив ручку на стол, и посмотрел на нее. — Тогда расскажи мне поподробнее о том, что ты видела.       Василиса отвела взгляд, вздыхая.       Ну вот. Снова говорить об этом.       Девушка присела, откладывая рюкзак. — Хорошо. Я знаю все, что должно было произойти в период от мая две тысячи тринадцатого до конца февраля две тысячи двадцатого.       Нортон-старший удивленно приподнял брови. — Семь лет? — переспросил он, не веря. — Почему так много? И почему именно до конца февраля того года?       Василиса закусила губу, раздумывая, нужно ли говорить правду. Конечно, ей не хотелось сложностей, проще было бы просто рассказать все. Но она медлила. Ей не хотелось раскрывать еще одному человеку, кроме Лиссы, что она из будущего. — Двадцать девятого февраля, — ровным голосом начала она. — Две тысячи двадцатого года… — девушка сглотнула, отчаянно отводя взгляд в окно за спиной отца. — Наступила моя смерть.       Василиса не смотрела на Нортона-старшего, но чувствовала, как он изменился в лице. Наступила оглушительная тишина, неприятно отбивающая в ее ушах громкими ударами. — Я не хотела рассказывать тебе все по многим причинам. Во-первых, Астрагор может узнать это от тебя принудительно. Во-вторых, ты можешь предать меня и проинформировать его обо всем узнавшем сам.       Тут отец открыл рот, чтобы возразить, но Василиса не дала возможности сделать ему этого. — В-третьих, это означало бы, что я скажу тебе и о том, кто точно станет Временем, — мужчина взволнованно выпрямился. — И об их смерти… — Их?       Василиса подняла глаза. — Смерти Повелителей Времени.       Девушка сглотнула, взволнованно теребя кожаный браслет на руке. Она оглянулась, проверяя защиту, стоящую на комнате, чтобы их никто не подслушал. — Об этом говорить небезопасно, — Василиса открыла свой часолист, переходя к личным уголкам.       Ее рука обратилась к отцу, когда она встала, держа часолист наготове. Нортон-старший с подозрением посмотрел на нее, но тоже встал и аккуратно обхватил ее ладонь.       Василиса тут же переместила их.       Оказавшись в незнакомом месте, Нортон изумленно приоткрыл рот, с упоением разглядывая все вокруг, в особенности, — часовую башню Расколотого Замка.       Девушка поправила рукава своей кофты и совершенно идеальным движением повернулась к отцу, плавно сомкнув свои ладони в замочек. В полуметре от нее вспыхнул целый рой арабских и римских цифр вперемешку с шестеренками и небольшими полупрозрачными циферблатами, гудящий как настоящие пчелы. Проскользнула огненная ленточка, утихомирив цифры, и зашипела, остановившись на своем месте.       Внешность девушки тоже изменилась. Василиса решила — если уж показывать правду, то показывать ее всю.       Так на ней появилось пышное платье до пола нежного розового цвета, на голове изменилась прическа, превратившись в небрежный, но элегантный пучок, а на ногах появились туфли с невысоким каблуком. От наряда Василиса казалась взрослее, хотя и не на тот возраст, в котором она умерла в первый раз.       Нортон-старший, кажется, был в полном шоке. — Я так понимаю, — он оглянулся на замок и вновь повернулся к ней. — Время — это действительно ты.       Василиса кивнула, не произнеся ни слова. — Невероятно, — лицо Нортона словно осветилось. Глаза все также изумленно глядели на нее. — Ты действительно будешь Временем.       Девушка не изменила выражения своего лица. Ей предстояло еще много тяжелого рассказывать. — Нас будет двое. Мы станем Королями меньше, чем через год. И будем ими до того самого дня…       Ее глаза не выдержали и все же немного заблестели. — Это был очень хороший день. Солнечный, — она прикрыла глаза, вспоминая тот момент, когда яркий свет коснулся ее лица. — И очень счастливый.       Ее голос надломился.       Василиса остановилась, борясь с эмоциями. — Важно то, что Астрагор выбрался из заточения, — она вдруг поняла, что рассказывает все тому человеку, которому плевать на ее чувства. — Он убил Маара Броннера. Вселился в… — Василиса вновь замялась, неуверенно глянув в глаза отца. — Что? — Нортон-старший заметил перемену в ее глазах. — Расскажи обо всем. Прошу.       Василиса отвела взгляд, ступая вперед, прогуливаясь по саду. Она заметила, что и отец изменился по отношению к ней, узнав, что она будет Временем. — Астрагор занял твое тело. И… Напал на нас.       Огнев склонил голову. — Только не говори, что я убью тебя. — Не ты. Астрагор.       