Алая камелия

Чуя поставил точку в тетради и довольно потянулся, как только что проснувшийся лис. Домашнее задание было благополучно сделано, в соседней комнате Коё собиралась на работу в ночную смену, а он уже мысленно прикидывал, какую рубашку сегодня наденет на работу. Вздох. А что ещё оставалось делать, когда в целом мире у него осталась только сестра, а у сестры только он. Пусть у них и были разные отцы, мать никогда не делала между ними различий. — Чуя, — Коё заглянула к нему в комнату, — ужин в холодильнике. Ко скольки тебе сегодня? — К семи, — соврал он. На самом деле на два часа позже. — Не слишком поздно? — сестра подошла к нему и заботливо убрала волосы со лба. — Я уже спрашивала тебя, не будут ли у тебя неприятности в школе, если узнают, что ты подрабатываешь официантом, ты сказал нет, но… — Всё в порядке. — он мягко боднул лбом её ладонь. — Я же всего лишь «подай-принеси», обычное кафе без изысков. Пусть и с хорошими чаевыми. — Очень хорошими, — сощурилась Коё. — Чуя, ты там не вагоны разгружаешь? В такие моменты она особенно становилась похожа на их погибшую мать. Самую хорошую и самую добрую на свете, ведь по другому и быть не могло. Не прошло и двух лет после того, как она в первый раз вышла замуж, всё закончилось роковой аварией. Потеряв одного мужа, оставшись одна с дочерью на руках, их мать вскоре встретила достойного мужчину, с которым провела остаток жизни до того рокового похода в горы. Тел так и не нашли, а Чуя провел почти месяц в забытье, пока не спохватился, что является несовершеннолетним, а без родителей его вполне могут отправить в приют. Он тогда вошел на кухню, подметая пол пижамными штанами, Коё сидела за столом и её заплаканное лицо полыхало, как закатное солнце. — Меня теперь отправят в детский дом? — шмыгнул носом. Почему-то осознание того, что его сестра совсем взрослая, у неё своя самостоятельная жизнь, в которой ему не найдётся места, навалилось таким грузом, что коленки подкашивались. Но она только нахмурилась, поманила к себе рукой и прижала к себе, как брошенного котёнка. — Ну что за глупости, Чуя? — погладила его по голове. — Разве я могла бы так с тобой поступить? На этом порешили. Было тяжело. Коё работала медсестрой и чуть ли не жила на работе, пока Чуя проводил время за партой, а вечерами искал работу по объявлению. Но школьникам платили мало, сомнительный вклад в семейный бюджет. Ноги сами собой привели его в увеселительный район, там даже официантам платили больше, попытать удачу стоило. — Итак, я могу взять тебя официантом, — директор клуба полыхнул сигарой прямо в лицо Чуи, — но с такой внешностью, советую идти к нам хостес, у нас как раз освободилась одна ставка. Дыхание перехватило. Хостес получали больше чем официанты, плюс чаевые, и работа была значительно легче. — Я… — Чуя замялся. — Мне на самом деле шестнадцать, я ещё учусь в школе. Директор что-то задумчиво проворчал, снова посмотрел на Чую и смял листок бумаги, лежащий у него на столе. — Считай, что я этого не слышал. Соглашаешься на должность хостес? Да или нет? Так всё и завертелось. Чуя успешно врал сестре, что работает простым официантом, она, конечно, переживала первое время. Ведь он ещё школьник, что будет, если узнает кто-то из учителей, что будет, если это скажется на его учёбе? Но Накахара из кожи вон лез, не спал по ночам, готовился к урокам, пока ехал на метро до работы, не досыпал, не доедал, чтобы в конце месяца уговорить сестру взять выходной, потому что удалось сэконмить лишнюю десятку. Когда за сестрой закрылась дверь, Чуя принялся собираться. Принял ванну, погладил новую черную рубашку, уложил волосы и, накинув рюкзак на плечи, вышмыгнул из дома. Пока ехал в метро, пытался выучить параграф по химии, но в голову, как назло, лез тот странный