Школа для чудовищ

      Первый удар был страшен. Войска федералов обрушились на первую линию обороны союзников словно буря. Поля, колосившиеся еще не до конца убранной пшеницей, и фермерские городки возле них превратились в поле боя.       Войска Федерации сосредотачивались на некотором удалении от города, и их позиции было трудно вскрыть с помощью беспилотников из-за мощного полевого РЭБ и сильного противодействия БПЛА-перехватчиков.       Перед рассветом федералы совершили быстрый марш-бросок, оказавшись развернутым в боевые порядки фронтом перед позициями датианской гвардии и их имперских союзников. Началась артподготовка и противодействующая ей контрбатарейная борьба. Канонада не умолкала ни на секунду, разрывы снарядов взметали в воздух фонтаны промокшей от бесконечного дождя грязи, земля вокруг линии наспех отрытых окопов быстро «украсилась» многочисленными воронками. Буквально сразу, едва артоподготовка заканчивалась, из полосы джунглей возникали атакующие цепи автоматизированной пехоты федералов, и под прикрытием огня боевых машин штурмовали позиции защитников.       Спектры гибли десятками, подрываясь на минах, скашиваемые пулеметным огнем. Но роботы-пехотинцы были более живучи, чем обычные солдаты, и часть из них смогла добраться, доковылять, доползти с оторванными ногами, и в первой линии окопов завязалась рукопашная схватка. Синтеты, военные био-клоны имперцев, встретились со Спектрами, роботизированной пехотой Федерации — созданные для войны искусственные солдаты сцепились друг с другом словно бойцовые собаки, которых стравили сражаться, а их ненавидящие друг друга хозяева еще даже не показывались на поле боя.       Так началась осада Датиана.       