Василиса почти не задумывалась о том, что Астрагор убил ее именно в теле отца. Это не казалось ей таким ужасным, как это было когда Астрагор вселился в Фэша. Вот от того она долго отходила.       Василиса направила взгляд на Замок и отстраненно прошептала: — В конце концов им и закончится наша жизнь.       Отец молчал, переваривая услышавшее. — Маар Броннер все же будет вторым Повелителем Времени? — заинтересованно повернулся он к ней, тактично опустив прошедшую тему их разговора.       Василиса хлопнула глазами, возвращаясь к нему. — С чего ты взял, что это будет Маар? — она чуть приподняла брови. — Большая вероятность была, что с тобой будет править он. Почти черноключник, воспитанник Черной Королевы. Единственное — родился на Эфларе, а не на Остале, это было серьезным недостатком. Но, похоже, это не стало помехой, — хмыкнул он самому себе, присаживаясь на ближайшую скамью.       Василиса села рядом, мгновенно сменив платье на привычную одежду, и аккуратно глянула в его сторону. — Маар не стал Временем, — тихо прошептала она.       Нортон-старший удивленно глянул на нее. — А кто станет?       Девушка направила свой взгляд на беседку рядом.       На колени Нортона-старшего вдруг шлепнулась фотография в рамке. Василиса подскочила, чуть не вскрикнув.       Она и забыла, что ее личные уголки в последнее время барахлили. Они были почти как луночасы в самом начале ее опыта хождения в них. — Не-ет… — вдруг протянул отец, взяв фоторамку в руки. В его голосе удивительно смешивались изумление, презрение, недоумение и гнев. — Только не он.       Василиса с раздражением прикрыла глаза, успокаивая собственный гнев. Кончики пальцев задрожали. — Однако это он, — с удовольствием проговорила Василиса, даже не скрывая этого. — Именно Фэш станет моим партнером. Напарником, — исправилась Василиса, поймав взгляд отца. — Вторым Временем, в общем.       Нортон-старший раздраженно отложил фотографию и встал. — Хорошо. Допустим, Фэшиар Драгоций стал Временем. Каким образом? Астрагор положил глаз на его судьбу еще до его рождения.       Василиса неприязненно скривилась. — Астрагор был слишком самодовольным. Его высокомерие и погубило его.       Нортон-старший помолчал, прохаживаясь туда-сюда. — Допустим. А что с остальными Ключниками?       Василиса начала вспоминать. — Вначале погиб… Погибнет Марк, — исправилась она.       Нортон вскинул на нее взгляд. — Ляхтич? — Да, златоключник, — подтвердила она. — Ты рассказала ему о его судьбе?       Вопрос оставил ее в замешательстве. — Рассказала. — И он поверил? — скептично спросил отец, складывая руки на груди и глядя на нее.       Василиса пожала плечами.       Нортон-старший зацепился за эту тему. — Так, значит, это о Маркусе говорилось в предсказании? Его душа «открыла тайны замка»? — Нет. Первым убили Яриса.       Отец задумчиво молчал. — Что я не пойму, так это твоих чувств. Вначале ты сбегаешь из дома с Ником Лазаревым, сыном моего врага, потом умоляешь предоставить жилье и учебу Фэшиару, — Драгоцию! — а затем я получаю фотографию тебя с Маркусом Ляхтичем, златоключником, который, как ты знаешь, скоро погибнет. Плюс Временем вместе с тобой станет опять-таки Драгоций. И это не считая других твоих «друзей», с которыми ты общаешься. — Это с кем же? — не смутилась Василиса, ровняясь с отцом. — Мааром Броннером и тем, со школы, Александром, — он сузил глаза.       Она подумала, что ослышалась. — Ты что, подставил ко мне охрану? Следишь за мной? — Как и за всеми ключниками, — ровно ответил он. Василиса возмущенно раскрыла рот, чтобы ответить. — В школе, на улице, в любом небезопасном месте, когда есть возможность.       Василиса отошла, запуская руку в волосы и выдыхая. — Поверить не могу.       Нортон-старший тоже ничуть не был смущен. И никакой вины не испытывал. — И я не собираюсь отвечать на твой вопрос! — Василиса повернулась к нему. — Ник мой лучший друг, как и Маар, и Александр.       Лицо Нортона-старшего осталось непроницаемым. — А Маркус и Фэшиар?       Василиса запнулась, глядя в глаза отцу. — Это личный вопрос, — всего лишь произнесла она. — Как твой отец я имею право знать. — Как мой отец ты должен был!.. — Василиса взорвалась, но вовремя остановилась, так и не закончив предложение.       