Прости, я не люблю тебя

      Птички поют, цветы благоухают... В такие дни, такие дети, как ты... Должны гореть в аду. - Я в курсе, - шёпотом произнёс парень свои мысли. Эта фраза из игры так врезалась в память и сейчас была как нельзя кстати. Под стать его настроению, ведь он шёл по улице в это тёплое осеннее утро и сокрушался только об одном: Я снова не умер во сне.       А было бы миленько, знаете: ему бы не пришлось больше заморачиваться о всякой ненужной хрени, о школе, об университете, работе, карьере и математике... Короче говоря, сплошное блаженство. Ебаная математика.       Честно признаться, то он ничего в ней не смыслил. Если Серёжа и Дима были в ней чуть ли не вундеркиндами, то он был просто нуль без палочки. О да, чистейший гуманитарий пошёл на социально-экономический с углублённым изучением математики. Что сказать, я гений.       Он знал. Нет, он чувствовал, что его засрут в первый же день: по слухам новый учитель не лучше старого уволившегося деда. Тот вечно ворчал и говорил: "Шастун, ты ничего не добьёшься! Даже эта парта выглядит умнее, чем ты!". Зато я в волейбол играл.       Очень неплохо. Пару раз даже участвовал в мелких соревнованиях между старшими классами, а ещё бывало отстаивал честь школы! Его команда тогда проиграла, но разве это важно? Главное - участие!       Но после того случая Шастун не играл - занялся баскетболом. С его ростом он буквально был создан для этого спорта - раз за разом команда побеждала. Можно сказать, что парень, пожалуй, был одним из лучших. Они играли против других школ города и каждый раз умудрялись побеждать. Даже школа Серёжи, славившаяся своими спортсменами, не смогла сравняться с парнем. И тогда Антон впервые чувствовал себя "в своей тарелке", ибо это то, что ему действительно нравилось.       Но всё хорошее когда-нибудь заканчивается. По классике жанра, как бывает в большинстве таких историй, на одном из соревнований, когда двое противников окружили его во время игры, один из них "случайно" толкнул его с такой силой, что тот полетел в сторону, споткнувшись о поставленную ногу другого игрока. Как итог: проигрыш и, разумеется, сильное растяжение.        После этого случая Антон из звезды баскетбола превратился в его позор. Никто не хотел слушать его "оправданий" по поводу этой явной подставы, поэтому он забил на объяснения. Он уже свыкся с тем, что всем всегда было на него плевать.       Это было маленькое лирическое отступление - вернёмся в реальность. Остановившись перед калиткой в школу, парень, оглядевшись вокруг и убедившись, что рядом нет никаких школьных лиц, достал сигарету из пачки и прикурил. Довольно рискованно, тем более время его поджимало, но ему было всё равно: он уже твёрдо решил, что первую пару уроков математики однозначно прогуляет. Он что, мазохист, чтобы на них идти?

***

      Дима же, в свою очередь, уже давно был в школе и нетерпеливо ждал начала урока биологии. Он учился вместе с Антоном в десятом классе на разных направлениях, но знали и общались друг с другом они уже лет девять.       Во втором классе Позов перешёл в эту школу: в прошлой над ним сильно издевались, насмехались и ненавидели так, что родителям приходилось поить мальчика успокоительными таблетками. Дальше так продолжаться не могло, так что его мать забрала документы из злополучного заведения и отправила в школу с медицинским уклоном. То, что нужно для него.       Но и там лучше не стало: будучи тихим, скромным и невероятно умным мальчиком, он был просто обречён на издевательства. Его игнорировали, его поджидали во дворах так, что ему приходилось прятаться в туалете и ждать, пока все точно не разойдутся по домам. Ему приходилось обедать одному или внезапно находить сырую пищу в своём портфеле.       Но ему было всё равно. Пичкав сына столькими таблетками, родители и не подозревали, что этим убивали в нём все эмоции. Он перестал надеяться, он перестал плакать, бояться - он воспринимал всё как должное и совершенно обычное. Находя очередные оскорбительные записки, он просто выкидывал их; получая порцию колких шуток и ругательств в свою сторону, он никак не реагировал и всем видом показывал, как ему всё равно; обнаруживая порцию еды и червей в своём портфеле, он спокойно вычищал его, шёл домой и спокойно стирал. Настолько ему стало на это плевать.       Видя всё это, его одноклассники не были довольны. Им хотелось видеть слёзы и страдания: не зря дети - самые жестокие в мире обидчики. Может на вид они и выглядят как "милые и красивые цветы", но только напомню, что это не отменяет существования их мерзкой и чёрствой души. Не все с ней рождаются, но в последнее время таких душ всё больше. Благо лишь, что впоследствии многие меняются: осознают свои ошибки и становятся лучше. Но что делать тем маленьким детям сейчас, которые изначально рождены "чистыми"? Страдать.       И вот однажды, Дима, убедившись, что все ушли, отправился из школы домой. Только он не учёл одного: группа ненавистных одноклассников, узнав об этой стратегии мальчика, спрятались и поджидали его в ближайшем дворе.

