Ма-ма-Моя леди?

      - С вами «Ошеломляющие новости». Сегодня Леди Баг и Кот Нуар в команде с новым для нас супергероем вновь предотвратили разрушения в исторической части Парижа в районе западного аэропорта. На месте происшествия работает наш корреспондент…       - Вот-вот, смотри, прямо сейчас покажут! – пискнула на ухо сидящей за второй партой темноволосой девушке Алья.       - Да-да, Аля, я вижу, - неловко поджала плечи Маринетт, смущенная наплывом несдерживаемых эмоций подруги, что уже все двадцать минут большой обеденной перемены наседает на всех в округе с новыми событиями, связанными с её кумиром - Леди Баг.       Наблюдая себя в супергеройском костюме, Маринетт чувствовала себя совсем неуверенно. То, как она торопливо отвечает на каверзные вопросы журналистов, вызывало навязчивое желание приложиться парочку раз головой о эту привлекательно оштукатуренную стену кабинета. И глядя на то, как её разделенный надвое пробором низких хвостиков затылок скрылся из объектива, Маринетт мысленно поблагодарила всех известных ей богов и свою удачу за то, что пытка просмотра её краткого интервью, наконец, закончилась.       Но, готовая протянуть Алье обратно её телефон с маленьким круглым брелоком с символом божьей коровки, Маринетт услышала продолжение репортажа.       - А вот и виновники происшествия! Мсье Куртцберг, мсье Ансьель, как вы прокомментируете свои действия в роли Злолюстратора и Реверсера?       Объектив камеры быстро сместился в сторону, представляя зрителям пару растерянных потрепанных молодых людей, что вышли из здания многоэтажного кафе, где происходили финальные действия битвы.       Быстро заслонив друга от ослепляющего света фонаря при камере оператора, Натаниэль что-то пробормотал Марку и попытался отвести его подальше от назойливых журналистов.       - Мсье Куртцберг, вы нападаете на Леди Баг уже второй раз за эти полтора года, скажите, как вы относитесь к героям нашего города?       - Правда ли, что вы своими руками поразили Кота Нуара холодным оружием?       - Если Бражник снова предложит вам сделку, вы согласитесь вновь предпринять попытку победить Леди Баг и Кота Нуара?       Журналисты засыпали скромных парней вопросами, не давая даже вставить им и слова. Казалось, что вопросы задавались чисто для того, чтобы высказать свои фантазии, а не получить конкретного ответа или комментария, а теснящие к стене здания объективы телекамер зажимали парней во все уменьшающееся кольцо.       Прикрыв от пытливых объективов совсем растерявшегося и собирающегося поддаться панике друга, Натаниэль внезапно собрался с духом и оттолкнул парочку обнаглевших журналистов, что уже в своих размышлениях дошли до обсуждений того, какой вид радости ощутили они, будучи злодеями, наблюдая за тем, как Кот Нуар присмерти падает в объятья Леди Баг, отчего тесный круг наседавших на парней взрослых внезапно разомкнулся и расширился из-за отскочивших в разные стороны возмущенно и испуганно вскрикнувших людей.       - Заткнитесь! Вы ничего не знаете о том, что происходит, когда Бражник лезет в тебе в голову! – со злостью рявкнул Натаниэль, окончательно потеряв терпение. – Мы не оправдываем свои действия, но судить нас за то, что мы совершили, когда не были за себя в ответе… - рыжий парень разочарованно опустил голову, словно осознавая для себя что-то, и вновь посмотрел в объектив. – Мне жаль, Леди Баг, что у тебя такие слабые духом фанаты, - а потом взяв своего перепуганного приятеля под руку, быстро увел Марка от шумящей толпы, что уже не осмелилась их преследовать.       Надья Шамак все продолжала комментировать происходящее, но Маринетт, с ужасом осознания вылупив на телефон подруги глаза, не могла пошевелиться.       - Ну как тебе, - повисла на подруге Алья, забирая из задеревеневших ладоней Маринетт свой драгоценный телефон. – Леди Баг тут совсем немного, но этот выпуск набрал уже более миллиона просмотров на Ледиблоге, и это меньше, чем за сутки! Маринетт, ты куда, урок вот-вот начнется! – удивилась девушка, пряча свой гаджет в карман джинсов, не сразу заметив, как её соседка по парте внезапно сорвалась с места и направилась к выходу из класса.       - А-а-а… Я… Мне надо в живот… чтобы найти таблетки… где лежит туалет… Я скоро! – замямлила у выхода Маринетт, но бросив попытки объясниться, выскочила из класса, оставив подругу в недоумении.       Покачав головой, Алья со вздохом украдкой глянула на Натаниэля, умело скрывшегося за массивными плечами выдающегося ростом Айвана.       Спрятавшись от любых заинтересованных взглядов в пустом женском туалете на соседнем этаже, Маринетт резво захлопнула за собой зеленую дверь кабинки и открыла свою маленькую розовую сумочку:       - Божечки, Тикки, что я наделала? Пока я бегала в поисках Луки, Натаниэль с Марком в прямой трансляции изобличили Аполлинера, и после битвы я была настолько растеряна, что Вайперион исчез, что даже не подумала о том, что стоит как-то упомянуть несправедливость обвинений против Ната и Марка в интервью.       - Успокойся, Маринетт, ты же видела, что Натаниэль смог сам отбиться от назойливых журналистов и ещё и Марка прикрыть от камер, - выглянула из укрытия маленькая квами, опираясь о металлическую окантовку сумочки.       - Да, но это не отменяет его самобичевания, что лилось в каждом его слове, - расстроилась девушка, присаживаясь по привычке на закрытую крышку унитаза. – Похоже, что они все же не будут больше пытаться опубликовать свой комикс.       Тикки, чтобы подбодрить хозяйку, вылетела из сумочки и, взяв девушку обеими лапками на курносый носик, заставила на себя посмотреть:       - Маринетт, Леди Баг всегда была вдохновителем для других, и не всегда это давалось легко. Но у тебя есть замечательная возможность поддержать своего друга, чтобы он понимал, что в трудную минуту его не оставят одного, - посоветовала квами.       - Ты права, Тикки, - воодушевилась девушка. – Сегодня я загляну к нему домой и расскажу, как много его творчество для меня значит!       Тикки радостно и умиленно смотрела за тем, как загоралась идеей её подопечная.       - Правда из-за этого придется немного опоздать на патруль, но, думаю, Котик простит мне такую оплошность, - задумчиво приложила руку к подбородку Маринетт, увлекаемая вихрем идей куда-то далеко от школьного туалета.       - Маринетт, я имела ввиду немного другое… - попыталась вразумить подругу квами в том, что залетать, будучи супергероиней, в квартиру к молодому парню, что фанатеет от тебя не первый год, плохая идея.       - Все будет хорошо, Тикки, я подам Натаниэлю новую волну вдохновения, - выскочила из кабинки воодушевленная Маринетт, на ходу ловя подругу в свою маленькую дизайнерскую сумочку, и направилась поскорее на начинающийся урок литературы, непременно предчувствуя счастливый финал всей этой истории.

***

      Спешно собирая в розовый рюкзачок учебники и прочие принадлежности к учебе, Маринетт суетливо поглядывала в сторону окон, небо за которыми затянуло темными дождливыми облаками, готовыми в любой момент разразиться дождем.       Это было плохо, во-первых, потому, что в первый раз, когда Маринетт в образе Леди Баг попала под дождь, Тикки серьезно заболела, а Мастер Фу, что в прошлый раз смог вылечить малышку, теперь не помнил о квами совершенно ничего. Во-вторых, скакать по скользким крышам, покрытым водой, с минимальной видимостью от дождя, хлещущего по лицу, чревато попаданием в травмпункт. А в-третьих, Маринетт представила свое эффектное появление на балконе своего одноклассника – промокшая до нитки, с прилипшими волосами к лицу и со растекающимися по полу от нее лужами.       Определенно, удача сегодня была не на её стороне, если готовила такие препятствия на пути к другу девушки. Но все ещё надеясь на лучшее, Маринетт дождалась, когда Натаниэль украдкой прошмыгнул вон из класса, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания, девушка собралась поскорей отправиться домой, но была окликнута своей соседкой по парте.       - Маринетт, я говорю, что это хорошая идея, верно? – поправила с хитрой улыбкой очки с черной окантовкой ещё сидящая на своем месте Алья.       - Э-эм, а о чем речь? – развернулась от выхода Маринетт, нервно теребя широкую лямку рюкзака.       Алья лишь со вздохом приложила руку ко лбу:       - Ты никогда не перестанешь витать в облаках.       - Репетицию группы сегодня отменили, поэтому у Адриана из расписания выкроились несколько часов, - пояснил Нино, закидывая свою сумку и сумку Альи на плечо. – Мы думали сходить всем в кино на этот новый фильм, что вышел, пока нас не было в Париже.       - «Всем» - это значит нам вчетвером, - пропела на ухо девушке Алья, направляя напряженное личико Маринетт в сторону красиво улыбающегося Адриана. – Мы можем взять попкорн и напитки и сидеть в зале около двух часов в темноте и тишине, где нас никто не будет беспокоить, - прошептала на ушко уже подружка, заговорщически нависая над поплывшей от мечтательных грез темноволосой девушкой.       Два часа в зале, практически пустом из-за полуденного сеанса, рядом с Адрианом. Они возьмут попкорн и напитки и поставят большую чашу к ней на колени. Попкорн будет соленый, ведь Адриану нельзя есть много сладкого, но она будет готова потерпеть. И во время фильма им случайно одновременно захочется взять комочек попкорна из общей чаши. Они случайно коснутся ладонями друг друга и отвлекутся от фильма.       Он посмотрит на неё своей робкой стесненной извиняющейся улыбкой, но совсем не будет торопиться отпускать её руку. Нежно сжимая ладонью её пальцы, он вовсе не будет отвлекаться от её слегка растерянного взгляда, а потом, словно не замечая ничего вокруг, перевесится через подлокотник кресла, разделяющий их, и наклонит голову чуть вправо к высоким спинкам. Она, понимая, что за этим следует, не отпрянет, а тоже склонит голову набок, прикрывая от предвкушения глаза, сжав от волнения свободной рукой край картонной чаши с попкорном, что из-за большого наклона начнёт потихоньку выпадать на покрытый ковролином пол.       Его тонкие бледные губы уверенно коснутся её, сердце вновь внезапно застучит где-то прямо под горлом, и она ответит на этот поцелуй, прикрыв в очаровании глаза. Чувствуя на щеке его горячее дыхание, она поймет, что он тоже слегка нервничает, но в то же самое время немного улыбается сквозь их затянувшийся трепетный поцелуй. Тонкими длинными пальцами с выкрашенными в черный ногтями он, едва касаясь, проведет по открытой части её предплечья и ласково проведет ладонью по её щеке, случайно задевая толстым черным кольцом на указательном пальце скулу.       Медленно, словно находясь под гипнозом, она откроет свои глаза и вновь утонет в этой глубокой подводной пучине синевы, почему-то манящей её своим теплом и любовью… Стоп!       - А почему сегодня не будет репетиции Kitty Section? Что-то случилось? – под внутренний звук заевшей пластинки тряхнула хвостиками в стороны Маринетт, приходя в себя от неконтролируемой фантазии.       - Лука второй день не приходит на репетиции, - поднял руку в оправдывающемся жесте Адриан. – Джулека говорит, что он с того происшествия у аэропорта не выходит из каюты, вроде как плохо себя чувствует и хочет отлежаться, - пояснил парень. – А без соло-гитары на репетиции особо и делать нечего.       Маринетт виновато почесала ладонью затылок, вспоминая о событиях, о которых, кроме неё, никто и не догадывался. Они столкнулись с весьма сложным и опасным противником, и, если бы не действия и анализ Луки, им было не удержать своих талисманов у себя, и Бражник бы победил. Но одержав победу над сразу же двумя противниками, словив акум, очистив их и спровоцировав Чудесное исцеление, Лука в благодарность за проявленное благоразумие и хладнокровность при принятии решений не увидел ничего, кроме её пятнистой спины, и заплаканного лица, склонившегося над Котом Нуаром. И это когда он, по её догадкам, знает, кто скрывается под маской Первой Леди Парижа.       - Ну так как, Маринетт, идем с нами или встретимся уже там? – приподняла одну бровь с хитрой улыбкой на лице Алья.       Посмотрев в большие зеленые, исключительно правильные глаза Адриана, Маринетт мягко улыбнулась:       - Вы идите, ребята, я тогда проведаю Луку, думаю, он будет рад визиту, - проговорила девушка, разворачиваясь снова к выходу из класса. - Повеселитесь за меня там!       Отпавшая челюсть Альи, не способной даже что-либо сказать, звонко скакала по центральной мостовой Сены, пока Маринетт, выскочив из класса на всех парах бежала в сторону беспокойно раскачивающегося на волнах одного из каналов Парижа небольшого корабля, гордо носящего название «Либерти».

