Двенадцать степеней разделения

- Пожалуйста, Боже, пожалуйста, Боже, пожалуйста...- отчаянно бормотала Дана Скалли молитву, еще раз набирая номер сотового. Она послушала как раздалось двенадцать гудков, прежде чем со стуком отключила телефон. Ее желудок сжимался и разжимался от волнения. Она боролась с паникой и смотрела в иллюминатор cамолета, гадая, сколько еще времени пройдет, прежде чем они приземлятся в Бостоне. Она сняла трубку стационарного телефона и набрала другой номер. Три гудка, потом включился автоответчик. " Привет, вы позвонили Саманте и Престону Пауэлл. Мы не можем сейчас подойти к телефону-мы ведь молодожены. Оставьте сообщение, и мы свяжемся с вами, когда сможем". -Саманта, это Дана. Я пытаюсь дозвониться до Малдера, но его мобильный и домашний телефоны не отвечают. Я в самолете, но с минуты на минуту мы должны приземлиться в Бостоне, так что перезвони мне на сотовый. Она оставила свой номер и повесила трубку, затем снова подняла ее и набрала другой номер. -Бостонская больница общего профиля. -Это специальный агент Дана Скалли из ФБР. Могу я поговорить с доктором Филлипсом? - Доктор Филлипс не может подойти. Конечно, он не может. Он по уши увяз с умирающими агентами ФБР. - Кто-нибудь может дать мне информацию о состоянии агентов ФБР, доставленных в больницу два часа назад? -Боюсь, что по телефону я не могу сообщить вам такую информацию. - Вы не понимаете... - Сейчас все очень заняты, мэм. Перезвоните позже. Щелчок отключившегося телефона. -Черт! Пассажиры вокруг нее начали поворачиваться. Она тихо извинилась и набрала еще один номер. Может быть, напарник Малдера знает, что с ним. Она набрала номер Келвина Такера. После шести гудков ответила женщина. -Телефон Келвина Такера. - Могу я с ним поговорить? На другом конце провода воцарилась мертвая тишина, затем послышался тихий, дрожащий вздох. - Он недоступен. - Кто это? - спросила Скалли. -Вирджиния Такер. А кто это? Боже, подумала Скалли. Если на телефон ответила жена, то Такер был одним из агентов , попавших в больницу. А это означало, что Малдер ... Она покачала головой. Ты еще ничего не знаешь, Дана. - Я агент Дана Скалли из ФБР, я знаю вашего мужа через моего бывшего партнера Фокса Малдера. Ваш муж в больнице? Она услышала тихий шмыгающий звук. - Мне ничего не говорят. Мне отдали его куртку, и я услышала, как зазвонил телефон. Я в коридоре. - Я в самолете, миссис Такер. Я судебный патологоанатом и направляюсь туда, чтобы помочь. Мне кажется, я знаю, что случилось с Келвином. Вопрос был в том, сможет ли она изменить это состояние? -Миссис Такер, вы что-нибудь слышали об агенте Малдере? -Нет. Я его не видела, и, как я уже сказала, никто мне ничего не говорит. - Значит, вы не знаете, находится ли он в больнице? -Я не знаю. Вы сказали Скалли?Малдер все время говорил о вас. Скалли почувствовала, как слезы страха и тревоги жгут ей глаза. - Я скоро буду, миссис Такер. Постарайтесь успокоиться, я найду вас, когда доберусь в больницу, посмотрим, сможем ли мы выяснить, что происходит.Хорошо?       Когда Скалли положила телефон, она услышала, как пилот объявил о том, что самолет готовится к посадке. Скалли пристегнула ремень безопасности и закрыла глаза, сомкнув пальцы на крошечном крестике, который висел на тонкой золотой цепочке на ее шее. Малдер носил этот крестик, когда она была исчезла, как талисман, чтобы она вернется к нему. Она держалась за эту мысль, которая согревала ее воображаемым теплом его обнаженной кожи на холодном золоте.                   *** Бостонская больница гудела как большой улей. На первом этаже - обычные несчастные случаи, поножовщина, стрельба, плачущие дети и старики с остекленевшими глазами. А на пятом этаже, в инфекционном изоляторе, двенадцать агентов ФБР умирали от неизвестного, но опасного токсина. Скалли разрывалась между тем, чтобы отправиться в изолятор на поиски Малдера или сразу отправиться в патологоанатомическое отделение, где ее уже ждали два трупа. Она даже представить себе не могла, что Малдер может оказаться одним из этих двух тел. Только не он. Она бы знала, если бы он умер. Она бы почувствовала это своим сердцем. Она решила, что лучший способ помочь зараженным агентам - это сделать ту работу, ради которой ее вызвали. Она отправилась в подвал на поиски морга вместе с тремя аналитиками из лаборатории ФБР, которые сопровождали ее в Бостон. В дверях патологоанатомического отделения их встретила женщина. -Доктор Скалли? Я Энн Толлсон. Доктор Филлипс просил, чтобы мы сопроводили вас и позволили сразу же приступить к работе. - Это агент Таттл, агент Морс и агент Коулман. Они проанализируют все улики, собранные в банкетном зале. Толлсон жестом указал в конец коридора. -Комната Б-12. Образцы уже помечены и ждут. Скалли кивнула аналитикам, и они направились по коридору. - Есть новости из изолятора? - спросила она, когда Толлсон повела ее в маленькую комнату справа и указала на костюм биологической защиты. Скалли расстегнула молнию на громоздком комбинезоне и надела его. - Мы сделали так, как вы рекомендовали, понизив температуру на пять градусов по Фаренгейту всем двенадцати пациентам и начав немедленное переливание крови. - И что? Если этот токсин был таинственным ретровирусом, как показывала предварительная информация, то после таких мер пациенты должны были демонстрировать медленное, но неуклонное выздоровление. - Холод, похоже, замедлил развитие вируса, но это не остановило его. Нам приходится постоянно делать им переливание крови, потому что токсин продолжает сгущать кровь. Черт! Раньше такого не случалось. Скалли нахмурилась и застегнула молнию на костюме. Горячая резина герметичного скафандра вызывала у нее тошноту. Она махнула рукой на Толлсон. - Пойдемте, пока у меня не закончился весь воздух. Она остановилась в дверях прозекторской, где проводились вскрытия при наличии биологической опасности. - Толлсон, у вас есть данные на двух погибших агентов? На стене у дверей прозекторской в пластиковом держателе был закреплен планшет для бумаг. Толлсон вытащила планшет и заглянула в приколотые к нему листы. - Агент Ллойд Лейкленд и агент Марк Грант. Скалли попыталась скрыть свое облегчение, надеясь, что Толлсон не заметит ее чисто эгоистических чувств. Она прошла через дверь в маленькую прозекторскую. Воздушные трубки свисали с потолка; она прикрепила трубку принудительного нагнетания кислорода к соплу соего защитного костюма и потянула за шланг, разматывая его за спиной. Она лениво заметила, что другой воздушный шланг уже был размотан исчезал в комнате для вскрытия. Без сомнения, его использовал один из штатных патологоанатомов, который должен был ассистировать ей во время вскрытия. Она толкнула створки дверей и вошла в комнату для вскрытия. Два тела уже лежали на столах из нержавеющей стали. С первого взгляда она заметила отчетливые красные полосы вокруг глаз, носа и рта. Явные симптомы ретровируса. Так почему же агенты наверху не реагировали на предписанное лечение? Ее внимание привлекло какое-то движение в углу. Другой человек, облаченный в громоздкий био-защитный костюм, неуклюже двигался к ней. Она прищурилась, пытаясь разглядеть что-нибудь сквозь маленький квадрат в шлеме скафандра, но блики от верхних ламп создавали зеркальный эффект, не позволяя что-либо четко разглядеть. Она заговорила в маленький микрофон, прикрепленный к маске ее собственного костюма,зная, что в другом есть соответствующий приемник. - Я агент Скалли. - Симпатичный костюмчик. Она на секунду замерла, гадая, не мерещится ли ей знакомый голос. -Малдер? - Да? - Слава Богу! Она быстро шагнула к нему, но тут же поняла, что бесполезно пытаться броситься в его объятия, пока они одеты в эти проклятые костюмы. - Я пыталась дозвониться из самого Вашингтона! Никто не мог ничего сказать мне... - Я в порядке. Я был там, но не заразился. - Как? Тебя не было в комнате? -Нет. Вирус был не в воздухе. Я думаю, что он мог быть проглочен вместе с едой. На банкете был "шведский стол", но я не успел поесть. Я выпил только чашку кофе, так что не думаю, что дело было в этом, хотя я все же собрал образец кофе. Я упаковал его и приготовил для анализа. Полагаю, Бюро прислало тебе кого-нибудь в помощь? -Да. Они, наверное, уже занимаются исследованием образцов. Скалли вздохнула и подошла к ближайшему столу для вскрытия. - Так как же ты оказался моим помощником? - Больше никто не хотел выполнять эту работу. - Ладно, но пообещай мне, что не упадешь в обморок? Он положил руку на сердце - по крайней мере, там, где, как она предполагала, его сердце находилось под резиновым костюмом. Она слегка улыбнулась, ощущая тепло от осознания того, что Фокс Малдер был жив. Это поможет ей пережить следующие несколько напряженных часов.                   * * * Скалли с Малдером покинули отсек для вскрытий с большим количеством вопросов, чем ответов. Они молча вышли из патологоанатомического отделения и вошли в лифт, прежде чем заговорить. Скалли взъерошила мокрые от пота волосы, пытаясь привести их в хоть какое-то подобие порядка. Малдер протянул руку и осторожно провел пальцами по непослушным прядям. Она закрыла глаза, позволив себе сладкое мгновение удовольствия, прежде чем вздохнуть и вернуться к своим мыслям. - Это ретровирус, но я думаю, что он мутировал. - Как? - Я не знаю, произошло ли это естественным путем или под воздействием каких-то факторов, Малдер. Ты видел воздействие ретровируса на надпочечники - они полностью перестали выполнять свои функции. Этого не было в штамме, который заразил тебя на Аляске. - Что ты имеешь в виду? - Я не знаю. Может быть, аналитики скажут нам больше, когда закончат. Она протянула руку и пригладила его торчащие как колючки волосы. Его мальчишеская улыбка пробилась сквозь ее профессиональные доспехи, и она прижалась к нему, обхватив руками за талию. - Слава Богу, с тобой все в порядке. Он погладил ее по волосам. - Извини, я должен был позвонить тебе и сообщить, что происходит. Просто на это не хватало времени тогда. Она отпустила его и прислонилась спиной к стенке лифта. - Расскажи мне о банкете. Мне никто ничего не говорил. Что случилось? Малдер покачал головой. - Это был обычный официальный обед - новый директор Бюро проводил этот банкет, чтобы подбодрить своих людей. -Скиннер?