***

- Так, так, так... - начал один из мальчишек. Такой маленький; его шапка, надетая за уши так, что те слегка оттопырились и два больших передних зуба делали его похожим на зайца. Впоследствии это станет его прозвищем. - Кто это у нас здесь? Зубрила?       Фраза показалась детишкам от чего-то смешной, из-за того они все рассмеялись. Все, кроме Позова. Но он не боялся - ему было всё равно. Настолько похуй, что ему даже было любопытно, как сейчас эти мелкие идиоты будут запинывать его своими маленькими ублюдскими ножками. Хотя, может быть, в глубине души он всё-таки и был напуган. - Очень остроумно, - ответил Дима. Стебать даже в такой ситуации - о да, в этом весь он. - Кем ты себя возомнил, а? - продолжил всё тот же мальчуган. Смех уже прекратился и все злобно смотрели на Диму, который спокойно поправил очки и просто наблюдал за ребятами своим презрительным взглядом. Но уверяю, его лицо всегда такое. - Думаешь ты тут самый умный?! - Ну типа, - продолжал гнуть свою линию Поз. Как он и думал, это было довольно забавно.       Некоторые тихонько хихикнули, едва сдержав свой маленький детский смешок. А что, по части "весёлых" ответочек Дима был и правда хорош, тут ничего не скажешь. Больше читайте, друзья, и тогда любые гады не сравнятся с вами. Я, например, этого не делаю...       "Заяц", покраснев от стыда и злости, резко подошёл и толкнул Позова в плечо. Тем самым он дал сигнал другим своим соучастникам к действию и те также начали подходить к нему вплотную, загоняя его в своеобразное кольцо. Они толкали мальчика из сторону в сторону, будто кидая мяч друг другу; пинали его по ногам, сопровождая всё это громким смехом и издёвками. Очки мальчика давно упали в снег и разбились, а Дима просто лежал, прижав руки к вискам и сложившись в клубок, терпя все удары. Он не понимал, чем заслужил всё это. Что он сделал не так? Разве он виноват в том, что ему интересно? Что ему любопытно? Разве виноват в том, что он умный? Он такой же ребёнок, он просто хотел общаться, он просто хотел дружить... - Хей!       Ребята остановились и устремили свои злые взгляды на обладателя столь громкого и звонкого голоса. Это был светловолосый мальчик, с шапкой набекрень, весь красный и в снегу, в старой курточке, в шарфе и грязных тёплых штанах, а на ногах в расшнурованных зимних ботинках. Этот маленький и милый щекастик зло смотрел на группу ребят: он только что пришёл сюда из другого двора и, увидев всю эту картину, не мог не возмутиться: - Чо вы доебались до него, а? - он стоял на вершине маленькой снежной горки и выглядел таким смешным: будто недавно родившийся котёнок начал изображать из себя взрослого серьёзного кота. - Прекратите! - Не твоё дело! - выкрикнул один из ребят. - Иди куда шёл пока тебя не отделали, - выдержав короткую паузу и поправив шапку, мальчуган продолжил. - Он заслужил! - Ну, как скажете, - он надел свои мокрые варежки и, слегка замявшись, внезапно выкрикнул. - Серёга!       