2 глава
15 марта 2021 г., 23:35
Вечером прошлого дня наш Владимир был на балу в честь смотрин дочери местных аристократов. Он сам не понимал, зачем он продолжает посещать мероприятия такого типа, если уже нашёл человека, с которым проведёт всю жизнь, нашёл того, кто согреет его в холодные вечера и поддержит в трудную минуту. Наверное, это вошло в привычку: ходить на балы, танцевать с прекрасными юными особами, а после нагло отказывать им в продолжение вечера. Это было своего рода прикрытие, мол, я просто не встретил ту самую. И этот вечер был не исключением.
— Маргарита Васильевна, можно пригласить вас на танец? — он подаёт руку юной барышне.
— С радостью, Владимир Григорьевич, — отвечает она, кладя свою хрупкую ручку в его ладонь.
Заиграла музыка. Первый поклон, первые шаги, и вот уже все вокруг кружатся. Венский вальс — столь прекрасный танец. Он медленный и быстрый, нежный и страстный, первый и последний; всё это — танец, всё это — вальс. Столь прекрасный, воздушный, мелодичный танец, танец двух противоположностей, двух стихий. Статные парни, военные в мундирах или аристократы во фраках, молодые юноши или уже пожилые мужчины. И девушки, прекрасные девушки, в воздушных платьях и тугих корсетах, которые так изящно подчеркивали и без того прекрасные фигуры. Все они кружились в танце, полностью поглощающем и окутывающем их. И вот конец, последний поклон, и вы вновь незнакомые люди, как будто этого танца и не было.
— А вы, однако, прекрасный партнёр, — говорит слегка покрасневшая девушка лет 17-ти. Она была прекрасна, в белом платье, аккуратно очертывающем изгибы её фигуры. Хрупкая девушка, с рыжими волосами и кристально чистыми голубыми глазами, она так забавно смотрелась на фоне далеко не маленького Ленского.
— Благодарю. С дерзостью отмечу, что вы самое прекрасное украшение этого бала, — с улыбкой произносит он, делает прощальный поклон и собирается уходить.
— Погодите, вы бы не могли остаться ещё хоть на немного со мной? — грустно спрашивает дама, в честь которой и был устроен этот бал.
— Простите, но мне нужно спешить, — уверенно отвечает Ленский и направляется к выходу.
— Мразь, — громко раздаётся с конца зала. — Как ты могла? — к юной девушке сквозь толпу стремительно пробрался, очевидно, нетрезвый мужчина лет 30-ти.
Было видно, как сильно испугалась Маргарита, и это заставило Ленского задержаться.
— Не волнуйтесь, всё будет хорошо, — довольно тихо говорит он, подходя к дебютантке. Он становится перед ней так, что полностью закрывает её собой. Она касается его фрака, и Ленский чувствует, как дрожат ручки юной особы.
— Вы понимаете, с кем разговариваете? — слегка повышая голос, говорит Владимир с заметным раздражением.
— Да, я говорю с самой что ни на есть шлюхой, которая отказала мне в танце с её новым хахалем.
Мужчина оказался буквально в паре шагов, и было слышно, как ужасно разит дешевым алкоголем, не таким, как на балах.
— Вы, мужлан, говорите с юной дамой, которая не обязана танцевать с неотёсанным пьяницей, — отвечает ему Ленский.
— Ах ты, — замахнувшись, произносит мужчина, после чего получает резкую пощёчину.
— Завтра на рассвете, в сосновом бору, — невозмутимо произносит Ленский, — выведите его отсюда, — по-хозяйски говорит он и уходит в своем направлении.
С утра Владимир прибывает раньше назначенного, он ни капли не волнуется, ведь это не первая его дуэль. Он подготавливает оружие и отдает на проверку секунданту. И вот, наконец, его соперник прибыл. Он был невысок, некрасив и неопрятен. Самый обычный солдатишка.
— Ну здравствуй, — говорит Ленский, — приступим.
Соперник молча кивает.
— Приветствие, — спокойно произносит секундант.
Мужчины подходят, кланяются друг другу и ждут дальнейших распоряжений.
— Три шага, — произносит всё тот же мужчина, после чего следует послушное выполнение команды, — платки.
Это было главное условие — стреляться через платок, который всегда держали левой рукой. У солдатишки был обычный платок, у Ленского же красный шёлковый платок с узором, вышитым золотыми нитями, подарок Онегина.
— Стреляем по команде одновременно. Раз. Два. Стреляй.
Пистолет противника исправно стреляет, и пуля попадает прямо в живот Владимира, отчего его белоснежный осенний мундир покрывается алыми каплями крови. В этот момент Ленский понимает, что его пистоль попросту не был заряжен и что это просто заговор, целью которого было убийство. В глазах мутнеет, и сознание начинает покидать его, а всё, о чем он думает — это его Женечка, любовь его и душа.
***
Приехав к тётушке, я повстречал своих друзей. Мы вспоминали старые времена и проделки. Как мы разбили любимую вазу тётушки, играя в салки, или, как подсунули жабу в нянин ридикюль, маленькую плетёную сумочку, она тогда так забавно кричала. А нынче, нынче то что? Они все женаты, кто-то обзавелся детишками, а я один вольный холостяк, отказывающийся от семейного счастья. Хотя, все мы остались детьми, и понять это было крайне просто. Стоило только Сашке, моему другу детства, которой был самым старшим в компании, в шутку кинуть в меня яблоко, как моментально завязалась перестрелка едой. В бой пошло всё, что было на столах. Летели яблоки, груши, абрикосы, хлеб и даже жареные яйца, аккуратно поданные в хрустальных блюдцах, участвовали в сражении. Как же нам повезло, что тётушка отлучилась в сад, а то бы пять возмужавших офицеров выслушивали морали и получали подзатыльники от пожилой хрупкой женщины. — Володя, подойди ко мне, помоги любимой тётушке, — доносится крик с небольшого садика позади дома. — Да, тётушка, уже бегу, — отвечает юноша и быстрым шагом направляется к выходу из усадьбы. По дороге, отряхивая командирский мундир от еды, он попытался уложить свои непослушные волосы. Кто же знает, какой чёрт дёрнул Ленского пройтись через парадный вход, куда только что подъехала повозка, очевидно, статной персоны. — Владимир, мне долго ждать? — раздались раздраженные вопли пожилой женщины, которые заставили меня сменить быстрый шаг на бег. Буквально через минуту я столкнулся с каким-то мужчиной, сам не понимая, как оказался сидящим поверх него. — Приношу свои извинения, — смущённый таким положением, сказал я, пытаясь как можно быстрее встать с этого человека, — Ленский, Владимир Ленский. Предо мной стоял статный молодой человек, по всей видимости, старше меня на пару лет. — Приятно познакомиться. Евгений. Постарайтесь в следующий раз не сбивать первого попавшегося мужчину, а то кто знает, что у него на уме, — эту фразу он произнёс с ухмылкой, которая была не совсем понятна для меня, — до встречи, Владимир Ленский, — произносит он, идя к усадьбе. — Нахал, — негромко произнес это я и направился к тётушке в сад.***
Холодные, пустые коридоры больницы. Они скрывают в себе столько боли и печали, они слышали столько истерик и видели столько слез. От них ничему не скрыться.