***

      Дрейк управлял сражением из мобильного полевого командного пункта, находившегося в опасной близости от передовых позиций. Крупная, тяжело бронированная и укутанная силовыми и маскирующими полями машина, остановилась среди зарослей, и солдаты сопровождавшего ее охранения наспех замаскировали позицию ветками и землей. Разумеется, вся цепочка командования дублировалась из штаба базы Воргейт, офицеры которого неусыпно следили за происходящим. Если даже КШМ будет найдена и уничтожена противником, сражение все равно продолжится.       БУ-У-УМ!       В нескольких сотнях метров от штабной машины раздался звук разрыва артиллерийского снаряда. Дрейк повернул голову, глянув на боковой панорамный экран, на который выводились данные беспилотников, чтобы оценить точность огня противника. Посреди джунглей вспухал огромный огненный шар, ударная волна срывала ветви деревьев и они разлетались во все стороны, осыпав проезжавшую неподалеку от того места боевую машину пехоты. Огонь был неточным, большинство боевых единиц Федерации в этом бою располагали высшим уровнем защиты, броней, силовыми щитами — даже близкие разрывы не могли серьезно повредить технику или убить сразу много пехотинцев. Но артиллерия имперцев била в джунгли зажигательными снарядами, надеясь устроить масштабный лесной пожар, который затруднил бы продвижение атакующих.       К счастью, дождь и ветер быстро гасили пламя, и размывали горючую смесь, поэтому лес никак не загорался. Невзирая на это часть артиллерии противника, не занятая контрбатарейной борьбой, продолжала попытки.       Оценив происходящее на боковом экране как не представляющее угрозу, и сразу утратив к нему интерес, Дрейк снова повернулся к центральному монитору, показывавшему происходящее в самой гуще сражения. Его стратегия работала, хотя пройдет еще некоторое время пока получится достигнуть нужного результата — позиции противника аккуратно разбирались артиллерией, затем вперед шла автопехота. Спектры либо брали позиции, либо вскрывали присутствие противника на них, после чего артиллерия и танки федералов отрабатывали по ним повторно.       Рудольф, командир противника, поступил грамотно, заполнив окопы первой линии расходными синтами, затем уже расставив настоящие подразделения, состоявшие из живых солдат. Часть войск имперцев была выделена в мобильные команды, не привязанные ни к одной позиции, перемещавшиеся вдоль линии соприкосновения сторон и торопливо двигавшиеся туда, где создавалась угроза прорыва.       Но Дрейк знал, что такая стратегия принесет лишь временную задержку. Если передняя линия окопов будет преодолена, то за ней у противника практически ничего нет, а федералы, выбив синтов, смогут закрепиться на опушке джунглей, образовав вытянутый в длину плацдарм, с которого получат возможность развить наступление дальше. Контратаки будут бесполезными — разрезание этого плацдарма на части, не углубляясь в заросли, не поможет прервать поток подкреплений и снабжения федералов, идущий через джунгли по нескольким параллельным тропам. Лишь масштабная лобовая атака с целью опрокинуть плацдарм Федерации на всем его протяжении смогла бы изменить расклад, но на это у имперцев попросту не хватит сил. Поэтому противник продолжал бессильные артиллерийские удары, в надежде устроить лесной пожар или смешать порядки наступающих.       А на случай, если Рудольф все же решит попробовать, Дрейк припрятал в каждом рукаве по нескольку тузов — прямо сейчас бронированный кулак обходил город с запада, собираясь взять его в полуохват. Центральный экран, разделенный на несколько частей, показывал продвижение этих подразделений. Местами их авангард уже вступил в бой. Камера, подписанная как «Western Titan deployment zone 01», показывала уходящие вдаль шагающие боевые машины, на ходу ведущие огонь в сторону невидимого противника. Там, впереди, вспыхивали разрывы, а навстречу наступающим летели трассеры ответного огня. В колонках, стоявших на столе перед генералом, через треск помех и грохот стрельбы пробивались голоса бойцов и офицеров, принимавших участие в сражении. Эфир был забит радиосообщениями, их интенсивность указывала на ожесточенность идущей сейчас битвы. Но Дрейк уже давно научился выхватывать из всей этой какофонии самые важные фразы, привычно выделяя их на слух из общего потока сообщений.       «Радио: Predator-1 Actual, Stalker Actual».       «Радио: Go for Predator».       «Радио: Be advised, that we’ve spotted marked targets moving through our AO, we’re setting up a choke point to intercept. Are you available for tasking, over»?       «Радио: Standby, we’ll be repurposing our assets into your area».       «Радио: Roger, I’m marking the rendezvous point as «nav Alpha» on your HUD, not far from an estimated ambush position. We’ll meet you there».       «Радио: Predator copies all».       Где-то там Анна и Кризис привели в движение свои могучие машины, с помощью разведывательной группы Сталкер обнаружив важную цель, которую следовало постараться уничтожить. Фигуры постепенно выходили на доску, разыгрывая кровавый гамбит — для Дрейка сражение походило на шахматную партию, которую надлежало выиграть, забрав как можно больше ценных вражеских фигур, а Дрейк был превосходным гроссмейстером.

