Временна́я петля

Резко разлепив глаза, Куросаки был готов услышать привычное пение птиц и истерику будильника. Однако свет из соседнего окна вовсе не был таким тёплым, будто и вовсе не был солнечным, да и комната, как оказалось, совершенно не его. Кремовые стены приятного оттенка были украшены едва заметным орнаментом геометрических фигур, выделяющихся лишь глянцевостью поверхности. Потолок чистый, белый и гладкий, будто натяжной. Пол заметно темнее, на нем уже чётче была текстура камня, из которого он сделан. Дабы ходить было приятнее, постелили простенький ковёр с таким-же геометрическим рисунком, как на стенах. Кровать стояла в углу комнаты у окна, напротив неё был спрятанный в стену шкаф. Слева в свободном промежутке был белый стол с чистой бумагой и набором канцелярских инструментов, уложенных так, будто это не рабочее пространство, а декор в музее. Вообще комната, как и свет из окна, производили впечатление излишней искусственности. Опомнившись от разглядывания жилого помещения Лас-ночес, Ичиго принялся изучать себя. На нем была новая, чистая белая униформа, аналогичная форме синигами. Раздев себя, ни дыры, ни каких-либо шрамов Ичиго не обнаружил, а ощупав лицо, убедился, что маски и рогов нет. Он всё еще синигами даже несмотря на белые арранкарские одежды. Занпакто оказался совсем рядом, он лежал в большом отделении шкафа, вернее висел на специально ввинченных для этого планках. Клинки радостно блеснули в фальшивом свете солнца, когда Ичиго взял их, и легко поместились за спину и на пояс, воссоздав из рейрёку недостающие части крепления. Тут важно добавить, что клинки были в той форме, которая была принята как «банкай» для этого мира, и, спросив об этом Зангетсу, Ичиго получил ответ: они не могут изменить форму. Когда Ичиго стал пустым, его рейрёку сошла с ума и едва не расплавила души Зангетсу и Ичиго, слив их воедино. Айзен воспользовался Хоугиоку и, по сути, насильно вернул занпакто в последней доступной ему форме, иначе пришлось бы ковать новый меч-оболочку уже во Дворце Короля душ. Выслушав доводы Зангетсу, Ичиго их принял и пообещал больше так не делать. Обыскав комнату, он нашел своё удостоверение синигами, любезно убранное в ящик стола, а также записку, что лежала на том же столе в самом центре. По ровному почерку и отпечатку рейрёку, оставленному намеренно на место подписи, Куросаки понял, что автор письма Айзен, и приступил к чтению. «Добрый день, Куросаки Ичиго. Я видел, что произошло во время твоего боя с Улькиоррой, и был вынужден вмешаться. Не знаю, помнишь ли ты эти события. Улькиорра остался жив и уже восстановился от полученных травм. Ты был усыплён мной и возвращён в форму синигами при помощи Хоугиоку. Как только очнёшься, проследуй в мой кабинет. Ты найдёшь его по моей рейатсу». — Айзен Соуске Замечательно. Это письмо вполне можно считать приглашением на эшафот. Неизвестно, какие выводы мог сделать Айзен или его свита, увидев, на что способен временный синигами. Сам факт, что он еще жив, настораживает не меньше вызова на ковёр. Ичиго не оставалось выбора, кроме как последовать требованию и покинуть комнату. Ориентироваться в Лас-ночес по рейрёку было также просто, как прятаться. Рейши в мире пустых так много, что искать что-то неопределенное, перебирая её всю, становится невозможным: появляется головокружение и тошнота от обилия запахов, вкусов, звуков, образов, мыслей и чувств. Однако когда ты знаешь, что именно искать, отследить исходящую ниточку духовной силы было легко: она сохраняла ясность следа и образа даже спустя долгое время. Отпечаток на письме послужил хорошей подсказкой к тому, какая именно ниточка вела в кабинет, так что блуждать по коридорам не приходилось. Нужно запомнить такой метод «поводка» из духовных нитей, может в будущем пригодиться. Вход в кабинет выглядел соответственно названию. Резные высокие парные двери, сделанные из тёмного камня, были украшены инкрустированными камнями, наполненными духовной силой для придачи свечения. Двери были весьма аккуратны на вид и казались лёгкими даже несмотря на материал, из которого они состояли. Светящиеся камни выполняли в орнаменте вид звезд, резьба, по-видимому, соединяла