Окутанный тенью

Стоя на вершине Могуйшань, Горы Демона, Ванцзи слушал глухое ворчание, исходящее из глубины дремлющего вулкана за спиной, вспоминал события прошедших лет и думал о юноше, который однажды непрошенно ворвался в его жалкое существование и стал самым ярким пейзажем его жизни. Вэй Ин с его солнечной улыбкой, открытый, разговорчивый, любознательный… теплый, отзывчивый и страстный. Вэй Ин, принявший в свое сердце темного заклинателя, спасавший его, не думая о себе, подружившийся с его Мраком, разделивший с ним, Драконом, свою судьбу и изменивший его жизнь… … Тогда, только узнав о своей драконьей сущности, Ванцзи испытал такой всплеск эмоций, что исчез прямо на глазах у обескураженного Вэй Ина из покоев, отведенных для них в поместье Шэхун, безотчетно воспользовавшись своей новой способностью пронзать пространство, чтобы мгновенно переместиться к Могуйшаню, где он несколько раз охотился ранее. Точно так же стоя на вершине, он размышлял тогда о том, что изменится после слияния с Мраком, захочет ли Вэй Ин оставаться рядом с Драконом, или будет чувствовать себя обязанным остаться. В душе Ванцзи сожалел, что больше не может поговорить с Мраком. «Мрак, наверняка, имел бы свое мнение на эту тему. Но теперь его уже не спросишь», — думал он. И вдруг услышал слабый отклик знакомого голоса: «Почему же не спросишь? Мальчишка на тебя запал, даже считая тебя убийцей. И меня не испугался. Думаешь, его может оттолкнуть сущность Дракона? Почему ты сбежал? Возвращайся, не заставляй его ждать». Мрак оказался прав. Вэй Ин облегченно улыбнулся, когда он вернулся, и только спросил с любопытством: «В самом деле теперь можешь пронзать пространство? И куда ты перемещался?» Позже, держа юношу в объятьях после ночи бурной страсти, Ванцзи признался в своих сомнениях. Вэй Ин лишь рассмеялся: «Неважно, Дракон ты или Лунчжао-ин — мне нравится Чжань-гэ». Проведя в поместье Шэхун почти месяц и получив на прощание приглашение Цзоу Моцина возвращаться в любое время, они вернулись в Цзяннань, чтобы встретиться с Лань Сичэнем и, как обещал брату Ванцзи, подробно рассказать обо всем, о чем он до сих пор умалчивал. Хотя, надо сказать, говорил в основном Вэй Ин, Ванцзи время от времени дополнял его рассказ короткими фразами, и пристально наблюдал за напряженно слушающим Сичэнем. А когда долгий рассказ был завершен, обратился к брату, вглядываясь в его лицо: — Брат, здесь и сейчас я ощущаю присутствие еще одного Дракона. Вэй Ин шумно выдохнул от удивления. Лань Сичэнь надолго задумался, словно прислушиваясь к себе, а когда наконец заговорил, у Ванцзи перехватило дыханье. — Возраст и обстоятельства отличаются, но… возможно ли слияние с драконом без проводника? … История Сичэня оказалась необыкновенной. Его лазурный дракон проснулся, когда мальчику едва исполнилось восемь лет. Не встречавший раньше маленьких детей, в то время он был очарован и странно встревожен серьезным умным взглядом, стойким молчанием и спокойной недвижностью своего двухлетнего брата. Проснувшийся дракон стал его «воображаемым» другом, с которым он делился своими наблюдениями за братом, своими тревогами и радостями. Между ними не было противоречий, они с самого начала дружили светло и по-детски доверчиво. А потом умерла мама. Отец, задохнувшись от внезапного горя, долгое время не вспоминал о сыновьях, и на плечи Сичэня легла забота о четырехлетнем Ванцзи. Где-то там, в тяжелое время скорби и переживаний за замкнутого в себе Ванцзи, незаметно для Сичэня произошло слияние с его драконом, давшее ему сил пережить горе и позаботиться