Skinship

Каян Реки испытывает самый большой кризис, который у него когда-либо был. Все началось с комментария Мии о том, что они с Лангой подозрительно близки. Реки не особо зацикливался на этом, когда разговор прекратился и они начали гонку, но как только он вернулся домой и плюхнулся на кровать после душа, слова Мии всплыли в памяти, заполнив каждый уголок его разума. Разумеется, Реки знает, что он более тактилен с людьми, о которых он заботится. Он вырос в тесноте с большой семьей, поэтому привык постоянно находиться в непосредственной близости с другими людьми. Он понимает, что почти все время проводит с Лангой, поэтому для него вполне естественно физически с ним сблизиться. Почему Мия думает, что они слишком близки? Дело в том, как они ведут себя друг с другом? Или в том, как Реки прикасается к Ланге? Почему Мия считает, что другие могут подумать, что они с Лангой встречаются? Реки анализирует то, как он обычно общается с Лангой. Конечно, Реки видел парочек в школе, которые ведут себя так, будто они приклеены друг к другу, и постоянно лобызаются. Он не понимает, как их с Лангой взаимодействия могут соответствовать такому уровню близости. — Реки, не спишь? Поток мыслей Реки прерывается, когда Цукихи, старшая из его младших сестер, просовывает голову в его комнату. — Неа, в чём дело? — Мама спрашивает, не против ли ты, если она купит готовый обед на завтра. Ей нужно очень рано быть на собрании жильцов, поэтому у нее не будет времени, чтобы приготовить нам бенто утром. — Оу, да, все нормально. Спасибо, — бездумно отвечает Реки. По мере того, как Цукихи исчезает из дверного проема, Реки вскакивает и останавливает её. — Постой! Я… Могу я тебя о кое чём спросить? — Да? В чём дело? — Тебе не кажется, что я слишком тактилен со своими друзьями? — Что ты имеешь в виду? — Ээ…ну… Возможно я слишком много трогаю людей? Она останавливается и с секунду глядит на него. — До тебя только дошло? — Че… что ты имеешь ввиду? — Ну, — она заходит в его комнату и садится за стол, скрестив руки и ноги, — Ты всегда обнимаешь рандомных людей, не важно знакомых или нет, а ещё ты всегда гладишь меня по голове и спутываешь мне все волосы, хотя я прошу тебя этого не делать. Если честно, это немного раздражает. — О… ты думаешь, мои прикосновения раздражают? — Реки немного подавленно смотрит на свои руки. — И да и нет… — заикается покрасневшая Цукихи, — Просто бесит, когда ты не останавливаешься, когда я тебе говорю. — Кстати, почему ты спрашиваешь? — Мия сказал, что я слишком близок с Лангой, люди могут подумать, что мы встречаемся или что-то типа того. — Ланга? Ты про мальчика с синими волосами, которого ты все время приводишь домой? — Да? — А разве нет? — Что нет? — Вы не встречаетесь? — Что?! НЕТ! — вскрикивает Реки, — Мы лучшие друзья! «Хорошо» — на мгновение задумалась Цукихи. Она видела Лангу лишь несколько раз, когда он приходил к ним в гости. Мальчики проводили большую часть времени либо в комнате Реки, либо в гараже. Однажды она принесла им напитки в комнату; они лежали на кровати Реки, бок о бок, полностью погруженные в видео на телефоне Реки, и даже не услышали, как она вошла. Однако, зная своего старшего брата таким, какой он есть, Цукихи просто пожимает плечами: — Если вы лучшие друзья, почему тебя волнует, что о тебе говорят другие? Реки ненадолго призадумался. Она права, но всё же… — Мне все равно, что обо мне говорят, но я не хочу причинять Ланге никаких проблем или неудобств. — Каким образом это может принести ему проблемы? — Видишь ли, хоть и кажется, что Ланга безэмоциональный, но он очень популярен среди девушек. Все зовут его «принцем»! А что, если он понравится девушке, и она захочет с ним встречаться? Я не хочу, чтобы из-за меня Ланга не смог найти себе девушку. — Тогда все просто, — Цукихи встает и выходит из комнаты, — Если ты не хочешь, чтобы у других сложилось неверное представление, просто перестань прикасаться к нему, особенно на публике, проблема решена!

_________________________

Реки правда не ожидал, что для него будет так трудно перестать прикасаться к кому-то, особенно к Ланге. Ритуал «кулак о кулак» не считается, так как это их приветствие, и другие парни тоже так делают. Но вот от незначительных вещей Реки трудно отказаться. По дороге в школьную столовую Реки машинально протягивает руку, чтобы схватить Лангу за талию, когда его друг, опять погрузившись в свои мысли, вот-вот собирался удариться о стену. Внезапно Реки вспоминает слова Цукихи и останавливает себя, но не успевает быстро среагировать и застаёт, как Ланга ударяется головой о стену с громким «АУЧ!» — О боже! Ланга-кун, с тобой все в порядке? — встревоженно спрашивает девочка из их класса. — Я в порядке, — моргает Ланга, — Спасибо, — добавляет он. — Вот и хорошо! Пожалуйста, будь осторожнее! — рассмеявшись, девушка убегает к своим друзьям, наблюдающим за этой картиной издалека. «Точно! Я был прав! Должно быть, у Ланги много тайных поклонниц, которые только и ждут случая заговорить с ним. Я не могу позволить своим привычкам встать у него на пути» — заверяет себя Реки. С того момента, Реки стал обдумывать свои действия прежде, чем его вредные привычки снова смогут взять над ним вверх. Он громко зовет Лангу, когда ему нужно привлечь его внимание, вместо того чтобы погладить его по руке или обнять за плечо. Он борется с желанием взъерошить волосы Ланги, когда тот осваивает новый трюк, который они практиковали в течение нескольких недель. Он старается как можно меньше прикасаться к коже Ланги, когда наматывает пластырь на раненый палец друга. И он сидит по крайней мере в полуметре от Ланги, когда они обедают на крыше школы. На третий день Реки, откровенно говоря, изрядно вымотался. К его большому удивлению, больше всего его изматывает не борьба с подсознательными порывами прикоснуться, а отсутствие тепла, которого ему так не хватает от этих незначительных прикосновений. Ланга не из тех, кто открыто показывает эмоции, но всякий раз, когда они вместе, Реки видит легкую улыбку, скрывающуюся в красивых голубых глазах Ланги, когда он прикасается к нему. Ланга также не стесняется прикасаться к Реки. Он легко сжимает руку Реки в благодарность за то, что тот не дает ему в очередной раз стукнуться головой о стену. Он прижимается пальцем к пальцам Реки после того, как тот заканчивает обматывать его пластырем. Когда они уютно сидят бок о бок на крыше, тепло от тела Ланги, просачивающееся сквозь его школьную форму, каким-то образом успокаивает вечно бушующий разум Реки. Но если на кону стоит счастье Ланги (по крайней мере, как считает Реки), то все это того стоит.