Irrationality

«Где я?» В голове командира был единственный вопрос — остальное лишь появляющиеся на мгновение кадры былых событий. В ушах гудело, то и дело было ощущение, что вокруг стреляют. Как-то интуитивно он понимал, что на самом деле было тихо. Рыжие облака появлялись вспышками перед глазами — последствия резких световых волн. Его веки были опущены — командир начал ощущать окружающую среду. Он сидел, облокотившись на что-то твердое. В тот момент он ощутил прикосновения чего-то холодного к его щеке. Латекс. Это определенно был латекс. Он дотронулся до него еще пару раз, в конце слегка хлопнув по щеке. Пиперс проснулся. Чувство не из приятных — будто бы будят со сна, опрокидывая бочку ледяной воды. Расплывчатое изображение постепенно ставало четче. Командир увидел сидящий перед ним крупный силуэт. Осознание происходящего возвращалось к нему, принимая более понятные формы. У человека впереди были взлохмаченные каштановые волосы с торчащими из них молниями, слегка опущенными вниз, а еще приподнятая рука в перчатке. Пиперс сообразил, что это, вероятно, касания руки в перчатке он недавно ощущал. Следующим вопросом было — «что он здесь делает?». Пиперсу не так часто доводилось видеть Хейтера так близко. Лорд сидел возле него, теперь создавая на концах пальцев небольшие заряды и поднося руку ближе к ищейке. — Эй, видишь что-то? — убрав руку, он сказал уже спокойнее: — А, ты уже проснулся. — Да. Что мы делаем здесь? — ищейка коснулся головы, ощущая тупую боль. — Да тут такое дело… Эй, с тобой все в порядке? — зеленые глаза устремились на командира. — Порядок, предполагаю, акустический шок. На лице лорда появилось выражение, означающее что-то в стиле «Хватит занудствовать». — Так вы не договорили. — А? А, да, в общем, мы находимся где-то на планете ээ-э… Аледория. — Я догадался, а именно? — Ну не могу я тебе точно сказать, где, мне-то откуда знать. — Ясно. А оказались мы тут каким образом? На миг Хейтер запнулся. По меняющим угол наклона молниям и хаотичному взгляду, Пиперс понял, что тот думает, что сказать. — Я забрал тебя оттуда. Но корабль подстрелили. На экране было написано, что двигатель неисправен. Ищейка заметил лежащую за несколько десятков метров машину в виде черепа — с потресканными окнами и клубящимся дымом. По всей видимости, он потерпел крушение. Но сейчас Пиперса волновало скорее не это — смотря на сидящего перед ним лорда он задавался единственным вопросом — почему этот человек, возможно впервые, спас его? Почему он не бросил его на произвол судьбы так, как это было все это время раньше? — Спасибо. — Пиперс встал на ноги, убедившись в целости костей. По всему телу чувствовались гематомы, но он, по крайней мере, мог идти. Осматривая порванную в некоторых местах форму, он старался не поднимать взгляд на Хейтера. Хотелось спросить его о причине такого нехарактерного поступка. Больше, наверное, только скорее отсюда выбраться. — А? — Спасибо, что спасли мне жизнь, — ищейка посмотрел в глаза Хейтера, преодолев страх. На удивление, скелет выглядел растерянно. Впрочем, тот, что ничего не делает для других, редко слышит слова благодарности. — Оружие… Осталось на корабле. Целое, вроде. — Я схожу за ним, — командир направился к кораблю, напоследок обернувшись. На него смотрел Хейтер — матовым пустым взглядым, как бы непонимая, что делать. Он боится? Он думает, что они не смогут выбраться? Командир вздохнул, повернув обратно. — Аледория небольшая. У нас есть оружие. А еще, в конце концов, вы. Разве смогут эти несчастные