- Скалли встревоженно подняла глаза. - Неужели он..? Малдер кивнул, нахмурившись. - Последний раз, когда я его видел, он был не в лучшей форме. Но ты же знаешь, что он крепок, как сталь. У Скалли внезапно свело желудок. Это было достаточно плохо, зная, что ее товарищи по оружию, другие агенты, лежат там, наверху, борясь за свою жизнь, но Скиннер был несколько ближе. Тот, кого она уважала. Они с Малдером многим ему обязаны. Ради них он ни раз шел на большой риск. А ее мать... -Кто-нибудь звонил маме? Он кивнул. - Я попросил известить ее. Она прижала руку к голове. - Так скоро после того, как его назначили директором ... - Заставляет задуматься, это не простое совпадение. Она уже сама пришла к этой мысли. -Интересно, если это все-таки совпадение, что же произошло здесь, в Бостоне? Она посмотрела на Малдера, и ее желудок сжался еще сильнее. -Если тебя и Скиннера хотят убрать с дороги... Он коснулся ее руки. - Они забыли, что доктор Скалли всегда спасает положение. - Надеюсь, смогу и на этот раз. Этот вирус не похож на тот, что был раньше. Я думаю, что отказ надпочечников - очень важный симптом. Я собираюсь предложить гормонотерапию, а так же попробовать поднять у них уровень адреналина. -Ты думаешь - это поможет? -По крайне мере не повредит. Я собираюсь посмотреть еще раз результаты анализов, может быть, они помогут выяснить, что случилось с ретровирусом, из-за чего он так мутировал. Если это то, что я думаю, кто-то намеренно ввел мутаген, чтобы создать уникальный вирус, устойчивый к холодовой терапии. Двери лифта открылись, и Скалли повела его в изолятор. Лысеющий мужчина лет сорока встретил их у стола дежурной медсестры. Он устало потер затылок и кивнул в ответ на ее приветствие. -Клифф Филлипс. Приятно познакомиться, доктор Скалли, агент Малдер. Мы установили, что вирус не распространяется по воздуху, но, в любом случае, я бы посоветовал вам носить защитные костюмы и маски. Организм этих ребят слишком ослаблен. Пока Скалли и Малдер надевали защитные костюм, Скалли обсудила свои находки с доктором Филлипсом. - Я думаю,что необходимо повысить уровень адреналина в три раза, а затем поднять выше, если это необходимо. Я думаю, что вирус был запрограммирован на отключение надпочечников, потому что адреналин оказывает разрушительное действие на вирус. Я надеюсь, что, повышая уровень адреналина, а также продолжая холодотерапию и переливание крови, мы сможем остановить действие вируса. Обычно я бы провела больше тестов, но на это сейчас нет времени. Мы должны рискнуть. Филлипс какое-то мгновение смотрел на нее ,прищурив глазами, потом кивнул. -Ладно. -Я собираюсь зайти к Такеру, - пробормотал Малдер. -Подожди,- Скалли вспомнила Вирджинию Такер.-Малдер,миссис Такер в приемной. Как навестишь Такера, поговори с ней. Скажи ей, что происходит, ладно? Она имеет право знать. И выясни, дадут ли врачи ей разрешение навестить его. Если вирус не распространяется по воздуху... Он кивнул. - Я все сделаю. Она сжала его руку, а затем отпустила и пошла дальше по коридору. * * * * * Такер выглядел ужасно, и Малдер подумал о другом времени, о другом напарнике, находящемся на грани смерти. Но Скалли вернулась к нему. Она сказала, что его сила придала ей смелости,чтобы вернуться, но он знал, что это не так. Скалли была самым сильным человек, которого он знал. Она заставила себя вернуться только силой ее неукротимой воли. И он верил, что она сможет вернуть и Келвина Такера. Если кто-то и мог спасти жизни его коллег-агентов, то это была Дана Скалли. Такер был без сознания. Судя по тому, как подействовал ретровирус, он, вероятно, был без сознания уже пару часов, если принимать во внимание воздействие ретровируса на Малдера в прошлый раз. Пакеты со льдом поддерживали температуру тела Такера на постоянном уровне 93,6 градуса* , а внутривенное устройство постоянно качало комбинацию плазмы, дигоксина и гепарина в вены Такера, чтобы разжижить сворачивающуюся кровь. Малдер знал, что такая терапия не может продолжаться бесконечно. В конце концов, простуда и сильные лекарства сами по себе создадут проблемы для организма. Малдер наклонился чуть ближе к кровати, ища признаки сознания или жизни. Такер лежал словно мертвый. - Да ладно тебе,Такер, хватить спать целый день. Нам еще нужно ловить плохих парней. Такер не пошевелился. - Угадай, кто здесь, Келвин? Джинни. Она ждет в коридоре. Если ты оторвешь свою задницу от постели и будешь бороться с этой штукой,они разрешат ей навестить тебя, - он еще немного наклонился. - И Скалли тоже здесь. Я ведь говорил тебе, что она спасла меня от того мерзкого червя на Аляске? Тебе повезло, она прилетела сюда, чтобы спасти твою жалкую задницу и поставить тебя на ноги. Но ты должен ей помочь, Такер. Респиратор тихо шипел, нагнетая воздух в легкие умирающего агента. - А теперь я пойду и поговорю с Джинни. Скажу ей, что ты все еще здесь. Не делай из меня лжеца. Он подавил жгучее чувство отчаяния, сжал плечо напарника и вышел из комнаты.       Вирджиния Такер встала, увидев его входящим в приемную. Он спустил маску, позволив ей повиснуть на шее, и взял женщину за руку, которую она протянула к нему.В ее темных глазах застыла паника. - Малдер, он... -Он держится , Джинни.-Малдер подвел ее к скамейке и сел рядом с ней. - Я не собираюсь лгать тебе.Все очень серьезно. Это смертельный вирус, и он плохо поддается назначенной терапии. Но Скалли здесь, и если кто-то в мире и может разобраться во всем этом, так это она. -Я говорила с ней по телефону. Она милая. Милая, подумал Малдер. Какое неподходящее слово для описания Даны Кэтрин Скалли. - Я попытаюсь уговорить врача впустить тебя к нему. Ты в порядке, Джинни? Мне необходимо посоветоваться со Скалли и узнать, что происходит, но я не хочу оставлять тебя одну, если... Вирджиния покачала головой, вздернув подбородок. Этим жестом Она напомнила ему Скалли. - Я в порядке, Малдер. Иди и помоги Келвину. Малдер мягко сжал ее руки, а затем отправился на поиски Скалли. Он нашел ее в комнате в дальнем конце изолятора, стоящей у постели Уолтера Скиннера.Она смотрела на него, ее голубые глаза были обеспокоены. Когда она взглянула на Малдера, он увидел блеск непролитых слез. - Я думаю, что это было попыткой убить его. Малдер думал то же самое, и ему пришло в голову, что на этот раз он отдал бы все на свете, чтобы не согласиться со Скалли. - Кто-то знает, что он думал о повторном открытии "Секретных материалов". - Что они скрывают, Малдер? Что может быть так жизненно важно для них, чтобы они убивали и уничтожали с такой безнаказанностью? В ее выразительных глазах он видел, как борются яростью с печалью. Он обошел кровать, сокращая расстояние между ними, и обнял ее. - Секреты всегда кажутся гораздо более важными для людей, пытающихся их сохранить, чем они значат для кого-либо еще. Скалли на мгновение приняла его утешение, затем взяла карту,прикрепленную в ногах кровати Скиннера. - Это не ретровирус в том виде, в каком мы его знаем, Малдер. Внешние симптомы те же, но он не реагирует на назначенное лечение. Есть еще что-то... "Звучит похоже на меня", - подумала Малдер, обвиняя себя в том, над чем у нее не было власти. Он не пытался отговорить ее, зная, что для нее, как и для него самого, заверения ничего не значат. Если чувство вины поможет найти решение, которое она искала, то он должен был позволить ей испытывать его. Скалли опустила карту в щель в конце кровати и достала сотовый телефон. - Ты говорил с Самантой? - спросила она, поднося трубку к уху. - Я оставила на ее автоответчике чересчур эмоциональное сообщение. Он кивнул. -Да. - Ладно...Мам?- она заговорила в трубку: - Скиннер задержится здесь, мама. Он крутой парень...Да, с Малдером все в порядке. Он прямо здесь...что? Уже в новостях? Что они говорят? Малдер заметил, как она слегка нахмурилась. -Нет. И это не пищевое отравление ... - Скалли посмотрела вниз на Скиннера. - Он настоящий боец, мама. И мы упорно работаем, чтобы выяснить, что происходит ... что? Она взглянула на Малдера, и он поднял брови. Что? - произнес он одними губами. Она снова нахмурилась. - Конечно.Ты хочешь, чтобы я встретилась с тобой? "Конечно, Маргарет скоро придет", - подумал Малдер. В трудную минуту ничто не помешает ей быть рядом с мужчиной, которого она любит. В этом она была похожа на Скалли. - Я тоже, мама. Скоро увидимся. Она положила трубку в карман куртки. - Мама говорит, что новости уже вышли в эфир. СМИ предполагают, что это очередная вспышка болезни легионеров** . Она, конечно, уже едет сюда. - Вы, женщины Скалли, терпеть не можете ждать, не так ли? Он коснулся ее щеки, думая о том, как много значат для него женщины Скалли, и благодаря Бога за это. Женщины Скалли всегда готовы позаботиться, когда его жизнь была в опасности. * * * К пяти часам вечера Скалли получила больше информации о природе ретровируса. Но то, что она узнала, еще больше сбивало с толку. Она сидела в комнате отдыха врачей в изоляторе, изучая лежащие перед ней карты, пытаясь разобраться в последних результатах анализов. Когда через несколько минут вошел Малдер, она сняла очки и потерла глаза. -Узнала что-нибудь?