парень, которого он нашёл неделю. Потому что всякий раз, идя на работу, Чуя проходил мимо того переулка и ему до сих пор мерещился запах крови. Жив ли вообще тот человек? Квартал утопал в неоновом свете и звонком смехе прохожих. Чуя привычно петлял между ними, пока не дошёл до клуба, предварительно заглянув в злополучный переулок. Пусто. — Привет, Рю, — бросил Чуя своему коллеге, второму хостес, который ждал его возле входа. — Ты же вроде бросил курить? — Курить бросил, — отрезал Акутагава даже не поздоровавшись. — А привычка ждать тебя осталась. — Спасибо за заботу, Рю, — ухмыльнулся Чуя. — мамочка тебя не будет ревновать? Акутагава лишь фыркнул в ответ. — Из-за таких как ты, все вокруг думают, что хостес это те же проститутки или содержанки. Особенно после твоих шуток про мамочек и папиков. Накахара рассмеялся и, взяв Рюноске под локоть завёл внутрь. Акутагава был в принципе неплохим парнем, хоть и вредным. Ему, в отличие от Чуи, восемнадцать уже исполнилось, поэтому он мог спокойно работать, не вглядываясь в лицо каждого клиента в страхе, что это кто-то из знакомых. — Всё не могу понять, — начал Чуя и махнул бармену, Тачихаре, в знак приветствия, — зачем тебе здесь работать? Мог бы найти место и получше, это мне ещё два года шарахаться от каждой тени. — Скажем так, — покачал головой Акутагава, — меня такая работа вполне устраивает. Денег хватает, график удобный и лишних телодвижений не требует. Они зашли в служебное помещение, чтобы закинуть вещи. Чуя открыл дверцу своего шкафчика и уставился на своё отражение, краем глаза проследив, как Рюноске звонит своей сестре, чтобы узнать вернулась ли она от подруги домой. Наверное, они смогли подружиться по двум причинам: оба сироты и оба из кожи вон лезли, чтобы помочь своим сёстрам. Только вот, как бы Чуя не старался, Акутагава всегда получал больше чаевых, в первые дни работы это удивляло. Рюноске не был особо улыбчив или приветлив. Накахара даже слышал от других хостес, что Акутагава не брезгует свиданиями вне клуба с некоторыми посетителями. Только ничего такого Чуя не заметил. Постепенно они подружились, а шутки про «сахарных мамочек и папочек» стали чем-то привычным. — Ты готов? — Рюноске привычным жестом поправил воротник своей рубашки. — А есть другие варианты? — усмехнулся Чуя. Их смена начиналась через пять минут. *** Ночь была в самом разгаре. Чуя только и успевал, что встречать одних посетителей и провожать других. Пару раз они с Рюноске выходили на улицу, чтобы проветриться. — Кажется, я выбрал неудачную неделю, чтобы бросить курить, — Акутагава закашлялся и с завистью посмотрел на мимо проходящую девушку с сигаретой в зубах. Чуя хотел что-то ответить, но резко вздрогнул. С другой стороны улицы в толпе ему померещилась знакомая фигура в бинтах. — Вернемся внутрь, — Чуя потянул Акутагаву за руку обратно в клуб. Конечно, ему только показалось. Пусть у него и хорошее зрение, он не мог так далеко разглядеть. К тому же, сколько людей в Йокогаме носят бинты на шее. — Чуя-кун, куда же ты пропал? Мы уже успели соскучиться. Накахара улыбнулся и вернулся к столику с компанией из трёх изрядно подвыпивших парней. Он уже успел мысленно прикинуть, на какую сумму алкоголя они заказали, чаевые обещали быть хорошими. Пустая болтовня, смех, невинные поглаживания по коленке, для Чуи это было привычно, их администратор всегда говорила, что легкий флирт — лучший способ удержать клиента. Но не более. Злоупотреблять не стоит. «Мы ведь всё-таки не бордель», — мягко улыбалась Хигучи. — Молодые люди, — Чуя вздрогнул и обернулся. Хигучи имела удивительную способность появляться стоило только о ней подумать. — Позвольте, я украду нашего Чую-куна? А пока вам составит компанию Танидзаки. Компания недовольно загалдела, но Танидзаки лишь отшутился и