Фигура отца замерла. От этого у Василисы по коже пробежали мурашки. — Договаривай, — бесцветно произнес он. — Отец должен быть рядом со своим ребенком, — решительно ответила Василиса. В ее глазах стояли слезы, но голос был тверд. — Он должен быть с ним с его рождения и до самого конца. Пока ребенок не станет взрослым или пока он не уйдет из родного дома. Отец должен заботиться о своем сыне или дочери. Он должен был быть рядом все то время, когда его ребенок нуждался в нем, — ее голова чуть склонилась вбок, первая и единственная на сегодня слеза скатилась по щеке. — Дело не только в твоем богатстве, деньгах, зарплате или особняках, которые у тебя есть. Не только в обеспечение семьи. Но и присутствие. Тепло. Гордость. Хотя бы просто быть рядом. — Я горжусь тобой, — вдруг твердо произнес более низким, чем обычно, голосом Нортон. Его лицо было напряженным. В глазах было нечто, отдаленно похожее на сожаление и искренность. — Я не был рядом с тобой двенадцать лет, но… — Никогда.       Нортон вопросительно посмотрел на нее. Василиса усмехнулась через боль. — Ты никогда не был рядом. Ни до нашего знакомства, ни после. Как и все последующие годы. Следующие семь лет. Прошедшие четырнадцать.       Серо-зеленые глаза скрылись за опущенными веками. Василиса отошла, вдыхая побольше воздуха. — Что насчет «того самого момента»? — спросил Нортон через минуту. — Иллюзия, — презрительно ответила Василиса, убрав уже почти сухую дорожку от слезы. — Да, я убила тебя. Когда ты умирал после схватки с Астрагором. После ты прожил счастливую жизнь в другой параллели с женой и детьми, а я стала Временем навеки.       Василиса отвернулась от отца и больше не смотрела на него.       Через несколько минут на ее плечи мягко положили ладони. — Я… — Нортон неуверенно остановился. — Я все двенадцать лет думал, что моя дочь убьет меня. Я и представить не мог, что все окажется так запутанно. Что убить можно не во зло.       Василиса посмотрела на нахмуренное лицо отца. — Я понимаю, что ты обижена на меня, скорее всего, навсегда, — Нортон прикрыл глаза. — Мы с Лиссой всего лишь хотели счастливой жизни. Когда ты родилась, это было чудесное время. Ровно месяц, пока Астрагор не показал мне будущее и не рассказал о том, что Лисса продала тебя за дар. — Лисса не делала этого, — резко ответила Василиса, поворачиваясь к нему. — Когда она умирала, ее дар умирал вместе с ней. Вся поляна была украшена ее последним даром своему королевству фей.       Дыхание Нортона-старшего остановилось. — Когда… — он сглотнул. — Когда она умерла? Как?       Василиса опустила плечи. — Я не скажу этого. Все равно все то, что должно было случиться, уже не случится.       Отец сел на скамейку. Его взгляд был направлен вперед. — Ее дар действительно природный? — вдруг поднял на нее он взгляд.       Василиса с непониманием наблюдала за ним. — Да, правда. Это буквально были ее последние слова, сказанные мне.       С неверием девушка заметила, как глаза Нортона заблестели. — Почему тебя это так удивляет? — Василиса села рядом, повернувшись к нему. — Ты столько лет был презрителен по отношению к ней. Ты отнял меня у нее, когда я была младенцем, которому и года не было. Ты обманул ее и предал, забрав Ключи. Ты нанес удар собственной матери и также украл другие Ключи у нее. И лишь спустя тринадцать лет начал раскаиваться, — Василиса твердо решила выяснить причину его поведения. — Однако, — задумчиво произнесла она. — Ты вернулся в эту параллель, зная, что Лисса все же погибнет, зная, что ты погибнешь от моей руки.       Нортон поднял на нее взгляд. — Ты до сих пор любишь Лиссу, — заключила Василиса. — Да, — тихо прошептал он, опустив взгляд. — Мы с Лиссой решили… — Нортон прокашлялся, словно оттягивая время. Василиса выжидательно смотрела на него. — Я не планировал говорить с тобой об этом, но мы с Лиссой снова вместе.       Девушка подумала, что ослышалась.       От удивления поднялась. — Что? В плане… Вместе? — с неверием переспросила она. — Как, когда?..       Нортон-старший поднял взгляд на нее. — Да. Мы поговорили, — он не стал уточнять, что они почти не говорили. — И вновь вместе. Как в старые добрые времена. Я не думаю, что она простила меня, но я отбросил мысль, которая не давала мне покоя столько лет. И все стало как-то проще?       Василиса вновь опустилась на скамью. Мысли путались. — Хм… — она не знала, что и сказать. — Поздравляю?..       Нортон глянул на нее. — Спасибо.       Они замолчали. Это была крайне странная ситуация, и Василиса не знала, куда деть себя. — И что ты собираешься делать дальше? Теперь, когда узнал, что Лисса не была виновата.       