alone in the dark

Питер жил со Старком в его доме/базе Мстителей уже два года, с 16 лет (недавно Паркеру исполнилось 18). Сначала, правда, как стажёр, как преемник и как супергерой, приглашённый «поближе к миссиям», «чтобы не мотаться так далеко», претендующий на место в команде, а уже потом, спустя полгода (и примерно год с их неловкого знакомства), как любовник Тони. Беспамятно влюбившийся, бесконечно преданный Питер доверил буквально всего себя: и душу, девственно-чистую и наивную, наполненную изобилием подросткового романтизма, и сердце — в чужие взрослые руки, ещё не зная, куда это его приведёт.

***

Настроение мужчины в последнее время варьировалось от «нетрогайнедышинесмотри на меня» до «я кину планету к твоим ногам, только моргни», причём оно могло измениться за 0,01 секунду, только вот ни один из «режимов» не был искренним, живым и хотя бы немного ласковым. Тони, который был сейчас, совсем перестал походить на Старка в первые полгода их знакомства, когда они только встретились, и он, вероятно, пытался показаться лучше, чем было на самом деле, и всё больше — на версию, которую не зря крутили по экранам: «лицемер, надменный ублюдок, меркантильный нарцисс». На версию, которая купила Питера почти отеческим отношением, которого никогда не хватало, харизматичными обворожительными улыбками, фразой «Гений. Миллиардер. Плейбой. Филантроп» (от которой не осталось бывшего восхищения), и доступом к высшим технологиям. Только вот Питер, глупый-глупый Питер, как будто отказывался это замечать. Теперь, когда эмоциональные качели прекращались, он чувствовал себя неудобно, неуютно и дискомфортно, ожидая чего-то плохого, что обязательно должно было случиться, и паучье чутьё начинало всё чаще ни с того ни с сего жужжать в его голове. Иногда Паркер сидел в одиночестве, обняв колени руками, смотрел на дрожащие пальцы рук и кусал губы, чтобы не плакать слишком громко, но Питер ни-ког-да не думал о том, что всё это происходило из-за отношения Старка к нему, что, вообще-то, с такими проблемами нужно бороться, и желательно вместе, а не беспокоиться о том, как бы твой любовник не услышал жалобные разбитые всхлипы. «Это не из-за него» — пытался успокоиться Питер, просыпаясь в четыре утра после секса, сбегая от беспечно спящего Тони в туалет, где его заставала очередная тревожная атака.* Он яростно тёр глаза, умываясь, пил горстку таблеток, чтобы успокоиться (которые, кажется, не помогали из-за регенерации организма), а затем возвращался в кровать. И так всегда.

***

— Мистер Старк, — Питер заглянул в мастерскую одной головой, теребя ключ в кармане тёмной кофты. Тони стоял к нему спиной, и Паркер сразу понял, что он не в настроении: по напряжённым плечам, рваным несвойственным движениям и чуть сгорбленной спине. — Я прогуляюсь с Недом, ладно? Вернусь к десяти, — аккуратно сказал Пит, собираясь было уходить. — К шести, — специально негромко кинул Старк, потому что знал, что Паркер его услышал. — Но сейчас уже три… — Я сказал к шести, Питер, ты глухой? — Тони обернулся через плечо. Парень сжал губы и подобрался, уткнувшись взглядом в носки синих кед. — Почему? Тони раздражённо выдохнул, громко кинув паяльник из рук на стол. — Потому что, — грозно начал он, почти сквозь сжатые зубы, а затем вдруг изменился в лице. — Я волнуюсь, — мягко прощебетал Старк, натянув улыбку, настойчиво поднимая чужой подбородок пальцами, сжимая челюсти. Питер отвёл взгляд чуть в сторону от его глаз, как виноватый пёс. — До семи, — снова недобро сказал Тони, прищурившись, внимательно осмотрел лицо Паркера, а затем хлопнул чужую спину тяжёлой рукой. — Вечером планы, — Пит, покорно кивнув, поспешил скорее ретироваться из мастерской, пока мужчина не передумал.

