Без бога в девятом мире

Мы с Цизарой болтали ещё некоторое время, но уже обо всякой чепухе. Это продолжилось вплоть до момента, когда подошла королева Немезида, женщина в длинном оранжевом платье с острыми чертами лица и не менее тёмными, чем у своей дочери, волосами. По правде говоря, я был удивлён, что она так быстро здесь появилась, учитывая то, что, по словам принцессы, её мать сегодня не собиралась выходить из дворца. Поклонившись, я извинился за задержку. Но Немезида не стала в шутку меня отчитывать, как делала всегда, да и в целом казалась мне немного подавленной, хоть и, очевидно, скрывала это. Я поклонился ещё раз, но уже принцессе. Простившись с ней, я принял предложение королевы прогуляться по розарию и обсудить моё следующее задание как члена «Надзора». Отправившись наружу, мы успели пройти порядочно в сторону главной дороги перед тем, как она начала разговор. — Знаешь, о чём в первую очередь попросила Цизара, когда ей сказали, что болезнь смертельна? Она просила не говорить мне. Врач, поставленный за ней, пообещал, что не скажет, но уже к вечеру растрепал мне всё в мельчайших деталях. Рассказал, какие методы уже были испробованы и не увенчались успехом, а какие стоит попробовать, но шансы близки к нулю. Даже сказал, что ещё никто не выжил, заразившись этой дрянью... Что думаешь по этому поводу? — Я? Думаю, что казнить его сейчас будет нецелесообразно, — я пожал плечами, — принцесса расстроится. Она ведь думает, что врач сдержал обещание, не так ли? — Так за что казнить-то, собственно? — королева вздохнула и провела указательным пальцем по ещё нераскрывшемуся жёлтому бутону с клумбы. — Может, с точки зрения моей дочери это и было предательством, но с моей – полезное осведомление. — Ну как «за что»? Он солгал. Солгал, что оставит это в тайне. Ладно бы он отказался сразу и дал понять, что между ними это не останется. Если что и должно караться в этом мире в полную силу, то это ложь. — А ты бы не солгал? — Нет, — моментально ответил я. — Ну да, — Немезида усмехнулась, — поэтому я и могу тебе доверять... Так, теперь насчёт твоего следующего задания. Гарпии в Воробьином лесу снова похищают больше мужчин, чем им положено. Насколько я знаю, именно ты в «Звезде» возглавлял карательный отряд, когда такое случилось в прошлом, так что в этот раз я вновь поручаю это тебе, а не нынешнему карательному отряду. — Воробьиный лес, столько воспоминаний... А ведь мне казалось, что мы тогда поняли друг друга с новой королевой племени. Моя задача – снова устран-... Немезида помотала головой. — По возможности я бы хотела, чтобы ты договорился с нынешней королевой. Это главная причина, по которой этим займёшься именно ты. Как можно убедиться из прошлого опыта, лишняя кровь просто заставит события пойти по кругу. — Договориться? Разве я подхожу для таких заданий? Можно же отправить Чона, Шторлитца, да даже Клауса! — У тебя талант находить компромиссы, ты просто этого не замечаешь. — королева ободрительно положила руку мне на плечо. — Пойми же, тебя взяли в «Надзор» не потому, что ты лучше всех подходишь для убийств. Будь всё так, то звание капитана в «Звезде» стало бы твоим потолком. Есть куда более интересная особенность: всю жизнь убивая, ты сохранил и до сих пор сохраняешь чистый рассудок. — Ну-у, если вы так говорите, то у меня просто нет выбора. Двинусь, как только смогу. — Замечательно. Надеюсь на тебя. Когда наш диалог подошёл к концу, мы уже успели прилично отойти от ворот. Королева, попрощавшись, сразу двинулась в сторону дворца, а я собрался пойти к выходу, но чуть не врезался в темноволосую девушку. — А? Цизара? Чего тебе? А где тот лысый? — Как грубо! Хм. Может, я хотела тебя проводить, а теперь уже сомневаюсь. Телохранителю я приказала ждать там. — Думаешь, я поверю? — Надеялась, что нет. — Выкладывай. — Возьми меня с тобой, — она обоими руками вцепилась в мой плащ. — С какой это стати? То, что тебе осталось всего ничего, не значит, что я могу взять и похитить тебя, став преступником высочайшего ранга. Нет-нет-нет, — я убрал её руки, — как ни посмотри, это слишком эгоистичная и необдуманная просьба. — Так и дум-... — Поэтому я займусь ей позже. Постарайся не помереть к тому моменту. Девушка сразу ожила и, бодро кивнув в ответ, побежала обратно к своей беседке. — Только не забудь! — крикнула она перед тем, как я уже едва различал её силуэт на фоне пёстрых цветов. «Забудешь тут», — подумал я и наконец подался в сторону