Отец задумался. — Полагаю, буду просить прощения.       Василиса посмотрела в сторону замка, разбирая свои чувства.       Пора было признать окончательно, что у нее никогда не будет настоящего отца. Нортон-старший вырастил хороших детей в другой параллели, Норта, Дейлу и Николь, но с первой попыткой этого сделать не удалось. Да и виноват в этом был по большей части Астрагор, который влез в жизнь Огневых, а не Нортон.       Василиса чувствовала облегчение от того, что высказалась. Никогда прежде она не говорила отцу обо всем этом. Возможно, теперь она его отпустила? Она давно стала самостоятельным человеком, еще когда была ребенком. Сейчас у нее были другие проблемы, а в ее времени и вовсе почти что своя семья.       Наверное, впервые за столько лет она чувствовала спокойствие по отношению к отцу. — Я прощаю тебя, — так легко и искренне дались ей эти слова, что Василиса почти не заметила их.       Нортон-старший поднял на нее удивленный взгляд, сменившийся на недоверяющий. — Я не… Я не заслуживаю прощения, — произнес он.       Василиса пожала плечами. — Может быть. Но все заслуживают второй шанс. Если вы с Лиссой сможете простить друг друга, вы сможете быть вместе. Сможете исправить слишком мрачное будущее. Может, вновь станете семьей.       Василиса поднялась. Нортон-старший тоже встал, не отрывая от нее взгляда. — Это часодейный шанс, — сказала Василиса. — И он дается только однажды. Не используй его зря.       Нортон-старший кивнул, пораженный.       Василиса переместила их обратно в кабинет.       Молчание затягивалось. Василиса подхватила свой рюкзак, собравшись идти. — Могу ли я что-то сделать для тебя? — в конце концов спросил Нортон-старший.       Василиса покачала головой. — Просто… Будь счастлив. Не верь Елене и Астрагору. Старайся не оставаться один ночью и ранним утром, — она прекрасно помнила, как Астрагор похитил Нортона в прошлый раз. — И не забудь пригласить своего друга-зодчего, — Василиса улыбнулась и подмигнула.       Нортон-старший уже не стал удивляться, лишь улыбнулся в ответ и кивнул. Василиса вошла в нуль-зеркало.       Черная Королева ждала ее в своем кабинете. Это помещение как нельзя лучше отражало личность хозяйки: все документы лежат аккуратными стопками на столе без единой пылинки, книги стоят на своих местах по полкам, шторы почти всегда закрыты, как и вуаль, скрывающая лицо Королевы. Вместо него освещение кабинету давала настольная лампа. — Присаживайся, дорогая, — тут же предложила она, как только Василиса вошла.       Девушка коротко поблагодарила и присела напротив нее в кресло. — Тебе нужна моя помощь в спасении Фэшиара Драгоция, я правильно понимаю? — глаза за полупрозрачной вуалью направились на нее.       Василиса немного робко кивнула. — Я знаю, это довольно сложное решение, но, понимаете, Фэш один из ключников. Астрагор может серьезно навредить ему, а этого допустить нельзя, так как… — Василиса замолкла, заметив поднятую руку Королевы. — Но Астрагор его дядя. Он имеет большее право, чем я, приютить ключника у себя. К тому же, в Круге также задействованы двое других Драгоциев. — Да, но… — Василиса остановилась, внезапно поняв, что она вновь осталась одна. Черная Королева откажет ей также, как это сделали отец и мать. — Впрочем, — девушка опустила взгляд. — Неважно. Не затрудняйте себя моими глупыми просьбами.       Василиса поднялась, теребя браслетик на руке. — О, дорогая моя, я вовсе не считаю, что твоя просьба глупа. Скорее глупа ты, чем твоя просьба, — голос Нерейвы улыбнулся.       Девушка удивленно приподняла брови. — Присаживайся. Нужно обсудить все детали.       Василиса неуверенно присела. — Так, значит, вы мне поможете? — Помогу, — кивнула Черная Королева, переключившись на серьезный тон. — У меня есть единственное условие: ты останешься в Замке.       Василиса открыла рот, чтобы возразить, но не успела. — Либо ты примешь это условие и мы спасем нашего потерявшегося среброключника, либо ты вернешься в Черновод к отцу и продолжишь сутками страдать. — Хорошо, — девушка выдохнула. Спорить с бабушкой было бесполезно. — Пусть будет по-вашему.       Черная Королева довольно кивнула, откидываясь на спинку стула.       Операция по спасению Фэша состояла из нескольких частей. Черная Королева решила отвлечь Астрагора разговором, когда несколько ее ребят проникнут в подземелье и вытащат Фэша. Уже по их возвращении подключится Василиса — встретит их и окажет необходимую помощь.       