Без бога в девятом мире

Уже много часов мы с моей новой спутницей гнали по лесу на лошадях. Не привыкшая к таким долгим скачкам Цизара постоянно требовала короткие передышки и несколько раз мы останавливались почти на полноценный привал, мотивируя это в том числе тем, что лошади, очевидно, сильно устали и им также нужен отдых. Несмотря на такую заботу, лошадь, что была подо мной, просто свалилась замертво посреди дороги. Я оттащил её в сторону, чтобы не мешать другим проезжающим, и через некоторое время пешей ходьбы решил, что самое время для очередного привала, где мы и переночуем. Ведь дело уже было глубоким вечером, то есть с момента моего «похищения» принцессы прошли почти сутки. — Сядь тут, я наберу дерева для костра, — указал я пальцем на небольшую территорию рядом с дорогой, на которой не росло ничего, кроме невысокой травы. — Ничего подобного! А вдруг меня кто-то украдёт? Я пойду с тобой, хм. — Вообще-то тебя вроде как... Ладно, чёрт с тобой, пошли. — Да уж, со мной тот ещё чёрт. — По губам? — Не надо. Кругом было полным-полно высоких деревьев, верхушек которых отсюда даже не разглядеть, но, как назло, вокруг ни одной веточки. Мы прошлись вглубь леса до небольшого углубления в виде желоба, где всё-таки валялась парочка палок. — Чего стоишь? Собирай. Думаешь, я к тебе в телохранители записался и теперь буду с ложечки кормить? Хотела жизни за стенами дворца – пожалуйста, только в качестве моего «подмастерья», никак не важной персоны. Цизаре было нечего ответить, она только раздражённо цокнула, нагнулась и принялась одной рукой укладывать палки на вторую руку, прижимая получавшуюся охапку к груди. Лежавших здесь тонких веток, само собой, не хватило бы для костра, поэтому мы вернулись, сложили набранное и теперь уже перебрались на другую сторону углубления. Но, пройдя буквально полминуты, перед глазами показалось то, чего бы я предпочёл опасаться – магическая часть леса. Была чётко видна граница, с которой трава начинала светиться, а цветы странно и слишком быстро двигаться, уже не говоря о том, что эти самые «тюльпаны» тоже излучали странный свет, да поярче травы и разными оттенками. Что не светилось, так это огромные лозы, которые обвивали деревья от самых корней и на пару десятков метров вверх. — И всё же останься здесь, а я немного прогуляюсь дальше. Здесь-то тебя никто не украдёт. — Почему ты так уверен? Хм. А как же всякие хищные звери? Ты серьёзно хочешь оставить меня одну посреди леса?! — Ты просто избалованный ребёнок... Я вздохнул, повернулся обратно к магическому лесу и, смотря по сторонам, пошёл вперёд, а принцесса лишь опустила голову и ничего не ответила, но зашагала следом. По дороге попадались светлячки, маленькие причудливые зверьки, которых я видел впервые, и даже сухие толстые ветки, которые, судя по всему, отламывали с деревьев те самые лозы. Набрав визуально подходящее количество дров, я заметил впереди выход на подозрительно чистую поляну и решил осмотреть её на всякий случай, но встал на месте, когда увидел угнетающую картину: между большинством ближайших к этой поляне деревьев лежали гниющие трупы людей с оленьими головами. Точнее, не совсем лежали, они были привязаны за руки к стволам, а внутренности вываливались на землю через разрезанные животы. Одежда их местами различалась, но в целом это были лёгкие одеяния белого цвета. — Ужасное зрелище, — заметил голос в моей голове, — эти тела – следствие обрядов жертвоприношения расы зверолюдов-оленей. По правде говоря, не знала, что они живут именно в этом лесу. Насколько мне известно, эти зверолюды приносят жертвы магическому лесу, чтобы тот не губил их, и они могли спокойно жить в самых глубинах, куда никто не может зайти. — Стой где стоишь! — крикнул я Цизаре, но было уже поздно: девушка, уронив собранные ветки, встала и с лицом, полным то ли жалости, то ли страха, смотрела мне за спину. Принцесса, хоть до этого момента и повидавшая всякого, никогда