о брате. Но Сичэнь никогда не думал об этом как о чем-то необычном и продолжал совершенствоваться на пути светлого заклинательства, не ведая, что уже давно стал Драконом. И даже после, убедившись в том, что Ванцзи не ошибся, навестив вместе с братом поместье Шэхун, пообщавшись с донельзя более обрадованным существованием еще одного Дракона Цзоу Моцином и научившись использовать свои способности Дракона, Лань Сичэнь прибегал к ним редко и использовал бережно, не изменяя своему привычному образу жизни. Женившись на девушке, выбранной для главы клана старейшинами, он не сразу посвятил ее в свою тайну, несмотря на то, что они хорошо ладили, относясь друг к другу с должным уважением и доверием. Но после рождения сына не стал больше скрывать правду, ожидая в ответ удивления, может даже отторжения, и был слегка обескуражен, когда вместо этого она спокойно спросила: «Твой брат тоже?» и улыбнулась на утвердительный кивок: «Так на вас похоже». С тех пор они больше не говорили об этом, а их отношения оставались ровными и теплыми. … В конечном итоге, именно Вэй Ин убедил Ванцзи предстать перед старейшинами клана. — Лань Чжань, — спросил он как-то летним вечером, уже привычно устроившись в объятиях Ванцзи у разведенного костра после удачной охоты на даолао в горах Ланьлина, — когда ты покинул клан… что тогда произошло? Ванцзи молчал, и юноша почувствовал себя неловко. — Если не хочешь… — начал он, но Ванцзи крепче прижал его к себе и глухо заговорил. — Я охотился в одиночку. До сих пор не знаю, что это были за твари, но они были чрезвычайно сильны. Отец и четверо старейшин возвращались на мечах с какого-то собрания кланов. Двое вернулись в Облачные Глубины, двое других и отец спустились, чтобы помочь мне. Именно тогда проснулся Мрак, у меня не достало сил, чтобы остановить его… Твари исчезли, а отец и старейшины были мертвы, растерзаны моими руками… Подумал, что в меня каким-то образом вселилась одна из тех тварей. — Они не могли знать, что это был ты… то есть, Мрак. Но тебя не искали? — Они искали тело, но не нашли и следа. Брат чувствовал, что я жив, поэтому о смерти не объявили. — Ты хотел бы вернуться? — После случившегося и… той жизни, что я вел, мне нет места в клане Лань. В голосе Ванцзи не было сожаления, но Вэй Ина его ответ все равно не удовлетворил. — Разве ты не хотел бы перестать скрываться и дать себе шанс, дать объяснения, выслушать мнение старейшин, попросить прощения у духа своего отца? Даже не живя в Облачных Глубинах, ты по крайней мере сможешь открыто встречаться с братом. Ванцзи повернул его к себе лицом и серьезно сказал: — Старейшины могут потребовать за убийство моей смерти, Вэй Ин. Я не хочу причинять брату неприятности. Юноша улыбнулся. — Они мудрые люди, зачем им твоя смерть и проблемы с главой клана? В худшем случае мы просто исчезнем оттуда. Зато больше не будет неопределенности. — «Мы» исчезнем? — переспросил Ванцзи. — Угм, ты возьмешь меня с собой, потому что я — живое доказательство твоих добродетелей, господин Дракон, — шутливо отозвался Вэй Ин, за что немедленно был награжден поцелуем, плавно перешедшим в большее. Появление Ванцзи на совете старейшин несколькими днями позже вызвало всеобщий шок, углубившийся после его рассказа и демонстрации драконьего облика. Лань Цижэнь молча слушал последовавшие за этим обсуждения старейшин, содержащие обвинения, осуждение или его защиту, задумчиво переводя взгляд с бесстрастного Ванцзи, окутанного темной тенью Дракона, на напряженного, сжимающего кулаки Вэй Ина, на внимательного Сичэня. Когда старейшины