С родителями она больше не разговаривала — по крайней мере, пока. На маму все еще чувствовалась легкая обида, а для разговора с отцом ей нужна была передышка, хоть они и помирились. Единственный, от кого она получала бесконечные сообщения, был Марк.       После того, как она узнала, что Марк участвовал в ее втором убийстве в подземелье Змиулана, Василиса не могла продолжить общаться с ним. Возможно, пока что. Возможно, навсегда. Но она по-прежнему волновалась, не угробит ли Марк себя как и в прошлый раз, доверившись Елене или Астрагору. Если с его памятью все это время играли, и те знали о многом, Марк был в опасности. В еще большей, чем раньше.       Василиса старалась не думать об этом, чтобы не сорваться и не ответить на все те письма, которые он ей присылал.       Сейчас рядом с ней был только Маар. Черная Королева на ее стороне. Гроза пытается поднять ей настроение. Римма и Цзиа однажды тоже приходили на выходных. Этого было достаточно. Осталось лишь спасти Фэша.       Насчет Дианы и Ника она тоже старалась не вспоминать. Все то время, когда Ник лежал в коме, Диана ненавидела ее. У Василисы до сих пор перед глазами стоял ее гневный взгляд. А с Ником она не хотела встречаться потому, что он слишком напоминал ей Фэша. Всякий раз видя Ника, она обычно видела и Драгоция. Василиса не вынесла бы этой встречи сейчас.       В ночь перед операцией Василиса не спала ни капли. Мучительные восемь часов, положенные для сна в Чернолюте, она пролежала на кровати, глядя в потолок и успокаивая бьющееся сердце.       Что если Фэша не будет в подземелье? Что если он в другом месте? Тогда операция провалится.       Или что если Фэш вообще не в порядке? Не в состоянии говорить или ходить?       Она не думала о последнем варианте, что он может быть мертв. Но в ее сознании так и крутилось воспоминание о Фэше: как он лежит под тонким одеялом, исхудавший и бледный, как с трудом встает на ноги, когда понимает, что Шакл собирается шантажировать его с ее помощью.       К пяти утрам девушка поднялась и встала у окна так тихо, словно была чьей-то тенью. Всего лишь призраком.       Ее комната в Чернолюте находилась на первом этаже, поэтому было немного непривычно не видеть с окна пугающую высоту, не слышать морского прибоя всю ночь и утро. Вместо этого там находилась другая чудесная картина. Ухоженные клумбы цветов, ровно постриженные кустарники, крепкие скамеечки вокруг небольшого фонтана, - милая и непривычная глазу картина.       В Чернолюте зимы не было в отличие от Астрограда.       Василиса легла, но не сумела унять дрожь от волнения и вновь встала через час. Сходила в ванную комнату, привела в порядок прическу и надела домашние штаны с топом и футболкой — в широкой одежде было намного легче существовать, особенно когда на теле все еще заживали болезненные синяки и порезы. Не говоря о глубокой ножевой ране под ребрами, которая все еще ныла время от времени, хотя и уже затянулась шрамом.       Ровно в шесть тридцать она вышла из комнаты, чувствуя небывалое облегчение от наступившей свободы. Василиса все еще не могла подолгу находиться в одном небольшом помещении. И началось это, пожалуй, еще с того момента, когда ее похитили в своем времени.       Василиса обыденно зашла на кухню, думая, что там еще никого нет, но, подняв глаза, остановилась. — Доброе утро, дорогая, — на краю одного из столов сидела Черная Королева, уже полностью готовая к недолгой поездке, держа в руках кружку с кофе. — Что вы здесь делаете? — совсем позабыв о вежливости, спросила Василиса.       Брови Черной Королевы под вуалью иронично приподнялись. — Это мой замок, дорогая. Я могу делать здесь все, что захочу. В том числе и прийти на кухню выпить кофе.       Василиса с подозрением глянула на нее, но отвернулась и поставила чайник кипятиться. — Мы договаривались быть готовыми только к восьми, — произнесла она, готовя себе кружку с ложечкой. — Выходит, мы обе провалились в этом, — как ни в чем не бывало ответила Королева.       Василиса подошла к ней ближе и взглянула на нее своим самым твердым и упрямым взглядом. — Скажите правду. Вы собирались двинуться раньше, — девушка была в этом уверена и теперь не сводила взгляда. — Вы заранее планировали, чтобы я осталась в замке, спала, пока вы выполнили бы всю операцию сами.       