Физика х Химия

— Блять, — матерится Арсений, откладывая телефон.       Антон, который сидел напротив него, поднял голову на коллегу. — Что такое? — Да мне нужно разобраться с материалами для классруков, а телефон сел. — А ноут? — У Окс. Подожди, — физик снова привлекает внимание учителя английского, — а у тебя, случайно, их нет? — Это те, в которых информация по вашим ученикам и необходимые документы для пробников и экзаменов? Нет, конечно, у меня же нет класса, — пожимает плечами Антон и опускает голову к своему телефону, стараясь скрыть слабую улыбку. — Не пизди!       Арсений вскакивает с места и, подойдя к другу, нависает над ним. Физик старается схватить чужой телефон, который молодой человек своей длинной рукой завел себе за голову. Арсений подходит еще ближе и наклоняется еще ниже. Ровно в этот момент дверь в учительскую открывается, а на пороге появляются Дима и Сережа. Попов и Шастун вмиг осознают, в какой позе они находятся и спешат отстраниться друг от друга. — Сереж, это не то, что ты подумал, — спешит успокоить своего парня Антон, чуть посмеиваясь.       Арсений встает ровно на ноги. — Сорян, Сереж.       Под нахмуренный взгляд Арсений возвращается на диванчик. Матвиенко подходит ближе к Антону, и тот сразу же берет его за руку. — И как мне работать? — возмущенно вздыхает Попов. — Ну что такое? — как-то даже ласково спрашивает Дима. Арсений на это старается не обращать внимания — ему уже давно кажется, что он сходит с ума, раз уже ему слышится забота в голосе химика. То, что у него осталось от нервов, ему еще дорого. — Мне нужны материалы для классных руководителей, — не смотря на мужчину, Попов показывает ему отключенный телефон. — Посмотри у меня, — Дима передает Арсению свой телефон. — Должно быть в браузерных закладках.       Арсений включает телефон, но в ответ получает лишь набор цифр. — Ты разблокировать забыл. — Точно.       Арсений вытягивает руку наверх, чтобы Дима, который стоял за его спиной, забрал гаджет и сам набрал пароль. Но вместо этого Дима нагибается прямо над ним, как бы обнимая, и, не забирая телефон из чужих рук, проводит пальцем по экрану. Димин одеколон ощущается совсем отчетливо. Арсений даже боялся отвести взгляд в сторону мужчины, потому что знал, что если он это сделает, первое, что он увидит — чужие желанные губы. Поэтому в голове у физика оставалось только одно слово: «пиздец». — Вот. — Спасибо, — отстранено благодарит Попов друга.       Как и в прошлый раз на заставке простой однотонный фон и никаких игрушек. Что вообще делает Дима в свободное время? Арсений заходит в браузер и хочет открыть в нем новую вкладку, как краем глаза замечает знакомые цвета и название. Бросив осторожный взгляд на Диму, который разговаривал с Антоном, он заходит на сайт авиакомпании. Отправление: Санкт-Петербург, Пулково LED Прибытие: Афины, Элефтериос Венизелос ATH       Ниже только сведения об оплате, обратного билета нет. — Нашел? — Арсений испугано вскидывает голову. Дима вопросительно смотрел на него, и физик натянул улыбку. — Да, спасибо.       Быстро и уже совершенно не заинтересовано Арсений пробегает по информации, которая нужна была ему, а потом отдает собственность владельцу. Дима забирает телефон и смотрит на часы. — Так, звонок через минуту, я пошел. — Удачи. — А вы что, опять здесь? — недовольно интересуется мужчина у друзей. — Ну да. — Вы хоть когда-нибудь работаете? — К сожалению.       Дима закатывает глаза и выходит из помещения, прихватив журнал. — Арс, ты чего там такого увидел? — удивленно спрашивает Сережа, заметивший реакцию друга.       Арсений собирается что-то сказать, но в кабинет заходит Оксана. — О, парни, вы тут. — Привет, Окс. Мы думали, ты ушла. — Мне надо было заполнить некоторые документы, — девушка подходит к столу и кладет перед Арсением ноутбук. — Спасибо, что одолжил. — Обращайся. — Разве у тебя не закончились уроки? Или ты только меня ждал? — Мне тоже надо сделать пару вещей, здесь проще сосредоточиться, чем дома. — Это да. Ладно, я пошла, пока. — Пока.       Девушка забирает свое пальто и уходит. — Так что случилось? — возвращается к теме разговора Матвиенко.       