Жизнь за объективом

- О чем ты вообще думала? - Я тогда не думала… - Это я вижу! – осуждающе фыркнула женщина, и Эмма зло сжала кулаки, сдерживая себя от резкости в голосе и необдуманных слов. Ей нужна помощь, а не ссоры. - Эшли, она упала прямо перед моей машиной, что я должна была делать по-твоему, оставить ее умирать? - Нет, достаточно было бы отвезти в больницу. - Я это и сделала, - медленно выдохнув, произнесла Эмма, уходя от двери спальни, где находилась раненная женщина, к кухне. Эшли последовала за сестрой, держась напряженно, то и дело заправляя мешающую светлую прядь волос за ухо. Весь ее вид говорил о непонимании и крайнем неодобрении. Она не могла понять беспечности поступка сестры. Собственно, это было привычно. - Если ты отвезла ее в больницу, тогда что она делает сейчас здесь? – сквозь зубы произнесла женщина, стараясь не кричать. – Она могла умереть, Эмма, ты это понимаешь? - Это долгая история, Эшли, - отходя к окну, тихо выдохнула Эмма, не смотря в сторону сестры. – Я отдаю себе отчет о последствиях, но я не могла поступить иначе. - В этом вся ты. Чуть прислонившись к краю рамы, Эмма подняла усталый взгляд на женщину, обнимая себя за плечи. Эшли злилась, и Вайт с легкостью могла это рассмотреть: в ровной спине, сжатых кулаках, лежащих на столешнице, в холодном, равнодушном взгляде, в упор смотрящем на нее. Эмма почти уверена, что не скажи она еще по телефону причину звонка, сестра бы ни за что не приехала. Девушка сыграла на профессиональном долге старшей Вайт, зная, что женщина не стала бы помогать просто так. Она давно отказалась от идеи быть бескорыстной... И такой родной как раньше. Но уж за это Эмма не могла ее винить. Эшли на восемь лет старше, и эта разница всегда выходила Эмме боком. Более взрослая и опытная, Эшли не пропускала ни единого момента указать младшей сестре на недостатки, ошибки и малейшие промахи. Будучи от природы достаточно своенравной, младшая Вайт, словно назло поступала противоположно тому, как наставляла Эшли. На самом деле Эмма просто хотела учиться сама, на своих собственных ошибках, желая набраться опыта, чтобы поскорее перестать зависеть от сестры, которая не позволяла ей сделать и шага без присмотра. Они всегда были разными, абсолютно во всем, и это становилось почти главной причиной разногласий между ними. До поры. Эшли вышла в коридор и, взяв свою сумку, вернулась обратно, молча исподлобья наблюдая за девушкой. На протяжении двух лет между ними стояла стена, которую ни одна не желала или просто не пыталась разрушить. Не общаясь и не пересекаясь нигде, сестры выкинули друг друга из своих жизней. До сегодняшнего дня. - Я осмотрела ее. - Женщина быстрыми и четкими движениями укладывала по своим местам медицинские принадлежности, которые ранее в спешке затолкала в свою рабочую сумку. – Чего ты ждешь от меня теперь? Эмма перевела взгляд с кристально серых глаз сестры на дверь спальни, которую уже успела возненавидеть за эти бесконечные часы. Челюсть слабо ныла от того, что практически при каждой реплике Эшли Эмма сжимала зубы, сдерживаясь. Она не привыкла просить. Это то, что девушка почти никогда не делала, но сейчас была иная ситуация. И старшая Вайт знает это. Эта игра на нервах началась еще с телефонного разговора, когда Эмма, переступив через себя, впервые за два года обратилась к сестре, впервые услышала ее голос. - Ей нужна помощь, - не отводя взгляда от темноты коридора, уверенно произнесла девушка. - Я осмотрела ее и сделала все возможное в данной ситуации, - закрыв сумку, сухо процедила женщина. – Теперь твоя очередь. Женщина, закинув массивную сумку на плечо, направилась к двери, Эмма же оцепенело уставилась ей в спину. - Я очень надеюсь, что ты поступишь правильно, - не поворачиваясь, крикнула Эшли, уже намереваясь выйти из квартиры. - Стой! Эмма бросилась вслед за сестрой, на мгновение замерев посреди просторной гостиной, прислушиваясь к звукам в спальне незнакомки. Тишина давила на барабанные перепонки. Вайт максимально спокойно приблизилась к Эшли, что так и замерла в дверях, лишь одной ногой ступив за порог. - Что ты имеешь в виду? – хоть девушка и старалась казаться спокойной, но легкая дрожь все же пробилась в голос, выдавая напряжение. - Ты знаешь, о чем я, Эмма. Старшая Вайт вновь предприняла попытку уйти, но Эмма схватила ее за локоть, буквально втаскивая обратно в помещение. - Какого черта, Эшли?! Эмма рывком развернула сестру к себе лицом, сжимая пальцы, но Эшли, скривившись от боли, резко выдернула руку из захвата и отступила на шаг. - Ей нужна больница, а не твои бессмысленные попытки! На что ты рассчитывала, когда звала меня? – голос женщины сорвался на крик. – Черт, Эмма, ее рана подвержена инфекции, и если ей не оказывать должную медицинскую помощь это может очень плохо закончиться! Ты не врач, а она не в стерильной палате. - Я не могу! Просто не могу. Накрыв лицо ладонями, Эмма тяжело втянула воздух и медленно выпустила его через сомкнутые зубы. - Я пообещала ей, что она не окажется в больнице. - Убрав руки от лица, девушка посмотрела на сестру, но та продолжала молчать, лишь в непонимании подняв брови. – Это все, что я могу тебе сказать. Оставив женщину у дверей, Эмма направилась вглубь квартиры, не желая больше препираться и что-то объяснять. Здравый смысл, настойчиво стуча по вискам острой болью, кричал, что все не так, как должно быть. Более того, Вайт прекрасно сама осознавала, что не может справиться с тем, что себе навязала. Неправильно держать незнакомку здесь и надеяться на призрачную возможность чуда, но она не может пойти наперекор желанию брюнетки. Не понимая, не отдавая себе отчета в этом странном и совершенно не логичном желании, Эмма просто не может себе позволить нарушить то, о чем просила эта женщина, теряя сознание у нее на руках. Во второй раз. - Эмма. Девушка остановилась у самой двери в свою спальню, но не обернулась, услышав оклик. Опустившись лбом на прохладную поверхность дерева, она стала ждать, когда сестра примет решение. Важное для них…троих. - Я помогу тебе. - Эшли опустила сумку на пол и сделала несколько шагов к Эмме, пряча руки в карманах брюк. – Но с одним условием.