их в какие-то созвездия. В астрологии Куросаки не силён, да и не понял, к чему такой вычурный декор на дверях, но спорить с хозяином было себе дороже. Постучав в кабинет, он моментально получил сжатое «войдите», после чего толкнул дверь. Она действительно открылась довольно легко, даже не скрипнула. Айзен сидел за белым каменным столом, читал отчёт от, судя по метке, Заэльаппоро, вдумчиво пробегая взглядом по тонне научной писанины. Разумеется, для него этот отчёт имел определенную ценность, но банальная усталость отражалась на его лице, будто сейчас он не притворялся и, наедине с собой, был честен и даже давал такую крохотную, но заметную для вошедшего слабину. Впрочем, нельзя утверждать наверняка, что его усталый вид такая же напускная маска, как и всё то, что он делали говорил прежде. Дочитав абзац, он отложил документ и обратил внимание на уже прошедшего в центр кабинета мальчика. Ичиго изучал его с долей любопытства: опрятное помещение со множеством шкафов, часть из которых уже была забита какой-то макулатурой, в центре у дальней стены рабочий стол, на котором сложены стопки бумаг. Сидячие места для посетителей также были, несколько кресел располагались правее входа. Впрочем, похоже, в кабинете никто никогда не задерживается, чтобы сидеть: дают отчёт, говорят что-то и уходят. Совсем недавно здесь были Заэльаппоро, Улькиорра и, похоже, Гин. — Как ты себя чувствуешь, Куросаки? — спросил Айзен, дав время ребёнку осмотреть содержание кабинета. Ичиго наконец сосредоточился на собеседнике и вновь посмотрел на Соуске, по привычке нацепившего маску милосердия. — В полном здравии, спасибо, — чуть робко ответил Куросаки. Было неприятно от того, что на него смотрит потенциально непобедимый враг, имеющий неизвестные мотивы и виды на его шкурку. — Насчет нашего уговора. Как и договаривались, если ты переживёшь сражение с Улькиоррой, то мы с тобой обсудим твою проблему. Улькиорра сказал, что ваш спор закрыт, так что об этом можешь больше не волноваться — обещание ты выполнил, — заговорил Айзен. — Для начала я хотел бы ещё раз послушать всё, что ты знаешь об этом Яхве, кто он, откуда, зачем нападает на Общество душ, какой силой он обладает. — Я постараюсь, но много не скажу. Но какой вам в этом интерес? Разве вы не собирались сами уничтожить Общество душ? — спросил Ичиго, наблюдая за реакцией Айзена. Стоять ему было немного некомфортно, что Правитель пустых заметил и с помощью рейрёку и какого-то механизма заставил одно из кресел подъехать к Ичиго. Синигами сел, откинувшись на спинку: оно было довольно мягким и совсем не пахло. — Именно потому что я хочу захватить Общество душ, а не уничтожить его, — ответил Айзен на удивление честно. — То, что ты мне рассказал, заставляет задуматься о потенциальной проблеме и для меня тоже. — Допустим, я тебе верю, — Ичиго не мог ему верить на все сто, так что просто согласился со словами. — Однако я и правда знаю не очень много. Яхве — первый квинси, их прародитель и бог. Я в этом не уверен, но мне кажется, он родственник, возможно сын Короля душ. У него есть целая армия квинси, которая скрывается где-то в прослойке между мирами, доступной только для квинси. Кроме того, что он за тысячу лет собрал себе армию из очень сильных квинси, он еще и сам невероятно силён. Не знаю, насколько. Но он сильнее тебя, если ты сольёшься с Хоугиоку, это однозначно. Но не знаю, будет ли сильнее тебя, если ты сольёшься с хоугиоку в этом году и пройдёт еще два. Я не прожил достаточно, чтобы сравнивать… — Понятно. По твоим словам выходит, что враг действительно силён и опасен, — заключил Соуске, — Еще что-то можешь сказать о нем? — Частица силы Яхве находится во мне, предполагаю, что от матери. Мы с ним уже договорились, он готов обучать меня всему, чему сможет. — Это уже неплохо. Да, твоя сила квинси действительно досталась тебе от матери. Удивительно, что ты столько знаешь, — Айзен задумался. — Но того, что ты сказал, слишком мало. Нам нужно знать больше о враге, если действительно хотим победить. — Ты поможешь в этом!? — воскликнул от удивления Ичиго. Владыка поднял на него взгляд, как на дурака. — Да, я помогу тебе. Эта война с квинси – проблема