Василиса не видела ее тяжелого взгляда, но Черная Королева молчала.       Девушка выключила вскипевший чайник. — Браво… — Нерейва поднялась. Ее кружка была со стуком поставлена на стол. — Я уже не жалею, что взяла тебя в свои ученики. Внимательности и подозрительности тебе не отнимать.       Василиса повернулась к ней, сжав кулаки. — Вы солгали мне! — воскликнула она. Ее голос эхом отдался по стенам широкой кухни. — Я и так согласилась не влезать в Змиулан, но вы все равно не согласились на это и собирались спасать Фэша без моего ведома. Надеясь, что я еще сплю. — Это так, Василиса, однако… — голос Черной Королевы стал тверд и строг. — Я хотела дать тебе возможность спокойно выспаться, а утром, когда ты проснешься, побыть уже рядом со спасенным. — Не вам решать это, — по-королевски холодным тоном произнесла Василиса, уже совершенно по-другому глядя в глаза Нерейвы.       Повисло молчание. — Действительно, какой темперамент, — с задумчивостью произнесла та. Казалось, Королева была поражена. — То, что нужно.       Василиса понимала, что она говорит о ее предполагаемой судьбе стать Временем. Но ее лицо осталось таким же. — Хорошо, — она вздохнула. — Раз уж ты все равно раскусила мой план, ты и так будешь участвовать в операции. Только, пожалуйста, не перемещайся в Змиулан. Или куда-либо еще.       Василиса с удивлением взглянула на нее. — Вы знаете?.. — Конечно, дорогая моя, я знаю. Я знаю очень многое.       Девушка не знала, шло ли это на пользу их будущему, поэтому просто кивнула. — Я останусь в замке, хорошо.       Оказалось, команда по спасению состояла из восьми человек: ее, Нерейвы, пяти неизвестных ей парней и Маара. — Ты уверен, что хочешь сделать это? — с изумлением спросила Василиса у Маара, заметив его и поздоровавшись. — Возможно, ты не знаешь, но мы собираемся спасать Фэша из замка Драгоциев. Буквально объявив войну Астрагору. Это очень серьезно. — Я тоже серьезно, — кивнул Броннер, глядя на нее. — Астрагор развязал как минимум последнюю Вторую Часовую войну, в которой погибли мои родители. Мне кажется, — он направил свой взгляд на поднявшееся солнце, такое же светлое, как и он сам. — Я впервые в жизни принял действительно значимое и правильное решение.       Василиса не отрывала от него взгляда. — Месть ничего не решит, ты же знаешь?       Маар глянул на нее, и в его изумрудных глазах вновь появились привычные ей смешинки. — Но, может быть, смелость поможет мне завоевать девушку, — он слегка улыбнулся.       Василиса на секунду растерялась. Маар сдвинул брови, отводя взгляд. — Я надеюсь узнать что-нибудь в Змиулане о Захарре. От нее нет вестей очень давно.       Василиса чуть не открыла рот от удивления, но вовремя остановила себя, расплывшись в улыбке. — Думаю, Захарра в порядке, — произнесла она совершенно другим тоном, пытаясь сдержать улыбку.       Маар возвратил свой взгляд на нее, заметив перемену в голосе. — Надеюсь, — он сощурился, но тоже улыбнулся ей.       Ровно в восемь Черная Королева начала настраивать переход на Змиулан для ребят. Василиса с волнением наблюдала за собравшейся командой. — Надеюсь, все выберутся. Говорят, этот замок напичкан кучей ловушек и всякими лабиринтами, как в фильмах, — вдруг подошел к ней один из парней, глядя на нуль-зеркало, над которым копошилась Нерейва.       Василиса подозрительно глянула на него и встретилась с серыми радужками глаз. На вид парню было лет шестнадцать, а может так казалось из-за его роста — он был выше Василисы чуть ли не на две головы. В его лице было что-то знакомое. — Никогда не был в Змиулане? — Неа, — он качнул головой. — И потому удивлен, что Черная Королева взяла меня на это задание.       Девушка присмотрелась к нему. — Мы раньше нигде не встречались? — она задумчиво нахмурилась. — Ты кажешься мне немного знакомым.       Парень пожал плечами и улыбнулся.       Это полуулыбка неожиданно озарила Василису догадкой. — Ты знаешь Александра Морозова?       Блондин глянул на нее. — Да… Это мой двоюродный брат. Ты знаешь его? Удивлен. — Почему? — заинтересовалась Василиса, неожиданно познакомившись с братом друга. — Он… Не очень общительный, — произнес он. — Или, погоди, ты случаем не Василиса Огнева? — его лицо вдруг прояснилось.       Василиса кивнула. — Тогда понятно, — с любопытством глядя на нее, продолжил он. — Я Дмитрий, — он протянул ладонь.       