Когда недостаточно света

Водяной Самодур. Его самая давняя, невозможная и не отпускающая одержимость. Столько лет Хэ Сюань провел, наблюдая за ним, пытаясь выяснить, что он за человек на самом деле, и что было сделано тогда, еще когда сам Хэ Сюань был смертным. Он не собирался тогда выдавать себя. Не собирался сражаться с Самодуром, не собирался делать ничего подобного. Но Мин И удалось сбежать, и весь тщательно выстроенный план был уничтожен в мгновение ока. Точно так же, как и его судьба, и жизнь. Словно что-то упорно не давало ему добраться до Самодура, словно судьба самого Ши Уду была действительно настолько недоступна, что даже Непревзойденный не мог сделать ровным счетом ничего. Это злило, злило настолько, что сложно было сдержаться тогда и не кинуться на Водяного Самодура сходу, тем более заметив выражение его лица. Но было глупо и необдуманно бросаться в битву вот так сразу, не дождавшись его Третьего испытания. Поэтому Хэ Сюань отступил, мгновенно переместившись на свой остров. Первым делом он отправился в обиталище Мин И — бывшее обиталище Мин И, — чтобы попробовать хотя бы приблизительно узнать, как тому удалось сбежать. Похоже, успел накопить достаточно духовных сил, чтобы суметь подчинить себе камни и заодно разбить барьер. А потом — разумеется! — воспользовался Сжатием тысячи ли. Ведь кто еще, как не тот, кто изобрел его вместе с Хэ Сюанем, мог использовать именно этот способ, чтобы выбраться отсюда? Только Мин И мог увидеть нужные символы и ловушки, которые следовало стереть прежде, чем воспользоваться магическим кругом. Хэ Сюань никогда не относился к Мин И без должного почтения. Что бы кто ни думал, но никаким цепям, даже самым прочным и тяжелым, было не удержать божество. Поэтому не было никаких темниц, холодных и мрачных, никаких тяжелых цепей, никаких рваных обносков вместо обыденных одежд. Ничего подобного. Да и за годы пребывания на Небесах Хэ Сюань видел многое, и многие из тех божеств, что жили там, не вызывали у него не только никакого почтения, но и были до невозможности неприятны. Многие, но не все. Мин И, хоть и не жил на Небесах, не был из тех, кого Хэ Сюань считал хуже демонов и отбросов. Мин И был неплохим человеком. Разумеется, с Хэ Сюанем он общался резко, неохотно и отрывисто — манера, которую Хэ Сюань перенял для собственных нужд, когда «вознесся» вместо него. Так было легче, чем выпытывать, как бы Мин И отреагировал на что-либо — Хэ Сюань иногда представлял себе, как бы это выглядело, тряси он его за ворот и выспрашивай о том, какие слова, жесты и интересы подходили бы для облика Повелителя Земли. Подобное казалось бесполезным и ненужным, поэтому Хэ Сюань просто-напросто придумывал и предполагал в силу обстоятельств. И это неплохо ему удавалось. Он помнил до мелочей, как они с Мин И вместе работали над совершенствованием Сжатия тысячи ли. Тусклый свет приглушенных светильников в библиотеке, ночная гроза за окном, вспышки молний, шум ветра и волн, доносящихся с побережья, и усмешка Мин И, который, как тогда казалось, пребывал в особенно хорошем настроении — скорее всего, потому что был занят любимым делом, изобретением. Формула была точной — должна была быть точной! — но что-то упорно не выходило, не получалось, не складывалось, и Хэ Сюань никак не мог найти, в чем причина. А вот Мин И, казалось, откровенно развлекался, даже не пытаясь помочь или как-то объяснить. В какой-то момент Хэ Сюань не выдержал и с рыком схватил его за ворот одежд, в ответ на что получил лишь усмешку. «Ну что, демон, долго еще будешь пытаться запугать меня, или мне таки сказать, в чем именно кроется ошибка твоих расчетов?» Пожалуй, самым удивительным стало то, что Мин И в итоге сказал. И они сделали это — добились, чтобы Сжатие тысячи ли работало. Добились вместе, хотя впоследствии Хэ Сюань самостоятельно уже совершенствовал