синигами, которую те пытались скрыть. Если я хочу захватить Общество душ, то, для начала, придется спасти его от полного уничтожения. Квинси кровожадны, они будут мстить и уничтожать всё на своем пути. Я читал лишь поверхностные данные о них, когда твою мать укусил пустой. Знаешь эту историю? — Теперь знаю, — сказал Ичиго. — Полагаю, что пустой был твоим, да? — Да, так что я приложил руку к твоей силе и рождению вцелом. — Значит, я могу называть тебя «папой»? — не сдержал шутки Куросаки и рассмеялся, видя смущение на лице Правителя мира пустых. — Оставим юмор, — сказал Айзен. — Какой план был у тебя? У тебя ведь был план? — Да, был, но ты его уже испортил. Я хотел подружиться с синигами, чтобы они доверяли мне. Вместе с ними победить тебя, когда ты сольёшься с Хоугиоку. Тебя бы приговорили к двадцати тысячам лет заключения, после этого полтора года мира. В идеале: сохранить силы синигами, не используя на тебе Финальную Гетсугу Теншоу. С Экзекуцией, если сунется, разобраться сразу и не допускать лишней «любви» мозга. Всё свободное время тренироваться и тренироваться, чтобы встретить Яхве на подходе и дать ему по щам. — Звучит немного размыто. Где ты собираешься взять столько силы, чтобы победить меня без Финальной Гетсуги? — спросил Айзен, положив голову на руку. — Ты сам всё видел насчёт моей силы, у меня достаточно потенциала. А еще мой отец должен будет предложить мне возможность час тренироваться в Дангае, так что сила у меня была бы, — ответил Ичиго. — Ну да, это заметное преимущество. Но ты не подумал, что синигами могут испугаться твоей силы и объявить охоту? У них, как ни странно, это именно так и работает, — сказал Айзен всё также лениво. Ему вообще не нравилось говорить о своем поражении как о чём-то запланированном, причем косвенном для более крупной цели. — Айзен, извини, я не хотел тебя обидеть, — заметил меняющийся фон рейатсу Ичиго. — Именно для этого мне и нужно было подружиться с синигами: чтобы они не убили меня, если я стану слишком сильным, или что-то в этом духе. Но теперь они, скорее всего, решат, что я предатель, и при вторжении в Лас-ночес оттяпают мне башку. — Логично, — Айзен вздохнул и снова сел ровно. — В любом случае, я буду собирать информацию в свободное время. Насчёт твоих дорогих друзей синигами, я что-нибудь придумаю. А пока останешься здесь под присмотром Койота. Попытаешься сбежать — если не умрёшь, так покалечишься. Всё понял? — Да, не дурак, вроде, — вздохнул Ичиго. Пусть его и не убили, и даже выслушали, он здесь всё еще пленник. Условие, которое он хотел поставить, заключалось в помощи в войне, однако похоже, что и Соуске сам заинтересовался этим вопросом. Остался лишь один вопрос: почему они так легко поверили его словам. Его Ичиго и озвучил. — Потому что ты даже не пытаешься скрыть это. Я следил за тобой с момента вторжения в Общество душ, естественно, я заметил все странности, которые не входили в план. Даже твоя рейатсу выдаёт в тебе опыт многих битв, которого не может быть у простого школьника. В следующей жизни поработай над этим, — ответил Айзен. Ичиго вздохнул и, попрощавшись, покинул кабинет. Как оказалось, за дверьми его уже ждал первый Эспада, чтобы сопроводить того в комнату. Выражение лица у него было куда более безразличное, нежели у Улькиорры, и казалось, что он не меньше упомянутого отчаялся обрести то, что желает. Рядом со Старком крутилась девочка-арранкар, которая смотрела на Куросаки с некоторым презрением и недовольством. Лишь рассмотрев их столь близко, синигами понял, как сильно они связаны между собой: они буквально одно целое, как Ичиго и Зангетсу. Арранкары проводили его в молчании, им было не интересно вести беседы с врагом. Он даже не видел поединка Сифера и Куросаки, настолько его не волновало присутствие рыжего пленника. Его задачей было следить, чтобы тот не сбежал. Его назначили как раз из-за безразличия: другие арранкары наверняка будут пытаться помериться силами с мальчишкой, что неудобно в данном положении. В мире живых в этот день было удивительно много синигами. Куросаки Ичиго исчез в Уэко-мундо уже три дня назад, расследование велось полным ходом. В мир живых послали несколько капитанов