***

      — Кризис! — Анна переключилась на их с напарницей индивидуальный канал, — Вставай в строй, следуй за мной!       «Радио (Кризис): Я с тобой, Анна!»       Стальные гиганты, в кокпитах которых находились Пилоты, зашевелились и зашагали в сторону города, покинув укрытие. Орудия выставлены вперед, стволы покачиваются из стороны в сторону в такт тяжелым гулким шагам. Титаны готовы открыть огонь в любой момент, когда Пилот нажмет на гашетку.       Анна расслабленно откинулась на спинку кресла в кабине Дестини, легко удерживая джойстик управления одной рукой. С каждым шагом звуки сражения становились все громче, а поле боя все ближе, наступало время расплаты. Игры закончились, сегодня монстры заплатят людям за всех тех, кого они обидели. Губы полковника Деморы скривились в злорадной ухмылке:       — Время настоящим ХИЩНИКАМ выйти на ОХОТУ!       «Радио: Хищник-1, я Сталкер Главный».       — Говори с Хищником, — недовольно буркнула Анна.       «Радио: Сообщаю, что нужна помощь для прорыва обороны противника. Враг организовал сеть опорных пунктов в различных зданиях и их поддерживает значительное количество тяжелой техники и Титанов. Слабость артиллерийской подготовки и недостаточное количество тяжелой техники с нашей стороны затрудняют успешное продвижение наших сил. Вопрос — можете ли вы оказать поддержку, разделив часть звеньев на отдельные единицы?»       Анна нахмурилась. Она понимала, о чем говорит командир разведчиков. Чтобы добраться до города необходимо быстро уничтожить все те оборонительные позиции, которые враг устроил по пути. А для этого нужно атаковать их практически одновременно, для чего придется распылять свои силы. Сталкер обратился к Анне, так как данный вопрос надлежало решать на местах, на ее уровне командования, не запрашивая ставку Дрейка, которая определяла общую стратегию боя и принимала на себя решение оперативных задач. Большой уровень инициативы командиров подразделений ставился в основу успешной доктрины боя, обеспечивая войскам Федерации мобильность и автономность, недоступную для более «классических» армий. Анна знала, какими ресурсами она располагает, и могла принять решение, опираясь на эти знания. Но ей все равно не нравилось так поступать, поскольку каждый раз, когда приходилось идти на крайности, означал, что сражение проходит не слишком гладко, и нужно идти на дополнительный риск, ставя под угрозу жизни бойцов.       Бронированный кулак, который должен сокрушить оборону имперцев сильным ударом с запада, встретил на своем пути своевременно выставленную защиту.       — Ожидай, Сталкер, — процедила полковник сквозь стиснутые зубы, — я отдам соответствующие распоряжения.       «Радио: Сталкер все понял, ждем запросов по целеуказаниям на общем канале».       — Кризис!       «Радио: Да, Анна?»       — Ситуация складывается так, что нам придется действовать раздельно…       «Радио: awww…»       — … Поэтому ты пройди дальше на север, и помоги справиться там, а я займусь нейтрализацией нашей текущей цели, после чего, возможно, догоню тебя.       «Радио: Я все поняла, Анна! Не беспокойся, все сделаю как надо!»       — Хорошо. Отбой.       Скрепя сердце, две закадычные подруги разделились. Белоснежная, с овальным корпусом Лея повернула налево, двинувшись на север, а замаскированная серо-черным городским камуфляжем Стальная Судьба продолжила двигаться дальше на восток.       «Радио: Хищник-1 Главный, я Сталкер 3-1. Приоритетная цель продолжает перемещение вдоль линии боевого соприкосновения и ведет плотный заградительный огонь по нашим подразделениям, препятствуя их продвижению. Нужно нейтрализовать ее как можно скорее, прием».       — Я иду, три-один, передавайте данные о положении цели в реальном времени на мою тактическую карту!