Арсений переводит взгляд с уже отрытого ноутбука на учителя английского. — Дима, пришел к нам только на один год? — Он согласился по моей просьбе здесь поработать, выпустить класс, дальнейшие его действия — его выбор, — пожимает плечами Антон. — Это же еще с самого начала было известно, чего ты вспомнил об этом? — Я нашел билет на самолет в один конец. — И что? — Он не собирается возвращаться. — С чего ты взял? Есть же разные причины, — ни разу не обеспокоившись этой информации, говорит Антон. Диму он знает давно и понимает, что у его старого друга всегда есть идеи и мысли, которые тот не разглашает, если те не имеют определенной важности. А если они не важны самому мужчине, то зачем об этом беспокоиться посторонним? — А когда он улетает? — вклинивается в разговор Сережа, хотя именно он его и начал. — Сразу после выпускного. — Тем более! — Сережа встает рядом с другом. — У вас осталось мало времени. Признайся ему. Согласится — класс. Нет — да и похуй, он все равно скоро свалит. — Будет лучше, если последние месяцы мы останемся друзьями. Зимой мы перестали общаться на какое-то время, и это было ужасно. Я не хочу повторение подобного.       Арсений опускает голову и больше не видит раздраженное выражение лица своего лучшего друга. — Ну и страдай дальше.       Сережа бросает попытки уговорить друга и выходит из кабинета. Он даже сам не понимает, почему так бурно реагирует на все то, что происходит между этими двумя. Может потому что он хочет, чтобы его друг был счастлив с кем-то, кого любит. Может ему просто надоели эти кошки-мышки. — Прости его, он не это имел в виду, — извиняется Антон, когда за Сергеем закрывается дверь. — Я знаю, — Арсений грустно усмехается. — Мы же столько лет дружим. Я понимаю, что он желает мне всего самого лучшего. Но я просто не могу.       Шаст треплет мужчине волосы.       Билет до Греции. Это необычно. Чаще всего люди в Америку улетают или в более ближнюю Европу. Ладно, это глупости. Просто он впервые встречает человека, который улетает именно в Грецию. Зачем ему туда? Что его тянет? Работа? Учеба? Семья? Друзья? Любовь? Он знает греческий? Дима уезжает навсегда или просто на неопределенный срок? Чем его так манит этот пресловутый полуостров? Эти вопросы совершенно не дают сосредоточиться на работе, поэтому Арсений продолжает просто пялиться в экран. Он же знал об этом уже давно. Еще в начале Диминой работы Стас сообщил Попову это для его же спокойствия, хотя никто об его отъезде не говорил. Арсений тогда так обрадовался. Кто сказал бы, что через несколько месяцев он будет из-за отъезда химика волноваться, Арсений бы просто рассмеялся в лицо, сказав, что ничего тупее не слышал. Вот как складывается жизнь. — И чем я заслужил это мучение? — вздыхает Арсений и утыкается головой в стол. — Тем, что играешь с людьми.       Арс вздрагивает и поднимает взгляд. Перед ним сидел Паша и заполнял журнал, а Антона в помещении уже не было. — Как давно ты здесь сидишь?       Паша смотрит на часы. — Минут двадцать.       Слава богу уроки у него уже закончились. Сейчас бы еще на урок опоздал. Детям радость, а ему нагоняй от завуча и/или Стаса, если спалят. А они спалят. — Я не играю с людьми. — Сам же знаешь, что я прав, — Попов молча хмурит брови. — Такая она штука — жизнь. Наказывает каждого из нас за наши поступки. — Она меня уже что-то давно наказывает. — А ты думал, это одноразовая акция? — усмехается Павел. — Ты не рассматривал вариант, что это наоборот — вознаграждение?       Спустя столько лет, наконец, кого-то полюбить и мучиться от не взаимной любви? — Такое себе. — Чем горче разочарование, тем слаще победа. — И наоборот.       Паша с улыбкой пожимает плечами. Ему звонит жена, сообщает, что ждет его, и учитель русского начинает собирать свои вещи. — Ладно, мне пора.       В учительскую заходит Дима. — Привет и пока, — Паша пожимает ему руку и проходит мимо мужчины. — А ты сегодня домой не собираешься? — удивленно смотрит химик на коллегу. — Мне еще часа два сидеть. А ты? — Я пойду. — Пока, — Попов просто машет рукой, а ведь обычно на прощание они обнимаются, и возвращается к работе. Хотя это громко сказано. — Еще увидимся.       Арсений решил все-таки попытаться сосредоточиться на документах. Как же он ненавидел всю эту бюрократию. Подпись тут поставить, тут не надо, тут не твоя должна стоять. Эту бумажку мы не примем без вот этой, но и ее вы не получите без первой. Сплошной геморрой. Эта часть работы очень сильно мешает наслаждаться преподаванием в полном объеме. Кто вообще это придумал? Но, так или иначе, он все же настраивается на работу.       Через какое-то время в учительскую снова кто-то заходит. Увлеченный Попов не обращает на это внимание до тех пор, пока не слышит голос химика. — Держи.       