- спросил он. - Да, но это странно, Малдер. Двое из агентов очень хорошо реагируют на адреналиновую терапию. Их последние анализы крови показывают, что только небольшой процент клеток ретровируса остается живыми в их организмах, и но эти клетки находятся в стадии умирания. Но остальные десять агентов практически не отреагировали на лечение - на самом деле, пара из них умирает. - Что это значит?- Малдер сел напротив нее. - Должно же быть что-то у этих двух выздоравливающих агентов, что помогло их организмам хорошо отреагировать на гормональную терапию, но я не знаю что. Я подумала о возрасте, но одному из агентов двадцать семь лет, другому - сорок шесть. Один кавказец, другой латиноамериканец. - Кто они? - Лора Кемп и Дейл Родригес. Она посмотрела карты. - У них разные группы крови, разный рост и вес - я не могу найти ничего общего между ними. - Ну, они обе женщины. Скалли подняла глаза. - Что? - Кемп и Родригес - обе женщины. Скалли снова перевернула карты-какая-то идея начала зарождаться на краю ее сознания. -Я думала,что Дейл - мужское имя... - Ну, она бывалый агент, но определенно женщина. Эта мысль ворвалась в ее мозг с такой силой, что Скалли выпрямилась и широко раскрыла глаза. - Вот оно, Малдер! -Что? - он наклонился вперед, мгновенно насторожившись. - Они женщины - вот почему они реагируют. - Но как вирус может быть запрограммирован на воздействие только на один пол? -Я думаю, что это так. Или, по крайней мере, создатели вируса не заботились о том, чтобы он был менее эффективен на женщинах, потому что их целью были мужского агенты-мужчины, которые преобладают в ФБР. - Как? - Мы были на правильном пути с гормональной терапией, Малдер.Мы просто не зашли достаточно далеко!- она вскочила на ноги, оказавшись ближе к Малдеру. -Адреналин-это гормон... Он выпрямился и посмотрел на нее широко раскрытыми глазами. Она увидела, как понимание отразилось и на его лице. - И эстроген тоже. Она кивнула, и на ее лице появилась улыбка. - Давай найдем доктора Филлипса. * * * К десяти часам вечера новый анализ крови показал обнадеживающие результаты. Эстроген в сочетании с адреналином, совместно с холодовой терапией и противовирусными средствами,медленно, но верно убивали ретровирус. К тому времени как Малдер принес китайскую еду на вынос для позднего ужина,семеро из двенадцати агентов ФБР вышли из критического состояния. Скалли сообщила Малдеру о ходе лечения. - Мы ввели гормон, экстраполировав нормальный уровень эстрогена, необходимый для женщины, скажем, такого же роста и веса, как Скиннер. -О-о-о, я просто представил себе это. - Она усмехнулась. - Ну, это работает. Когда она потянулась за коробкой жареного риса в приемную заглянул доктор Филлипс. -Доктор Скалли, я вернулся на ночное дежурство. Все наконец-то под контролем. Почему бы вам не выйти отсюда и не попытаться немного отдохнуть? Малдер посмотрел на Скалли, желая, чтобы она согласилась. Прямо сейчас,после всего, через что они прошли, он просто хотел отвезти ее домой и уложить в постель. Ладно, на самом деле он хотел, чтобы они оба оказались в постели, но это могло подождать до следующей ночи.Она выглядела смертельно усталой, и ему захотелось просто позаботиться о ней. Снова его замечательная Скалли доказала его веру в нее. -Скиннер?- Скалли встревоженно подняла глаза. - Неужели он..? Малдер кивнул, нахмурившись. - Последний раз, когда я его видел, он был не в лучшей форме. Но ты же знаешь, что он крепок, как сталь. У Скалли внезапно свело желудок. Это было достаточно плохо, зная, что ее товарищи по оружию, другие агенты, лежат там, наверху, борясь за свою жизнь, но Скиннер был несколько ближе. Тот, кого она уважала. Они с Малдером многим ему обязаны. Ради них он ни раз шел на большой риск. А ее мать ... -Кто-нибудь звонил маме? Он кивнул. - Я попросил известить ее. Она прижала руку к голове. - Так скоро после того, как его назначили директором ... - Заставляет задуматься, это не простое совпадение. Она уже сама пришла к этой мысли. -Интересно, если это все-таки совпадение, что же произошло здесь, в Бостоне? Она посмотрела на Малдера, и ее желудок сжался еще сильнее. -Если тебя и Скиннера хотят убрать с дороги... Он коснулся ее руки. - Они забыли, что доктор Скалли всегда спасает положение. - Надеюсь, смогу и на этот раз. Этот вирус не похож на тот, что был раньше. Я думаю, что отказ надпочечников - очень важный симптом. Я собираюсь предложить гормонотерапию, а так же попробовать поднять у них уровень адреналина.  -Ты думаешь - это поможет? -По крайне мере не повредит. Я собираюсь посмотреть еще раз результаты анализов, может быть, они помогут выяснить, что случилось с ретровирусом, из-за чего он так мутировал. Если это то, что я думаю, кто-то намеренно ввел мутаген, чтобы создать уникальный вирус, устойчивый к холодовой терапии. Двери лифта открылись, и Скалли повела его в изолятор. Лысеющий мужчина лет сорока встретил их у стола дежурной медсестры. Он устало потер затылок и кивнул в ответ на ее приветствие. -Клифф Филлипс. Приятно познакомиться, доктор Скалли, агент Малдер. Мы установили, что вирус не распространяется по воздуху, но, в любом случае, я бы посоветовал вам носить защитные костюмы и маски. Организм этих ребят слишком ослаблен. Пока Скалли и Малдер надевали защитные костюм, Скалли обсудила свои находки с доктором Филлипсом. - Я думаю,что необходимо повысить уровень адреналина в три раза, а затем поднять выше, если это необходимо. Я думаю, что вирус был запрограммирован на отключение надпочечников, потому что адреналин оказывает разрушительное действие на вирус. Я надеюсь, что, повышая уровень адреналина, а также продолжая холодотерапию и переливание крови, мы сможем остановить действие вируса. Обычно я бы провела больше тестов, но на это сейчас нет времени. Мы должны рискнуть. Филлипс какое-то мгновение смотрел на нее ,прищурив глазами, потом кивнул. -Ладно. -Я собираюсь зайти к Такеру, - пробормотал Малдер. -Подожди,- Скалли вспомнила Вирджинию Такер.-Малдер,миссис Такер в приемной. Как навестишь Такера, поговори с ней. Скажи ей, что происходит, ладно? Она имеет право знать. И выясни, дадут ли врачи ей разрешение навестить его. Если вирус не распространяется по воздуху... Он кивнул. - Я все сделаю. Она сжала его руку, а затем отпустила и пошла дальше по коридору. * * * * * Такер выглядел ужасно, и Малдер подумал о другом времени, о другом напарнике, находящемся на грани смерти. Но Скалли вернулась к нему. Она сказала, что его сила придала ей смелости,чтобы вернуться, но он знал, что это не так. Скалли была самым сильным человек, которого он знал. Она заставила себя вернуться только силой ее неукротимой воли. И он верил, что она сможет вернуть и Келвина Такера. Если кто-то и мог спасти жизни его коллег-агентов, то это была Дана Скалли. Такер был без сознания. Судя по тому, как подействовал ретровирус, он, вероятно, был без сознания уже пару часов, если принимать во внимание воздействие ретровируса на Малдера в прошлый раз. Пакеты со льдом поддерживали температуру тела Такера на постоянном уровне 93,6 градуса , а внутривенное устройство постоянно качало комбинацию плазмы, дигоксина и гепарина в вены Такера, чтобы разжижить сворачивающуюся кровь. Малдер знал, что такая терапия не может продолжаться бесконечно. В конце концов, простуда и сильные лекарства сами по себе создадут проблемы для организма. Малдер наклонился чуть ближе к кровати, ища признаки сознания или жизни. Такер лежал словно мертвый. - Да ладно тебе,Такер, хватить спать целый день. Нам еще нужно ловить плохих парней. Такер не пошевелился. - Угадай, кто здесь, Келвин? Джинни. Она ждет в коридоре. Если ты оторвешь свою задницу от постели и будешь бороться с этой штукой,они разрешат ей навестить тебя, - он еще немного наклонился. - И Скалли тоже здесь. Я ведь говорил тебе, что она спасла меня от того мерзкого червя на Аляске? Тебе повезло, она прилетела сюда, чтобы спасти твою жалкую задницу и поставить тебя на ноги. Но ты должен ей помочь, Такер. Респиратор тихо шипел, нагнетая воздух в легкие умирающего агента. - А теперь я пойду и поговорю с Джинни. Скажу ей, что ты все еще здесь. Не делай из меня лжеца. Он подавил жгучее чувство отчаяния, сжал плечо напарника и вышел из комнаты. Вирджиния Такер встала, увидев его входящим в приемную. Он спустил маску, позволив ей повиснуть на шее, и взял женщину за руку, которую она протянула к нему.В ее темных глазах застыла паника. - Малдер, он... -Он держится , Джинни.-Малдер подвел ее к скамейке и сел рядом с ней. - Я не собираюсь лгать тебе.Все очень серьезно. Это смертельный вирус, и он плохо поддается назначенной терапие. Но Скалли здесь, и если кто-то в мире и может разобраться во всем этом, так это она. -Я говорила с ней по телефону. Она милая. Милая, подумал Малдер. Какое неподходящее слово для описания Даны Кэтрин Скалли. - Я попытаюсь уговорить врача впустить тебя к нему. Ты в порядке, Джинни? Мне необходимо посоветоваться со Скалли и узнать, что происходит, но я не хочу оставлять тебя одну, если... Вирджиния покачала головой, вздернув подбородок. Этим жестом Она напомнила ему Скалли. - Я в порядке, Малдер. Иди и помоги Келвину. Малдер мягко сжал ее руки, а затем отправился на поиски Скалли. Он нашел ее в комнате в дальнем конце изолятора, стоящей у постели Уолтера Скиннера.