***

Квартира сестер Вайт. Около двух лет назад. - Эмма, я прошу тебя, одумайся! Эшли мерила шагами комнату сестры, сложив руки на бедрах. Всегда серые, сейчас ее глаза были мертвого белого цвета. Эмма не смотрит, но интуитивно чувствует, что они именно такого цвета. Они всегда приобретают оттенок холодной стали, когда Эшли злится. Эмма достаточное количество раз имела возможность видеть сестру на грани срыва, каждый раз являясь причиной гнева, и каждый раз это страшно. Девушка никогда, собственно, не боялась Эшли, но внутренне не могла не напрягаться, видя недоверие во взгляде и поучительные нотки в голосе, когда та пытается в очередной раз что-то вбить в голову младшей девушке. Но сегодня особенный день и Эмма не собиралась идти на поводу старшей Вайт. Это ее вечер и она проведет его так, как планировала. - Эмма! – Эшли развернула сестру к себе лицом, крепко держа за плечи, и легонько встряхнула. – Это не приведет к добру! Неужели ты не понимаешь, что это уже перебор. - Ты не права! – Эмма начала выходить из себя. Высвободившись из рук женщины, она демонстративно оттолкнула ее плечом и вышла из комнаты. – Черт, Эшли, я сама могу решить, что мне делать. - В большинстве случаев, согласна, - умерив свой пыл, произнесла женщина, вновь подходя к девушке, и взяв за руку, повернула к себе, - но это не тот случай. Поверь мне, пожалуйста. - Неужели ты настолько мне не доверяешь? – Прикусив внутреннюю часть щеки, Эмма впервые за вечер посмотрела сестре прямо в глаза. - Не в этот раз, - четко проговаривая каждое слово, произнесла женщина, и потянулась за ключами, зажатыми в ладони девушки, но Эмма с силой сжала связку, не позволяя забрать ее. - Тогда, полагаю, мне стоит просто уйти. Эшли не успела сказать больше ни слова. Опустив плечи и тяжело выдохнув, она закрыла входную дверь, что Эмма распахнула настежь, выбегая из дома, и подойдя к окну, проводила взглядом удаляющуюся фигуру девушки. - Отныне будет как ты хочешь, - одними губами прошептала женщина и задернула штору, удаляясь в комнату. – Ты сама по себе.