И тут из-за горки вылез такой же маленький мальчик в старых зимних вещах, только с не выспавшимся и недовольной мордашкой. Будто спросонья, он посмотрел сначала на друга, после на группу обидчиков; после снова на друга, потом снова на группу обидчиков. Повторив это действие несколько раз и не потребовав от товарища никакого объяснения, он встал и ринулся вперёд, прямо на мерзких детей, недавно избивавших Диму и сейчас застывших в недоумении. Наклонившись и выставив голову вперёд, он толкнул одного из ребят так, что тот бухнулся прямо на лёд. Увидев это, дети начали нападать и не успев повалить виновного мальчишку, они уже услышали грозные крики его друга, бежавшего за ним в эту толпу. Завязалась драка: агрессивнее всех вёл себя товарищ светловолосого мальчугана, ибо бил он сильнее и беспощаднее других, однако его друг был не хуже. Дима же давно отполз в сторону и, тяжело дыша, пытался найти "слепыми" глазами в этой куче свои очки. Он до конца не понимал, что происходит, поэтому был просто рад, что остался живым.       Спустя минут десять, отделав всех, кого можно было только отделать, двое ребят стояли, тяжело дыша и облокотившись о стену рядом стоящего дома и смотрели, как их противники удирали в страхе и в угрозах нажаловаться кому только можно. В ответ на это они лишь громко смеялись. Однако, честно признаться, выглядели они не лучшим образом: оба без шапок, волосы растрёпаны, куртки расстёгнуты, шарфы порваны и сняты, в синяках и с немного вырванными местами волосами. Но такие, мать твою, счастливые.       Вспомнив об очкастом мальчишке, один из товарищей, отрыв в снегу сломанную оправу с одной разбитой линзой, подошёл к нему. Он протянул руку с найденными вещами и Позов, надев всё это кое-как на нос, наконец смог чётко увидеть своих спасителей. Не знаю, чего он ждал больше: издёвок или очередного битья, но в любом случае он был им благодарен. - Спасибо. - Пустяки, - улыбнулся мальчик, натянув на голову мокрющую грязную шапку. - Я Антон кстати, а это Серёжа, - он повернулся и показал пальцем на своего товарища, который в это время усердно пытался застегнуть свою куртку. - Он что-то в роде большого плюшевого мишки, - посмеялся Антон, а потом резко наклонился к Диме и сказал. - Только не смей этого плюшевого мишку злить: ебанёт.        Дима, к своему удивлению, внезапно громко рассмеялся. Бока всё ещё болели и смеяться было довольно проблематично, но ему вдруг чего-то стало так легко на душе - единственное, что ему хотелось сейчас - это ржать. Он давно такого не испытывал.       Серёжа, застегнув куртку, с недоумением смотрел на пухленького мальчика и искренне не понимал, что происходит. Антон, заметив такое лицо друга, и сам не удержался от звонкого смеха. Мальчишки ничего не могли с собой поделать - они, как придурки, стояли и смеялись на всю улицу. А фраза Серёжи заставила их смеяться ещё громче: - Какого хуя?