***

— Чувак, это же ненормально, — обеспокоено сказал Нед спустя час их прогулки, потому что никак не решался и не знал, как правильно завести разговор на эту тему. Безусловно, он был рад тому, что его друг теперь ни в чём не нуждался, на его карте всегда была крупная сумма, но какой ценой…? — Что? Ты о чём? — Питер, по-детски улыбнувшись, оплатил два стаканчика с кукурузой, когда они пришли в парк. — Он ограничивает тебя во всём, — настойчиво продолжил Нед, сверля взглядом свой перекус. — Да нет, — усмехнулся Пит, отмахнувшись рукой. — Он просто волнуется. Лидс недоверчиво окинул взглядом своего друга и тихо вздохнул, вспоминая беспечные школьные годы и их приключения. Паркер словно ослеп и стал жить детством. Детством, в котором он лишь грезил о встречах с Железным Человеком, а сейчас мог ходить в его одежде (иногда) и спать с ним в одной кровати. Разве не об этом он мечтал? Фраза «мудрый, но тупой» отлично бы ему подошла.

***

Питер, слегка вжав голову в шею, вернулся на десять минут позже положенного. Повсюду горел свет, вдалеке слышался голос Пятницы, а потом из неоткуда возник Старк, но он не выглядел недовольным. — Успеешь собраться к половине девятого, чтобы мы опоздали не слишком сильно? — он сверкнул взглядом исподлобья, и Питер кивнул, прошмыгнув мимо него. — Надень клетчатый костюм. Он висит в гардеробной в углу, — Паркер обернулся через плечо, но ничего не спросил: кажется, сейчас не было времени на объяснения, так что Тони, наверное, собирался рассказать всё по пути в неизвестное куда-то. Пит молчал, пытаясь оставить в памяти радостные эмоции после времяпрепровождения с лучшим другом. Он стянул одежду по пути в ванную и залез под душ, спешно намыливая волосы и стирая ароматным дорогим гелем пыль и лёгкий запах пота с тела. Дверь открылась; повеяло холодом, тянущимся из открытого окна спальни. Зачем-то именно сейчас Тони понадобилось заменить жидкое мыло, стоящее на раковине. Питер вздрогнул, (не)осознанно отворачиваясь чуть полубоком, больше спиной к Старку. Годы шли, а комплексы не прорабатывались: мужчина, как оказалось, был довольно скуп на любовь и комплименты. На этот жест Тони хмыкнул, шагнул ближе и коснулся двумя пальцами линии чужого позвоночника. Питер незаметно тяжело вздохнул, перемялся с ноги на ногу и неосознанно дёрнул плечом, смывая пену. — Неприятно? — Старк зажевал губу и, кажется, на долю секунды оскалился, но тут же вернулся в состояние спокойствия. — Мы не успеем, — добродушно солгал Питер, даже не смотря в чужую сторону, но улыбаясь, и Тони, видимо, безмолвно согласившись, вышел из ванной комнаты. Паркер опёрся руками на кафельную плитку перед собой, сжал одну руку в кулак и спокойно выдохнул, чуть сгорбившись.

***

— Прекрасно выглядишь, — бросил Старк, оценив молодого любовника в новом костюме одним лишь беглым взглядом, когда он спускался с лестницы, поправляя галстук, и пронёсся в другую комнату. Питер слегка улыбнулся, закусив внутреннюю сторону губы. Наручные часы показали «8:19 pm». Учитывая, что мероприятие начиналось в 9 pm (это всё, что Питер знал), а ехать им час — они немного опоздают, как Тони и хотел. Он никогда не появлялся вовремя, если это не было важной встречей, назначенной мисс Поттс (хотя и на те, сказать честно, он опаздывал тоже). Питер обулся в лакированные чёрные ботинки, взял небольшую чёрную сумку, потому что Старк очень не любил, когда телефон лежал в кармане, растягивая ткань, и встал около двери, облокотившись на её косяк, запрокинув голову назад. Так Питер простоял ещё пять минут, пока его шеи не коснулся колючий поцелуй. Он сглотнул и опустил голову. — Идём, — Тони выглядел отпадно и, кажется, не собирался стареть — ещё один фактор, круто подкупающий Паркера. Костюмы всегда сидели на нём замечательно, очки были, кажется, на каждый случай жизни, а волосы красиво уложены назад. Они вышли из дома.

***

— Куда мы едем? — спустя двадцать минут пути спросил Питер, нехотя отвлекая Старка от залипания в телефон. — Мой друг устроил вечеринку в честь свадьбы. Я не мог прийти один, — Пит кивнул. Конечно, фраза «я хотел, чтобы ты пошёл со мной», которую хотелось бы услышать, звучала намного красивее и приятнее, но Тони же просто сказал правду. В этом не было ничего плохого. — А мы надолго? — Какая разница, Пит? — Просто спрашиваю, — виновато мяукнул он, и Старк сжал руку на его бедре. — Посмотрим. Вызовем Пятницу или Хэппи, если что, — Тони знал, что Питер не воспользуется его предложением, поэтому сказал чисто для вида.