и больше сотни квалифицированных синигами, дабы собрать все возможные улики. Полученный результат вполне вписывался в возможные представления о произошедшем. По данным поисковиков удалось выявить следы присутствия Канаме Тоусена, а также еще минимум двадцати арранкар из армии Айзена. По следам боя, оставшимся на улице, был заключен вывод, что Куросаки забрали силой, и сейчас он пребывает в плену. Они любезно предоставили эту информацию Урахаре, а тот передал её так волнующимся товарищам Ичиго. Никто и подумать не мог, что Соуске вдруг решит похитить одну из ключевых фигур защиты Каракуры. Общими обсуждениями было решено составить два отряда. Большая часть синигами по-прежнему занимается подготовкой к нападению Айзена: установкой барьеров и подготовкой Каракуры к переносу в Общество душ. Работа весьма кропотливая и хлопотная, каждое действие проверялось и перепроверялось по несколько раз. Вторую группу составили так, чтобы в ней было много сильных бойцов, но её размер был небольшим. В основном, в нее входили капитаны и лейтенанты, исключением была Рукия, офицер тринадцатого отряда. Рензи, Кучики-старший, Кенпачи с Ячиру, Унохана без лейтенанта и даже Маюри, который охотно согласился пойти «ловить подопытных кроликов». Он набрал с собой целый контейнер всяких ядов, как-раз собирался их протестировать на противнике. Кенпачи вызвался добровольно, так как хотел помахать мечом в стане врага и вытащить угодившего в плен паршивца, чтобы уже с ним сразиться, как положено. Предательство не исключалось: по данным, собранным с удостоверения, Куросаки Ичиго временно обратился в пустого, и неизвестно, не примкнул ли он к армии врага. Но большинство просто отказывалось верить в возможность подобного варианта. Они отправились в Уэко-мундо сразу же, как получили добро от Урахары. За синигами увязалась группа людей, которые выразили яростное желание помочь. Никто против не был: дополнительная сила, а тем более дополнительный лекарь никогда не будут лишними в таком важном деле. К сожалению, первая открытая гарганта Урахары, позволившая пройти капитанам, открылась довольно далеко от Лас-ночес, так что они не надеялись на внезапный удар. На то, чтобы добраться до дворца, у них уйдет около недели — не так долго, как в прошлом цикле приходилось бежать группе Куросаки, но путь всё равно не близкий. Айзен мгновенно узнал о них и направил следить Улькиорру, дабы выяснить, с какой именно целью прибыл враг в его мир и как скоро он доберется. Цель «спасти Куросаки Ичиго» для него прозвучала как шанс на крайне удачный сброс карт: среди арранкар были некоторые неугодные ему по определенным причинам. В большинстве ему было всё равно на пустых, которых он здесь собрал. Даже самые сильные, вроде Баррагана, не вызывали какого-то переживания, и в случае его смерти, он переживать не будет. Разве что Улькиорру жалко было, милая собачка беспрекословно выполнит любой его приказ, даже если он означает смерть. Вернее, так было раньше. Пусть он и пытается тщательно скрыть это, но у маленького арранкара появились собственные интересы помимо работы: он начал задавать весьма неудобные вопросы и, в общем, стал становиться похожим на Старка в своём желании понять стремление слабых стать сильными. Узнав о планах противника, он сразу же вызвал к себе Куросаки. Ичиго вёл себя спокойно, лишь иногда вёл беседу со скучающим до зевоты арранкаром. Тот нехотя шел на контакт, беседу за него в основном поддерживала Лилинет. Первое время она вела себя немного грубо по отношению к синигами, но потом то ли привыкла, то ли просто смирилась, и уже просто болтала с ним об отличиях мира живых от мира пустых. Ичиго вошел в кабинет один. Выслушав результаты разведки, он улыбнулся, поняв, что не всё потеряно для этого пошедшего весьма странным путём цикла. Айзен тут-же предложил план, согласно которому от Куросаки требовались некоторые навыки актёрской игры. Ичиго выслушал его весь и согласился, после чего был отправлен уже не в свою комнату, а тюремную камеру, где был скован такими же ограничителями и оставлен под «серьезной» охраной трёх мелких арранкар. Те получили приказ «охранять пленника», потому вели себя нагло и