***

      Вот так Поз и познакомился с самыми близкими своими друзьями. Они были по-настоящему крутыми ребятами, в отличии от него: дерзкие, красивые и спортивные - он не понимал, как они вообще захотели дружить с таким, как он. Но в жизни и не такое бывает.       Тогда оказалось, что с Шастом они учились в одном классе: он был одним из тех, кто вечно спал на уроках и переменах, абсолютно не учился и не был заинтересован во всех школьных потасовках. Ну, ещё он был невнимательный, забывчивый и совершенно безответственный. Собственно, он и сейчас такой же.       Сейчас матушка-судьба разделила их, потому Дима был вынужден одиноко сидеть за первой партой, ожидая одного из новых учителей. К новому учебному году школа будто с ума сошла: понабрала кучу новеньких "студентов", недавно окончивших университеты. Довольно странно. Но не время для посторонних мыслей - прозвенел звонок, учителя до сих пор нет, а значит самое время биологии.

***

      Серёжа, к своему удивлению, тоже давно был в школе. Выспавшись на твёрдой поверхности площадки, он проснулся глубокой ночью и тихонько пробрался в квартиру. Убедившись, что все ушли, он прошёл в комнату своей матушки: та уснула прямо на полу в одной лёгкой, провонявшей мерзким запахом алкоголя грязной ночнушке. Парень, тяжело вздохнув, осторожно поднял её и положил на старую плохо пахнущую кровать. Он заботливо накрыл её одеялом и, постояв рядом с ней ещё секунд тридцать, тихонько ушёл к себе. Что ж ты делаешь с собой...       Парень поставил телефон на зарядку и, быстро перекусив и сходив в душ, улёгся спать дальше. С утра же мать разбудила его своим уходом, ибо дверь в их квартире, казалось, застала ещё самого Сталина - она с грохотом закрывалась на ключ и сильно скрипела. Этот нюанс - одна из причин, почему Матвиенко перестал пользоваться будильником: без надобности. Умывшись и почистив зубы, он приготовил себе лёгкий завтрак, состоящий из большой кружки тёплого зелёного чая и бутерброда. Есть дома было почти нечего, так что выбирать особо не приходилось. Нужно сходить в магазин.       Всё лето Сергей подрабатывал на мойке машин - у него была припрятана маленькая начка, так сказать, личный запас на чёрный день. Тем более с такой матерью, которая пропивала свою и без того маленькую зарплату, это было просто необходимо.       Он уже давно забил на свои желания и хотелки, а просто думал, как бы ему прожить месяц и не сдохнуть от голода. В холодильнике кроме нескольких бутылок крепкого пива давно ничего не водилось. Единственное, что иногда бывало, так это закуски к спиртному - собственно из чего и был сделан тот великолепный бутерброд. Конечно, продукты простояли на столе всю ночь и давно высохли, однако что только не съешь на голодный желудок.       Собрав рюкзак по мелочам, не беря слишком много, ибо на что ему тогда сосед, он отправился в школу. Правила дресс-кода для него не писаны, поэтому надел он какую-то более менее чистую футболку, поверх неё кофту и старые поношенные джинсы. Выбирать не приходилось. Поз бы шутканул над моим "стайлом" сегодня.       Остроумные комментарии Димы, хоть и часто колкие, непроизвольно вызывали у Сергея улыбку. Он давно заметил эту особенность за собой: улыбаться каждый раз, когда друг что-нибудь говорил; внимательно слушать каждую его историю и смеяться с любой, даже самой дурацкой его шутки. Не то чтобы с Антоном ему не нравилось, нет - он его брат не по крови, с ним здорово общаться, советоваться и тусить; он бы ни на что его не променял, но... Здесь было что-то другое. То, что он так и не мог понять.       С этими мыслями Серёжа и заснул, как раз успев задремать к началу урока.