***

Дом выглядел богато. Не так, как у Старка, но точно не намного дешевле. Меньше площадь — больше этажей. Около пяти или шести — здание выглядело, как замок. Сначала Питер потерялся в громкой музыке: чутьё затрещало по швам, голова стала тяжёлой, а потом глаза заслезились от яркой подсветки, но Тони этого, кажется, даже не заметил, двигаясь по течению толпы, волоча любовника за собой. — Закажи что-нибудь, детка, я пойду поболтаю, — он усадил Паркера за высокий стул у барной стойки и вмиг испарился. Питер заметил его уже через две минуты в компании какой-то девушки, но не почувствовал укол ревности. «Наверное, просто коллега». Пить не хотелось. Вообще ничего не хотелось: настолько разболелась голова. Пит посидел так около пятнадцати минут, часто моргая и сжимая-разжимая пальцы руки, чтобы отвлечься, пока ему не показалось, что органы лезут наружу. Кое-как доковыляв до, предполагаемо, уборной, он почти свалился, но его подхватили сильные руки. — Тони? — тихо спросил он, так, что, кажется, собеседник даже не услышал его. Ему понадобилось около пяти секунд, чтобы проморгаться и посмотреть в глаза мужчины, а потом в испуге отскочить назад, снова чуть ли не падая. — Всё нормально, я просто тебя держу, — мягкий голос проник в уши Питера и разлился теплом где-то в области желудка. Кстати, о желудке, он всё ещё пытался выплюнуть завтрак наружу. — Мне нужно… — Пит задохнулся и прикрыл рот рукой. — Идём, — мужчина закинул юношескую руку на своё плечо и довёл парня до туалета. Рвота не была чем-то противным, он видел и не такое, поэтому, вспоминая, как сам в лихие годы юности был на месте этого парня, стоял рядом и почти ласково гладил напряжённые лопатки и дрожащую спину. Пока Питер умывался, незнакомец сходил за двумя бокалами с чем-то. Паркер, взъерошенный и покрасневший, откашлялся в раковину и хлопнул себя холодными руками по щекам. В туалете было хорошо: свет немного приглушён, и музыка спокойная, не та, что била по перепонкам в основном зале. — Это — вода, — незнакомец слегка потряс одним бокалом. — Это — алкогольный мохито. Надеюсь, тебе есть 21 или ты хотя бы пил такие напитки, — отшутился он. — Начни с коктейля, он немного кислый и должен помочь, потом запьёшь водой. Мужчине хотелось верить. У него были тёплые руки, низкий, но не такой низкий, как у Тони, голос, и добрые глаза, которые Пит пока не успел тщательно разглядеть. Чутьё внезапно успокоилось, так что он подумал, что тоже может расслабиться, следуя инструкции и почти залпом осушая два бокала. Чуть согнувшись, Питер потёр переносицу и глаза, а, распрямившись, наткнулся на вытянутую руку. — Квентин, — спокойно кивнул (не)знакомец. Пит спешно обтёр не до конца высохшую ладонь об штанину и попытался подарить взаимное крепкое рукопожатие, но вышло всё равно мягко. — Питер, — Бэк чуть расслабил свою руку, чтобы парень не смущался, улыбнулся и, не задерживаясь, освободил хватку совсем. Пит тут же эмоционально замахал руками: — Из…извините, я столько проблем Вам доставил, — бормотал он. — Эта чувствительность…сводит меня с ума. Я не знал, что будет так громко. У меня ужасно чувствительные глаза, — жалобно повторил он, задыхаясь в нахлынувших ощущениях. Его движения были немного нелепыми, будто он был отличным оратором, но давно не репетировал или разучился управлять руками, но очаровательно-забавными. Бэк положил руку ему на плечо, привлекая внимание к себе. — Всё нормально, понимаю, с кем не бывает? — и Питер, успокоившись, улыбнулся в ответ. Квентин задержал взгляд на чужих губах, испытывая необъяснимую радость, и снова убрал от него руку. — Ты один? — Я… — Пит неуверенно вздохнул, и его вдруг снова сжала паника, ведь, если Тони не заметит его на прежнем месте, то обязательно будет волноваться. — Нет, я с…с мистером Старком. Квентин, кажется, раздосадовано закусил губу, но что точно виднелось в его глазах — какой-то страх, что ли. Жалость? Ему правда стало жаль этого мальчишку (до сих пор было непонятно, сколько точно ему лет). Бэк вовсе не собирался с ним знакомиться или флиртовать, так, проследил, что тот не откинется за углом, потому что шёл Пит очень неуверенно, но он совсем не так представлял себе партнёра Энтони Эдварда Старка (уточнять с каким именно «Старком» было бы глупо), и дело не в материальном плане. Питер выглядел красиво, может даже был разговорчивым, но всё время одёргивал себя, будто чего-то боясь, ограничиваясь. Но, признаться, во вкусе Тони Старка, всё самое лучшее он забирал себе. — Тогда, думаю, мне стоит проводить тебя обратно? — Я… я, наверное, дойду сам, — выдохнул Питер. Его ещё не до конца отпустило, дрожали плечи и кончики пальцев, но Тони не должен был видеть их вместе. Он засуетился, пока Квентин что-то резво и слегка криво писал. — Спасибо ещё раз, мистер… — Бэк, — мужчина протянул небольшой клочок бумаги, пожимая руку и вкладывая его в чужую, на самом деле крепкую, ладонь. — Звони, если что, — Питер не понял, зачем именно ему нужно будет звонить, но от Квентина уже и след простыл.