***

Наше время. - Я оставила тебе инструкцию, но если ей станет хуже или она так и не придет в сознание, - закинула на плечо сумку Эшли и встала перед девушкой, встречаясь с ней взглядом, - я прошу тебя, Эмма, тут же звони мне. - С ней все будет в порядке, - ответила девушка, постаравшись улыбнуться, но вышло плохо, слишком нелепо. - Позвони мне завтра, - настоятельно сказала женщина, сжав губы, и отвернулась. Она открыла дверь, выходя из квартиры, а Эмма, так и осталась стоять на месте, смотря на уже запертую дверь, не в силах поверить, что все это с ней происходит на самом деле. За какие-то двое суток ее жизнь вывернулась на изнанку, и весь привычный мир теперь напоминал руины. Нет никаких ориентиров, по которым можно двигаться, ничего, что помогло бы не сойти с ума. Винить в этом некого. Это просто какое-то не реальное стечение обстоятельств смешанное с амбициями самой Эммы, которая сама себе не может объяснить, почему все еще не вызвала «Скорую» и не избавилась от проблемы, до которой ей, по сути, не должно быть никакого дела. Проходя в комнату, Эмма уже привычно затаила дыхание, прислушиваясь к ровному дыханию брюнетки. Только тогда, когда до слуха доносился четкий ритм выдохов, а глаза сквозь полумрак рассматривали движение грудной клетки, девушка разжимала пальцы и расслабляла плечи. Это стало ритуалом за этот день. На прикроватной тумбочке лежал листок с инструкцией, оставленный Эшли, и Эмма мысленно закатила глаза, чувствуя знакомое раздражение от того, что сестра не доверяет ей и даже после того, как два раза все разъяснила устно, все равно расписала все по пунктам на бумаге. Незнакомка заворочалась на постели и что-то неразборчиво замычала, и Вайт машинально положила руку ей на плечо, не давя, но удерживая на одном месте. Девушка еще ночью, когда осматривала рану самостоятельно, раздела брюнетку и выкинула грязный, пропитанный кровью больничный халат, поэтому сейчас отчетливо чувствовала под пальцами влажную кожу. Эшли дала женщине антибиотики, но жар только сейчас начал постепенно утихать, отпуская изможденное тело. У стены в мусорном ведре валялись использованные ватные тампоны, которыми несколько часов назад Эшли прочищала рану и Эмма сглотнула ком, сдерживая подкатившую к горлу тошноту. Никогда она не могла подумать, что ее дом может стать похожим на полевой госпиталь, но смотря сейчас на собственную квартиру, девушка видела именно его. Завтра еще предстоит что-то сделать с кровью на стене в гостиной.

***

- Где я? Эмма распахнула веки, когда услышала слабый голос возле себя. Она так и уснула, сидя на краю постели рядом с незнакомкой, и теперь сонно всматривалась в темные, блестящие глаза брюнетки, что отрешенно смотрела, кажется, сквозь девушку. - Меня зовут Эмма, - придвинулась чуть ближе Вайт, чтобы женщина могла лучше ее видеть при слабом освещении. – Ты в моем доме. Сейчас это все, что тебе стоит знать. - Как… - Тише, - снова положила ладонь на плечо женщины Эмма, когда та попыталась привстать. – Не двигайся, пожалуйста. У тебя не опасное ранение, но в данных обстоятельствах все хуже, и я не смогу помочь, если ты вновь потревожишь рану или швы разойдутся, - она убрала руку, почувствовав, как незнакомка расслабилась, явно не намереваясь больше вскакивать. – Ты у меня дома, и я постараюсь тебе помочь. Как тебя зовут? Женщина прикрыла глаза, фокусируясь на ощущениях: живот «горит» и боль, сконцентрировавшаяся в одной точке, мешает думать, а веки кажутся свинцовыми. Среди густой пелены в памяти всплыли воспоминания минувших дней. Обрывками, но женщина помнит причину такого состояния и даже слабо осознает, почему находится в доме девушки. - Регина, - слабо прошептала женщина, проведя сухим языком по губам. Кажется, что рот набит песком, но сглотнуть не получилось, напротив, попытка привела только к тому, что женщина закашлялась, чувствуя, как этот невидимый песок дерет горло. - Вот, выпей. Медленно и немного. Эмма поднесла к губам Регины небольшую кружку с заранее приготовленной трубочкой. - Как ты себя чувствуешь? – наконец, спросила девушка, убирая кружку обратно на тумбу. - Паршиво. Эмма усмехнулась, внутренне ликуя, еле сдерживая слезы. Напряжение, царившее в душе и не отпускающее мышцы весь день, немного отступило. - Это только начало.