***

      Когда Маринетт вбежала на слегка раскачивающуюся палубу «Либерти», длинная густая синяя челка уже местами лезла в глаза из-за накрапывающей с неба влаги дождя, ещё только начинающего по чуть-чуть взбрызгивать выложенную плиткой мостовую широкого канала Сены крупными каплями. Оглядев открытую опустевшую палубу, Маринетт постучала в закрытую, раскрашенную желтым, синим и фиолетовым дверь, ведущую в каюты, и прижала поближе к продрогшему животу отдающий приятным теплом бумажный пакет с ещё горячей выпечкой, что девушка захватила из дома для оправданного повода заглянуть к Луке.       Это было немного странно. Как ей после вчерашнего его называть? Другом? Нет, после вчерашнего то, что происходит между ними, нельзя назвать дружбой. Её парнем? Но разве она может позволить себе какие-то отношения? Будучи героиней Парижа, может ли Маринетт вообще заводить с кем-то отношения? Ведь это мало того, что доставит ей немало проблем в моменты, когда на Париж вновь нападет новый злодей, так ещё и поставит под удар её и её парня. Но как же унять этот ураган, бушующий в голове последние несколько дней?       Размышления довольно промокшей уже девушки прервала Джулека, открывшая дверь и обеспокоенно взглянувшая на представшую перед ней картину.       - О, привет, Джулека! – махнула мокрой рукой в знак приветствия Маринетт, отчего несколько холодных капель майского дождя капнули на черную плотную кофту Джулеки и, не проникнув в покров плотной ткани, скатились вниз по груди девушки. – Какая ужасная погода на улице, правда?       - Правда, - недоуменно согласилась черноволосая девушка, не до конца понимая, отчего её одноклассница впала в свое состояние «ЯНесущаяЧепухуМаринетт».       - Верно, в такую погоду очень часто люди чувствуют себя плохо, надеюсь, у вас все хорошо и все отлично себя чувствуют и не чувствуют никаких подавленных эмоций? – забормотала чуть громче и чуть оптимистичней, чем нужно, Маринетт, размахивая начинающим промокать бумажным пакетом с выпечкой и не замечая бедность своего лексикона в разговоре.       - Да нет, Маринетт, у нас все себя отлично... - пыталась все ещё понять мотив визита черноволосая девушка, держась одной рукой за косяк двери.       - О, Маринетт, ты же совсем промокнешь! – воскликнула подошедшая со спины Джулеки Роуз, открывая входную дверь чуть шире и затягивая подругу внутрь помещения.       Внутри корабля Маринетт обдало теплым воздухом, принесшим запах свежей доски и готовящегося обеда, что оставили на кухне без присмотра девочки. Услышав, как с тихим шипением убегает с плиты бульон, девушки поспешили на кухню, где, судя по бардаку, готовка была в самом разгаре.       - Так зачем ты пришла на «Либерти», Маринетт? – поинтересовалась Джулека у одноклассницы, помогавшей наводить порядок после неудавшегося побега грибного супа.       - О, да я просто так. Я удивилась, что вы отменили репетицию, когда запись альбома Kitty Section прямо на носу, - вновь занервничала при объяснении Маринетт, суетливо протирая мокрой тряпкой уже сухую столешницу, сместившись от залитой бульоном плиты уже сантиметров на сорок. – Вот и решила зайти и заодно узнать, все ли в порядке у моих подруг и моего пар…Луки, - заикнулась на последнем слове Маринетт.       Джулека с Роуз переглянулись. Лицо Роуз выражало странное беспокойство и непонимание, Джулека же наоборот радостно улыбалась.       - Ну, твой Лука у себя в каюте, дорогу ты знаешь, - подмигнула высокая девушка Маринетт, протягивая ей поднос с двумя большими кружками чая и её же выпечкой, что девушка переложила в небольшую тарелку ранее.       С нервным смешком Маринетт скрылась на темной лестнице, ведущей вглубь корабля. Вход в каюту Луки был дальше остальных, сразу за углом узкого коридора, вдоль стен которого были привинчены тонкие поручни, выкрашенные в тон цвета краски. Остановившись перед запертой дверью нужной каюты, Маринетт задумалась.       