солдаты иметь шансы против ваших молний? — ищейка подошел почти впритык к сидящему на земле скелету. Командир нависал над ним, смотря свысока. Странное чувство — подумалось ему, но оно ему определенно импонировало. — Никто не сможет, — на лице Лорда появилось подобие улыбки. — Мы выберемся отсюда, — сказал Пиперс, улыбнувшись, насколько он мог, и положив руку на плечо Хейтера. Несколькими секундами позже он быстрым шагом приближался к кораблю. Достав оттуда невредимый гранатомет, ищейка вернулся на прежнее место. — Вы же дали сигнал базе? — командир достал из сумки передатчик. — Да. Они дали координаты, — скелет протянул свой прибор, на котором были сохранены координаты. — Сигнал барахлит, — ищейка повертел антенну на своем передатчике, в конце зафиксировав ее. — Кажется, есть. Неблизко. — Это почему? Они не могут просто прилететь сюда? — Корабль требует хотя бы относительно ровную поверхность для посадки. А приземлиться прямо в пункт охраны ко врагу тоже не вариант. Поэтому нам нужно будет пройти несколько километров. И успеть до того, как стемнеет. — Хочешь сказать, что тут тоже может стемнеть? Какое-то время ищейка не мог понять, что тот имеет ввиду. В конце концов он ответил: — Ну конечно, сэр! Эта планета тоже вращается вокруг своей оси. Как и все планеты, в общем-то. — Ага, и сколько же у нас времени? Ищейка посмотрел на синюю звезду, уходящую вниз. — Не более четырех часов. Именно поэтому время на исходе. Нам уже пора. Вокруг было тихо, лишь иней хрустел под ногами. В воздухе повисло молчание. Командир посматривал на нефтяные вышки, что тонули в голубом тумане где-то почти на горизонте. Красиво — если не думать, что жизнь твоя на волоске от пропасти. Они прошли уже около двух километров по голой земле, готовясь к тому, что дальше им встретятся охранные пункты. Пиперс задумался, что, в общем-то, он никогда не ощущал свои дни последними. Каждый раз его оптимизма хватало на то, чтобы быть уверенным — с боя он вернется живым. Но что с того? В последний раз он понял, как много всего недосказанного он не хочет забрать с собой в могилу. И снова — жизнь может легко оборваться. А только теперь кажется, что смерть приходит в самые неудачные моменты. — Сэр, почему вы спасли меня? — ищейка повернул голову, смотря прямо в глаза Хейтера. Стойким, не беглым взглядом. В общем-то, смерть ничего не решает. Это он сам — ждал лучшего момента из раза в раз, будто ее не существует. — Сам понимаешь, армия без генерала бесполезная, — Хейтер сложил руки, закинув голову вверх. — Именно поэтому вы впервые решили, что моя жизнь имеет ценность? — Пиперс улыбнулся. Зачастую ему доводилось создавать впечатление абсолютной сговорчивости, и на время приоткрыть забрало податливости, посмотрев на мир своим взглядом, было даже приятно. — Да как-то раньше я об этом не задумывался. Не все такие стратеги как ты, мистер зануда. Лорд поправил волосы, делая выражение лица как можно более гордое. Это выглядело комично — подумал командир. Как и все его потуги создания образа власти и влиятельности. Пиперс снова улыбнулся. Вздернутый нос лорда и хмурый вид совершенно не подходил дергающимся рогам-антеннам. Он совершенно не такой, каким пытается казаться — Пиперс задумался об этом снова. Этот человек отлично смотрится, когда играет на электрогитаре и надрывает голос, даже не попадая в ноты, или когда снова перекрашивает передние пряди в кислотно-зеленый, испортив для этого ванную комнату. Когда Хейтер пытается выдать из себя злодейский смех, натягивая на