и усложнял или упрощал эту технику для собственного пользования. Нет, конечно же, они не были друзьями, даже приблизительно ничего подобного между ними не было и быть не могло. Но все же не были и открытыми врагами. Хэ Сюань отдавал должное умениям Мин И и никогда не переходил с ним границы дозволенного и возможного. Тем более он так и так собирался отпустить его, когда все закончится. А теперь весь его план летел в Тунлу из-за глупого побега настоящего Повелителя Земли. Из-за того, что Мин И просто не мог остаться выждать еще немного. Хэ Сюань выругался, пнув стул к противоположной стене так сильно, что тот разломался при ударе. *** Тогда он еще не знал, что будет делать, как именно придется поменять план собственной мести, что именно придется сделать для того, чтобы добраться до Водяного Самодура, который — разумеется! — понял все, и — разумеется! — теперь будет куда более осторожен, чем раньше. И так непростая задача заведомо многократно усложнилась еще и этим. А потом на Небесах случилось то, что случилось. И в мире демонов тоже. Нет, не сказать, что Хэ Сюань был настолько сильно близок с Хуа Чэном, чтобы без него было невыносимо. Но, когда другого Непревзойденного, считающегося грозой Небес, вот так легко лишают всего прямо при тебе, не хочется повторять подобное. Да и в целом ситуация его не радовала. Сестра. Нет. Та девушка, в которую переродилась его сестра. Можно было приказать себе не думать. Можно было убедить себя в том, что это не его сестра, и какая разница, что произойдет на этот раз. Можно было сделать — или не сделать — что угодно. Но Хэ Сюань не мог, и ненавидел себя за это. И себя, и то, что Безликий Бай настолько хорошо просчитал это, просчитал его возможную реакцию. И особенно его злило то, что на этот раз у него не было никакой возможности справиться самому, ни на кого не рассчитывая, как он привык за долгие годы, сначала человеком, а потом и демоном. Верхом иронии, конечно, являлось то знание, что его возможным союзником мог стать именно Водяной Самодур — из всех возможных лишь про него Хэ Сюань знал наверняка, что он сейчас где-то в мире смертных, все еще жив, все еще существует. И не перешел на сторону Цзюнь У. Глупо было надеяться, что Ши Уду захочет иметь с ним дело. Точно также глупо не попробовать ничего и продолжать жаться в тени кладбищ, словно призрачный огонек, что угаснет в любой момент. Это уязвляло его гордость и саму его сущность. Наверно, все же стоило найти его, а там уж как получится. Хэ Сюань вздохнул и горько усмехнулся. Как ни странно, но именно их связь, которая образовалась после смены судеб, пригодится ему здесь. Вот уж воистину, насмешка судьбы. *** Разумеется, Хэ Сюань отправился на поиски Ши Уду пешком. Их связь — странная, неразрывная связь, которую он не хотел иметь, — утверждала, что Водяной Самодур находится где-то сравнительно близко. Может, в пределах двух-трех дней пути. Если идти без остановок и по прямой. Хэ Сюаню же пришлось передвигаться, как и обычно, под покровом ночи, избегая дорог и поселений. Где-то на вторую ночь пути он не выдержал. Свернул в ближайший поселок и украл все съестное, что нашел в одном из спящих трактиров. И еще в одном. И еще. Когда он пришел в себя, наконец-то насытившись хотя бы немного, и смог остановиться, уже было поздно. Глупо, неосторожно и опрометчиво. Он прекрасно это знал и, тем не менее, не смог заставить себя, не смог дольше выдерживать голод. Послав мысли и сомнения подальше, силой заставив себя не думать хотя бы один день, хотя бы один раз, он просто продолжил путь. На следующую ночь посреди одного из многих перекрестков в лесной глуши навстречу ему попалась компания демонов. Разумеется, не выше среднего уровня. Но, что было поразительно, они не отступили. Сначала Хэ Сюань подумал, что это из-за того, что он не в своем настоящем