ворот. Шагнув в кровавую лужу у выхода, я вспомнил, что нужно отстирать от крови хотя бы штаны, потому что косо смотреть начали не только простые горожане, но и стража. Место в голову пришло сразу, но вот сунуться туда сейчас не позволяло время, так что я решил ещё некоторое время попугать народ и разобраться для начала с другими проблемами. А направился я во вторую по значимости больницу в столице. Название у неё было полностью эльфийское, а на языке остроухих кроме их самих здесь мало кто мог говорить, поэтому больницу называли просто эльфийской. Практиковали здесь лечение посредством магии, но даже так она едва ли могла конкурировать с главной, столичной больницей, где использовали более эффективные, традиционные методы лечения. Тем не менее, эльфы в большинстве своём предпочитают привычные им практики и идут именно сюда. Над входной дверью меня встретила очередная надпись из неизвестных мне комбинаций точек и чёрточек. Когда я был здесь в прошлый раз с Селиной, она сказала, что написанное переводится как «Чудо без прикрас воплощает собой два вида боли». Она не сказала, что это значит. Только то, что на родине эльфов эта фраза – нечто вроде девиза. «Тогда сегодня я точно покажу кому-то настоящее чудо», — подумал я про себя, издал тихий смешок и, скинув с головы капюшон, вошёл. Кроме молодого эльфа за стойкой регистрации и необычного двигающегося растения на подоконнике вокруг никого не было ни души. Белые, местами потрескавшиеся стены создавали ту самую атмосферу городских больниц, от которой помещение хотелось покинуть как можно скорее, так что я не стал искать кого-нибудь ещё, а воспользовался тем, что имел – голубоглазым парнем с тремя небольшими кольцами в левом ухе. — Чем могу... — Селина Бролламм, — перебил я его, — мне нужен её лечащий врач. — Простите, но... Ой, у вас кровь! — Она не моя. Делай, что сказал. У тебя должны быть здесь все нужные бумаги. Парень хотел ещё что-то возразить, но я отодвинул рукав и показал ему светящуюся татуировку в виде полумесяца на запястье. Такие могли быть только у двадцати людей в этой стране, и все эти люди – члены «Надзора». Ставила такие печати на теле сама королева. Они представляли собой тот самый «намордник», который необходим, когда имеешь дело с разрушительной силой надзирателя. Принцип его работы прост: если королева захочет, печать взорвёт всё твоё тело изнутри. Поднимешь руку на королеву – взорвёшься автоматически. — Я... я поищу. Бролламм, верно? — уточнил он, роясь в стопках бумаг. — Вот, нашёл. Ей занимался... доктор Даэ Ла. Ой... Парень широко раскрыл глаза, взглянув мне за спину. Сзади едва слышно один за другим раздавались шаги. Но они не приближались, а просто переходили от моего левого уха к правому. — Он у меня за спиной? — спокойно спросил я парня. Парень кивнул, а я обернулся, но лишь чтобы краем глаза взглянуть на этого доктора. Проходил мимо старый седой эльф. Хоть его кожа и говорила о возрасте не менее чем в сотню лет, старик мог похвастаться прямой осанкой при росте чуть выше моего. Его длинные волосы были в основном распущены, и только рядом с лицом болтался единственный заплетённый локон. — Чем-то ещё могу помочь? — спросил остроухий юноша, когда шаги доктора затихли. — Когда он пойдёт домой? Не хочется отрывать нашего уважаемого доктора от работы. Парень достал из кармана белую ткань и разложил её на столе. На ней появились сотни эльфийских символов, быстро сменяющих друг друга. — Здесь записаны смены врачей? — Нет, это просто время, — улыбнулся эльф, — смена доктора Ла кончается через три с половиной часа. Мне сообщить ему, что вы его ждёте? — Вообще ничего ему не говори. Я сюда не заходил, а ты мне ничего не говорил. Не наделай глупостей. — А, н-ну хорошо. Я понял, — эльф быстро закивал и убрал обратно в карман «тряпку времени». Я тоже кивнул ему в ответ, натянул капюшон и вышел наружу. Следующие четыре часа я просто стоял между домами напротив больницы. За это время я успел насчитать сто тринадцать прохожих, а заходящее солнце уже не освещало даже верхушки самых высоких зданий. Словом, основная столичная жизнь на сегодня подходила к своему завершению, когда из дверей эльфийской поликлиники начали выходить те, кто не заходил при мне. Старик по имени Даэ Ла вышел одним из последних. Хотя, в этом я не мог быть уверен, ведь сразу пошёл за ним. Столетний эльф время от времени смотрел по сторонам, но я держался на расстоянии, а зрение у его