Она смотрела на него, ее голубые глаза были обеспокоены. Когда она взглянула на Малдера, он увидел блеск непролитых слез. - Я думаю, что это было попыткой убить его. Малдер думал то же самое, и ему пришло в голову, что на этот раз он отдал бы все на свете, чтобы не согласиться со Скалли. - Кто-то знает, что он думал о повторном открытии "Секретных материалов". - Что они скрывают, Малдер? Что может быть так жизненно важно для них, чтобы они убивали и уничтожали с такой безнаказанностью? В ее выразительных глазах он видел, как борются яростью с печалью. Он обошел кровать, сокращая расстояние между ними, и обнял ее. - Секреты всегда кажутся гораздо более важными для людей, пытающихся их сохранить, чем они значат для кого-либо еще. Скалли на мгновение приняла его утешение, затем взяла карту,прикрепленную в ногах кровати Скиннера. - Это не ретровирус в том виде, в каком мы его знаем, Малдер. Внешние симптомы те же, но он не реагирует на назначенное лечение. Есть еще что-то... "Звучит похоже на меня", - подумала Малдер, обвиняя себя в том, над чем у нее не было власти. Он не пытался отговорить ее, зная, что для нее, как и для него самого, заверения ничего не значат. Если чувство вины поможет найти решение, которое она искала, то он должен был позволить ей испытывать его. Скалли опустила карту в щель в конце кровати и достала сотовый телефон. - Ты говорил с Самантой? - спросила она, поднося трубку к уху. - Я оставила на ее автоответчике чересчур эмоциональное сообщение. Он кивнул. -Да. - Ладно...Мам?- она заговорила в трубку: - Скиннер задержится здесь, мама. Он крутой парень...Да, с Малдером все в порядке. Он прямо здесь...что? Уже в новостях? Что они говорят? Малдер заметил, как она слегка нахмурилась. -Нет. И это не пищевое отравление ... - Скалли посмотрела вниз на Скиннера. - Он настоящий боец, мама. И мы упорно работаем, чтобы выяснить, что происходит ... что? Она взглянула на Малдера, и он поднял брови. Что? - произнес он одними губами. Она снова нахмурилась. - Конечно.Ты хочешь, чтобы я встретилась с тобой? "Конечно, Маргарет скоро придет", - подумал Малдер. В трудную минуту ничто не помешает ей быть рядом с мужчиной, которого она любит. В этом она была похожа на Скалли. - Я тоже, мама. Скоро увидимся. Она положила трубку в карман куртки. - Мама говорит, что новости уже вышли в эфир. СМИ предполагают, что это очередная вспышка болезни легионеров . Она, конечно, уже едет сюда. - Вы, женщины Скалли, терпеть не можете ждать, не так ли? Он коснулся ее щеки, думая о том, как много значат для него женщины Скалли, и благодаря Бога за это. Женщины Скалли всегда готовы позаботиться, когда его жизнь была в опасности. * * * К пяти часам вечера Скалли получила больше информации о природе ретровируса. Но то, что она узнала, еще больше сбивало с толку. Она сидела в комнате отдыха врачей в изоляторе, изучая лежащие перед ней карты, пытаясь разобраться в последних результатах анализов. Когда через несколько минут вошел Малдер, она сняла очки и потерла глаза. -Узнала что-нибудь?- спросил он.   - Да, но это странно, Малдер. Двое из агентов очень хорошо реагируют на адреналиновую терапию. Их последние анализы крови показывают, что только небольшой процент клеток ретровируса остается живыми в их организмах, и но эти клетки находятся в стадии умирания. Но остальные десять агентов практически не отреагировали на лечение - на самом деле, пара из них умирает. - Что это значит?- Малдер сел напротив нее. - Должно же быть что-то у этих двух выздоравливающих агентов, что помогло их организмам хорошо отреагировать на гормональную терапию, но я не знаю что. Я подумала о возрасте, но одному из агентов двадцать семь лет, другому - сорок шесть. Один кавказец, другой латиноамериканец. - Кто они? - Лора Кемп и Дейл Родригес. Она посмотрела карты. - У них разные группы крови, разный рост и вес - я не могу найти ничего общего между ними. - Ну, они обе женщины. Скалли подняла глаза. - Что? - Кемп и Родригес - обе женщины. Скалли снова перевернула карты-какая-то идея начала зарождаться на краю ее сознания. -Я думала,что Дейл - мужское имя... - Ну, она бывалый агент, но определенно женщина. Эта мысль ворвалась в ее мозг с такой силой, что Скалли выпрямилась и широко раскрыла глаза. - Вот оно, Малдер! -Что? - он наклонился вперед, мгновенно насторожившись. - Они женщины - вот почему они реагируют. - Но как вирус может быть запрограммирован на воздействие только на один пол? -Я думаю, что это так. Или, по крайней мере, создатели вируса не заботились о том, чтобы он был менее эффективен на женщинах, потому что их целью были мужского агенты-мужчины, которые преобладают в ФБР. - Как? - Мы были на правильном пути с гормональной терапией, Малдер.Мы просто не зашли достаточно далеко!- она вскочила на ноги, оказавшись ближе к Малдеру. -Адреналин-это гормон... Он выпрямился и посмотрел на нее широко раскрытыми глазами. Она увидела, как понимание отразилось и на его лице. - И эстроген тоже. Она кивнула, и на ее лице появилась улыбка. - Давай найдем доктора Филлипса. * * * К десяти часам вечера новый анализ крови показал обнадеживающие результаты. Эстроген в сочетании с адреналином, совместно с холодовой терапией и противовирусными средствами,медленно, но верно убивали ретровирус. К тому времени как Малдер принес китайскую еду на вынос для позднего ужина,семеро из двенадцати агентов ФБР вышли из критического состояния. Скалли сообщила Малдеру о ходе лечения. - Мы ввели гормон, экстраполировав нормальный уровень эстрогена, необходимый для женщины, скажем, такого же роста и веса, как Скиннер. -О-о-о, я просто представил себе это. - Она усмехнулась. - Ну, это работает. Когда она потянулась за коробкой жареного риса в приемную заглянул доктор Филлипс. -Доктор Скалли, я вернулся на ночное дежурство. Все наконец-то под контролем. Почему бы вам не выйти отсюда и не попытаться немного отдохнуть? Малдер посмотрел на Скалли, желая, чтобы она согласилась. Прямо сейчас,после всего, через что они прошли, он просто хотел отвезти ее домой и уложить в постель. Ладно, на самом деле он хотел, чтобы они оба оказались в постели, но это могло подождать до следующей ночи.Она выглядела смертельно усталой, и ему захотелось просто позаботиться о ней. Снова его замечательная Скалли доказала его веру в нее. - Пойдем, Скалли, мы можем взять все эти документы с собой и отвезти их ко мне. Ты выглядишь разбитой. - Вы уверены, что все под контролем? - спросила она Филлипса. - Все отлично. У одного из агентов обнаружились признаки пневмонии из-за его ослабленного состояния, но мы с этим справимся. У меня была возможность отдохнуть, так что теперь ваша очередь. -Ладно.- Скалли сложила документы в папку ,она сунула руку в карман куртки и последовала за Малдером к лифту. Когда двери лифта закрылись, она прислонилась к нему, потираясь щекой против его куртки. - Ну и денек. - Ты была невероятна, Скалли. Я так горжусь тобой. Она удивленно подняла глаза. - Это слова, которые я никогда не ожидала услышать от тебя, Малдер. Он был искренне озадачен. - Конечно, я уже говорил тебе это. Она покачала головой, выражение ее лица было немного задумчивым. -Нет.Я бы запомнила. "Я эгоцентричный сукин сын,-подумал он, - если я никогда не удосуживался сказать Дане Скалли, что какой она удивительный человек". * * * Скалли приняла душ первой. Только в уединении ванной она призналась себе, что немного разочарована тем, что он не присоединился к ней в душе. Пришло время перейти на следующий уровень. Черт, это было в прошлом. К этому времени они уже должны были пожениться и обзавестись парой детей. У них была такая вечная любовь. Даже в самые худшие времена между ними- было несколько таких периодов -она никогда всерьез не думала о жизни без Малдера. Об этом не стоило и думать. Для нее никогда не будет никого другого. И никогда не будет другой для него. Они оба пробовали строить отношения с другими людьми и результаты оказывались катастрофическими. Они должны были просто посмотреть правде в глаза много лет назад и перестать ставить стены на пути друг к другу. Ну что ж, подумала она, выключая душ и оборачивая вокруг себя большое полотенце. Сегодня ночью стены рухнут, или я и вполовину не та женщина, как о думаю о себе. Она надела халат и отправилась на поиски Малдера. Она нашла его на кухне, он раскладывал китайскую еду на две тарелки. Он улыбнулся, когда она вошла в кухню и протянул ей тарелку. -Цыпленок с миндалем ... м-м-м, горячий, только что из микроволновки! Она улыбнулась ему в ответ и взяла тарелку с едой. - Спасибо. - Я знал, что ты захочешь узнать, поэтому позвонил в больницу, пока ты была в душе. Угадай, какой директор ФБР не спит и чертовски раздражен? -Уже? Он кивнул. Она подняла брови. - Ничего себе! Скиннер, должно быть, какой-то супермен! Тебе потребовалось несколько дней, чтобы очнуться на Аляске. Он отнес свою тарелку с едой к столу и сел напротив нее, одарив ее своим лучшим взглядом Малдера. - Ну, я цеплялся за беспамятство, зная, что в ту же минуту как проснусь, мне придется встретиться с тобой в очень раздраженном настроении. Разве можно винить меня за то, что я хотел еще немного поспать? Она скорчила ему гримасу. - Они позволили тебе поговорить со Скиннером? Он кивнул. - Он, кажется, даже обрадовался, услышав, что я здесь и не заражен. Почему это его удивляет? - удивилась она. Малдер всегда, казалось, был ошеломлен, когда кто-то действительно заботился о нем. Иногда ей казалось, что она с радостью бы собрала всех, кто когда-либо причинил боль этому человеку, которого она любила, и задала бы им хорошую взбучку, не моргнув глазом. Затем она вспомнила свои дни обучения в Академии ФБР, когда она присоединялась к смеху над "Жутким" Малдером. Это показывает, какой глупой я была, когда была моложе, подумала она. Слава Богу, теперь я знаю лучше. Интимная тишина нахлынула на них, когда они закончили свой поздний ужин. Малдер взял ее пустую тарелку и быстро вымыл вместе со