Василиса пожала ее. — Тоже Морозов. У нас с Александром отцы — родные братья, только получилось так, что его отец работает учителем в школе, а мой — одним из советников в Астрограде. Может быть, ты слышала о Михаиле Морозовом?       Девушка отрицательно покачала головой, однако в ее воспоминаниях имя откликнулось вспышкой. Где-то она о нем слышала, но где?.. Возможно, это было одно из многочисленных имен, которое она прочитала в одном из учебников. Наверняка советник был выдающимся. Однако она точно помнила, что в будущем такого советника не было. — Приятно было познакомиться, — Дмитрий еще раз пожал ее руку, удаляясь к остальным. Черная Королева дала знак. — Надеюсь, еще поболтаем.       Василиса удивленно наблюдала, как один за другим ребята исчезают в проходе. — Что ж, — Нерейва подошла к ней. — Нам может понадобиться помощь, поэтому оставайся тут. Если через тридцать минут парни не вернутся — пиши мне. Я попытаюсь отвлечь Астрагора на самое долгое время, которое только смогу.       Девушка кивнула. — Хорошо. Спасибо вам, — она улыбнулась бабушке.       Та начала исчезать в дымке перемещения. — Будь осторожна, — произнесла Черная Королева на прощание.       Время тянулось. На ее таймере оставалось еще восемь минут, но Василиса уже волновалась.       Она не могла стоять на месте и ходила по саду туда-сюда. Повезло, что здесь никого не было — возможно, потому что сегодня был вторник и все были заняты, а, возможно, потому что Нерейва приказала никому не входить в сад.       Василиса выдохнула, набрала воды с фонтана в соединенные ладони и ополоснула лицо, села на скамейку, прикрыв веки. Когда она вновь открыла их, на часах отсчитывались секунды: 07:23, 07:22, 07:21…       Девушка пыталась не накручивать себя, но уже через минуту в ее ладонях появился раскрытый на почте часолист, готовый отправить сообщение.       Василиса взяла в дрожащие пальцы карандаш и поднесла его к кусочку пергамента. И тут же услышала долгожданный звон нуль-зеркала.       Обе руки Фэша были перекинуты на двух парней, придерживающих его. Маар шел спереди, видимо, в качестве разведки на территории замка, а еще двое, в числе которых был брат ее друга, шли сзади, при необходимости готовые поддержать их.       Василиса вскочила, нечаянно сбросив с коленей часолист, и подбежала к ним. Фэш выглядел намного лучше, чем как когда она видела его в прошлый раз. Он был одет в свою обычную школьную одежду, только белая рубашка с обеих сторон была окрашена в алый. На спине в некоторых местах даже порвана, позволяющая увидеть длинные и глубокие порезы, с которых все еще вытекала кровь.       Фэш, кажется, был без сознания, хотя его глаза все еще время от времени приоткрывались. — Фэш! — девушка присела возле него как только его положили на траву.       Сердце в ее груди вновь забилось сильнее. — Закрывайте проход! — воскликнул один из парней, только вбежав в сад. — Иначе они сейчас найдут нас.       Другой занялся этим.       Но Василиса не обращала на них внимания, достав стрелу и пытаясь отмотать время каждой ране по очереди. Дрожащими ладонями распахнув окровавленную рубашку, девушка сглотнула, глядя на дюжину ран.       На секунду положив руку под щеку Фэша, Василиса взглянула на его лицо. Несколько ран было и на нем, нижняя губа разбита в кровь.       Она принялась отматывать время самым ужасным порезам на его груди, пытаясь сделать это и аккуратно, и быстро. Счет шел на секунды. Если не отмотать время сейчас, могут навсегда остаться шрамы. С ними уже ничего не сделать. — Как его состояние? — спросил один из парней, сев рядом. — Не лучшее, — огрызнулась Василиса, сосредоточившись на ранах и обозлившись на весь остальной мир. — Спокойно, — ничуть не обиделся парень. — Я помогу.       Он достал свою стрелу и тоже сосредоточился на одной из глубоких ран. Василиса на миг глянула на него и вновь опустила взгляд. — Принесите ведерко с водой и тряпки, которые я оставила возле скамьи, — скомандовала Василиса, не отрываясь от ран.       Кто-то поставил ведро рядом, — оказалось, Маар.       Василиса быстро поблагодарила и попросила ребят перевернуть Фэша на живот. Рубашка на спине порвалась с трудом и вновь лишь с помощью Маара.       Здесь от крови уже не было видно ничего.       Василиса выжала ткань и аккуратно прижала к одному участку спины. Раны там не оказалось. Она повторила действие еще несколько раз, вода в ведре уже полностью окрасилась в алый.       