***

      Прогуляв первую пару уроков, выкурив парочку сигарет и прошлявшись по нескольким кафешкам, Антон всё-таки решил посетить адское заведение. Даже не переодев сменную обувь и вдоволь наслушавшись замечаний и упрёков технички, он быстрым шагом направился на второй этаж, прямо к зловещему кабинету математики. Парень немного прогадал с временем - пришёл за несколько минут до конца второго урока. Дверь оказалась открыта: было жарко и душно, но мальчишке это было только на руку. Решив хотя бы отметиться на уроке, он воспользовался своим старым излюбленным способом "проскальзывания" в класс. Старый учитель постоянно вёлся на этот трюк, ибо старость, склероз и слепота давно сыграли свою роль в его профессии: ученики часто прогуливали его уроки и оставались безнаказанными. А бедный преподаватель думал, что просто не заметил их в начале урока.       Надеясь на свою удачу Антон, из-за угла заглянув в класс и заметив нового учителя, стоявшего лицом к окну и спиной к выходу, глубоко вдохнул. Пригнувшись как можно ниже, он на одном дыхании тихонько пробежал к своей парте и быстро плюхнулся на своё законное место. И только тогда понял, как же он лоханулся. Проверочная в первый же день, серьёзно?!       Парень не придумал ничего лучше, как просто сползти под парту, жестом показав остальным заметившим его одноклассникам, чтобы закрыли свои рты и не возникали. Именно тогда он думал, что лучше бы он просидел до конца урока в туалете, как обычно и делал. Ну почему я такой порядочный сегодня?       Долгожданный звонок сейчас, как музыка для его ушей: снимал напряжение и заставлял расслабить булки. Дальше всё было просто: нужно было всего лишь смешаться с толпой и быстро уйти и никогда блять не возвращаться. Все складывали свои отдельные листочки с работой на стол учителя, который уже давно отошёл от окна и спокойно работал на своём месте. Не отрываясь от заполнения каких-то документов, он прощался с каждым учеником, клавшим листок.       Парню было тяжело разглядеть преподавателя, да и он не особо пытался: ему было это не интересно. Накинув рюкзак на одно плечо и снова слегка нагнувшись, он быстрым шагом прошёл к толпе выходящих ребят, на своё несчастье оказавшись последним среди них. - А Вас, молодой человек, я попрошу остаться. Пиздец.       Антон резко остановился, опустил голову и тяжело вздохнул. Отчего-то этот голос буквально заставил его повиноваться: спокойный и серьёзный, без капли гнева или возмущения, он немедленно вызывал привыкание и желание слышать этот тембр чаще. Парень стоял спиной к учительскому столу, не решаясь повернуться и даже лишний раз вдохнуть: он боялся пожалеть об этом впоследствии. - Не стесняйтесь, - не отрываясь от работы проговорил учитель. - Присаживайтесь.       Парень тихонько сглотнул накопившуюся от волнения слюну и, собираясь с силами и выждав короткую паузу, он всё-таки повернулся и прошёл к первой парте первого ряда, сев прямо перед лицом учителя. Тот всё ещё что-то писал, не обращая внимания на Шастуна: белоснежная, идеально выглаженная рубашка с закатанными рукавами, немного плотно обтягивающая всё тело мужчины - первое, что бросалось в глаза. Дальше шли очки, спущенные на кончик носа и этот сосредоточенный взгляд - не, ну эстетически он выглядел нереально круто - не зря те девки текли по нему.       Давненько Антон не испытывал этой убивающей напряжённой тишины. И между прочем у любого учителя: не первый раз его так останавливали, но или у парня давно не было практики прогулов, или этот мужчина и правда как-то странно влияет на него. А ведь он ещё ничего не сделал. - Ну что ж, - преподаватель снял очки и аккуратно положил их на стол рядом с собой и, сложив руки в "замке", устремил свой взгляд прямо на ученика. Эти необычно голубые глаза под бликами солнца завораживали. Как же это было эстетически красиво - мальчишка был готов смотреть на этот цвет вечно, и вряд ли это когда-нибудь бы ему надоело. - Хотелось бы услышать причину Вашего отсутствия на моих уроках сегодня. Сестра заболела? Бля, у меня её нет. Кошка родила? Тоже нет. Кот умер? Боже упаси. Проспал? Чёрт, тогда он точно доебётся до меня! Ёпт, чо делать-то? Чо говорить? Антон, думай, идиот! - Мой кот проспал, поэтому кошка умерла при родах, а я заболел.       Ты понял, что сейчас спизданул вообще?       Пауза продлилась секунд двадцать, не больше. Но парню казалось, что прошла целая вечность. Он смотрел на удивлённое лицо учителя и ожидал чего угодно: криков, возмущения, угроз и вызова к директору, но только не этот взгляд а-ля "ну что ж, допустим". Единственное, что Антон заметил всего лишь на долю секунды это... Улыбку? - За оригинальность пять, молодой человек, - он снова принял свой серьёзный и собранный вид. Но парень бы многое отдал сейчас, чтобы снова увидеть то недоумение. - Только мне бы хотелось видеть её при решении задач. Как Вас зовут? - Антон, - парень немного завис - чёрт бы побрал эти великолепные глаза. - Антон Шастун. - Шастун значит, - он ухмыльнулся или парню показалось? - А по батюшке Вас как? - Андреевич. - Арсений Сергеевич, - учитель вышел из-за стола и протянул ему руку в знак приветствия. Парень повторил то же самое и, заметив своё преимущество в росте, улыбнулся. Мужчина был высок, спору нет, но даже так был ниже Антона на несколько сантиметров. - Приятно познакомиться. - Ага, - чёрт, это было слишком сухо, твою мать. Когда он научится контролировать свой тон: он ведь не хотел так грубо произносить, ну. - Слышал, что у Вас сегодня шесть уроков, - надеюсь тот, от кого ты это слышал, сдохнет от туберкулёза. - Придёте ко мне после шестого, напишите маленькую проверочную по старым темам. Миленько.