быстро шмыгнул на освободившееся место Чуи. — Что за дела, Хигучи?! — рыкнул Накахара, когда Ичие отвела его в сторону. — Танидзаки развлекает только женские компании, разве нет? А мои чаевые? — Спокойно, — отрезала Хигучи и принялась поправлять воротник его рубашки, — я сказала ему, чаевые поделите пополам. А тебя заказал другой клиент. — Отлично, — насупился Чуя. — Какой-нибудь богатый перец, которому некуда девать деньги? Может предложить ему лучше… — Он попросил кого-нибудь порыжее. Накахара недоверчиво дёрнул левой бровью. — Танидзаки не в счёт? — И маленького роста, — поджала губы Хигучи. Чуя сконфуженно улыбнулся. — Хигучи, что всё это значит? Она беспокойно глянула на часы. — Он ждёт тебя в вип-зоне за седьмым столиком, заодно возьмёшь у Тачихары в баре бутылку вина, которую он заказал. До Чуи не сразу дошло, но он на мгновение замер и почувствовал, как сердце сделало беспокойный кульбит. — Этот столик всегда пустует. — Да, — Хигучи, как ни в чем не бывало, пожала плечами. — Мы держим его для членов Портовой мафии, золотое правило любого клуба или бара в этом районе, если им и дальше хочется работать. — И они хотят меня?.. — Он, — поправила его Хигучи. — Пожалуйста, Чуя, не доставляй нам проблем, просто иди и делай, что обычно. Не мне тебя учить. *** Закон подлости ударил Чую по голове. Он смотрел прямо в глаза человеку, подстреленному в переулке за баром несколько дней назад. Тот сидел за столиком, разглядывая Чую, словно товар на витрине. — Приве-е-ет, моя красивая сме-е-ерть, — протянул он, словно строчку из песни. Накахара присел напротив, совсем забыв, как его учили начинать разговор с клиентом, чтобы не было неловких пауз. — С точки зрения логики, — выдохнул Чуя, — я не смерть, ты ведь живой, — и тут же осекся, — простите, вы. — Не стоит, — отмахнулся он, — я старше тебя всего на пару лет, и ты действительно не смерть, просто красивый и… «И мой», — с каким-то ужасом закончил про себя Чуя. — Тебя зовут Дазай Осаму, — вдруг вспомнил Чуя. — Верно, — тот улыбнулся. — Откроешь вино? Накахара со знанием дела открыл бутылку, пытаясь унять дрожь в руках и ловко разлил по бокалам. — Мне сказали, что тебя зовут Чуя Накахара. — Ага, мне тоже очень приятно. Только не говори, что искал меня, чтобы отдать шарф, — попытался разрядить обстановку Чуя. — Иначе, это точно будет похоже на сопливый фильм. — Значит, ты не любишь сопливые фильмы, интересно. — Дазай покрутил в руках бокал. — И шарф я тебе не отдам, это ведь был подарок. Чуя передёрнул плечами — Нет, не люблю, А, ты оказался здесь случайно, Дазай Осаму? — Накахара сдул со лба рыжую прядку волос. Он ухмыльнулся в ответ. Снова посмотрел прямо на Чую. — Врать не буду, я искал тебя. Накахара ждал продолжения, но Дазай замолчал. Накахара поджал губы. Нет сомнения, что перед ним сидел член Портовой мафии. Это было понятно ещё тогда, в переулке, но теперь это чувство опасности медленно вгрызалось в него и умоляла бежать куда подальше. Но Чуя уговаривал себя, что ничего плохого он сделал, даже наоборот, спас этой бинтованной мумии жизнь. Теперь он просто решил напустить на себя ореол загадочности. — Выпьем? — Чуя попытался перебить гнетущее молчание. Вино коснулось плотно сомкнутых губ, когда поверх бокала Накахара заметил, как Дазай пристально смотрит на него. — Что? Тот склонил голову, словно любопытная птица. — Ты не выпил. Чуя попытался скрыть испуг за кривой ухмылкой. — Мне нравится смаковать, не могу выпить за раз. — Ладно, поверю, — и тут Дазай расхохотался. Чуя на мгновение опешил. — Эй?! — Прости, видел бы ты своё лицо. Кажется Чуя меня действительно боится, твои руки так дрожали, когда ты разливал вино. — Ну, извини, — Накахара фыркнул и откинулся на стуле, скрестив руки на груди, — из Портовой мафии к нам редко