не была свидетелем такой жестокости, поэтому было вполне нормально, что, придя в себя и осознав, что к чему, она разрыдалась, подбежала и уткнулась лицом мне в грудь. Я скинул дрова на светящуюся траву рядом с её смешной шляпой и положил руку на голову Цизары, но на самом деле во мне едва ли проснулось сочувствие. — Если хочешь, могу вернуть тебя во дворец. Принцесса никак не отреагировала на мои слова, но было видно, что она с самого начала пыталась успокоить себя, хоть и тщетно. Спустя какое-то время она прекратила реветь, но меня не отпустила. — Нет слов обиднее из тех, что ты мог сейчас сказать. — естественным для себя тоном, вздохнув, иронично отметила богиня. — Показать, что можешь вот так запросто от неё отказаться... Ты стал действительно поразителен. В некотором смысле я тобой горжусь. «Сомнительный повод для гордости», — подумал я про себя, тоже вздохнул и слегка помотал головой, но не потому, что несогласен, а выразив этим своё негодование и удивление ситуацией в целом. Практически сразу после того, как богиня закончила говорить, Цизара чуть отошла от меня на своё изначальное место и начала утирать глаза. — Я больше не буду плакать. — Хорошо, что ты успокоилась. — Ты не понял! Я... никогда больше не буду. — Вот как? Тебе не хватит сил сдержать это обещание, — холодно и уверенно сказал я, смотря ей прямо в глаза. — Вот увидишь... Дальше спорить она не стала, лишь собрала с земли все ветки и, в последний раз оглянувшись на жертв кровавого ритуала, дрожащим шагом направилась обратно к дороге. Я также не стал здесь задерживаться. Таким образом, мы через некоторый промежуток времени уже имели костёр и, сидя у стволов деревьев, жевали чёрный хлеб, который мягким назвать было бы по меньшей мере сильным преувеличением. Мне еда в принципе была не нужна, но я за компанию время от времени откусывал немного от своего ломтя, а принцесса, что вполне ожидаемо, сочла своим долгом после каждого прожёванного куска жаловаться, почему это ей приходится искушивать какую-то безвкусную гадость, а не рагу из морепродуктов или печенье с мёдом. Ответ она сама знала, поэтому я не стал напрягать себя лишними разговорами, а просто закрыл глаза и уснул. Спал я всегда очень чутко, поэтому, когда рядом буквально из ниоткуда помимо потрескивания костра возникли очень странные звуки шагов, мои глаза тут же распахнулись и увидели перед собой лицо. Грязное женское лицо, слабо различимое за спутанными чёрными волосами, практически вплотную приткнулось к моему. И всё бы ничего, но у этой женщины светились глаза, а значит, передо мной находился представитель магической расы. Я медленно поднял правую руку и настолько же медленно переместил её ко лбу молчавшей гостьи, с намерением чуть оттолкнуть женщину от себя. Но вместо этого в момент соприкосновения вся моя правая часть тела, включая даже ногу, просто рассыпалась в пыль. Эту чудачку, которая, как оказалось, являлась дикаркой и пребывала практически безо всякой одежды, это, конечно, отпугнуло, но ещё несколько секунд я не мог восстановить половину своего тела и просто потерял контроль над всей духовной материей, что в ней находилась. — Боже, что это за хрень? — необычно оживлённо и заинтересованно произнёс голос в голове, когда я уже восстановил рассыпавшуюся часть. — Впервые такое вижу: она одним прикосновением нейтрализовала всю магию. Я увеличу поток духовной материи, но на восстановление нужно время. Постарайся избежать сражения с ней. Я аккуратно встал, стараясь не напугать туземку ещё сильнее, и внимательно посмотрел на неё: тёмная, местами грязная кожа, по всему телу нанесены небольшие разноцветные узоры, а передвигалась она, вопреки моему представлению, на двух ногах, практически не сгибаясь. Женщина начала быстро жестикулировать, тяжело дышать и показывать пальцем в сторону лесной чащи. Она, очевидно, звала меня туда. — Цизара. Цизара, просыпайся прямо сейчас. Пожалуй, это тот самый