Вернувшись вчера к автобусу после трансформации, Маринетт больше не видела Луку. Он пропал вместе с велосипедом со всех радаров и не отвечал на звонки. Маринетт решила, что он сразу отправился домой, чтобы избежать неуместных объяснений о том, куда он пропал во время атаки акуманизированных. Но что делать теперь, когда…       Из ступора девушку вывел внезапно появившийся сквозь дверь Сазз, склонивший в приветствии свою большую голову:       - Приветствую, Хранительница, если Вы пришли к моему хозяину, то я здесь именно для того, чтобы отговорить Вас от этой затеи.       - Ох, Сазз! – чуть не уронила от неожиданности поднос с выпечкой Маринетт, разлив по гладкой плоскости немного сладкого чая. – Не появляйся так неожиданно, - поправила аккуратно на подносе кружки девушка, чтобы больше ничего не разлить. – И перестань обращаться ко мне «Хранитель», я же говорила, что всем квами можно обращаться ко мне просто по имени.       - И почему ты не хочешь, чтобы мы с хозяйкой вошли в каюту к Луке? – вылетела из сумочки на бедре девушки Тикки, зависая в воздухе напротив Сазза. – Твоему хозяину очень повезло, в отличие от остальных носителей талисманов, что ему не нужно нести бремя тайны в одиночку, но ты почему-то хочешь от этой возможности отмахнуться?       - Тикки, - остановила квами божьей коровки Маринетт. – Возможно, Сазз сейчас объяснит нам причину своей просьбы? – повернулась к голубому змею девушка, ожидая пояснений.       Сазз тяжело вздохнул и поманил Хранительницу Шкатулки Чудес к иллюминатору в тупике коридора. Поставив поднос с горячим чаем на небольшой пыльный столик под иллюминатором, девушка заинтересованно повернулась к Саззу, сложившему по привычке лапки в позу лотоса.       - Маринетт, - обратился квами змеи к девушке. – Знаешь ли ты, что не всегда нас, квами, было девятнадцать в твоей шкатулке?       Маринетт неуверенно кивнула. Она слышала от Тикки про празднование начала нового цикла Нууру, квами мотылька, что значило, что у них, как и у людей есть свои дни рождения и они явно разнятся друг с другом у каждого квами.       - Каждый квами отражает какое-то чудесное явление в этом мире, но не все они появились одновременно. Много лет назад появилась наша Вселенная, и это было большой удачей для этого мира – так появилась Тикки – леди-удача. Но вместе с тем появился Плагг для уравновешивания сил своей неудачей. Когда зародилась наша Вселенная на свет появилось то, что стало отмерять циклы существования её в мире. Так появилось время, а вместе с ним на свет появился Флафф, квами кролика. При зарождении жизни и воли, как абстрактного понятия, - пояснил Сазз, увлекаясь рассказом. – появление квами приобрело более частотный вид. Чем больше человек проявлял свою волю, тем больше появлялось на свет квами. Но самым первым и одновременно самым последним квами в этом мире стал я – Сазз, символ цикла.       Маринетт немного зависла:       - Но Мастер Фу говорил, что первая была Тикки и... Как это так, я не понимаю, как можно быть одновременно самым первым и самым последним, учитывая, что только я знаю о двадцати квами, включая Лиири.       - Это не мудрено, Маринетт, все же ты всего лишь подросток, – усмехнулся змей, но увидев, как девушка опечаленно повесила нос, поспешил прояснить свою мысль. – Мою силу очень сложно не только обуздать, но и просто понять. Если ты хорошо помнишь историю, то наверняка слышала про символ Уробороса?       - Это скандинавский символ вечной жизни? – напрягла остатки своих скудных познаний в истории Маринетт.       - Не совсем так, - снисходительно наклонил вбок свою большую голову Сазз, продолжая скручивать в кольца под своими ногами свой длинный хвост. – Очень давно Уроборос был божеством у скандинавов, ацтеков, греков, египтян и многих других народов, что я посещал со своим талисманом в прошлом. Я есть начало и конец, саморазрушение и созидание, рождение и гибель, что не имеют конца и начала.       