***

      Отряд, в котором служил Кейн, находился не на самой передовой позиции. Командование оставило необстрелянных новобранцев в тылу, в их задачу входила охрана и обеспечение бесперебойного снабжения воюющих подразделений. За двое суток, прошедших после объявления военного положения и мобилизации, молодые хищники практически не отдыхали, занимаясь рытьем окопов, блиндажей и устройством полевых складов для различных припасов. В Датиане, конечно, имелась строительная техника, только всю ее угнали на поспешное рытье передовой линии окопов, оставив новобранцев обустраивать позиции простыми лопатами. Более выносливые, чем люди, хищники могли копать намного дольше, однако и жаловались они тоже куда больше. Махая выданной ему лопатой, Кейн вспоминал, как инструктор сержант Хайнц доверительным тоном говорил новобранцам, что большая часть войны состоит из копания окопов и прочих подобных дел, сильно отдаленных от сражений и воинской славы.       Утром, когда началось наступление на Датиан, Кейн и его товарищи проснулись от гула канонады и звуков далеких разрывов. Выбравшись на опушку рощи, в которой находилась их позиция, они угрюмо взирали на столбы дыма, которые поднимались на горизонте, в нескольких километрах от них. Иллюзий о том, что грядет большое и суровое сражение не возникало ни у кого. Новобранцы уже знали, что произошло в городе, как оказались разрушены общежитие и учебный корпус Сакуры, о том, что погиб один из Защитников — дракон Арэт Спокойный. Но Кейн до сих пор не знал, что случилось с Шаан. Видео ее сражения с драконом молодой наг не видел, позвонить или написать не было возможности — имперцы отобрали у датианских солдат смартфоны, оставив только полевые рации. «Враг может вычислить вас по сигналу смартфона, и накрыть артиллерией!»       О том, как оно, когда «накрывают артиллерией», Кейн смог убедиться на собственном опыте некоторое время спустя. Разрывы становились все ближе — отработав первую линию окопов, артиллеристы федералов оставили дальше разбираться штурмовым группам, и перенесли огонь глубже в тыл.       — В укрытие все, не стойте как бараны! — раздался окрик Хайнца. Вместе с Умгалом, он принялся резкими командами загонять бойцов обратно в отрытые ими ячейки.       Хищники попрыгали в окопы, и некоторое время спустя начался ад. Снаряды взрывались среди деревьев, во все стороны вместе с комьями земли разлетались ветки и листья. От прямого попадания взлетел на воздух схрон c боеприпасами, прикрытый только маскировочной сеткой. Предполагалось, что снаряды из него нужно будет грузить в грузовики, которые отвезут их к артиллерийским установкам имперцев, но с начала сражения ни один грузовик так ни разу и не приехал.       Кейн и кобольд Гальт лежали на дне окопа, свернувшись и закрывая голову руками. На голове у каждого был надет шлем с наушниками, потому даже близкие разрывы их не оглушили. Но безотчетный ужас, который охватывал парней при каждом взрыве, заставлял сердце бешено колотиться, парализовал тело страхом. Гальт, от природы трусоватый, постоянно скулил, глядя на товарища широко расширенными от ужаса глазами, и громко истерично вскрикивал каждый раз, как поблизости за краем окопа ухал очередной разрыв. Оба парня, как и остальные новобранцы их отряда, впервые оказались в настоящем бою, впервые попали под артиллерийский налет. Скованный страхом Кейн лежал, свернувшись, инстинктивно спрятав защищенное бронежилетом тело среди колец покрытого чешуей хвоста, молился Богине, и думал о том, что обязательно должен выжить, чтобы еще хотя бы раз увидеть Шаан…