облике. Потом до него дошло, почему здесь и почему подобного рода сброд — словно охотники за головами. «Не надо было позволять себе лишнего», — укорил он себя, но что сделано, то сделано. — С дороги, — приказал он спокойно. — Или что? — дерзко заявил один из демонов — с птичьей головой — в ответ. — Горишь желанием узнать? — Хэ Сюань позволил части своей ауры показаться. Обычно этого было достаточно. Обычно, но не теперь. Теперь времена изменились, и все встало с ног на голову. — Точно он! — Нам дали верную информацию! — Какая удача! Демоны загалдели возбужденно, словно ждали этого мгновения веками. Хэ Сюаню не нужно было догадываться, чтобы понять. Разумеется, жители поселения громко возмущались. Разумеется, кто-то услышал — и кто-то сообщил кому следует. Хоть тому же зеленому мусору, хоть кому-то, напрямую связанному с Цзюнь У. Решили выслужиться. Решили, что могут сломить второго Непревзойденного только потому, что Хуа Чэн исчез на глазах у всех них , да и Хэ Сюань был уверен, что Цзюнь У в облике Безликого Бая уже прогулялся несколько раз в мир демонов и потряс клеткой с яростным призрачным огоньком перед всеми, чтобы показать, что ждет тех, кто посмеет пойти против него. Конечно же, у такого сброда, как эти демоны, не хватало духу ослушаться. — Поэтому никто из вас никогда не прошел бы через Тунлу, — пробормотал Хэ Сюань, принимая свой истинный облик, хмурясь и окидывая демонов взглядом. — Ну что, кто расстанется с посмертием первым? — костяной хлыст, светящейся демонической аурой, змеей скользнул из его рукава вниз. Нет, это не было духовным оружием, даже приблизительно не того уровня, что Эмин. Но этого должно было быть достаточно. Хэ Сюань оскалился. Ярость, что ему пришлось показать истинный облик, злость на то, что подобный мусор вообще позволяет себе вот так обращаться с ним, с Непревзойденным, Тунлу вас всех забери! Понимание, почему Хуа Чэн всегда настолько высокомерно общался с остальными демонами — все эти эмоции и воспоминания смешались в нем, когда он замахнулся хлыстом в первый раз. *** Оглядевшись вокруг, нет ли кого-либо еще между деревьями, кто мог бы затаиться и сообщить на Небеса о случившемся, Хэ Сюань позволил хлысту скользнуть обратно в порванный на плече рукав и облизал губы и пальцы, покрытые кровью. Его глаза блеснули золотом. Хотелось прямо сейчас заявиться на Небеса и обвить хлыст вокруг шеи Безликого Бая. Задушить, сломать его позвонки, оторвав голову и вырвав сердце. Вместо этого Хэ Сюань втянул остатки энергии уничтоженных демонов и в следующее мгновение снова превратился в невзрачного юношу, скрыв свою ауру и присутствие. Обогнув ошметки демонов на земле и брезгливо поджав губы, он продолжил путь. *** Ши Уду он увидел издалека. И узнал, несмотря на то, что обычно снежно-белые одежды того были почти серыми, запылившимися и неухоженными. Чтобы Водяной Самодур выглядел вот так… Мир действительно перевернулся с ног на голову, и это было не слишком-то хорошо, да ведь? Странная мысль — какое ему дело то того, как себя чувствовал и как выглядел Ши Уду? Он должен радоваться тому, что видит Самодура почти павшим, разве не так? Тем не менее, от его вот такого вида становилось скорее паршиво, чем радостно. Все еще скрывая ауру, но перевоплотившись в самого себя, Хэ Сюань подошел ближе. Он успел заметить, как Ши Уду мгновенно раскрыл веер, с удовлетворением отметив про себя, что, похоже, он все еще способен сражаться и чувствовать его присутствие. А потом, резко подавшись вперед, Хэ Сюань схватил его за запястье, прижался сзади и позволил своей духовной силе коснуться обнаженной кожи запястья Ши Уду, воздействуя на него словно темной, холодной водой. Упавший веер лег в руку Хэ Сюаня, который затем, тихо усмехнувшись, прошептал Самодуру на ухо: — Тише. Я здесь не за тем, чтобы убить тебя. Пока что не за тем.