своей. Потом начал расстегивать рубашку. - Я собираюсь принять душ. Почему бы тебе не лечь в постель и не поспать? - Одной? Его карие глаза встретились с ее непроницаемым взглядом. - Ты уже еле на ногах стоишь, Скалли. Она слегка нахмурилась. - Я не настолько устала, Малдер. Он отвел взгляд. - Ну, по крайней мере, полежи немного. Когда выйду из душа, я проведаю тебя, и если ты проснешься, мы поговорим. "Разговоры - это не совсем то, что я имею в виду", - подумала она, наблюдая, как он направляется по коридору в ванную. *** Малдер прислонился к стенке душевой кабины, позволив горячей воде омыть его тело, пока он пытался понять, почему, черт возьми, теперь он убегает от Скалли, после всего, через что они прошли, чтобы быть вместе. Почему он хочет подождать? Его нельзя было назвать старомодным типом, и Скалли не подавала никаких признаков того, что она хоть немного заинтересована в том, чтобы дождаться первой брачной ночи. По правде говоря, Скалли, вероятно, и не думала, что он когда-нибудь женится на ней. Он всегда был немного бесцеремонен по отношению к институту брака - и, учитывая, во что в итоге превратился брак его родителей, он полагал, что его нельзя в этом обвинять. Но со Скалли все будет по-другому. Он не был его отцом и Скалли не была ни Фиби, ни Бэмби, ни одной из тех женщин, с которыми у него могли быть несерьезные отношения. Скалли была всей его жизнью, и хотя ему не нужен был клочок бумаги, чтобы доказать это, он твердо намеревался попросить ее выйти за него замуж, как только вернется в Вашингтон навсегда. Так почему же он не мог заставить себя показать ей, насколько сильно он хотел, нуждался и обожал ее? Почему мысль об этом последнем, сокрушительном акте близости потрясала его до глубины души? Он поискал в своем психологическом словаре возможные варианты. Беспокойство. Комплекс бога. Чувство вины. Теперь появилась реальная возможность быть вместе, подумал он. Вина была его постоянным спутником, и у него, конечно, было достаточно причин, чтобы чувствовать себя виноватым, когда дело касалось Скалли. Он перевернул ее жизнь вверх ногами и не один раз. Может быть, в глубине души он просто не верил, что заслуживал ее. Он энергично скреб свое тело, чувствуя себя грязным. Он знал,что это был не просто долгий день, стресс и пот. Это были годы тьмы, начавшиеся с рушащегося карточного домика в Чилмарке, вплетенного в его жизнь, как траурная лента. Фиби...Кристен...другие-безымянные, безликие женщины... Скалли была его лучом света в темноте, иногда в переносном, а иногда и в буквальном смысле. Если у него и была религия, то это была она. Он верил в Скалли, и она никогда его не подводила. Но, с другой стороны, принес ли он тьму в ее жизнь? Был ли он демоном, оскверняющий ее небеса? -Малдер? Ее голос, доносившийся из-за занавески душа, заставил его нервы напрячься. - Скалли, я же велел тебе лечь и попытаться немного отдохнуть. - Почему я должен тебя слушаться? Ты никогда меня не слушаешь. Он смыл остатки шампуня с волос и выключил воду. - Мне нужно выйти, Скалли. - И что тебя останавливает? Он нахмурился, глядя на занавеску. - По крайней мере, дай мне полотенце. Он протянул руку за занавеску. Она протянула махровое полотенце ему в руку, и он быстро им вытерся, а затем аккуратно обернул полотенце вокруг бедер, отодвинул занавеску душа и вышел на пушистый коврик. Скалли сидела на стойке в ванной, ее халат слегка разошелся, открывая изгибы ее груди. Малдер с трудом сглотнул, но посмотрел ей в глаза. К несчастью, то, что он увидел в их голубых глубинах, было не менее тревожным. Слезы. Непролитые, дрожащие на темных ресницах. - Я думала ... когда мне позвонили и сказали, чтобы я приехала в Бостон, что там погибли два агента ... Они ничего мне не сказали, кто это был, просто хотели,чтобы я как можно скорее села на самолет.И я не могла дозвониться до тебя. Ее нижняя губа дрожала. Она прикусила ее зубами, борясь за контроль. - Все, о чем я могла думать, это почему мы так долго ждали? Жизнь так коротка... Он сократил небольшое расстояние между ними, накрыв ее руки своими. - Я в порядке, Скалли. Мы оба в порядке. И остальные ... они скоро поправятся. Ты была такой потрясающей сегодня. Я был в восторге. Она вытащила одну руку из его рук и коснулась виска, по которому стекала капля воды с его влажных волос. - Не пытайся уйти от разговора, Малдер. - Уйти от разговора? Он знал, о чем она говорит, но не мог уступить ей. Особенно не здесь, не таким образом. Здесь, в ванной комнате -это было слишком похоже на... - Я так сильно хочу тебя. Она наклонилась и накрыла его рот своим. Ее язык скользнул по его губам, заставляя их раздвинуться. Он пытался сопротивляться, быть сильным, но ее прикосновение было подобно жидкому огню, опаляющему и запечатывающему его судьбу. Он наклонился вперед и обнял ее за спину, притягивая к себе. Ее колени раздвинулись, бедра прижались к его бокам.Она запустила руки в его волосы. Его тело дернулось в ответ. Затем, словно нырнув в ледяную воду, мрачное воспоминание заполнило его разум. Еще одна ванная, еще один безумный день, еще одна женщина. Темный. Нуждающийся. Испуганный. Кровь на бледном кончике пальца; алые губы раскрываются, чтобы выпить ее. Его собственный голос. - Ты не такая. Это не делает тебя счастливей. Малдер отстранился, выпутываясь из нежных объятий СкаллиЖивот болел, глаза щипало. -Малдер?- неуверенность в ее голосе чуть не убила его. Он нащупал стену и сел на край ванны. Он не мог заставить себя посмотреть ей в глаза. Он все еще чувствовал себя грязным. Таким грязным. Она соскользнула с тумбы и встала прямо перед ним. Ее сильные руки обхватили его лицо, чтобы поднять подбородок, но он не смотрел ей в глаза. - Черт возьми, Малдер, не делай этого со мной!- ее хватка усилилась, и она слегка встряхнула его лицо. - В чем дело? - Кристин, - прошептал он, говоря ей правду, потому что не стал бы лгать ей теперь, когда перестал лгать самому себе. Ее руки задрожали и упали. Она отступила назад, остановившись, когда ее спина прижалась к стене. Ее голос был низкий, чуть хрипловатый. - Женщина из Лос-Анджелеса? Он кивнул. Между ними повисла тишина, не уютная тишина их дружбы и партнерства, а напряженная тишина, густая от страха и боли. Он хотел найти слова, чтобы объяснить, стереть неправильное впечатление, которое она испытывала, но его голос дрогнул. Наконец , Скалли нарушила молчание. - Так что же это, Малдер?Любовь или чувство вины? Он поднял глаза, встретился с ее пронзительным голубым взглядом и понял, что она она снова удивила его. Пронзая его взглядом прямо в сердце, подумал он. До мозга костей. -Чувство вины, я думаю, - добавила она. - Я переспал с ней, Скалли... Ее ноздри раздулись. - Я знаю. Я видела фотографии. Не самый твой разумный поступок. - Я носил твой крестик, когда занимался сексом с ней. Ее губы задрожали, и ему захотелось броситься на землю и молить ее о прощении. Он чувствовал себя двенадцатилетним мальчишкой, умоляющим отца простить его за то, что он позволил похитить Саманту. Но отец знал, что это не его вина, и все равно позволил ему страдать, а Скалли ... Скалли знала его слабость. И предпочла прощение взаимным обвинениям. - Почему ты переспал с ней?- Скалли опустилась перед ним на колени, положив руки на колени. По дрожанию ее пальцев он понял, что она хочет прикоснуться к нему, но она также понимала, что он не может вынести ее прикосновения прямо сейчас. Он был недостоин ее. Она заслуживала большего. - Тебя не было. Просто ... пропала. Он покачал головой, не в силах смотреть на нее. Он закрыл глаза и вновь пережил тот день в Лос-Анджелесе, когда все пошло немного безумнее, чем обычно. - Я никогда не думал, что может существовать такая вещь, как нежить, но Кристин была убеждена. Она была в ужасе. Вся ее жизнь была кошмаром - бегством от внутренних демонов и теней, преследующих ее. Она чувствовала себя оскорбленной с детства. Оскорбленной теми, кто утверждал, что любит ее. Ее сердце было разбито, а ее любовь превратилась во что-то грязное и неестественное. Он опустил голову на руки. - Боже, Скалли, я посмотрел на нее и увидел себя. Мне было так одиноко. Мое сердце болело так чертовски сильно, что я больше не мог спать,- он содрогнулся, вспомнив, что она открыла ему во время сеанса гипноза менее двух лет назад, ужасные истории об испытаниях и пытках. - Его голос сорвался. - Меня преследовали мысли о том, как я позволил им забрать тебя, адские кошмары о том, что, как я представлял, они делают с тобой. То, что они сделали с тобой... Он услышал, как она тихо всхлипнула. Его желудок сжался. - Она спросила меня, пришел ли я, чтобы защитить ее, позаботиться о ней. И мне этого очень хотелось. По крайней мере, чтобы доказать, что я, наконец, могу сделать все правильно. Он не смог сдержать мрачного смеха. Это был самый ужасный звук, который он когда-либо слышал. - Мой разум онемел. Мое сердце было мертво. Осталось только мое тело, и это то, что я отдал ей. - Ты позаботился о ней? Он покачал головой. - Нет. Когда все было кончено, он сидел на склоне холма, наблюдая за поднимающимся дымом, зная, что Кристин мертва. Не осталось ничего, кроме пепла и костей,и он чувствовал только боль и пустоту там, где должно было быть его сердце. Он вытащил крошечный золотой крестик, который все еще носил, наблюдая, как мерцает солнечный свет на блестящей поверхности, и понял, что его сердце где-то далеко. Со Скалли, где бы она ни была. - Кристин была мертва. Интеллектуально, даже физически... Но эмоционально ... - Он наконец поднял на нее глаза, ища в них признаки гнева, отвращения или, Боже упаси, ненависти. Но он видел только печаль и глубокую, неистовую