было явно неидеальное. Так мы с ним прошли три-четыре улицы перед тем, как он начал понемногу смещаться к правой стороне дороги и, приоткрыв массивную железную дверь двухэтажного домика, проскользнул внутрь. Спустя какое-то время внутри загорелся свет. Сначала в одном окне, потом во втором, в третьем. Так жизнь пустующего дома с приходом хозяина снова вошла в свою активную фазу. Немного погодя я громко постучал. Старик прошёлся по скрипучему полу и, провернув ключи в трёх замках, открыл мне дверь. За время моего выжидания снаружи он успел переодеться в свободную домашнюю одежду в виде туники и мешковатых штанов. Я легонько протолкнул эльфа внутрь одной рукой, а другой «с корнем» вырвал дверную цепочку. — Как грубо... — чуть слышно заметил старик, когда я вошёл и закрыл за собой дверь на один из торчащих ключей. — Грубо? Ха-х... А, в прочем, ты ещё успеешь узнать, что такое «грубо». Шагай. Кивком я показал остроухому деду за спину, и мы пошли по узкому коридору в конец, на кухню. Пол подо мной скрипел гораздо громче, чем под ним, поэтому я подсознательно старался не наступать на среднюю часть досок. Помимо кухни в конце коридора по обе стороны было ещё по двери, одна из которых была распахнута. Там располагалась винтовая лестница на второй этаж. На кухне же большую часть пространства заполнял стол с резными ножками. Старик сел за стул в дальней стороне этого стола, я туда не пошёл и сел на ближайший. — Попробуешь суп? Снова наготовил, а съесть всё равно не смогу. Жду вот всё гостей — усмехнувшись, он с трудом поднял с кухонной тумбы большую кастрюлю и поставил чуть сбоку от себя, чтобы видеть моё лицо. Миска с таким же «дымящимся» содержимым уже стояла у старика под носом. Это, полагаю, было главной причиной, по которой он не стал садиться ближе ко мне. — Воздержусь. Моему телу не нужна еда. — Ох, понимаю. Питаешься этим... как же там было... энергией своего правосудия? — Типа того. Ты ведь догадываешься, кто я и зачем пришёл? — я начал постукивать пальцами по столу. — Верно, у меня есть предположение. Та девочка, Селина, кажется, мне на самом деле очень нравилась. Может, не всегда вежлива, но притягивала её честность. Вы с ней, кстати, похожи. — Совсем нет. Селина была по-настоящему удивительной. Такому, как ты, и за тысячу лет не осознать очарования её личности. Ты отнял у этого мира гораздо больше, чем думаешь. — Я вовсе не желал ей смерти. — Тем не менее, — я громко ударил по столу всеми пальцами разом. — Но это правда. Мне было не принципиально, кто. Дело в том, что раз в год я должен убивать одного человека. Не важно, кого. Когда кто-то умирает по моей вине, его душа заполняет специальный кристалл. — Кристалл? И где он? — Увы, у меня его уже нет. Помнишь парнишку у входа, с которым ты говорил? Кристалл у него. Можешь не подрываться так, — добавил он после того, как я вскочил со стула и направился к выходу, — я сказал ему покинуть город сразу же после того, как ты ушёл. Он уже далеко. Я, не оборачиваясь, медленно сел обратно. — И? Зачем тебе это? В чём смысл? — А здесь, видишь ли, такое дело: когда моей дочке было семь лет, её мать умерла. — старик ненадолго «завис», так и не донеся ложку с похлёбкой до чуть раскрытого рта. — Девочка была последним, что у меня осталось, но сама тоже обладала слабым здоровьем. Я не мог допустить даже мысли о том, что она не выживет, искал любые средства. И однажды нашёл. Селение тёмных эльфов высоко в горах практиковало... — Тёмные эльфы? В горах? Интересные басни ты мне рассказываешь. Может, там ещё драконы были? — Нет, драконов там не было. Только тёмные эльфы, которые могли помочь моей больной дочери. Они предложили мне сделку: я каждый год заполняю для них по кристаллу, а они поддерживают жизнь моей девочки. Ты хотел знать, почему я забрал жизнь твоей подруги – ты узнал. Что будешь делать дальше? — Убью тебя, само собой — я развёл руками, — как я могу простить тебя после такого? Насколько бессердечным нужно быть, чтобы не прикончить тебя здесь и сейчас? Ты принёс мою любовь в жертву своей, за что поплатишься жизнью, своей и дочери. Я не просто убью тебя, я найду и убью парня, что унёс душу моей жены, убью тёмных эльфов, если они на самом деле существуют. Я убью всех, кто тебе дорог, до одного, только чтобы заглушить свою собственную боль. Вот что об этом думает моя справедливость. Я говорил размеренно и спокойно, будто размышлял о чём-то глубоком. Старик поначалу тоже тихо