голову чью-то корону, тот похож на ребенка, что стащил со шкафа кастрюлю и надел ее на голову. Так же абсурдно. Ищейка посмотрел на то, как скелет вновь потер руки от холода. Красный худи — серьезно? Он хоть знал, куда шел? — Слушай, давай разведем костер? — Лорд посмотрел на ищейку. Видимо, не выдержал. — Мы уже флерт знает сколько идем. — Мы не прошли и четверти пути. У нас нет времени на привал, если на то нет необходимости. Замерзший вид Лорда вызывал к себе некоторую жалость. Однако важнее всего здравый смысл — лучше вернуться уставшим и больным, чем не вернуться вовсе. — Но я замерз, — тот сказал это как нечто само собой разумеющееся. «Неужто я так похож на родителя? В конце концов, в мои обязанности не входит следить за чьим-либо самочувствием. Я солдат и…» Командир вздохнул. Сняв тяжелый кожаный ремень, он расстегнул пуговицы. «И, тем не менее, вновь делаю то же, что и всегда». — Держите, — Пиперс протянул мундир Лорду. Лорд посмотрел с некоторым недопониманием, все же натянув его на себя. — А ты? — Кожа ищеек очень толстая, а рецепторы температуры находятся глубоко. Проще говоря, мы почти не чувствуем холод. Одежда нам нужна скорее для защиты. — Ладно. Спасибо, что ли. Голая земля постепенно сменялась слабой растительностью. На горизонте стал виден небольшой лес. Ищейка сообразил, что, вероятно, шанс в лесу наткнуться на группу вражеских солдат или минное поле значительно меньше, чем на открытой местности. Именно поэтому они вошли в него, оказавшись среди низкорослых деревьев с темно-зеленой листвой. — По идее, — ищейка оттянул маску, подключенную к кислородному баллону, вдохнув лесной воздух. — концентрация кислорода достаточная. Ненадолго маску можно снять. — Ну наконец-то. Честно, задолбался уже. Может, сядем уже где-то здесь? Посмотрев на прибор, Пиперс понял, что они прошли почти половину пути. Дальше будет сложнее. Впрочем, сделать перед этим перерыв не такая уж и плохая идея. — Хорошо. Собрав листья и ветки, ищейка зажег огонь. Он и вправду чувствовал себя уставшим. Вероятно, как и Лорд, что разлегся прямо на замерзшей земле. — Не спите, замерзнете. — Да я не особо-то и собирался. Слушай, у тебя есть сигареты? — Причастились к курению? — ищейка перевел взгляд на огонь. — Ага, — Хейтер сунул руку в карман мундира, надеясь найти там сигареты. — Я бросил уж несколько месяцев как. — Что это у тебя? Хейтер держал в руках развернутый лист бумаги, потупив в него взгляд. «Флерт.» — Пиперс посмотрел обратно в летящие по ветру искры. — Зачем ты это хранишь? — Если я храню это в нагруднои кармане, то оно что-то значит для меня. «Нельзя. Нельзя было это говорить.» — ищейка закинул голову назад, нахмурив брови. «Стыдно показать свою главную слабость». — Просто. Момент хороший. Редкое явление. — А, ясно. Стыдно смотря в глаза, безмолвно говорить, что Лорд и есть его главная слабость. Но он же ничего не поймет, ведь так? Или быть может сделает вид, что не поймет, как это бывает всегда? — Ладно, нам пора идти. Солнце уходит, — Пиперс подорвался с места, собираясь затушить огонь. — Подожди. Хейтер смотрел стеклянным взглядом в оранжевые танцы огня. — Не более нескольких минут, ладно? — Ладно, ладно. — скелет бросил в костер несколько веток. — Пиперс, знаешь, ээ… Мне типа жаль. Иногда бывает, в смысле. И… Короче, ты извини, если что. Последние слова он выпалил быстро, потом сложив голову на колени, не желая поднимать взгляд. — За что вы извиняетесь? — Нет, ты не подумай, я не то, что бы… Пиперс присел рядом, видимо, не