любовь. Внезапно ему ничего больше не захотелось, чем просто обнять ее и никогда не отпускать. - Прости меня. -За что? - За слабость. За то, что подвел тебя. Как всегда безупречно рассчитав момент, Скалли протянула руки и обхватила его лицо. - Ни разу, Малдер. Ты никогда не подводил меня. - Я должен был... - Если бы ты мог остановить то, что случилось, ты бы это сделал. Я зна. это, - она прижалась лбом к его лбу. - Ты бы занял мое место, убил Дуэйна Бэрри, отказался бы от "Секретных материалов". Я знаю это. Он кивнул. - Скалли, ты вошла в мой кабинет семь лет назад и спасла мне жизнь. Если бы не ты, я бы никогда не дожил до встречи с Самантой. Я бы сошел в могилу, не зная, что она в безопасности. Она задрожала, прижимаясь к нему, и он закрыл глаза. - Скажи, что ты прощаешь меня, Скалли. - Я прощаю тебя, - прошептала она, приблизив свои губы к его в уху. Затем он прижал ее к себе, благодаря за то, что она произнесла эти слова, хотя и знал, что она не верит, что ей есть что прощать. Его Скалли, его лучший друг, его вечный партнер, его любимый спутник, его яростный защитник - она знала его лучше, чем он знал себя, даже лучше, чем она сама себя знала. Она встала и притянула его к себе. Ее руки скользнули по его рукам, прослеживая мускулы, посылая дрожь вдоль его позвоночника. Он запустив пальцы в ее волосы, он нежно потянул ее за голову назад. Ее розовые губы приоткрылись, и он наклонился к ней, погружая свой язык в ее сладкое тепло. Он чувствовал, как ее руки скользят вниз по его бокам, под полотенце на талии. Ткань развернулась и упала. Его пальцы ощупали ее талию, ища клочок материи, удерживающей ее халат, и без особого успеха потянули. Края халата слегка распахнулись, и его обнаженная плоть встретилась с ее в мгновении чистой магии. Он подтолкнул ее назад, к двери, ведущей в спальню. Их конечности почти переплелись, они чуть не споткнулись, и он почувствовал, как ее мягкий смешок раздался у его рта. Все было правильно, подумал он, усмехнувшись про себя. Сколько бы времени они оба ни провели в больницах и отделениях неотложной помощи, их первый раз, проведенный вместе, по статистике, должен был закончиться какой-то неловкой травмой, которую им придется потом объяснять. Ему удалось благополучно отвести их к кровати. Она оттолкнула его на секунду, когда он хотел опустить ее на матрас. Голубые глаза Скалли смотрели на него, в них светились смех и яростная, ноющая потребность. Скалли ловко развязала пояс своего халата и позволила ткани упасть на пол, обнажая ее тело. На секунду у него перехватило дыхание. Изгибы, плоскости, веснушки, тени, округлости и впадинки - он хотел коснуться всего этого, вкусить ее всю. Она потянулась к нему, и он вошел в ее объятия. Она оказалась мягче, чем он мог себе представить. Мягкая и теплая. Ее плоть покорялась его рту и рукам, когда он знакомился с ее телом. У него никогда не было более глубоких отношений с человеком, чем со Скалли, но когда они разрушили последний барьер между ними, близость этого момента ошеломила его и заставила его дрожать. Она обхватила его лицо ладонями и поцеловала долгим, глубоким поцелуем, от которого на секунду все его тело словно оцепенело. Когда чувства вернулись, он почувствовал как усилилось напряжение в паху. Он пошевелился и повернулся так, что она оказалась под ним на кровати, баюкая его бедрами. Он наклонился, чтобы поцеловать ее живот. Ее кожа была мягче бархата, сладкая, она пахла смесью мыла и солнца, он узнает ее аромат где угодно и когда угодно. Он попробовал ее на вкус, слегка покусывая и успокаивая языком укушенное место, он медленно скользил вверх по ее телу. Он накрыл ртом одну ее грудь и легонько пососал сосок. Огонь пронзил его при звуке ее негромкого стона. Он чувствовал себя самым могущественным человеком на земле - и это была ЕЕ заслуга. Ее потребность в нем, ее желание, ее доверие. Она делала его лучше, чем он был, лучше, чем он когда-либо надеялся быть, и это было так чертовски хорошо, намного больше, чем он заслуживал. Скалли схватила его за плечи. -Малдер...пожалуйста... Она пошевелилась, раздвигая бедра в молчаливом приглашении. Он задрожал, глядя в ее одурманенные страстью глаза. - Ты такая красивая.       Затем он вошел в нее одним долгим, медленным движением. Скалли издала еще один тихий стон. Он затаил дыхание, давая ее телу привыкнуть к его размерам. Он понял, что в ее жизни было не так уж много мужчин, и очень давно. В порыве чувств он почувствовал себя польщенным тем, что она доверила ему то, что, очевидно, высоко ценила. В этот момент все мысли о собственном удовольствии исчезли, и он думал только о Скалли. Ее потребности, ее желания, ее сердце. Он любил ее всем своим телом, его разумом, его душой, мягко подводя ее к сладкому безумию. Под ним она вздрагивала, содрогалась, держала его в своих шелковых объятиях, выдыхала его имя. Даже ее голос ласкал его.       Эмоции проносились через его сердце и разум, кружились и кричали, как тысячи скворцов, парили, как ястребы, порхали, как колибри, кружили как орлы. Его тело напряглось, готовясь к предстоящей разрядке, и, наконец, он взорвался и пролился в нее, плачущий от чуда - любви к Дане Скалли. * * * Скалли проснулась с ощущением тепла, мягко убаюканная ритмом глубокого дыхания и размеренным стуком сердца под ухом. Она медленно открыла глаза и с удивлением заметила розовые полосы на стене спальни. Она находилась в дополнительной спальне Малдера, где останавливалась, когда приезжала в Бостон. Но этим утром она проснулась не одна. Он пошевелился во сне, крепче прижимая руку к ее животу. Это движение заставило ее полностью осознать их наготу, ощутив прикосновение его горячей кожи на своей спине. Близость его объятий вызвала у нее слезы. Она повернула голову, чтобы посмотреть, как он спит. Уже не в первый раз она позволяла себе тайное удовольствие наблюдать за ним, когда он не видел этого. В большинстве случаев она могла наблюдать за ним, когда он либо терялся в своем маленьком мирке мыслей, либо был без сознания. Малдер часто страдал от бессонницы. Интересно, смотрел ли он когда-нибудь, как она спит? Возможно. Иногда он был чересчур заботливым. А иногда...Она улыбнулась, ноющие мышцы напомнили ей о прошлой ночи страсти. А иногда - нет. Она повернулась, стараясь не слишком сильно толкнуть его, и слегка прижалась губами к его ключице. Позволила себе немного попробовать его кожу на вкус. Теплая, чуть солоноватая. Эссенция Малдера. Когда она снова посмотрела на лицо Малдера, его сонные карие глаза внимательно разглядывали ее. - Вкусно? Она обняла его за талию, разминая мышцы спины. Его волосы на груди царапали ее грудь, посылая прекрасные маленькие искры вниз по ее позвоночнику. - Мхм... Он прикоснулся губами к ее губам. - Сколько сейчас времени? Скалли заметила, что в комнате довольно светло. Она посмотрела через его плечо на свой дорожный будильник, который она забыла поставить. Было 6:12 утра. - Малдер, уже утро! Она высвободилась из его объятий и перелезла через него, преследуемая его теплым смешком. Он перекатился на бок и смотрел, как она набирает номер больницы. -Доктора Филлипса, пожалуйста. Это доктор Дана Скалли. " Загадочный доктор Скалли",- прошептал Малдер. Она бросила на него веселый предупреждающий взгляд. - Доктор Скалли, вы хорошо отдохнули? - ответил Филлипс. Она почувствовала, как ее щеки заливает румянец. Брови Малдера поползли вверх. -Прекрасно, - заверила она доктора. - Как состояние пациентов? - Их выздоровление просто феноменально, доктор Скалли!- с большим энтузиазмом гудел в трубке голос Филлипса. - Все, кроме агента Парметера переведены из реанимации, а он там из-за развившейся пневмонии. Но он очень хорошо реагирует на антибиотики. Последние три анализа крови у всех двенадцати пациентов не обнаружили ничего, кроме мертвых вирусных организмов. Я бы сказал, что мы убили его, доктор Скалли. Отличная работа! Скалли поняла, что улыбается, как дура. - Я приеду через тридцать минут. Малдер нахмурился. - Не торопитесь, агент Скалли. Вам ничего не остается, кроме как поклониться за хорошо проделанную работу. Почему бы нам просто не собраться в девять в комнате так сказать "боевых действий" и не упорядочить все наши заметки для вашего отчета? -Девять звучит неплохо. Скалли подняла бровь, глядя на Малдера. Он просто смотрел на нее так, словно она была главным блюдом в его меню на завтрак. - Тогда до встречи. Она повесила трубку. -Девять? Почти целых три часа? Ухмылка Малдера стала еще шире. - Разве ты не должен быть на работе? - До десяти у меня ничего не запланировано. Она прищурилась, понимая по тону его голоса, что он что-то скрывает от нее, но она также чувствовала, что это было не так важно. И то, как он смотрел на нее, быстро прогоняло все посторонние мысли. Поэтому она положила трубку и толкнула его на кровать, скользнув под простыни рядом с ним. - Ты уверен, что справишься, Малдер? Он помолчал, словно обдумывая этот вопрос. Медленная улыбка расползлась по его лицу. - Да, я уверен. * * * * * Малдер провел бритвой по заросшему щетиной подбородку, краем глаза наблюдая за Скалли. Она сидела на раковине, изучая его, пока он брился, заставляя его чувствовать себя букашкой под микроскопом. Наконец, он отложил бритву и посмотрел ей прямо в глаза. Не требовалось иметь особые дедуктивные способности, чтобы понять, о чем она думает. Она видела фотографии Малдера и Кристен в ванной без зеркала. Она видела, как Кристин брила его, как поцарапала бритвой, как почти ощутила вкус его крови. Вопрос, огромный, как мир, застыл в глазах Скалли. Он взял бритву и протянул ей. -Скалли? Ее рука слегка дрожала, когда она брала бритву. - Ты не должен, Малдер. Но он знал. Демоны должны быть изгнаны. Скалли должна была знать. Она облизнула губы и поднесла бритву к его подбородку. Медленно, мягко и ловко, она провела бритвой по его коже. Раздался негромкий скрип, от этого звука по его спине пробежала приятная дрожь. Скалли была нежной, осторожной, ее красивое лицо напряглось от сосредоточенности, когда она закончила брить его. Никаких пропущенных щетинок, подумал он. Никакой боли. Она опустила бритву в раковину и взяла мокрое полотенце, лежавшее рядом. Она нежно стерла остатки крема для бритья с его лица, словно вытирала ребенка. Он закрыл глаза, пораженный тем, насколько возбуждающим может быть это простое прикосновение. Он почувствовал, как ее губы мягко и нежно коснулись его губ. Ее пальцы запутались в его волосах, удерживая его неподвижно для ее исследования. Он почувствовал себя обделенным, когда она отстранилась. Он открыл глаза. Она с нежностью смотрела на него блестящими от слез глазами. -Что?