***

      Наконец, бомбардировка прекратилась. Облегченно выдыхая, хищники-новобранцы осмеливались поднять голову и оглядеться вокруг. Кейн с ужасом осматривался вокруг, сознание отказывалось воспринимать ужасающую картину. Окопы затянуло белесым дымом. Горел и взрывался схрон с боеприпасами, сгорел один из броневиков, на которых перевозили солдат, стонали и кричали раненые. Некоторым помощь уже не требовалась — в некоторых местах лежали посеченные осколками, замершие в неестественных изломанных позах трупы. Черный дым валил из какого-то блиндажа…       Кейн и Гальт бросились помогать товарищам. К счастью, Умгал и Хайнц оказались невредимы. Командиры новобранцев принялись торопливо отдавать приказы, пытаясь привести шокированный отряд в некоторое подобие боеспособного подразделения. Удалось потушить горящий MRAP, перевязать и стабилизировать раненых, собрать оружие у нескольких погибших.       За всей этой суетой, никто не заметил появления врага. Хотя хищники обеспокоенно поглядывали в сторону линии фронта, откуда доносилась глухая канонада и треск далеких очередей, никто не оглядывался назад, в сторону города.       Первый выстрел прозвучал внезапно, и боец, выбравшийся из окопа на насыпь, вскрикнув, свалился обратно вниз. Тут же загремели очереди, и отряд оказался под огнем из стрелкового оружия.       — В укрытие! — рычал Умгал.       — Вниз! В окопы! — вторил ему Хайнц.       Новобранцы поспешно укрылись в окопах, понеся лишь относительно небольшие потери. Сжимая оружие, они ожидали дальнейших распоряжений командиров, самостоятельно еще не понимая, что делать. Торопливо преподанные им базовые знания тактики боя и навыков стрельбы мгновенно улетучивались из голов при грохоте очередей стрелкового оружия. Впрочем, новобранцы были хищниками и довольно быстро приходили в чувство, не поддаваясь панике, как какие-нибудь Зеленые.       Опытный Хайнц быстрее всех сориентировался, откуда ведется огонь.       — Противник сзади! — раздалась команда через портативные рации, которые висели у каждого бойца на груди. — Открыть огонь на подавление! Стреляйте в них!       Наконец-то разобравшись, с какой стороны находился враг, хищники окончательно успокоились. Да, в них стреляли из неизвестного чужеземного оружия, убивавшего даже сильных и ловких хищников, которые доминировали над Добычей во всех отношениях. Но у датианцев тоже есть такое же оружие, а значит, нужно только правильно им воспользоваться. Хищники-солдаты начали отстреливаться, иногда вслепую, иногда осторожно выглядывая из окопов, чтобы попытаться увидеть, где притаился враг.       Стрельба еще больше усилилась, теперь она велась обеими сторонами. Пули врезались в земляную насыпь над окопом, поднимая фонтанчики земли, но Кейн, помня о назначенной ему роли в бою, все равно выглянул из окопа. Постаравшись унять страх, он приложил к плечу свою «тридцатку», высматривая цель. И заметил! Из-за какой-то кочки вдалеке торчали кроличьи уши!       Кейн несказанно удивился. Кролики? Серьезно? Какой идиот придумал вооружать кроликов? В мировоззрении Кейна и большинства остальных датианцев, кролики были одними из самых слабых и трусливых Зеленых, готовых обратиться в бегство при первой же опасности, бросая отставших на съедение хищникам. Охота на кроликов в Датиане вообще не считалась рискованным занятием.       Но стрельба продолжалась, реальность неумолимо стучалась в сознание молодого нага. Да, это кролики и, да, они вооружены и стреляют в Кейна и его товарищей. Поборов вызванное удивлением секундное оцепенение, наг прицелился в ту кочку, из-за которой торчали уши. Долго ждать не пришлось — уши качнулись в сторону, и кролик выглянул из-за нее. У него на голове тоже было что-то вроде шлема, который не стеснял уши, мордочка оказалась перемазана чем-то под цвет земли, для лучшей маскировки. Рука стискивала ствол винтовки.       Кейн торопливо выстрелил. Но он ожидал, что кролик поднимет голову над кочкой, потому пришлось довернуть ствол. В итоге наг промахнулся, и противник сразу же спрятался назад. Уши больше не торчали — кролик испуганно прижал их к голове и принялся вслепую стрелять в ответ, выставив над кочкой ствол автомата. Одна из пуль щелкнула в землю слишком близко, и Кейн на всякий случай пригнулся, чтобы не испытывать судьбу.       Перестрелка хищников и Зеленых повстанцев продолжалась недолго. Хайнц, у которого на винтовке имелся подствольный гранатомет, несколькими выстрелами гранат отогнал кроликов прочь. Датианцы не понесли потерь — кролики открыли огонь с сотни метров, не рискнув приближаться ближе, и никто из неопытных повстанцев не сумел поразить цель. Товарищи Кейна увлеченно стреляли, молодой наг тоже пытался в кого-то попасть. Он выстрелил из «тридцатки» несколько раз, передергивая рычажок затвора после каждого выстрела. Затем противники отошли, и наступила относительная тишина. Свернувшись на дне окопа, Кейн нашарил в сумке жменю патронов, и принялся перезаряжать оружие.       Хайнц и Умгал, сидели у входа в свой блиндаж, когда ожила рация Хайнца. Чьим-то хриплым голосом она передала командирам отряда новый, немыслимый приказ — отходить.       — Отходить? — пораженно переспросил Хайнц, глядя, как у Умгала разочарованно вытягивается его волчья морда. — Но почему? Мы же успешно отбили атаку!       — Не все такие молодцы, как вы, — с шипением возразила рация. — Кое-где бой идет до сих пор, а в паре мест противник достиг успеха и обратил в бегство отряды самых необученных новобранцев. Федералы воспользовались этим и прорывают фронт. Скорее грузитесь на броню, бросайте все, что нельзя схватить в одну руку и отходите, а то окажетесь отрезаны!       Хайнц выругался.       — Ну, командуй парням отход, чего ждешь?! — раздраженно буркнул он Умгалу. Через минуту приказ загнал хищников по машинам. Один броневик и один грузовик оказались разбомблены при артиллерийском налете, и новобранцы битком набились в оставшиеся. Еще через минуту они выехали, бросив столь старательно отрытый окоп, несколько сгоревших машин и нескольких погибших, забирать которых было некогда и некуда.       Проезжая мимо того места, откуда стреляли кролики, Кейн осторожно выглянул через борт броневика. В траве ничком лежало тело кролика в темно-зеленом камуфляже. Руки раскинуты в стороны, ладонь правой еще сжимает автомат. Широко раскрытые глаза невидящим взглядом уперлись в траву, из открытого в последнем крике рта сочилась струйка крови, образовав на земле бурую лужицу.       Кейн нахмурился. Да уж, это не благородная охота согласно заветам великой Богини, не возвышенный танец смерти, когда хищник осторожно проглатывает жертву целиком и живьем, сливаясь с ней воедино не только ради насыщения, но и воздавая таким образом поклонение госпоже Артемиде. Но то, что Кейн увидел там, в траве, то, что стало с его убитыми снарядами товарищами в окопах — это было омерзительно.