Дима ставит Арсению на стол стакан с ароматным кофе и крафтовый пакет. — Что это? — мужчина поднимает голову и удивленно смотрит на коллегу. — Перекуси. — Я думал, что ты ушёл. — Я ушёл за кофе, — Дима снимает куртку и вешает ее на спинку стула. — Ещё взял кое-какие сладости. Не надо сидеть с пустым желудком. — Спасибо.       Арсений даже не успевает коснуться горячего напитка, а по телу уже расплывается тепло. — Я тоже проголодался, так что всё в порядке. Где миска? — В шкафу.       Дима достал посуду, высыпал туда сладости и сел рядом, начиная что-то делать в телефоне.       Это слабо похоже на свидание, но Арсению здесь уютно. Учительская стала за эти годы буквально вторым домом. Только в отличие от его настоящего дома здесь хотя бы есть другие люди. Не все приятные, но всё же. Здесь пахнет старыми книгами, экстремальными духами завуча и кофе, принесенным Димой. Рядом симпатичный ему человек. Сидит и бегает пальцами по маленькому экрану, иногда поднося стаканчик ко рту. И такая приятная тишина… Которую вскоре прерывает возглас их общего друга. — Я устал! — в учительскую вырывается Шаст и тут же падает на диван. — Ой, кофе! Поз, я тоже хочу. — Не знал что ты еще на работе, — Дима, не глядя, протягивает другу свой стаканчик. — КВН? — Да, скоро выступление. — И как? — Вообще нулевые. — Так выйди на сцену с ними. Тебе не привыкать. — Как и тебе, — Арсений, который до этого делал вид, что работает, а на деле же подслушивал друзей, резко поднимает голову и успевает поймать нахмуренный взгляд химика, направленный на Антона. — Тупые отчёты, — в учительскую заходит Серёжа, тем самым спасая своего парня. — Опа! Хороший составчик.       Он плюхается рядом с Антоном и сразу укладывает ему на плечо голову, доставая телефон. — А чего это мы все тут сидим? — Работа, — тяжело вздыхает только Попов.       Арсений слышит, что ему приходит сообщение, и он возвращает внимание на экран ноутбука. Лучше бы он этого не делал.

Сережа: Прости, что прервали свидание

      Арсений зло косится на усмехающегося физрука и быстро от обиды кидает себе в рот пирожное, не замечая, что испачкался. — Чего ты дуешься? — Дима ласково стирает оставшийся после сладости крем с уголка губ Арсения. — Не торопись, подавишься.       Антон с Серёжей в самом настоящем ахуе смотрят друг на друга, а Дима в этот момент слизывает крем со своего пальца. Завораживающий вид. — Пойду руки помою.       Красный и возбужденный Арсений быстро покидает учительскую.  — У него такие глупые отмазки, — Серёжа уходит на другой конец кабинета и споласкивает две кружки в раковине, которая находилась здесь с момента постройки этой школы. — Ладно, народ, — Дима смотрит на наручные часы и начинает собираться, — мне пора.       Учителя удивленно смотрят на коллегу. — А как же работа? — интересуется Сергей. — За кого вы меня принимаете? Я уже давно закончил, — химик чему-то усмехается. — А…? — Угощайтесь, — Позов кивает на сладости, — и попрощайтесь за меня с Арсением.       Дима снова накидывает на себя куртку и уходит из учительской. — Что это было? — Антон удивленно хлопает глазами. — Не могу понять, это забавно или странно. — И то, и другое.       В кабинет возвращается уже успокоившийся Арсений. Он недоумевающе осматривает помещение, замечая отсутствие одного человека. — А где Дима? — Ушел. — Разве ему не надо работать? — повторяет вопрос Сережи Арсений. — Сказал, что он уже давно все закончил. — Зачем он тогда вернулся? — Кто знает, — загадочно улыбается Антон.       Молодой человек со своим парнем встают со своих мест. — Тебя ждать? — Да нет, идите без меня. Я потом сразу домой. — Окей.       Учителя накидывают на плечи свои куртки. — Только не дрочи здесь. — Иди нахуй.       Парочка покидает кабинет, смеясь. — Все становится интересней, — весело говорит Матвиенко. — Это точно.       Арсений плюхается на стул и пустым взглядом смотрит в экран ноутбука. Дожил, блин, любимые друзья стебутся над его проблемой, замечательно. А по поводу Димы… что творится в голове у этого мужчины? Почему он так неожиданно принес ему перекус и потом сделал то, что сделал. Арсений, конечно, понимает, что там в тот момент находились только их друзья, но даже если б они были совершенно одни… Арсению бы легче не стало. На самом деле стало бы еще хуже. Арсений окончательно перестал понимать, что происходит, и что ему делать дальше.