заглядывают. И спасаю людей от пулевых ранений я тоже редко. — По поводу этого, кстати, — Дазай мягко улыбнулся ему, — спасибо. Правда, Чуя, сегодня такая редкость, когда люди бросаются к незнакомцам, стонущим от боли в подворотне. — Ну, — Накахара пожал плечами, — что тут такого. — Кто-то из твоих родственников как-то связан с медициной, я угадал? — Дазай поймал его шокированный взгляд и щелкнул пальцами. — Да, угадал, по глазам вижу. — Ох, спасибо, мистер Холмс, не сыграете ли нам сегодня на скрипке? Дазай с довольной улыбкой подпёр подбородок кулаком. — Только если госпожа Адлер ещё раз посмотрит на меня своими очаровательными голубыми глазами. Чуя было не в новинку, когда с ним флиртовали клиенты, поэтому он лишь шутливо послал в сторону Дазая воздушный поцелуй. Тот встрепенулся, сдел вид, что поймал его кулаком в воздухе и спрятал во внутренний карман пиджака. — И всё-таки, мне хочется тебя как-то отблагодарить. Накахара лишь отмахнулся. — Просто оставь мне хорошие чаевые. Дазай хитро прищурился. — Оставлю. Даже удвою, если согласишься сходить со мной на свидание. Чуя сконфуженно улыбнулся и успел подумать только об одном: «Только держи в голове, что тебе всего шестнадцать лет, дурья твоя бошка». *** Акутагава проводил изрядно подвыпившую девушку до выхода, даже позволил ей обнять себя на прощание, заранее зная, что та подсунет ему за воротник рубашки несколько денежных купюр. — Приходи к нам ещё, Мияко-тян, — Акутагава аккуратно убрал деньги в задний карман брюк. Около выхода он столкнулся с Чуей, тоже провожающего клиента. Клиент был полностью увлечён Накахарой, улыбался и пытался то и дело взять его за руку. Акутагава отвлекся на шарф незнакомца, который он достал из кармана пальто и лихо намотал на шею. Кажется, у Чуи был точно такой же. Но этого не может быть, потому что ему его связала сестра. Но стоило Рюноске лучше приглядеться к лицу клиента, и они столкнулись взглядами. Акутагава испуганно вздрогнул, потому что в глазах человека, словно мелькнула вспышка. Акутагава успел отвернуться и взволнованно потёр лоб. Незнакомец его сразу узнал. *** — Какой-то ты задумчивый, — подколол его Акутагава, когда они вышли на улицу. — Из-за того жуткого парня в бинтах? Чуя тут же встрепенулся. — Почему жуткого? — Он явно из мафии, таких сразу видно. — Зато чаевые хорошие оставил, — сказал Накахра и тут же пожалел об этом. Они остановились на перекрестке, где обычно прощались, потому что дальше им нужно было идти в разные стороны. — Прохладно сегодня, — поёжмлся Акутагава, — кстати, Чуя, где твой шарф? — А, — Накахара почесал в затылке, — дома оставил, его нужно постирать. Ладно, Рю, я побегу. Акутагава проследил взглядом, как фигура Чуи в бежевой куртке скрылась за поворотом. Не прошло и трёх минут, как рядом с ним притормозил черный майбах. Рюноске привычным движением открыл дверь и нырнул на заднее сиденье в салон, пахнущий дорогой кожей и острым мужским одеколоном. — Опять провожал того рыжего парнишку? — Чуя — единственный с кем можно поговорить в этом террариуме, — Акутагава закинул рюкзак под сиденье и растегнул куртку. В полумраке салона сильные руки обвились вокруг его талии. Рюноске позволил затащить себя в объятья. Машина резко двинулась с места, Акутагава на мгновение потерял бдительность и спустя секунду оказался на чужих коленях. С досады Рюноске скрипнул зубами, он терпеть этого не мог. Но когда несколько коротких жалящих поцелуев были оставлены на его шеи, заметно смягчился. Дыхание сбилось. Акутагава царапал ногтями ткань пальто на чужих плечах. Ему вспомнился недавний взгляд клиента Чуи и по телу пробежала дрожь. — Мори-сан, — Акутагава мягко поцеловал босса Портовой мафии прямо в губы, — думаю, вам будет интересно узнать, кого я встретил сегодня у нас в клубе.