агрессивно. Синигами им никогда не нравился, и они не понимали причин, по которым его все еще держали живым. О способности Куросаки помнить прошлые жизни и, по сути, видеть будущее, они не знали, им не положено. Спустя пять дней на дворец напали. Синигами ворвались грубо и резко, будто разъяренный бык, пытаясь насадить как можно больше арранкар на рога. Айзен приступил к исполнению собственного плана, покинул Уэко-мундо, забрав с собой трёх первых Эспада, и запечатал выходы из мира пустых, дабы отрезать синигами хоть на какое-то время. Люди были отправлены искать Куросаки, пока капитаны и лейтенанты занимаются уничтожением врага. Они двигались все вместе, пытаясь хоть как-то сориентироваться в лабиринтообразных коридорах дворца, еще не уничтоженных сражением. Исида пытался искать по рейрёку, но её было так много в воздухе, что в глазах начинало рябить, и очки не спасали. На бесконечной по счёту развилке они остановились. Врагов поблизости не было, по крайней мере, их присутствие не ощущалось. Детишкам нужна была передышка от постоянного бега, к тому же вновь им нужно было решить, в какую сторону идти. — Вам не кажется, что мы здесь уже были? — спросила Орехиме, осматривая пастельно-зелёные стены коридора. Он казался ей знакомым, но она не могла сказать наверняка: они все здесь кажутся одинаковыми. — Быть не может, мы ведь поворачивали всегда в разные стороны. Мы должны быть уже где-то в центре дворца, — ответил Исида, оборачиваясь. Тут его вдруг сковал испуг. Девушка посмотрела на него, а затем проследила за взглядом и также испугалась. Садо обернулся, сохранив спокойствие, он ожидал такого. Позади них стоял арранкар, невысокий и с изумрудными глазами. Они знали его, ведь он был в мире живых в день, когда похитили Куросаки. Улькиорра Сифер смотрел на них скорее с непониманием, нежели агрессией, а его рейатсу не ощущалась, будто его вовсе не было. — Если вы хотели спасти Куросаки Ичиго, то идёте не туда, — спокойно произнёс он, наблюдая за реакцией. Люди еще немного помолчали, не зная, что ему ответить, первой отошла и заговорила девушка. — А куда нам надо?.. — робко спросила она. В ответ она получила томный вздох, будто разочарования. — Вы правда думаете, что я так легко вам отвечу? — он, похоже, собирался сражаться. Выбора у команды не оставалось: сплотившись, они вместе атаковали арранкара. Исида выпустил в него целый град стрел, закрывая обзор, а Чад успешно обошел врага за спину и нанёс удар Эль Дьябло, открывшимся за время похода ко дворцу. Улькиорра даже не шелохнулся. Ударом Ясутора с него сорвало часть одежды, порвав в клочья, от чего от рубахи с длинными полами остался лишь один рукав и обрывки плаща. Тогда Исида, что стоял спереди, и увидел вытатуированную красивым шрифтом четвёрку на груди арранкара, и дыру в грудине. На шее слегка поблёскивало устройство, как раз и позволившее ему скрывать собственное присутствие, маскируя его под окружение: эту разработку Айзен дал лишь некоторым Арранкарам в Эспаде, также поделившись особым приказом. Кроме Улькиорры, ошейники были у Старка, Тии, Заэльаппоро и Гриммджоу. Последнему он достался по просьбе самого Куросаки, и то лишь из жалости. Что же касается удара, то его арранкар даже не почувствовал. Наоборот, это Садо отбросило назад, а его рука оказалась сильно травмирована: разница между ними была слишком велика. — И это всё, на что вы способны? — скептично поднял бровь Улькиорра, наблюдая за действиями команды. Иноуэ наложила исцеляющий барьер на руку Чада и быстро вылечила его. Парень поднялся и вновь приготовился драться, будто забыл о том, что только что произошло. — Ради Короля пустых, вы что, все такие? — не сдержался Улькиорра, прикрыв лицо рукой. — Вам жить надоело? Я сильнее вас, зачем вы на меня нападаете? — Мы пришли спасти Куросаки! — выкрикнула девушка. — Если ты не хочешь говорить, нам не остаётся ничего, кроме как сражаться! Судя по взгляду, все были с ней согласны. Похоже, у людей это что-то вроде видовой особенности, как дыра у пустых. Улькиорра вновь вздохнул, отмечая мысленно свою излишнюю эмоциональность, а затем вновь посмотрел на до смешного серьёзных детишек. Он хотел было залезть во внутренний