Мой дракон

Обустройство пещеры заняло у вас три дня. Три долгих, полных споров, смеха и мозолей дня. — Нет, не так! Левее! Левее, я сказала! — ты стояла, уперев руки в бока, и командовала Юнги, который пытался закрепить очередной кусок паруса над дырой в своде. — Вот. Теперь завязывай. Крепче! А то в прошлый раз ночью сорвало, и меня окатило дождём прямо во сне. — Может, тебе самой тогда? — огрызнулся он, но без злости. Скорее для порядка. — У меня рост не тот. А ты высокий и сильный. Вот и работай. — Сначала я был ходячим источником тепла, теперь — высокой и сильной рабочей силой, — пробормотал Юнги, затягивая узел. — Что дальше? — Дальше? — ты прищурилась. — Дальше будем делать нормальные лежанки. Камни — это не кровать. Мне нужен мох, много мха. И ещё тот парус помягче. И подушки. — Подушки, — повторил он обречённо. — На острове, где нет людей, тебе нужны подушки. — Конечно. А ты думал, я буду спать на голом камне как ящерица? — Я не ящерица, — насупился он. — Ты дракон. Ещё хуже. Юнги фыркнул и спрыгнул с выступа. Приземлился легко, по-кошачьи, и отряхнул руки. — С мхом — вон там. За скалой целая поляна, — он махнул рукой куда-то на север. — Можем сходить. — Вот и сходим. Но сначала обед. Я голодная. — Ты всегда голодная. — Растущий организм, понял? — ты показала ему язык и пошла разводить костёр. Кстати о костре. Теперь у вас было специальное место для очага — выложенное камнями углубление в центре пещеры. Над ним — дыра в потолке, через которую выходил дым. По бокам — две лежанки из парусины и мха, твоя и его. Чонгук облюбовал себе местечко между вами. Почти семейное гнёздышко. Тьфу ты, что за мысли. --- После обеда вы отправились за мхом. Идти пришлось по узкой тропе вдоль скалы, и ты, хоть уже привыкла к островным маршрутам, всё равно держалась за камни. — Боишься высоты? — спросил Юнги, заметив твои побелевшие пальцы. — Нет, — соврала ты. — Просто осторожная. — Врёшь, — сказал он твоими же словами. — Ладно, боюсь. И что? Не всем же быть крылатыми ящерицами и порхать над пропастью. — Я не ящерица, — повторил он в сотый раз. — Докажи. Он остановился. Повернулся к тебе. В глазах — вызов. — Доказать? Хочешь полетать? Ты замерла. — В смысле — полетать? Прямо сейчас? — Прямо сейчас, — он шагнул ближе. — Я смогу. В этот раз я буду держать себя. Дракон внутри меня спокоен… почти. — «Почти» — это не обнадёживает, — нервно хихикнула ты. — Сора, — он протянул руку. — Ты веришь мне? Ты посмотрела на его ладонь. Горячую, широкую, с длинными пальцами. Потом на лицо — серьёзное, напряжённое. Он боялся твоего отказа больше, чем собственной драконьей сущности. — Верю, — выдохнула ты и вложила свои пальцы в его. Юнги моргнул. Кажется, он ожидал другого ответа. — Серьёзно? — Серьёзно. Только если уронишь — я тебя покусаю. И Чонгука натравлю. — Договорились. Он отошёл на пару шагов. Закрыл глаза. Ты увидела, как по его рукам пробежали знакомые огненные вены, как засветились глаза. Стало страшно, но ты не отступила. Вспышка. Огромная тень накрыла скалу. Перед тобой стоял дракон — чёрный, с золотыми глазами, с гребнем, уходящим от головы до кончика хвоста. Тот самый, что похитил тебя. Только теперь он не рычал. Он ждал. — Ничего себе, — прошептала ты, глядя в эти золотые глаза. — Ты… это правда ты? Дракон моргнул. Медленно, осторожно опустил голову и подставил тебе шею. — Хочешь, чтобы я залезла? — догадалась ты. Он снова моргнул. Ты глубоко вдохнула. — Ладно. Если сдохну — будешь знать, что это ты виноват. И полезла. Чешуя оказалась горячей и гладкой. Ты устроилась в основании шеи, вцепилась в гребень обеими руками. Сердце колотилось где-то в горле. — Только не резко, — прошептала ты. — Пожалуйста, не резко. Дракон расправил крылья. Огромные, перепончатые, они закрыли полнеба. Один взмах — и земля ушла из-под ног. Ты зажмурилась. Ветер ударил в лицо. Свист в ушах. А потом… тишина. Только мерные взмахи крыльев и твоё собственное дыхание. Ты открыла глаза. Остров лежал внизу, как на ладони. Каменные клыки, зелень, белая пена прибоя. Море уходило за горизонт, сливаясь с небом в золотую дымку. — О боги, — выдохнула ты. — Юнги… Это прекрасно. Дракон издал низкий рокочущий звук. Не злой — довольный. Кажется, он улыбался. Вы сделали круг над островом. Потом ещё один. Ты привыкла к ритму, перестала вжиматься в чешую, расправила плечи. — Быстрее! — крикнула ты, и дракон, будто только и ждал команды, рванул вперёд. Свист ветра, восторг, захватывающий дух. Ты засмеялась в голос — громко, свободно, как никогда в жизни. Ты летела. Ты, Юн Сора, младшая дочь императора, которой запрещали даже громко говорить, — ты летела на драконе над бескрайним морем. Когда вы приземлились на ту же поляну со мхом, и дракон снова стал Юнги — взъерошенным, запыхавшимся, но сияющим, — ты всё ещё не могла перестать улыбаться. — Ну как? — спросил он. — Юнги, — ты схватила его за руки и посмотрела в глаза. — Это лучшее, что со мной случалось. Включая похищение. Он рассмеялся. Совсем открыто, совсем по-человечески. — Если хочешь, можем ещё. Завтра. — Хочу, — кивнула ты. — Обязательно. Мох вы в тот день собирали до заката. А когда вернулись в пещеру, ты поймала себя на мысли, что это место начинает казаться тебе домом. Странным, диким, но домом. Ночью, лёжа под парусом и слушая дыхание Юнги с соседней лежанки, ты вдруг прошептала: — Юнги? — М? — Что будет, когда я… когда невеста полюбит дракона? Ну, по легенде. Тишина. — Дракон станет человеком, — ответил он еле слышно. — Навсегда. — И всё? Просто возьмёт и станет? — Да. Если это настоящая любовь. Ты замолчала, переваривая услышанное. — А если не полюбит? — Тогда дракон победит, — его голос был глухим. — И человек исчезнет. В костре треснула ветка. Чонгук во сне перевернулся на другой бок. — Ясно, — прошептала ты. И больше ничего не сказала. Но ещё долго лежала с открытыми глазами, глядя в темноту и думая о золотых глазах, в которых нет злобы. Только одиночество. Бесконечное, как это море.