***

Паркер привёл себя в порядок и вернулся на место незамеченным, крутя в руках пустой бокал от мохито, мыслями явно витая где-то в событиях, произошедших в туалете. Часы шли, и он переместился в безлюдное место в углу комнаты, на удобное кресло, стоящее в отдалённости от других, прикрывая глаза. Заснуть не было шансов, но хотелось просто отдохнуть. Музыка утихла, началась медленная композиция. Питер поднял взгляд и внезапно выцепил Старка, сложившего руки на бедра девушки с восхитительным вырезом на спине. Коллега. — Ты в порядке? — Квентин возникал так же внезапно, как Тони, но не так пугающе, хотя холодная волна мурашек всё равно пронзила Питера от копчика до линии роста волос на затылке. — Да, немного устал. — Потанцуем? — Я… мне нельзя, мистер Бэк, — испуганно затараторил Питер. Его щёки слегка покраснели. — А почему ему можно? — Это просто девушка, которая с ним работает, — Квентин поджал губы, сдерживая жалобную усмешку. — Возможно, ты тоже просто со мной работаешь? — надеясь перевести в шутку, сказал он, и Паркер без особого сопротивления потянулся вслед за рукой мужчины; они устроились в местечке, где никто их не видел. Питер был довольно неуклюж, плюс к этому стресс и нервозность из-за потенциала быть замеченными, поэтому вёл Квентин. Его руки лежали правильно: правая ладонь уместилась точно чуть выше поясницы, вторая легко обняла левую кисть парня — он не пытался опошлить прикосновения, лишь подарить Питу чувство умиротворения хотя бы на пару минут, чтобы он перестал вертеть головой, потому что, Бэк был уверен, что спокойствия в жизни ему точно не хватало. Так что скоро Паркер сдался, задёргал плечами, стряхивая напряжение, и перестал озираться на толпу, но на Бэка всё равно не смотрел. Смущался. Стыдился (себя). — Обращайся за любой помощью, Питер, — снова проронил он, когда Паркер, ведомый чувством недостаточно получаемого тепла, подвинулся чуть ближе. — С чего Вы решили, что мне нужна помощь? И даже если, почему помогаете? — Скажем так: я просто чувствую, что ты хороший парень, Питер, — его голос звучал успокаивающе: в нём не было холода и надменности, и Паркер ни разу не слышал сочетание «Квентин Бэк» по телевизору, может, оно и к лучшему. Хотелось верить. Безумно хотелось верить, потому что Тони Старку Питер верить не мог — и осознание этой простой, но гадкой мысли, пронзило его полностью, затрещало в макушке и провалилось в пятки. Паркер прикрыл глаза и едва коснулся носом чужого пиджака, но он не золушка, Квентин не принц, а жизнь, к сожалению, не фабрика по исполнению желаний, так что хоть какое-то волшебство вечера вмиг рассеялось. — Мне надо бежать, мистер Бэк, — Пит отстранился и снова беспокойно стал оглядываться, замечая бродящего по толпе взглядом Старка. — Звони, Питер, — снова напомнил он, и Паркер, в последний раз подарив скромную улыбку, сделал крюк по залу и коснулся плеча Тони. — Где ты был? — холодно спросил он. — Выходил в туалет, очень душно, — Паркер закусил губу. Старк шагнул ближе и, чуть склонив голову, провёл носом от воротника пиджака до места за ухом Питера, внимательно, словно полицейский пёс, вынюхивая запах, явно сомневаясь в чужих словах. — Хорошо, — оскалился он, одной рукой обхватил любовника за талию, а второй крепко сжал ягодицу. — Тони, люди, — смущённо пробормотал Пит, даже не пытаясь искать взгляд Квентина в толпе. — Я миллиардер, детка, могу позволить себе всё, что захочу. — И обнимать других женщин? — Питер до боли укусил язык и, если бы мог сделать это незаметно, обязательно бы сам ударил себя в нос. Тони затих. А потом, слегка угрожающе сжав всё тот же воротник пиджака руками, пригвоздил Паркера к стенке. — И обнимать других женщин, Питер. Я. Могу. Всё, — прошептал мужчина в чужие губы и, прокусив губу юноши, глубоко поцеловал. Паркер оттолкнул его ненавязчивым движением в плечи, когда начало заканчиваться дыхание, и облизал ранку, морщась от металлического вкуса.