немного выдохлись, он спросил Лань Сичэня: — Глава клана давно обо всем знает? — Да. — И ожидает определенного решения? — Ни я, ни мой брат не сомневаемся в мудрости старейшин, — спокойно ответил тот, поднявшись со своего места и вставая рядом с братом. — Но прежде, чем вынести решение, вы должны узнать еще что-то. И над ним встала лазурная тень его Дракона. … Некоторое время Вэй Ин с улыбкой наблюдал за четырехлетней малышкой, водящей пальчиком по свитку и с забавно серьезным выражением зачитывающей правила клана Гусу Лань нескольким десяткам белых пушистых кроликов, копошащихся вокруг нее. Впрочем, надолго его не хватило. — Привет, принцесса, — позвал Вэй Ин, делая шаг вперед. Девочка тут же вскинула на него сияющий взгляд и вытянула навстречу ему свои маленькие ручки с зажатым в них свитком. — Сянь-Сянь! — звенящим голоском воскликнула она и, едва оказавшись на руках у Вэй Ина, звонко чмокнула его в щеку. — А где дядя Цзи? — О, он все еще где-то пропадает, а я пока решил отыскать свою принцессу, — весело ответил Вэй Ин. — Почему ты здесь одна? Где твой брат? — Сказал, что вернется, как только я прочитаю сто правил, — сдвинув бровки, доверительно сообщила девочка. — Я уже прочитала почти шестьдесят. Юань обещал принести мне локвы из Цайи. Ой… — закрыла она рот ладошкой, поняв, что проговорилась. — Ты только не говори папе, ладно? Вэй Ин притворно нахмурился. — Он что, опять без разрешения тренируется в перемещениях? Девочка важно кивнула. В этот момент сквозь ветви растущего рядом кустарника словно пронесся порыв ветра, и перед ними появился мальчик лет семи с двумя спелыми локвами в руках. — А-Синь, смотри… — начал он, поворачиваясь к ним, но, увидев Вэй Ина, сконфуженно опустил голову. — Дядя Вэй, ты уже здесь. Мы ждали вас обоих только к вечеру. Ничего же не случилось? — Случилось, — нарочито серьезно ответил Вэй Ин. — Глава Лань будет очень расстроен, что его сын нарушает правила. — Я не!.. — запротестовал мальчик, тут же воинственно вскинув голову. — Нет? Насколько мне известно, использовать технику мгновенного перемещения без наблюдения со стороны взрослых не разрешено. А ты не только нарушил запрет, но еще и сестру подбил на обман, пообещав ей локвы, если она будет молчать. — Я пообещал, что принесу ей локвы, потому что А-Синь их любит, — тихо сказал Юань, протягивая сестре спелые плоды. — Я в самом деле освоил мгновенное перемещение, дядя Вэй, и больше не теряюсь… Вэй Ин улыбнулся и потрепал Юаня по волосам. — А-Юань, ты же понимаешь, что это для твоей безопасности. И что, хоть ты и способный мальчик… — … правила одинаковы для всех, — грустно вздохнув, закончил за него Юань. — Но у взрослых всегда так мало времени! — Ладно-ладно, завтра потренируемся вместе. А сейчас пойдем. Твой дядя должен скоро вернуться. — Вы ведь останетесь подольше в этот раз? — с надеждой спросил мальчик. Вэй Ин хитро усмехнулся. — А это, мой дорогой племянник, будет зависеть от того, сможешь ли ты убедить дядю Цзи заняться твоими тренировками. … «Что на этот раз не так?» — ворчливо спросил Мрак. — «О чем задумался? Стоишь здесь без движения уже вторую стражу. Мальчишка опять будет волноваться». Ванцзи улыбнулся. Мрак совершенно не менялся. «Вспоминал разное… Вэй Ин уже не мальчишка, а сильный и красивый мужчина. Мой», — заметил он. «Да-да, так почему ты озираешь окрестности вместо того, чтобы поскорее вернуться к своему сильному и красивому мужчине? Начал от него уставать?» «Не в этой жизни», — твердо ответил Ванцзи. Мгновение спустя на вершине Могуйшань уже никого не было.