Маринетт озабоченно переглянулась со своей подругой – Тикки – но не стала прерывать рассказа.       - Получить такую невообразимую мощь в руки и не сойти с ума дано не каждому человеку. Однажды неверное применение моей силы обратило в прах целую цивилизацию.       - Ты про Атлантиду? – удивилась Маринетт. – Но ведь Мастер Фу говорил, что в её разрушении виноват был Плагг, разве нет?       Сазз тяжело вздохнул:       - Плагг действительно приложил лапу к уничтожению царства, что вошло в историю под названием Атлантиды, но причиной применения Котоклизма самим квами без хранителя стал мой прошлый хозяин. Да и последствия наших с Плаггом действий имело тоже свои результаты, - задумчиво проговорил Сазз, отвлекаясь на уже подостывший чай, хлюпнувший в кружках от поднявшихся от грозы волн за бортом.       - Как ты думаешь, Маринетт, почему следы Атлантиды никогда не могли найти? – опустилась на край подноса Тикки. – Саззу пришлось обратить вспять появление этой цивилизации, чтобы в этом царстве не появилось на свет того, кого он называл когда-то своим хозяином.       - Постой, ты применил силу против своего хозяина? – удивилась девушка. – Выходит, что и Нууру может…       - То был слабый волей человек, Маринетт, - прервал мысль девушки Сазз. – Когда владелец талисмана применяет его силу, душа квами сливается с душой хозяина. Подавив власть над собой, я умышленно разрушил саму сущность человека, нареченного моим хозяином, что также имело свои последствия… - задумавшись, квами змеи ненадолго замолчал. – Но я веду речь сейчас не о прошлом, Маринетт. Передав моему хозяину в столь юном возрасте талисман, ты должна взвесить все риски: я не спорю, что этот парень как никто другой подойдет на эту роль, но не требуй от него того, чего он дать тебе не сможет – а именно верности твоим решениям.       - Как это понимать, Сазз? – нахмурила брови Хранительница. – Я не могу ему доверять?       Сазз снова вздохнул, явно не торопясь с ответом:       - Я этого не сказал. Но уже сейчас, Маринетт, мой хозяин прожил на полгода больше своего реального возраста и видел то, что не видел более никто в этом мире: события, что для вас никогда не происходили, и все благодаря ему, его решениям. А это он применил трансформацию всего четыре раза.       - Четыре трансформации длились для него полгода? – расстроенно посмотрела в сторону входа в каюту Маринетт.       - А потому я рекомендую тебе, Хранитель, Леди Баг, дай моему хозяину время обдумать это бремя и не требовать от него сейчас каких-либо решений или объяснений.       Маринетт все ещё грустно глядела на белую закрытую дверь овальной формы, ведущую в каюту, откуда слышались тяжелые басы рок-музыки. Она обрекла Луку на такое тяжелое бремя и теперь не может быть рядом с ним? Что же за такую Удачу она несет, если приносит несчастья своим близким? Но тут на Маринетт снизошло озарение:       - Сазз, скажи, а Лука говорил что-нибудь о том, что он знает личность Леди Баг?       - Нет, - нахмурился квами змеи, не особо понимая при чем тут это, но маленькая Тикки уже просияла радостью:       - Ни ты, ни Лука открыто не говорили о своих супергеройских личностях друг другу! – восхищенно воскликнула маленькая красная квами.       – А значит, догадки остаются догадками, пока кто-то из нас не скажет правду, - девушка подняла со стола поднос с остывшим чаем и выпечкой и уверенным шагом направилась к входу в каюту. – Может, Леди Баг и повесила на Луку бремя Вайпериона, и её появление потребует от него неуместных сейчас разговоров, но Маринетт здесь совсем не за этим.       Встав напротив двери с круглой закручивающейся ручкой, девушка уверенно постучала в неё три раза и, стараясь поменьше разливать уже холодный напиток, крутанула ручку двери каюты, из-за которой доносились звуки музыки неизвестной ей группы.       - Маринетт здесь для того, чтобы поддержать своего парня, а для этого ей не нужны слова.