***

      Арсений открывает глаза. В комнате и за окном еще темно — типичный и не любимый многими признак зимы, но Попов знает, что сейчас всего лишь середина ночи. По ощущениям, будто несколько дней не спал. Хотя, если честно, так оно и есть. Голова щемит, так и не отдохнув, а тело нещадно ломит.       Он дотягивается до телефона. Четыре утра. У него неплохо работают биологические часы. Еще бы — столько лет бессонницы. У него уже даже привычный ритуал выработался. Стакан воды — хотя обычно по ночам он не пьёт — чтобы хоть чуть-чуть охладить мозг. Чтение книг или проверка тетрадей в зависимости от их количества. Арсений больше не прибегает к алкоголю или снотворным, как это было по молодости, но иногда к этому так хочется вернуться. Но он взрослый, сильный, сдержанный человек, он может себя контролировать. Хотя бы в этом вопросе, с остальными он бы поспорил.       Он лезет в инстаграм. Позов выложил новую историю и это чуть-чуть бодрит. Фотография сделана на улице. Из-за темноты нельзя разглядеть другие предметы кроме фонаря, на свету которого падали снежинки. Никаких подписей. Жаль, что не видео, хотя и статичный кадр вышел очень атмосферным и красивым. Арсений не любит то, что в социальных сетях можно узнать, когда человек последний раз был онлайн, но сейчас он этой функции благодарен, потому что история выложена всего пятнадцать минут назад, а активность была пять минут назад. Кто-то тоже бессонницей страдает. Интересно, а что гложет химика так сильно, что спать по ночам не даёт. А может у него это хроническое, и он на самом деле сам видит все активности Арсения в социальных сетях, а не на функцию эту дурацкую полагается?       Попов очень хочет узнать у него обо всём, но хороший ли план узнавать у одной из причин своей бессонницы, почему бессонница у него? Конечно нет. Поэтому он открывает директ и начинает водить пальцами по экрану, выводя бессмысленный текст. Ответ ему приходит через пять минут, когда он уже на это не надеялся. Они не отчитывают и не подкалывают друг друга, не гонят в постель, хотя в каком-то смысле и хотелось, но точно не сейчас. Сейчас время для разговоров ни о чём или, наоборот, обо всём. Потому что они больше не школьники и даже не молодёжь. Всё, что им нужно сейчас — это спокойно прожить остаток жизни. И хоть чуть-чуть поспать. Да, было бы неплохо.       Устав переписываться и мозолить глаза, Арсений встаёт с кровати и решает набрать номер Димы. Они, наверное, сейчас впервые будут говорить по телефону, это волнительно, но Арсений от чего-то совершенно спокоен. Дима отвечает моментально. Голос у него хриплый и слабый. Наверняка устал от своих многочисленных мыслей. Из-за бессонницы, их должно быть ещё больше. Арсений знает, ему это знакомо. Из трубки доносится отдалённый шум редко проезжающих машин и чирканье Диминой зажигалки. Неужто на улице все еще стоит? Арсений открывает окно и смотрит на падающий снег, сразу же дрожа от холода. Наспех накинутый на плечи халат ожидаемо ни разу не помогал. Им не надо спрашивать в порядке ли они. Они двое одиноких мужчин за тридцать, которые никак не могут нормально поспать уже несколько лет. И каждый из них это понимает. Арсений смотрит в окна дома напротив. Во многих выключен свет. Интересно кто-нибудь ещё не спит? А если бы они с Димой просто взяли и встретились бы сейчас. У кого-нибудь из них дома или просто на улице. Уснет ли Арсений от простой болтовни? Пройдет ли его бессонница? Конечно нет. Но поговорили они очень приятно. И самое замечательное в этом то, что на утро этот разговор перестанет иметь свою ценность, они забудут о нем, будто его никогда и не было.