***

Было уже 4 am, когда они вернулись домой и занялись сексом, потому что Тони был пьян, а когда Тони был пьян, то всегда приставал. Питер вытирал волосы махровым полотенцем, переодевшись в домашнюю одежду, и зевал несколько раз подряд, чувствуя свинцовую усталость. — Значит, Квентин Бэк? — невзначай проронил Тони, когда Паркер сел на кровать к нему спиной. Кожа под тканью покрылась мурашками. — Кто? Твой новый коллега? — Пит улёгся на спину, поскорее накрываясь одеялом. — Я всё знаю, Питер, — Тони закатил глаза, придавил Паркера бёдрами, воссев сверху, и слегка сжал руку на его шее. Пока что слегка. — Что ты знаешь? — Пит оторопел, но пока что пытался сохранять хладнокровность и разузнать всё, о чём успел узнать Старк. — Что ты обжимаешься с какими-то уродами, пока я не вижу, детка, — прошипел Тони, сильнее сжимая пальцы, надавливая на артерию, в которой равномерно ускоренно бежала кровь. — Какого. Чёрта? Я тебя спрашиваю! — конец предложения он прокричал, а потом замахнулся. Тяжелый шлепок пощёчины разлетелся по комнате. Щёку обожгло, на бледной коже растеклось красное пятно. — Прекрати, — дрожащим голосом попросил Питер, пытаясь абстрагироваться от паучьего чутья, которое твердило сбежать сейчас же, потому что Тони, вероятно, не собирался останавливаться. Вы зададитесь вопросом — почему Паркер, будучи сильнее в тысячу раз, не дал отпор? Потому что боялся. Боялся причинить боль человеку, которого любит. Или любил. Боялся причинить даже после того, что произошло. Глупый-глупый Питер. Но сейчас в голове щёлкнул выключатель, её словно озарило ярким светом. На следующий замах Паркер отреагировал уверенным блоком, а потом вовсе столкнул Тони с себя, вскакивая на ноги. Что произошло дальше Питер почти не помнил из-за шока, страха и адреналина, но когда мимо плеча, рассекая ткань домашней футболки и задевая кожу (вот-вот — и разорвало бы руку), пролетел выстрел репульсора, Питер подумал «хватит». За два прыжка, перед следующим выстрелом, он подобрался впритык и уверенно вытянул руку, сжимая перчатку на чужой кисти. Сжимая с такой силой, что треснула сначала броня, а потом, кажется, и фаланги пальцев. Впервые за два года Паркер позволил себе выплеснуть всю боль, злость и обиду на человека, благодаря которому она так долго томилась в груди. На человека, который не сказал ни единого доброго слова и не подарил ни грамма ласки. На человека, который некогда был героем для малыша Питера. Но Питер больше не малыш. Тони взвыл от боли, а Питер, теперь тоже захлёбываясь слезами, отскочил в сторону, сжимая предплечье, совсем теряясь в ощущениях после произошедшего. — Сукин сын, — Старк уткнулся лбом в ковёр и до скрежета сжал зубы, корчась от боли, пока Паркер судорожно натягивал костюм и впопыхах собирал вещи. Медлить было нельзя. Нельзянельзянельзя.

***

Воздух, врывающийся в лёгкие, впервые за долгое время показался по-настоящему свежим и приятным. Питер, даже если ещё был не до конца свободен, уселся на крышу, расковыривая жучки в своих веб-шутерах, пытаясь перепрограммировать Карен, подсоединяя Неда по аудио-связи. А потом, всё ещё дрожащими руками, Паркер достал скомканный клочок, набирая чужой номер с седьмого раза. — Нужна помощь, — бесцеремонно сказал он, вслушиваясь в сонный вздох на другом конце провода.