- спросил он. - Просто я так долго этого хотела. Он погладил ее бедра через халат. - И я тоже, Скалли. - Малдер, я не могу жить в Вашингтоне, пока ты здесь. Он кивнул. - Так больше продолжаться не может. - Я подам заявление об отставке и вернусь сюда, если Скиннер ничего не придпримет в ближайшее время. Я думаю, что смогу получить работу в бюро судмедэкспертизы. Или даже в государственной криминалистической лаборатории. Он быстро покачал головой. - Нет, Скалли. Ты любишь свою работу. Я хочу вернуться в Вашингтон. - Но Саманта... - ...у нее есть муж, от которого она без ума. Моя жизнь не сосредоточена больше только на Саманте, Скалли. Моя жизнь - это ты. Он заставил ее плакать, понял он, испытывая легкое чувство вины. Его Скалли плакала нечасто. Она обхватила его лицо руками и прижалась лбом к его лбу. - Я поговорю со Скиннером. Он мне должен ... и кроме того, он без ума от моей мамы. Это должно чего-то стоить. - А что, если он предложит нам вернуться в "Секретные материалы?" Они долго и мучительно смотрели друг на друга. Он мог видеть воспоминания и тоску в ее глазах. Он чувствовал тоже самое в своей душе. Он и Скалли были единым организмом в те дни, работающий в полной гармонии. Зная сердца, умы, инстинкты друг друга. Никогда в жизни он не чувствовал себя таким живым. До сих пор. Ее голубые глаза с непонимание смотрели на него. - Мы же договорились, Малдер. Мы не откажемся от этого. Мы не можем вернуться к тому, что было раньше. - Я чувствую то же самое, Скалли. То, что мы имеем сейчас, это... - ...совершенно,- закончила она за него. Он кивнул. -Ты мог бы руководить "Секретными материалами" сам, - предложила она. -Нет, - он покачал головой. - Я не смогу работать в одиночку и у меня не будет другого напарника. Не в "Секретных материалах". - Можешь приносить свою работу домой. - Кстати, о работе, я должен встретиться с твоим старым приятелем Колтоном в десять. -Томом Колтоном?- Ее брови поползли вверх. -Зачем? Малдер усмехнулся. - Потому что он был временно переведен на это расследование с тех пор, как из-за заражения вирусом, часть агентов попала в больницу. И угадай, кто был назначен исполняющим обязанности АСАК в Бостонском полевом отделеним, пока Парметер восстанавливается? Ее глаза расширились. -Малдер, ты мне не говорил об этом. - Мы были заняты другими ... делами. Румянец залил ее щеки, и он поразился тому факту, что Дана Скалли, после всего, что она видела за последние годы, все еще была способна краснеть. - Жаль, что я не могу присутствовать на этой встрече. -Тем более что никто не сказал Колтону, кто исполняет обязанности АСАК, - добавил Малдер. - Мне бы очень хотелось присутствовать на этой встрече. Она наклонилась и нежно поцеловала его, потом соскользнула со стойки. -Лучше нам одеться. - Не забудь связаться со Скиннером. Я не хочу просыпаться без тебя еще целый год. Она обернулась в дверях, ее голубые глаза сверкали. - Поверь мне, Малдер. Я этого не допущу.                   *** К тому времени, как Скалли добралась до больницы, Джона Парметера перевели из реанимации в палату. Доктор Филлипс был в полном восторге, когда приветствовал ее у стола медсестры. - Полагаю, мы не сможем уговорить ваше начальство разрешить нам написать статью для "Журнала о медицине"? Скалли вздохнула. - Боюсь, что нет. Этот токсин квалифицируется как искусственно созданное биологическое оружие. Правительство будет требовать, чтобы вся наша работа была строго засекречена. Филлипс слабо улыбнулся. - Вот тебе и выдача желаемого за действительное. Она улыбнулась и кивнула в сторону дежурной медсестры. -Мисс Лиман сказала мне, что агент Параметер переведен из реанимации. - Их выздоровление поразительно. Я полагаю, что значительно помогло то, что большинство из них были в отличной физической форме. Она кивнула. - Я собираюсь проверить их всех, а потом встретимся в ординаторской, и мы сможем заняться бумажной работой. Она направилась по коридору, останавливаясь в каждой комнате изолятора. Когда она добралась до комнаты агента Лоры Кемп, она нашла женщину уже вставшей и одетой в уличную одежду. - Они сказали, что если вы не обнаружите больше никаких признаков токсина, то я могу быть выписана домой сегодня. Скалли приподняла одну бровь. - Вас все равно придется пройти месячный карантин. Кемп усмехнулась. - Знаете, на самом деле это не карантин. Я смогу принимать посетителей, когда захочу. Доктор Филлипс говорит, что вы все верите, что токсин не заразен в своей нынешней форме. Скалли посмотрела в карту женщины. -Ваш анализ крови почти в норме. Ваши жизненные показатели в порядке, и вы, очевидно, чувствуете себя хорошо. По моему мнению, вы достаточно здоровы, чтобы выписаться отсюда. - Да!- Кемп рассмеялась. Скалли улыбнулась в ответ. Она продолжила обход других пациентов, оставив Такера и Скиннера напоследок. Сначала она проверила Такера. К ее удивлению, он выглядел напряженным и встревоженным. - Врачи говорят о том, чтобы позволить моей жене остаться со мной в реабилитационном центре. Она положила его карту и села на край кровати. - Разве это не должно сделать тебя счастливым? - А что, если этот вирус ... Он расслабился, когда до него дошли ее слова. Она улыбнулась и коротко похлопала его по руке. - Ну,и как Малдер?- он спросил. Она почувствовала, как несвоевременный румянец заливает ее щеки. - О, прекрасно. Он временно исполняет обязанности АСАК. Такер усмехнулся. - А вот на это я хотел бы посмотреть! Скалли присоединилась к его смеху. - Я тоже. * ** Малдер был очень доволен собой. По-настоящему, ПО-НАСТОЯЩЕМУ, наслаждался ситуацией. Он сидел на краю стола АСАК, слушая сбивчивый доклад Тома Колтона о ходе расследования. - Что вы имеете в виду, агент Колтон, говоря, что вирус имеет внеземную природу?- Малдер скрестил руки на груди. - Это объяснение ... Ну, оно звучит немного...жутковато. Колтон ерзал на стуле, доставляя этим Малдеру огромное удовольствие. - И откуда у вас эта "жуткая" идея, агент Колтон? - В предварительном отчете агента Скалли говорится... - Вы слушаете, что сейчас говорит агент Скалли, агент Колтон? Я, кажется, припоминаю время, когда вы достаточно быстро отказывались от ее идей. Колтон сильно сжал челюсти. Давай же, Колтон, ты ведь хочешь меня ударить. Попробуй. Малдер наклонился вперед, заглядывая агенту в лицо. -Она рассказывала мне, как вы обращались с ней, Колтон. То, что вы ей говорили. Теперь уже агент Колтон выглядел испуганным. Хорошо. -Не волнуйся, Том, - он наклонился еще ближе. - Видишь ли, я знаю, что Дана Скалли более чем способна сама решать свои проблемы.И она гораздо опаснее меня. Малдер откинулся назад. - Спасибо за отчет, агент Колтон. Это все. "Боже, - подумал он, когда Колтон ушел, - я говорю совсем как Скиннер". * * * * * Скалли не удивилась, обнаружив мать у постели Скиннера. Теперь, когда у нее было несколько месяцев, чтобы привыкнуть к этой мысли, вид ее матери и босса вместе казался почти ... нормальным. Она посмотрела еще раз на них и поспешно пересмотрела свою раннюю мысль. Нет, это было не нормально. Может быть, вместе они смотрелись чертовски странно. - Есть идеи, когда я смогу убраться отсюда к чертовой матери? - спросил Скиннер без предисловий. - Я тоже рада вас видеть, сэр, - она села в другое кресло у его кровати. - Вероятно, завтра. - Мне обязательно ехать в реабилитационный центр? - Да, сэр. - Я могу отменить ваш приказ, Скалли... -Ты не можешь отменить мое решение, Уолтер,- твердо сказала Маргарет Скалли. - Если Дана считает, что тебе нужно в реабилитационный центр, ты поедешь. Скалли перевела взгляд с хмурого лица Скиннера на спокойное, невозмутимое лицо матери и подавила усмешку. *** Малдер опередил Скалли и вернулся в свою квартиру. Он хотел сделать их вечер особенным, бесстыдно втянув сестру в свой заговор. - Значит, ты и Дана наконец ... - Саманта остановилась, зажигая свечу на столе, и бросила дразнящий взгляд через плечо. Он просматривал диски, которые она принесла с собой, выбирая подходящую музыку для настроения. -Не твое дело, милюзга, - пробормотал он, прежде чем продолжить поиски. Он отложил Майкла Болтона и Ричарда Маркса, но выбрал диск Энии. "ПАМЯТЬ О ДЕРЕВЬЯХ". Она была ирландкой. Скалли тоже была ирландкой. Должно быть, это судьба. Он вздохнул и вытащил еще один диск из небольшой стопки. Триша Йервуд. "ДУМАЮ О ТЕБЕ". Ему понравился взгляд с обложки компакт-диска и некоторые названия песен. -Да, мы вместе. - Насовсем? Он не смог сдержать улыбки. - Не знаю, навсегда ли это, но для меня это навсегда. Улыбка Саманты стала еще шире, глаза сверкали озорством. - Что за романтические слова, Фокс Малдер! Ты уверен, что ты не инопланетный клон, выдающий себя за моего тупого брата? - Отцепись. Она рассмеялась. - Ладно, цыпленок Марсала готовится в духовке, вино охлаждается, ты выбираешь романтическую музыку, а в ванной комнате стоит ароматная пена... Он вставил диск в CD-плеер и нажал кнопку воспроизведения. Голос Триши Йервуд заполнил комнату, чистый и ясный, как горный родник. " Я не понимаю, что происходит. Но весь день напролет и всю ночь напролет, Я думала о тебе, Я думала о тебе." - М-м-м, хороший выбор!