***

      БУ-У-УМ!       Разрыв снаряда в поле взметнул вверх комья земли в нескольких сотнях метров от «Легиона», которым управлял Рудольф. Поле, на котором он находился, только вчера колосилось ожидавшими уборки злаками. А сейчас пшеница была смята множеством сновавших туда и сюда машин, артиллерийские удары оставили многочисленные выжженные проплешины. Трассера снарядов скорострельных пушек пересекали пространство во все стороны, линия имперских машин по обе стороны от Титана Рудольфа сохраняя боевой порядок отступала к городу, оставляя редкие горящие остовы подбитых танков и БМП. Федералы наступали на пятки, их танки виднелись вдали как черные точки на горизонте, с обеих сторон фермерского городка, посреди которого поднимался большой столб густого черного дыма.       Ситуация на поле боя переменилась в одночасье, когда боестолкновения неожиданно начались в тылу войск союзников. Стиснув зубы, Рудольф снова и снова прокручивал в голове произошедшее, так кардинально поломавшее его планы. Пока линия обороны с трудом, но сдерживала натиск федералов, в тыл ударили слаженные, обученные и хорошо экипированные отряды партизан. Они оказались вооружены армейскими карабинами Содружества и парализаторами, с которых убрали все ограничители экспортной версии.       Разгорелись многочисленные перестрелки. Но они происходили не на линии окопов, а в ближайшем тактическом тылу. Партизаны, массово состоявшие в основном из людей и кроликов, действовали смело, но бестолково. И если бы у имперцев были свободные силы, не задействованные в отчаянной попытке удержать подвергавшийся сильному давлению фронт, то разогнать инсургентов не составило бы труда. Но части второй линии, по которой они ударили, сплошь состояли из необстрелянных новобранцев и отрядов датианской гвардии. Большинство из этих хищников впервые побывали под огнем, понесли потери и запаниковали. Огнестрельное оружие убивало быстро и эффективно, а парализаторы со снятыми предохранителями вообще валили с ног хищников практически любого вида и размера. Иногда мышечный паралич оказывался настолько сильным, что пораженные хищники задыхались, когда их легкие переставали сокращаться и выполнять свою функцию.       Побежала с поля боя лишь некоторая часть гвардейцев, те отряды, которые формировались из недавно мобилизованных гражданских. Большинству подразделений гвардии и новобранцев удалось удержаться, они завязали очаговые бои с инсургентами. Инсургенты были недостаточно многочисленны, чтобы надеяться причинить значительный урон, и гвардия в итоге смогла бы их одолеть. Но вызванное замешательство нарушило работу тыла, критически важную в такой тяжелый момент, заблокировало возможность переброски «пожарных команд», которые Рудольф гонял вдоль линии соприкосновения, ликвидируя угрозы прорыва федералов. Оборона начала неумолимо разваливаться.       Раздраженный Рудольф понимал: удержать федералов в джунглях не получилось. Отрезанные от подкреплений части в окопах несли потери и слабели, чем немедленно воспользовался противник, и отряды защитников начали один за другим «сыпаться». Первый этап оборонительного сражения оказался безнадежно проигран, пришлось отдать приказ на отступление к городской застройке.       Черт бы побрал этих инсургентов! Откуда они вообще взялись? В течение всей подготовительной кампании, имперцы старались вычищать Датиан от ячеек боевиков и схронов с оружием, которые могли использоваться против властей, когда сражение начнется. Рудольф был уверен, что практически все лазейки перекрыты и оружие в Датиан не поступает в достаточном количестве, чтобы вооружить серьезную силу. Ни один грузовик с оружием не проехал в город, это было совершенно точно! И теперь вдруг прямо посреди поля возникают эти партизаны! Как такое возможно? Просчитался, но где?       Вдали снова разорвался артиллерийский снаряд, а мимо Титана пролетел противотанковый выстрел, возвращая Рудольфа в суровую реальность. Запикала тревога системы воздушного обнаружение, и в верхней части смотрового экрана бортовой компьютер красным квадратиком обвел едва заметную черную точку вражеского дрона-камикадзе. Расстояние до него быстро сокращалось — заметив посреди выжженного поля «Легион», ИИ дрона самостоятельно принял решение атаковать, и теперь пикировал по кратчайшей прямой линии между собой и намеченной целью.       «ИИ Титана: Пилот. Угроза удара с воздуха, рекомендую принять немедленные меры!»       Рудольф шевельнул руками, и Титан в точности повторил его движение, поднимая многоствольную автопушку. Пилот навел перекрестие прицела на цель, не сильно заботясь о точности — смарт система прицеливания доведет ствол в нужное положение самостоятельно, и нажал на гашетку. Блок стволов начал раскручиваться, разгоняясь. Затем с коротким рыком пушка выпустила множество трассирующих снарядов на такой скорострельности, что они слились в одну сверкающую линию. Дрон-камикадзе взорвался в воздухе, не долетев до Титана — высокая плотность огня обеспечила уверенное его поражение, шансов уцелеть у дрона не было. Вспыхнул желтым пламенем взрыв, посыпались обломки. А «Легион» уже перевел орудие на следующие цели, огрызаясь очередями против наступающих боевых машин Федерации. Отходя спиной в сторону города, «Легион» прикрывал имперские подразделения, позволяя им выскочить из образовавшейся ловушки. https://coub.com/view/3en5af — Battle Aces       