карман, но после удара Садо его одежду разорвало, и содержимое — а именно белая пластиковая карточка с номером 04, — осталась лежать на полу. Он её поднял, проверил целостность, а затем метнул в сторону квинси. Исида поймал карту и осмотрел: она была похожа на классическую карту-ключ из фильмов. А ещё на ней был очень чёткий отпечаток рейрёку Ичиго. — Забирайте, — бросил он небрежно. Согласно плану Айзена, Куросаки должны спасти, а значит, чем быстрее они это сделают, тем лучше. — Считайте, что с долгом перед Куросаки покончено. После этих слов, арранкар ушел в сонидо в неизвестном направлении. Ребята некоторое время стояли в коридоре, строя теории, что же означают его слова про «долг», а затем поспешили на помощь другу. Больше им никто не попадался из армии Айзена, а шумы со стороны капитанов-синигами продолжали нарастать: к сражению присоединился Ямми. Спуск в темницу оказался совсем непримечательной лесенкой с аккуратными, гладкими ступенями. Внизу было, вопреки возможным ожиданиям, довольно светло, тихо, спокойно и даже отчасти приятно. Разве что решетки на окошках дверей вызывали некоторую тоску. Охрана в лице нескольких мелких арранкар, стоявших у одной единственной двери целой группой, послужила неплохой подсказкой, какая именно камера им нужна. Сложив арранкар без особых усилий, они приложили карточку к магнитному замку у двери. Тот звонко пикнул, лампочка загорелась зеленым, и дверь открылась. Куросаки сидел на кровати своей темницы с видом утомлённого мученика. Ношение наручников, блокирующих выход рейрёку из тела, сильно вредило его самочувствию. Головокружение, боль в груди, жар и периодический озноб стали нормой, нестабильная рейрёку требовала выпустить её из узкой оболочки. Завидев товарищей, Ичиго будто ожил, на его лице появилась улыбка. — Ребята! — он подскочил с кровати и, едва не падая от головокружения, подбежал к ним. — Я уж думал, не дождусь! — Выглядишь хреново, — отметил Исида. Заметив наручники, он попросил синигами протянуть руки и, найдя такой же магнитный замок, снял их, освобождая руки пленника. Ичиго сразу же стал тереть запястья, а его рейатсу заструилась дымкой во все стороны. — Наконец… Что происходит? Синигами тоже здесь? — спросил Ичиго, быстро восстановившись. Даже белая одежда окрасилась от его рейрёку в чёрный. — Да, и они сейчас сражаются снаружи, — ответила Орехиме. — Нам помог тот зеленоглазый арранкар найти тебя. — Серьезно? — удивился Ичиго. — Ясно, я понял. Нам нужно поторопиться, пока Айзен не ушел в мир живых. Он хочет уничтожить Каракуру! — Он уже ушел, — осадил его Садо. — Не беспокойся, в мире живых его также встретили капитаны, — сказал Исида, поправляя очки. — Обо всём уже позаботились без тебя. — Вот как?.. В любом случае, я должен помочь. Этот ублюдок запер меня здесь, чтобы я не мешался, я этого так просто не оставлю! — Ичиго демонстративно сжал руки в кулаки. — Но как? Он запер гарганты, сейчас просто невозможно покинуть Уэко-мундо! — заметила девушка. — Есть одна, которой он пользуется сам. Она в центральном зале, её легко открыть, — сказал Ичиго. — Я видел, как он ею пользовался, думаю, у нас получится сделать то же самое. — Тогда поторопимся! — согласился Исида. Бригада поспешила по коридорам к центральному залу. Куросаки бежал впереди, так как, похоже, знал, куда бежать. До зала они добрались на удивление быстро. Бои всё еще продолжались, но синигами уже захватили большую часть Лас-ночес, так что пока Куросаки возился с пультом управления гаргантой, в зал вбежали Рукия, Рензи, а за ними даже Унохана. Она осмотрела Ичиго и дала добро тому присоединиться к битве в мире живых. Ичиго в ответ поблагодарил её и первым же нырнул в открывшийся проход. Орехиме, Исида и Чад метнулись за ним, Рукия и Рензи остались выполнять приказ о зачистке Лас-ночес от арранкар. Улькиорра, Гриммджоу и Заэльаппоро находились уже в десятках километров от дворца, наблюдая за вспышками и поднимающимся дымом. Вскоре рядом с ними появились Тия и Старк, отступившие по приказу их командира. Всё шло согласно плану: арранкары должны выжить и ждать возвращения своего Короля. И тогда они примут участие в Тысячелетней Кровавой войне...