момент, когда мне будет очень трудно тебя защитить в случае чего. Тем более, если ты продолжишь вот так дальше сидеть с закрытыми глазами. Эй, не заставляй меня повышать голос, это может напугать нашу гостью, а мне бы этого совсем не хотелось. — А? — промычала она, ещё не до конца проснувшись. — Ты с кем это? Какая гостья? Ой, а кто это? — Кем бы эта особа ни была, она хочет, чтобы мы прошли с ней. — Серьёзно? И ты пойдёшь? Хм. — Я тебе больше скажу: ты пойдёшь ближе к ней. Не дай ей меня коснуться, чего бы это ни стоило... Не смотри на меня так. Я не твоя нянька, не телохранитель и даже не прислуга. Из чего у тебя вообще родились ожидания того, что я, как твой паж, на пути буду защищать тебя от всякой опасности и работы? — Да ладно, ладно! Чего опять начинаешь-то? Принцесса, до этого сидевшая, прислонившись спиной к дереву, оперлась на руку и встала. Дикарка увидела, что мы, в общем-то, готовы, и направилась в ту же сторону, откуда, предположительно, пришла. Цизара бросила на меня грустный взгляд и двинулась следом за ней, а я подобрал с земли свою сумку и пошёл позади их обеих. Женщина, даже примерный возраст которой я определить бы не смог, завела нас всё в тот же магический лес, но намного глубже, как будто специально обходя ту область, в которой мы могли встретить тех самых оленеголовых сектантов. Зайди мы так глубоко без «сопровождающей», то давно бы напоролись на какую-нибудь неизвестную тварь. Неизвестную по той причине, что никто из когда-либо видевших её уже не возвращался из леса. Таких случаев было предостаточно, поэтому о магических частях лесов в принципе известно очень мало, не выживали и специальные экспедиции. Думается мне, что даже с божественными силами я не смог бы справиться с тем, что таит в себе эта загадочная местность, но сейчас мы втроём преспокойно шагали между деревьев по малохоженной тропе. Точнее, спокойно шагали я и Цизара, а вот туземка была весьма и весьма чем-то обеспокоена, то и дело нервно оглядываясь по сторонам. — И всё же, что нам мешало прогнать эту барышню и не идти за ней в самое опасное место из тех, что можно придумать? — Я управляю всем своим телом через движение духовной материи, то есть фактически всё моё существование – магия. А она одним прикосновением смогла эту магию испарить, полностью нейтрализовав половину моей духовной материи. Вот мне и стало интересно, что у неё случилось. Возможно, её народ может как-то помочь в моей борьбе. — Какой ещё борьбе? Хм. — Позже расскажу. — Как скажешь. С момента нашего разговора прошло где-то ещё столько же времени, прежде чем Цизара пожаловалась, что пахнет гарью. В воздухе и вправду навис мерзкий смог, из-за которого зона видимости становилась всё уже и уже. А так как дыма без огня не бывает, то вскоре показались и истлевшие деревья причудливой формы, но огонь, судя по всему, мы не застали. Даже трава перестала светиться с места, на котором закончились следы пожара. Лес явно что-то сделал с ранящим его огнём. Вызывал подозрение также тот факт, что мы шли в самый эпицентр кончившегося огненного урагана. И шли всё быстрее и быстрее. И в конце концов пришли: к обожжённой земле и местной флоре добавились такие же чёрные, как и остальное окружение, торчащие из земли палки примерно полметра в длину каждая, а ещё деревянные хижины, полностью обгоревшие и в большинстве своём разрушенные чуть ли не до основания. Но и это было не самое страшное, ведь под ногами кругом валялись обожжённые трупы людей, по которым нельзя было определить даже пол, просто обугленное мясо на чёрных от сажи костях. Цизара от резкого запаха дымящихся тел резко закрыла рот и нос, убежав за ближайшее сухое дерево, где её, судя по звукам, крепко вырвало. — У нас не так много еды, — крикнул я ей, — постарайся хоть что-то оставить. Туземка в это время тоже закрыла нижнюю часть лица руками, но не от рвотного позыва, а потому что ревела навзрыд. Полуголая девушка в грязных