сидел и слушал, но под конец хладнокровие начало сдавать позиции, обнажив трусливую сторону его личности. — И тебе кажется это справедливым? — А тебе нет? — Разве надзиратель должен так поступать?! Разве должен забирать жизни невинных людей?! — он упёрся в стол ладонями и встал. — Думаешь, я герой? Страж закона?! Предам тебя честному суду? А-ха-ха-ха! Ты забрал у меня всё, я сделаю то же в ответ, но не как надзиратель. Как человек. — Человек? Уж не знаю, кто ты такой, но точно не человек! Человек бы... умер от того, что я вколол тебе на входе. — Неужели? — заинтересованно уточнил я. Я «выжал» своё тело и вывел всё, что могло быть внутри, через правую ладонь. Оттуда вытекло немного зеленоватой жидкости. — Невероятно... — остолбенел старик. — Ты меня утомил. И без тебя дел хватает, так что прикончу тебя сейчас. Встав со стула, я медленно шагал в сторону старого эльфа и тем самым давал ему немного времени, чтобы собраться с мыслями. Немного грустно, что он потратил это время на истеричные мольбы о пощаде. — Стой! Подожди! Не трогай мою дочь! Слышишь?! Я могу всё исправить! Агх-ха... — Боюсь, что это ложь, — я схватил доктора за шею и поднял над собой, — если бы и правда мог – давно бы сказал. Я дал тебе время на это и теперь полностью уверен, что исправить уже ничего нельзя. Умирай, зная, что я приду за каждым дорогим тебе человеком. Они уже одной ногой в могиле. С этими словами я проткнул его грудь рукой, а после кинул тело в угол. Может, старик и не заслужил этого, но я убил его именно таким способом, смерть наступила мгновенно. Хотелось бы думать, что Селина умерла так же быстро. — Надеюсь, ты понимаешь, что у нас нет времени на поиски какого-то горного селения, которое может и не существовать вовсе? — спросил холодный женский голос. — Тебе не хватит и всего времени мира, чтобы понять, как сильно я хотел бы догнать того подонка и забрать душу своей жены. И ещё больше времени тебе понадобится на тот факт, что при этом я готов ей пожертвовать. Что бы ни делали те эльфы с душами, которые им приносят, Селине придётся через это пройти. Во благо моей цели. — Ты переоцениваешь свои чувства. Они вполне мне понятны. Думаешь, меня на грядке вырастили? До того, как стать богом, я знала о боли не меньше, чем ты. Раздались громкие и частые стуки в массивную дверь, прервав наш диалог. Я быстрым шагом проследовал ко входу и открыл весьма неожиданному гостю. — Доктор, я... Им был тот самый худощавый парень-эльф. Увидев меня, он резко прервал свою речь и встал с широко раскрытыми глазами. — Пф-ха-ха-ха! — не смог сдержаться я. — Вот идиот. У-уф... Так, а теперь давай сюда кристалл, или я размозжу твою голову об эту дверь и возьму его сам. Спустя пару секунд внутренних раздумий парень принял решение, совершенно неверное решение. Он развернулся и попытался сбежать. Я сразу же схватил его за голову и с огромной силой вдавил её в дверь. В толстой металлической пластине осталась глубокая вмятина, а от головы ничего не осталось вовсе, лишь обломки черепа, воткнувшиеся мне в руку, и большая грязная лужа из всего остального. Я выдернул кости из ладони, а из нагрудного кармана эльфа достал небольшой светящийся кристалл зелёного цвета, после чего раздавил его одной рукой. — Там вообще-то была душа твоей жены. — Если бы и был способ снова связать её душу с телом, его уже, скорее всего, предали огню далеко отсюда. Нет смысла заставлять её и дальше мучаться. Если я верно запомнил твои слова, то сейчас её душа будет находиться между этим миром и адом в ожидании второй половины? — Только если орк, вместе с которым она составляет полноценную душу, ещё жив. Впрочем, все мои познания в этом вопросе кончаются исследованиями некромантов. Не приходилось ещё умирать. Решив, что здесь мне больше делать нечего, я уже хотел отправиться куда-нибудь подальше, как увидел проходящего мимо высокого стражника, что было весьма кстати. Тот сначала не понял, кому и зачем он понадобился, но вопросы отпали после того, как я показал ему надзирательскую печать. В своей резковатой манере он принял мой приказ и отправился за помощью таких же недалёких вояк, чтобы прибраться здесь, но тут же развернулся и подошёл обратно. — А в докладе-то что писать? — Некроманты. Один напал на меня, другой пытался сбежать. — Принято! После своего уточнения стражник снова дёрнулся и побежал в противоположную от меня сторону, ознаменовав конец моего трудного дня, но начало своей трудной ночи.