Всё к лучшему

— Ты потрясающий! — восхищëнно шепчет Чон и ласково целует оголëнное омежье плечико. Малыш перед ним смущëнно хлопает ресничками и мило улыбается, чем заводит ещё сильнее. — Не могу держать себя в руках. Ты весь такой сладенький, — Альфа осторожно выпутывает мальчишку из полотенца, рассматривая бархатную кожу настолько пристально, насколько это вообще возможно. Он скользит взглядом по каждому участку, наслаждаясь ответной реакцией: малыш покрывается крупными мурашками и дрожит. — Ты готов? — еле слышно спрашивает старший и подаёт омеге руку, тот кивает и облизывается. — Готов, — Тэхён не совсем уверенно, зато самостоятельно берёт Альфу за ладонь и тянет за собой в сторону кровати. — Знай, ты в любой момент можешь остановить меня, — Чонгук опускается рядом и оставляет лёгкий поцелуй на румяной щеке. Малыш невозможный. Он смотрит так открыто, будто хочет посвятить тайну, и горячо выдыхает. — Я хочу этого, Альфа, пожалуйста.       Дальше всё как во сне. Тэхён успевает только глотать стоны от того, как приятно ощущаются пальцы в его теле, как мягко они скользят по маслу, ныряя в самую глубину и выбивая из груди воздух, как ласково проходятся по комочку нервов, заставляя терять связь с окружающим миром. Малыш дрожит от ощущения горячих губ на метке и тянется чуть ниже, цепляя зубками хрящик ушной раковины брюнета. Старший реагирует мгновенно: он перестаёт вылизывать заживший шрам и бросается в пучину страсти, вторгаясь языком в приоткрытые губки.       Младший громко стонет, когда Чонгук вытаскивает пальцы из жаркого лона и подставляет головку не менее горячего члена к пульсирующей дырочке. — Не передумал? — хрипит он, немного отстраняясь, и вглядывается в бездонные глаза. — Сделай это, пожалуйста, — Тэхён всхлипывает, цепляясь пальчиками в широкие плечи. Он решительно настроен. Отступать некуда. Омега, прикрывая глаза, шире разводит ноги и сам дотрагивается ягодицами чужой плоти. — Хочу тебя, Альфа!       Старший рычит, медленно погружаясь в узкое колечко. Впечатления от первого проникновения настолько потрясные, что сдерживаться реально сложно. Мягкие стеночки обволакивают и словно засасывают в пучину блаженства. Чон выдыхает и останавливается, позволяя младшему свыкнуться с невероятными ощущениями. Тэ сбито дышит от чувства распирающей заполненности, но всё же поддаётся бёдрами вперёд, нанизываясь до самого основания.       Глаза закатываются, наслаждение вязкой патокой накрывает юное тело. Малыш облизывает пересохшие губы и безмолвно просит начать движение. Чонгук не отказывает. Он выходит из чувствительного тела практически до конца и толкается заново, заставляя мальчишку вскрикнуть.       Темп нарастает с каждой секундой. Шлепки мокрых тел наполняют пространство. Громкие сорванные всхлипы позволяют понять, как сильно обладателю столь прекрасного голоса нравится процесс. Омега двигается синхронно, пытаясь не только получить сладкую негу в виде небольшой светлой лужицы на животе, но и подарить незабываемые ощущения.       Стеночки гладкой мускулатуры часто сокращаются после перенесенного оргазма, заставляя старшего громко зарычать и, успев вынуть член, кончить на омегу, смешивая их жидкости воедино. — Это было прекрасно! — восхищенно стонет Тэ, всё ещё содрогаясь в приятных конвульсиях. Он устало прикрывает глазки, чувствуя лёгкие поцелуи на губах, и улыбается. — Поможешь мне помыться? — Конечно, это даже не обсуждается, — Чонгук притягивает разнеженное тельце ближе и обнимает крепко-накрепко, зарываясь носом в светлую макушку. Он берёт хрупкую омежью ладошку в свою и, переплетая пальчики, целует тонкое обручальное кольцо. — Я понесу тебя на руках, Чон Тэхён.       Малыш хихикает, затем поднимает личико выше и смотрит в любимые глаза. — Я люблю тебя, — шепчет он и целует.