рваных тряпках подбежала к ближайшему трупу, села рядом с ним и после тщетных попыток сдержаться закричала во всё горло. Тогда я по голосу понял, что ей около двадцати или двадцати пяти, не больше. Что меня напугало, так это то, что вскоре после этого крика я всем тело почувствовал, как трясётся земля. И тряслась она сильными толчками, сопровождающимися грохотом. Сомнений не было – это шаги. Но кто мог создать такую тряску? А требовал ли этот вопрос таких раздумий, когда ответ находится на поверхности? Это мог быть только один из монстров магического леса. Как, например, огромная химера с телом жука-оленя, крыльями феникса и задней частью ящерицы, на двух лапах выходящая из-за деревьев. Времени эта тварь терять не стала и сразу обдала нас из груди теми самыми стержнями, что торчали здесь всюду, в том числе и из тел. Темнокожая девушка успела лишь поднять голову перед тем, как ей в грудь прилетел один из стержней. Туземка умерла мгновенно, Цизару спасло то, что она была за деревом, а меня, к слову, тоже проткнуло, но в голову, поэтому одежда осталась цела. — Что происходит?! — крикнула мне принцесса сразу после пронзительного визга. — Беги к дороге! — ответил я, выдернув из головы твёрдый стержень. — Чем бы это ни было, оно мне явно не по зубам. Цизара, взяв в руки свою шляпу, помчалась в сторону, откуда мы пришли, вскоре её догнал и я. Химера же всё ещё палила стержнями вдогонку и пыталась обжечь огнём с крыльев, но бежать не стала. — Это... Что у тебя в руке?! — с ошарашенным видом спросила она, наконец обратив на меня внимание, когда мы пробежали уже прилично и давно покинули обожжённые земли. А в руке я, обернув плащом в несколько слоёв, нёс женскую руку, отрезанную чуть выше кисти. Пальцы её были согнуты в кулак, а из места «среза» по каплям вниз стекала багровая густая жидкость. — Так как её убила эта тварь, мне нужна хотя бы кровь. Я знаю, что рано или поздно мне пригодится эта способность к полному уничтожению магии. — О боже... — она остановилась и начала дышать ещё тяжелее, тем до этого. — Ты отрезал руку той девушки? — А что мн-... «Ты чудовище», — вот что она сказала мне. Совсем ничего больше не добавила, но после этого мы пешком дошли до своего небольшого лагеря, состоящего из уже почти потухшего костра и голодной лошади. Цизара молча села на своё место, а я принялся аккуратно переливать кровь из руки в бурдюк воды, до этого наполненный водой, стараясь ни в коем случае не пролить на себя ни капли. Ведь если после касания я восстановился, то что будет после контакта с кровью? Когда я закончил наполнять бурдюк, то заметил, что из сжатой в кулак ладони торчала какая-то тонкая верёвочка. — Цизара. — А? — не очень заинтересованно отозвалась она. — Здесь что-то есть. Помоги вытащить. Принцесса подползла ближе. Я начал понемногу разжимать пальцы, а она тем временем вытянула нечто вроде амулета. На плоском камушке, через дырку в котором проходила та самая верёвочка, был неумело нацарапан рисунок. И поражало то, что на рисунке был изображён никто иной, как тот самый монстр, уничтоживший поселение. — Поразительно, — заметил женский голос, который мог слышать только я, — может, они поклонялись этому существу? Или они его создали? А что, если и то, и другое? Я, также немного запутанный увиденным, лишь непонимающе помотал головой и выкинул это подобие амулета вместе с рукой далеко в кусты. — Эта штука проткнула твою голову насквозь... — чуть слышно и холодно сказала принцесса. — Ты... Ты ведь уже не человек, верно? После её вопроса я сильно помрачнел внешне и внутренне, подняв голову к той части звёздного неба, которую мог отсюда разглядеть. — Я не знаю. Может и нет, а может и да. Но, если ты будешь верить, что я всё же человек, я непременно им и буду. Обещаю. Цизара впервые за долгое время улыбнулась и, пожелав мне спокойной ночи, закрыла глаза и обняла шляпу, а я остался сидеть в той же позе и всё размышлял над её вопросом.