так торопясь, как раньше. Хейтер слегка поднял взгляд, встретившись со взглядом ищейки, сидящего рядом. — Короче, я иногда веду себя как самовлюбленный идиот. Пиперс улыбнулся. Хейтер извинился. Искренне. В это сложно было поверить. Однако вместе с радостью появлялось и другое чувство. «Раз уж вы решили раз за недолгое время побыть искренним, то я позволю себе сделать то же». — И почему же? Ищейка приблизился еще. Хейтер убрал руки, которыми как бы случайно пытался прикрыть глаза. В его глазах отражались рыжие блики огня и нехарактерный испуг. «Этот человек мечет молнии глазами даже тогда, когда видит рядом саму смерть. Что же с ним?» Командир снял фуражку, положив ее рядом с собой. — Вы меня боитесь. Будто вердикт. «Я был излишне правдивым. Я позволил сказать то, о чем думал. Бессмысленно, ужасно бессмысленно». Вот только голос его прозвучал как водяная гладь. — Да что ты говоришь, я могу убить тебя с одного удара. В руке Хейтера заискрились молнии. Маленькие, едва живые. Его рука была опущена, а в глазах не было ярости. Он не будет бить — где-то в душе Пиперс это понимал. — Да, вы можете убить меня всегда. Я не представляю угрозу в этом смысле. Вас пугает нечто другое. — И что же, раз уж такой умный? — Быть может, что я предам вас, как это сделали с вами ранее? Что я стану вам другом и не оправдаю ожиданий? Пиперс посмотрел в растерянные зеленые глаза. — Несложно догадаться, почему вы так издевались надо мной все это время ранее. Скелет протянул руку к ищейке, схватив того за ткань кофты.  — Заткнись. Меня достала твоя пустая болтовня. Лорд говорил с надрывом. В сжатой руке появились заряды электричества. — Вы ведь этого не хотите. Пиперс слушал учащенные постукивания собственного сердца. Страшно — определенно страшно, когда нечто, способное тебя убить, сейчас держит тебя и накапливает заряды. Но было в этом что-то более важное для командира. «Пусть. Хоть раз в этой жизни я был честен и с ним, и с собой. И ведь не прогадал же. Стал бы он в ином случае реагировать столь ярко?» Вместо ответа Лорд опустил руку, устремив взгляд в землю. — Хватит. Просто давай сделаем вид, что я ничего тебе не говорил. Как и ты мне, — волосы упали ему на лицо. — Зря я… Ладно. Не важно. Пиперс вздохнул. Ничего не будет как раньше. Шрамы не рассасываются, а слова не забываются. Ничего сначала не воссоздать. — Нет. Мне не все равно на то, что вы думаете или чувствуете. Однако я не хочу более игнорировать ни себя, ни вас. — О чем ты? Пиперс заметил тонкий отблеск на лице Хейтера. По его щеке стекала слеза. — Если хотите, то я вас прощаю. Но и я не создан из стали — краем глаз Пиперс заметил, как костер начал затухать. — И я тоже могу уйти. — Почему, для чего ты говоришь мне все это, чтобы я снова… — Почувствовали то же самое? Нет. Но никто не будет любить вас, то есть дружить с вами безвозмездно. Просто постарайтесь не быть таким же идиотом, как вы сказали. — Хорошо, — скелет ответил голосом, будто бы пережатым тросом. — Ладно, нам пора, солнце садится, или что ты там говорил. — Да, солнце. Командир затушил костер, сняв притрушенные пылью перчатки. Как-то случайно для самого же себя он стер со щеки лорда след от слезы, быстро одернув руку. — Да не прибью я тебя, — сказал Хейтер, слегка улыбнувшись. Он поднял с земли фуражку, накинув ее на голову командира. — Тогда вперед, нам предстоит непростая дорога, — командир поправил фуражку, встав и подав Лорду руку. Тот дернул руку ищейки, чуть не повалив того на землю под действием веса. — Ага, вперед.