Когда она положила тряпку возле правой лопатки, плечо Фэша дернулось от боли. Василиса вздохнула с облегчением и очистила кожу возле этой раны.       Все порезы на спине залечить не удалось. Три узкие полосы простирались по всей спине Фэша — две по диагонали, проходящие через лопатки, и одна прямо на плече, возле шеи.       Черная Королева появилась в саду неожиданно, Василиса уже и забыла о ней. Оценив обстановку, Нерейва коснулась плеча Фэша и Василисы и мгновенно перенесла их в незнакомую комнату. — Сейчас придет лекарь, — негромко произнесла она, что-то набирая в часолисте.       Василиса сидела на краю кровати молча, обхватив ладонь Фэша обеими руками и глядя на его лицо, не отрываясь. Слезы в глазах мешали видеть его, поэтому девушка на секунду закрыла их.       Черная Королева повернулась к ним. Василиса выравнивала дыхание, наблюдая за спокойным лицом Фэша. Ее ладони и одежда были наполовину в крови, наполовину в воде, но она почти не замечала этого, лишь немного дрожа от холода. — Тебе нужно провести себя в порядок, — сказала ей Нерейва, ободряюще сжав плечи Василисы. — Нет, лекарь, — односложно ответила она, не отрывая руки от ладони Фэша.       Все внутри нее было напряжено. — Я… Я пыталась быть быстрее, но… Шрамы так и останутся навсегда? — рассеяно спросила Василиса, зная ответ.       Однако Нерейва ничего не сказала.       Вскоре пришел лекарь, и ее выгнали из комнаты. На пороге комнаты ее встретил Маар, подхватив за плечи и помогая дойти до ее комнаты. — Ты в порядке? — обеспокоенно спросил он, заметив, что она вся дрожит.       Василиса смогла только кивнуть.       Маар завел ее в комнату, усадив на кресло, и сел рядом на стуле. — Тебе нужно собраться. Он в порядке, ты же видела.       Василиса качнула головой и подняла глаза на него. Ее губы дрожали. — Он жив, это главное, — согласилась она. — Но из-за меня у него останутся шрамы, которые будут всю жизнь напоминать ему об этом.       Маар молчал, глядя на нее и раздумывая. — Может быть, — сказал он. — Но ты же не думаешь что он будет винить тебя в этом?       Василиса не ответила, откидываясь на кресло и позволяя мышцам по всему телу расслабиться. Она даже не заметила, как провалилась в сон.       Ее веки медленно приоткрылись. За окном было темно, как и во всей комнате. Она лежала в своей кровати, заботливо укрытая одеялом.       Во всем теле чувствовалась тяжесть, но она поднялась, несмотря на это, и быстрым шагом достигла двери той комнаты, в которой вчера остался Фэш.       Он все также лежал на кровати, но его одежда сменилась на стандартную белую пижаму. Кроме него в комнате никого не было.       Успокаивая свое частое сердцебиение, Василиса прошла внутрь и присела в кресло напротив Фэша, глядя на него и не веря, что он тут. Его грудь под одеялом спокойно поднималась и опускалась, когда он вдыхал и выдыхал, лицо больше не было болезненно бледным. Веки были прикрыты. Кудри беспорядочно лежали на подушке и лбу.       Девушка аккуратно, почти не дыша, дотянулась до него рукой и поправила челку, убирая ее назад. Ладонь чуть дрогнула, склонилась и мягко обхватила щеку. Прикосновение было теплым. Кажется, только тогда Василиса по-настоящему поверила, что он здесь.       Часы шли друг за другом. В комнату заходила то Черная Королева, пытающаяся выведать ее состояние, то лекарь, которого Василиса допрашивала каждые полчаса. После такого четвертого раза он заходить и вовсе перестал. Василиса лишь на несколько минут вышла из комнаты, чтобы найти его.       Врач прислал вместо себя свою юную помощницу, которая, наверное, и ран настоящих еще никогда не видела. Василиса чувствовала, как вскипает зло в ее крови, но подавила его.       Через какое-то время зашел Маар. Василиса поняла, что его прислала Нерейва, которая пыталась вытащить ее из комнаты. Девушка осталась, а Маар ушел ни с чем.       Василиса чувствовала, как слипаются ее глаза, но не могла позволить себе уйти. Фэш и так слишком долго страдал из-за нее, она не может еще и бросить его здесь.       В конце концов она уснула на том же кресле, а очнулась лишь под утро, когда за окном уже вставало солнце. Василиса лично проверила состояние Фэша, позвала помощницу лекаря и дала строгий наказ написать ей, если он очнется. Девушка покивала, усаживаясь на стул, а Василиса, еще раз убедившись, что Фэш в порядке, вышла из комнаты.       Она собиралась познакомиться с тем, кто может помочь разъяснить ей некоторые вопросы.