Сломанные кости

17 сентября, 1989 год. Москва.

Алевтина, сидя на лекции физиологии, никак не свыкнется с мыслью, что за её хрупкой спиной, ушедшие два года подростковых безумств и десятки не исполнившихся мечт. Она успела повзрослеть неожиданно для себя. Всё вокруг изменилось: Глеб поменял школу, лишь бы не доучиваться в одном классе с отличницей, разбившая его сердце (к тому же не одно!), Космос, единственный, кто не оставлял грустить юную личность, вовлекая в различные ситуации и приучая к выносливости перед строгими правилами действительности, но Валера, став строже к сестре, оградил родную кровь от растущего грязного мира, истолковав своё решение так, что Космос, испачкавшийся криминалом, пока что, не имеющего тяжелых последствий, не лучший пример для совершеннолетней девушки, у которой путь обязан складываться из давно знакомых нам ступенек — университет, карьера, семья и глубокая старость с внуками на больных суставах. Её семья ждала от неё огромных свершений, повторяя раз за разом, что детство кончилось, нынешняя молодежь слишком раскрепощенная для тебя, чистюли, пора взрослеть и менять свои принципы, как и приоритеты, находить выгодное общение и менять интересы, и она, чья душа растерзана протестами и истериками преображаться, прислушалась к другим мнениям тех самых несчастливых людей (бабушка воспитала сына в одиночку, мама была в обмане шесть лет, пока муж баловался с юными кокетками, и в итоге, осталась с двумя детьми на руках, и брат, который видит своё счастье, разве что, в спорте), и будучи измученной скандалами, она подыскивала хотя бы то, что может быть ближе душе, и приняв множество важных решений, однажды, студентка медицинского смекнула, что неотъемлемый герой из её жизни, какой бы она не была, смотрит на неё неизменно, с той же теплой загадкой в синих глазах, с вечным осознанием того, что любой её возраст не заменит лунную нежность маленькой Али, которую он будет любить на веки. — Извините, — в просторную аудиторию влетела, опоздавшая на целых двадцать минут, одногруппница Алевтины — Алина Иванова — в меру впитанная русоволосая девушка, метр шестьдесят пять роста и маленькой татуировкой скорпиона на пояснице; Алина, как оказалось, жила на соседней улице, была соседкой Холмогоровых. — Занимайте свое место, Иванова, — сказал старик-преподаватель. Алина, обнаружив Алевтину, поторопилась к брюнетке. — Ничего важного не пропустила? — тихо уточнила русоволосая, усевшись рядом возле задумчивой Али. — Нет. — А ты уж точно кое-что пропустила, — улыбнулась девушка, заинтриговав Алевтину. Филатова, нахмурив брови, внимательно посмотрела на Иванову. — Ты же Белова знаешь? Сердце ушло в пятки. — Что с ним? — Алина чуть не пискнула, когда рука Али сжала её ладонь. — Ну, если его друзья не замучили тесными объятьями, то думаю, он в порядке. Алевтина, как сумасшедшая (нет, точно сумасшедшая), сорвалась со своего нагретого ягодицами места и, не смотря на других студентов (их было семьдесят человек), а так же на уважаемого преподавателя, один из многих, кто успел полюбить смекалистую первокурсницу, умчалась вон из огромных стен университета. Сердце, то ли от волнения, то ли от внезапного счастья, обливается кровью. Забыв обо всем, к чему приучали на протяжении двух невыносимых для свободного душой и сознанием тогда ещё подростка лет, Алевтина в попытке остановить автомобиль, дабы скорее добраться домой, чтобы впасть в любовную кому, как только улыбка Саши осветит её тусклый взрослый мир, а долгожданные объятья выжмут из напряженного тела весь накопившейся негатив. Она еле сдерживает рвущийся из глубоко дышащей груди волнительный крик, чтобы магистрали, улицы, дома, страны, планета услышали, как же она беспредельно счастлива!