***

      Генри торопливо шел по улице, стараясь не привлекать к себе внимания. Всего за полдня после начала атаки город преобразился. Вдалеке раздавалась канонада, над горизонтом поднимались столбы густого черного дыма, видимые практически из любой точки в Датиане. И на улицах воцарилась паника.       Еще позавчера, когда в город вошли армии Империи и союзного Датиану города, началась работа по подготовке к уличным боям. Она продолжалась без перерыва вторые сутки, здания превращались в укрепленные опорные пункты, улицы перегораживали баррикады, противотанковые ежи, бетонные перекрытия и колючая проволока.       Население никто и никак не готовил к предстоящему сражению, на это просто не было времени. В магазины стояла очередь, жители скупали еду, воду, и предметы первейшей необходимости. Ночью началось мародерство, и к утру магазины стояли либо с заколоченными, либо с разбитыми дверями и окнами.       А теперь, когда с юго-запада началось наступление армии «демонов», и становилась все ближе канонада, гражданские запаниковали. Вот-вот город погрузится в хаос разрушительных уличных боев, и всем хотелось найти безопасное место, чтобы пережить кризис. Проблема заключалась в том, что в Датиане в принципе не существовало планов эвакуации из города. В мире, где за пределами городской черты находились смертоносные джунгли, готовые проглотить живьем любое количество людей, всегда было принято бежать от опасности за городские стены, а не наоборот.       Поэтому напуганные граждане двинулись в Старый Город, районы которого все еще частично обнесены крепостными стенами. На улицах мгновенно образовались заторы из автомобилей. Машин в Датиане было сравнительно немного, эта индустрия еще не успела развиться так сильно, как в промышленных мирах. Но поскольку баррикады оставляли свободными для проезда лишь пару улиц, на которых имперцы установили свои блокпосты, то именно эти улицы и оказались наглухо забиты брошенными машинами. Подобный поворот лишил имперские силы мобильности как раз в том районе, оборонять который они готовились упорнее всего — что-либо меньше танка просто не могло проехать по бесконечным заторам. Офицеру имперцев Райдеру пришлось отдать приказ убрать одну из баррикад, чтобы имперские войска могли перемещаться между городскими районами.       Теперь Генри шел по опустевшим улицам, уверенно топая к нужному месту. Кроме него по дорогам, лавируя среди брошенных автомобилей, проезжали машины имперцев, торопившиеся на посыпавшийся фронт, ходили патрули войск метрополии, целиком состоявшие из вооруженных хищников. Еще, теоретически, можно было по темным углам нарваться на мародеров и бандитов, которые сразу почуяли, что закон дал слабину. Но для этой братии Генри припас за пазухой пистолет-пулемет, револьвер, различные гранаты, да и вообще прогрессор даже голыми руками смог бы отбиться от не слишком умелых и решительных хулиганов.       Так он успешно добрался до развлекательного центра, в котором находился его тир. Торговый центр выглядел жалко — витрины были побиты, все магазины закрыты, часть роллет вырвана настойчивыми грабителями. Его тиру это, впрочем, не грозит. Пройдя через разбитую витрину, похрустев попавшей под подошвы стеклянной крошкой, Генри сразу вышел к тяжелой железной двери в свое заведение, запертой на силовой засов. Взломать такую можно только протаранив броневиком, а открыть — только используя специальный ключ, отключавший питание механизма засова.       Генри достал нужный ключ, вставил его в замочную скважину, провернул. Гулкий щелчок возвестил о том, что теперь ручку двери можно будет повернуть. Генри открыл дверь и вошел в помещение, захлопнув дверь за собой.       Сразу же раздались тревожные звуки — лязг передергиваемых затворов, тихие ругательства. Генри стоял неподвижно, чтобы не спровоцировать ненароком. Когда глаза привыкли к полумраку комнаты, стали видны экипированные в черную, закрывающую все тело броню силуэты, наставившие на него стволы карабинов.       Генри холодно оглядел встречавших его бойцов, и без тени ухмылки произнес:       — Showtime.       Бойцы расслабились, узнав его. Кто-то зажег одну лампу под потолком, и неверном желтом свете Генри уже мог разглядеть свой отряд.       Один из прогрессоров, здоровенный чернокожий громила, работавший в торговом центре уборщиком и старательно притворявшийся дебилом, шагнул вперед. Сейчас от туповатого уборщика не осталось ни одной черты — перед Генри стоял опытный, уверенный в себе боец, побывавший уже не на одном мире, выполнявший под прикрытием сложнейшие задания. В руках у него был пулемет, запасные ленты он все таскал на себе сам. Встав в расслабленную позу, он небрежным тоном спросил:       — Ну, че за игра, тренер?       Остальные с интересом ожидали ответа.       — Действуем по плану А, — сообщил им Генри. Клейтон дал сигнал. Если до генерала Робертса на другой стороне дошло его сообщение, то уже сейчас его бригада готова оказать нам помощь. Нужно разблокировать портал, чтобы войска Содружества смогли попасть в Датиан! Федералы продвинулись, и уже находятся на окраинах, вот-вот начнутся уличные бои. Вы все знаете, что нужно делать!       — Да, тренер! — рявкнул в ответ дружный хор.       — Берите свои игрушки и выходим!