- Саманта подмигнула и подошла к нему. Она нежно обняла его. - Хорошего вечера. Он крепче обнял ее, переполненный любовью. Несмотря на время, проведенное в разлуке, несмотря на все то, что изменило ее, превратило в человека, которого он не знал и, возможно, никогда не узнает полностью, она все еще была его сестрой, и она была жива, в безопасности и счастлива. И Скалли тоже. В безопасности, счастлива и влюблена в него. Он был счастливчиком. * * * * * Скалли ощутила аппетитный запах курицы и специй, когда вошла в квартиру Малдера. Чудесный аромат сопровождался мягким, призрачным гэльским напевом. Эния, узнала она. - Ты становишься настоящим трудоголиком, Скалли. Малдер отвернулся от плиты, держа в руках с помощью прихваток длинное прямоугольное блюдо. Скалли прошла к столу. -Это не ты готовил. - Ты ранила меня в самое сердце, Скалли. - Нет, твоя СТРЯПНЯ отравила бы тебя. - Ладно, признаюсь, Саманта мне помогала. Она сдержала легкую улыбку. -А так же она помогала с сервировкой этого стола? Скалли увидела маленький столик, украшенный красивыми тарелками, салфетками и горящими свечами. - Зато я сам выбрал музыку. Заиграла новая песня. Теперь уже на английском, хотя мелодия звучала так же, как и предыдущие на гэльском.       "Шепот мира -       Вздох вздохов,       Прилив и отлив       Океанских вод.       Одно дыхание, одно слово       Может быть концом или началом.       Надежде есть место в любящем сердце,       Надежде есть место в любящем сердце. " - С каких это пор у тебя есть альбомы Энии? - спросила Скалли. - Ладно, это были диски Саманты, но я сам выбрал, какие из них будут проигрываться. Он положил по куриной грудке на каждую тарелку, c помощью половника разливая cверху острый соус из белого вина. Цыпленок Марсала, подумала Скалли. -По крайне мере, ты заставил ее приготовить мое любимое блюдо. Малдер улыбнулся. -Посмотри,разве я не молодец, а? - О, ты хороший хозяин. Определенно. Она последовала за ним на кухню и провела рукой по его спине. От неожиданности он чуть было не выронил кастрюлю с курицей. -Хороший хозяин? Она кивнула, наклонившись, чтобы нежно прижаться губами к обнаженной коже, выглядывающей из-под расстегнутого воротника его темно-серой рубашки. Она легонько покусывала его ключицу, смакуя запах. Негромкий шипящий звук вырвался из его горла от ее прикосновения. Музыка обволакивала их как теплый плащ.       "Под небесами мы путешествуем далеко,       На дорогах жизни мы - странники,       Так пусть любовь приходит, Пусть надеется сердце влюбленного. У надежды есть место в сердце влюбленного." - Как долго ты можешь оставаться здесь, в Бостоне? От дыхания Малдера волосы у нее на макушке слегка топорщились. Она закрыла глаза и вдохнула теплый пряный запах его мужественности. - Я должна уехать утром. АНБ требует новую информацию по делу, и Скиннер хочет, чтобы я выступила на брифинге в Вашингтоне завтра в 11:00. - Черт, -он обнял ее за талию и крепко прижал к себе. - Я так устал прощаться с тобой, Скалли. Она уткнулась носом ему в шею. -Я тоже. Она закрыла глаза и упивалась его близостью, растворяясь в звуках соблазнительного голоса Энии. "Надейся на любовь, Ты можешь мечтать. А если она должна уйти Дай ей крылья. Но если любви Суждено сбыться, Надежда - это дом, а сердце свободно". Его рука поднялась, чтобы погладить ее по волосам. Он нежно откинул ее голову назад и заглянул ей в глаза. - Ты голодна? Я голодна, но мне нужна не еда, подумала Скалли. Он словно прочел ее мысли. Медленная улыбка изогнула его красивый рот, посылая дрожь по ее телу. Он остановился лишь на мгновение, чтобы задуть свечи, прежде чем отвести ее в спальню.                   **** Малдер положил голову на грудь Скалли и прислушался к ее сердцебиению, постепенно возвращающемуся к норме. Его собственный пульс все еще грохотал в ушах, а тело было пресыщенным и ленивым. Ее пальцы играли с волосами на его виске, нежно и любяще.       Протянув руку, он приподнял пальцами тонкую золотую цепочку ее подвески-крестика. Он помнил, как носил его, помнил, как холодное золото согревало его кожу, напоминая ему, что она где-то там. Ждала, когда он придет и найдет ее.       Только он ее не нашел. Они вернули ее к нему, чтобы он мог видеть, как она умирает.       Он пошевелился, когда глубокая боль пронзила его сквозь туман удовлетворения. "Так близко", - подумал он. Он был так близок к тому, чтобы никогда не ощутить такого момента, как этот, когда его кожа соприкасалась с ее кожей, его сердце билось вместе с ее. -Что случилось, Малдер? - Ничего. Наступившее молчание сказало ему, что Скалли знает о том, что он лжет. - Ладно, просто думаю о том, как мне повезло. Она усмехнулась. Звук прогудел у него в ухе. - Неужели?       Он слегка приподнял голову, чтобы заглянуть ей в лицо.       Ее глаза были прикрыты, выражение лица было мягким и теплым. Он так сильно любил ее в этот момент, что казалось, он сейчас заплачет от счастья. Поэтому он боялся заговорить.       Она села, притягивая его к себе. Ему показалась милой демонстрация скромности, когда Скалли обернула простынь вокруг груди (учитывая ее недавнее страстное поведение в постели) и свернулась калачиком в его объятиях. - Знаешь, я проголодалась. - Я думал, мы уже решили эту маленькую проблему. - Я имею в виду еду. -О,- он улыбнулся. - Знаешь, я всегда мечтала поужинать в постели, я думаю, тебе придется принести мне еду сюда. Он приподнял одну бровь. -В самом деле? Она ему сладко улыбнулась. - Но так как поблизости нет больше никого, тебе придется принести еду в спальню. Он прижал руку к груди, словно она его смертельно ранила. - Ой,- он спустил ноги с кровати и поднял свои боксеры с пола, куда она их бросила. - Ну, о, королева, подожди здесь, я скоро вернусь. Цыпленок уже остыл. Он положил куриное мясо на тарелку и засунул разогреваться в микроволновку, затем стал искать в шкафах поднос. У него вообще есть поднос? Вообще как выглядит этот поднос? В ящике под духовкой он нашел длинный плоский противень. Это не было очень красиво, но вполне сгодится, решил Малдер. Он поставил тарелку с подо-гретым цыпленком и два бокала белого вина на противень и осторожно понес его в спальню. Скалли надела свои трусики и его рубашку. Она выглядела так чертовски сексуально, что Малдер чуть не уронил еду на кровать. Он осторожно поставил импровизированный поднос на прикроватный столик и присел на край кровати рядом с ней. - Хотите, я порежу вам цыпленка, мадам? - Помнится, я говорила, что хочу, чтобы ты меня КОРМИЛ. - Нет, ты сказала, что хочешь быть накормленной красивым, сексуальным мужчиной. - Вот именно.       Опять этот взгляд. Этот взгляд "поцелуй меня, Малдер". Он был почти уверен, что уже разгадал его значение, вспоминая, какой она была страстной в его объятиях сегодня ночью, яростно доставляя ему удовольствие, а также получая свое собственное.       Он отрезал кусок нежной куриной грудки, наколол его вилкой и поднес к ее рту. Ее губы, розовые и припухшие от его поцелуев, приоткрылись, чтобы принять этот кусочек. Боже, подумал он, это так эротично. Почему я никогда этого не делал раньше? Потом он понял, что рад, что никогда не делал этого раньше. Между ним и Скалли было что - то особенное. То, что напоминало ему, какой особенной была эта женщина, которую он ждал всю свою жизнь. Его Скалли, яростная, блестящая и любящая. -Я люблю тебя, - хрипло произнес он эти слова. Она подняла глаза, слезы навернулись на ее голубые глаза, и он понял, что никогда раньше не говорил ей этих слов. "Как это может быть?" - удивился он. Он испытывал это чувство в той или иной форме уже много лет. Он любил ее как друга, наперсницу, партнера, а теперь - как любовницу. Каждая грань эмоции казалась одинаково сильной, заставляя его осознать, насколько глубока и сложна его связь со Скалли. Никогда не будет достаточно быть просто ее любовником, просто ее другом, просто ее напарником. Ему нужна была каждая частичка того, чем она была для него. Без этого он не ощущал бы себя целым. - Ты действительно знаешь, как добиться сердца девушки? Она коснулась пальцами его подбородка, прослеживая маленькую ямочку. Даже эта маленькая ласка послала дрожь желания по его телу. - Как я позволю тебе завтра сесть в самолет, Скалли? Она погладила его подбородок. - Я говорила со Скиннером о твоем переводе. Он собирается довести дело до конца, когда вернется в Вашингтон. - Мы и так потеряли слишком много времени. Он подумал о трех долгих, невыразимо жалких месяцах, проведенных без нее, не зная, в порядке ли она, причиняет ли ей кто-то боль, мучая ее или еще хуже....       Она на мгновение обхватила его лицо руками, ее глаза изучали выраже-ние его лица. Она всегда могла читать его, как открытую книгу, подумал он, когда черты ее лица смягчились, а глаза наполнились слезами. Она отпустила его лицо и потянулась к своей шее, расстегивая застежку на цепочке своего крестика. - Ты уже носил его раньше, Малдер. Может быть, и на этот раз поможет.       Она надела цепочку с крестиком ему на шею, ее ловкие пальцы застег-нули застежку. Она положила руки ему на затылок и наклонилась, чтобы поце-ловать его.       Все мысли о еде были забыты. Страстно целуясь, они набросились друг на друга, чтобы утолить иной вид голода.