***

— Ну так чё? Слегка изменившийся Александр, дожидаясь Космоса и Валеру, убежавших в магазин за пивом, взглянул на возмужавшего золотоволосого Виктора, при этом, прижмурив правый глаз от ослепительных лучей сентябрьского солнца. «Ничего хорошего, мой друг-солдат. Уже лопается моё терпение от предвкушения того, как красные когти моего отчаяния пронзят твою коже на затылке, когда она, моя неверная, растает клубничным мороженом в твоих объятьях.» — Все ещё злишься на меня? Витя натягивает улыбку так же, как нарастала его душевная боль в былые дни и ночи, от которой задохнулся даже бы самый тяжелый пациент лечебницы, зависший от наркотиков. — Я рад, что ты вернулся. Пчела закурил. — А раньше ты убить меня хотел, — Саша растянул уголки тонких губ в улыбке, считая, что как же это всё глупо звучит. — Забыл, что ты злопамятный, — сказал Витя, спрятав коробок спичек в карман джинсов; Саша засмеялся. — Судя по твоему бледному виду, — Белый повернулся лицом в сторону магазина, находившийся через дорогу — с Алькой у тебя ничего не получилось. Витя выпустил сигаретный дым из легких и, вместе с дымом, растворилась улыбка на его лице. — У тебя же два года было, Пчел. — У меня целая жизнь впереди, Сань, — хмыкнул Витя, не собираясь позволять Саше незаметно, намеками издеваться — и к тому же, все в округе знают, что она по тебе убивается. Пчелкину интереснее всего понять, изменилось ли у Саши отношение к Али. Вот поэтому, решил закончить реплику с подтекстом. — На кой она мне? — Саша уже серьезно посмотрел на друга — Я о Ленке все время думаю. Жениться хочу. А то, что случилось на выпускном, — Белый вспомнил не потому, что надавила жалость или появилась совесть, а потому, что ситуация круто изменила его жизнь — я то и толком не помню, как всё происходило. Хотел ли Витя рассказать о беременности, которая, в итоге, закончилось срывом? Нет. Хотел ли Витя выплеснуть смесь гнева и ревности на Сашу? Определенно, да. Но он слушался рассудка, потому что больше нет сил повиноваться сердцу. Если бы оно цвело в избранных руках, то он бы ни на секунду не стал сомневаться в том, что его руки, как никогда, будут прекрасны в крови соперника. — Но понравилось? — уточнил Витя. Чертов мазохист. — Да как может понравится девственница? Была как бревно. Витя шумно вздохнул, ощущая, как закипают все внутренние органы. — Походу, тебе только с шлюхами нравятся трахаться, — съязвил внезапно Пчелкин. Саша нахмурил густые брови. — Да ты не смотри на меня так, Сань. Небось, ты, в первую очередь, к Елисеевым домой заскочил? А тут бац, и никого. Получается, не только мне знать, что такое предательство любимого человека. Белый подлетел к Вите и схватил футболку в области груди, но Пчела сразу ударил его по рукам, при этом, оттолкнув от себя. — А чё ты сразу лезешь? М? Аля, значит, малолетка неопытная, а Ленка твоя, которую трахала половина Москвы, куда опытней и удобней будет? Не обошлось без драки. К счастью, вмешались прохожие, и пока, на крики женщин и их расплакавшихся детей, не выбежали из магазина Космос и Валера, молодым парням, мягко сказать, с трудом удавалось разъединить двух нравственных идиотов. Космос и Фил быстро поставили их на место. — Чё, блять, случилось? — крикнул злостно Фил, намертво держа в руках Сашу. — Ничё, — уронил Витя, как только Космос его отпустил. Он выплюнул кровь на асфальт, прожигая ненавистным взглядом шумно дышащего Белого. — Ты чё ему за Ленку сказал? — возмутился Космос. — Да пошел он нахуй вместе со своей шалавой, — рявкнул Витя, еще раз выплюнув алую жидкость, при этом, шагая к линкольну. Саша попытался вырваться из сильных мышц Валеры, чтобы добавить еще пару поучительных ударов по Вите, но ничего у него не вышло. Схватка у Валеры, как у льва челюсть. — Да чё вы как малые дети? — возмутился Валера, слегка расслабив схватку, а то не дай бог Белый ещё задохнется. Неожиданно, вблизи конфликта остановилась машина вишневого цвета. Заплатив деньги водителю, Алевтина покинула автомобильный салон ещё на радостных нотках, но увидев неотъемлемого героя с разбитой нижней губой и любимого антагониста с синяком под глазом, растерялась. — Чё ты вылупилась? — рявкнул Витя; ему так и хотелось добавить, что всё случилось по её вине! Девичье сердце пропустило удар. Она смотрит то на Витю, то на Сашу. Кого пожалеть? К кому пойти? — Слышь, слова подбирай! — крикнул Фил. Она растеряно и испугано смотрит на Сашу, который вовсе не обращает на неё внимание. Он пилит спину Вити яростным взглядом и восстанавливает дыхание, а сам золотоволосый парень не отрывает свой взор от Али. И внезапно, брюнетка сократила метровое расстояние между собой и… Виктором. Алевтина, подойдя к растерявшемуся парню вплотную, бережно прошлась большим пальцем по его подбородку, чтобы стереть кровавый ручей. Это было секундное дело, но в сознании Вити, все произошло, как в вечном сне. Он судорожно выдохнул, когда секунду назад вдохнул её персиковый аромат — его принес ветер, что снова разбушевался по непонятным причинам. Она, на две головы ниже него, понимающе смотрит ему в синие глаза. И если Витя успел снова почувствовать свою нужность в её жизни, не смотря на возвращения Саши, то Алевтина выбрала его лишь потому, чтобы не расплакаться и не задушить заботой Сашу при своем брате. Валера не должен ни о чем догадываться. Валера не должен знать правду. И ради этой миссии, бесстыдница касается ноющую по ней плоть, хоть и хотела касаться покрытое льдом тело любимого.