***

      Дрейк и Венди готовились к выходу. Их войскам удалось продвинуться к окраинам, и теперь Стражи решили, что от них будет больше пользы при непосредственном участии в бою. Командно-штабная машина, в которой они ехали, довезла их до крайней возможной точки, сделала вираж и остановилась, чтобы Дрейк и Венди могли ее покинуть.       Боковой люк открылся, внутрь ворвался холодный ветер, доносивший звуки выстрелов. Вызванный Анной дождь продолжал моросить, затрудняя противнику применение воздушных средств, в пасмурных тучах над головой время от времени мелькали молнии.       Стражи спрыгнули на землю. После приземления Дрейк выпрямился и, заложив руки за спину, неторопливой походкой побрел прочь, в сторону города. Один. Только с пистолетом, спрятанным в кобуре под плащом.       Венди, в отличие от него, вооружилась штурмовой винтовкой, в набедренных кобурах виднелись рукоятки автоматических пистолетов, в поясном чехле за спиной была спрятана рукоятка энергомеча. В точке высадки Венди ожидало отделение Охотников.       — Генерал-лейтенант, — обратился к девушке их командир.       Венди задумчиво проводила Дрейка взглядом, потом выкинула мысли о нем из головы. Он уже большой мальчик, и может ходить один, если хочет. Ей же пора сосредоточиться на том, чтобы личным участием помочь штурмовым группам, входящим в город, сломить сопротивление противника.       — Начнем с ближайшего вражеского опорника! — скомандовала она. — Когда его проломим, будем бить во фланги, пытаться расширить прорыв, чтобы завести в него больше групп. Выходим!       С этими словами она бросилась бежать в сторону намеченной цели, черные фигуры в тяжелой штурмовой броне последовали за ней.